Не зная, что сказать, она кивнула. Лекари продолжали стоять истуканами, очевидно в ожидании каких-нибудь распоряжений, и Алиен почувствовала себя неуютно. Ей казалось, что на их лицах было написано презрение. Собрав всю свою волю в кулак, она все же подошла к кровати, глядя куда угодно, только не на лежащего на ней альфу. Но оттягивать момент, когда придется посмотреть на его лицо, нельзя бесконечно. Али подняла глаза.
Дорл выглядел спокойным, будто просто спал. Его грудь была туго перевязана, но мерно поднималась и опускалась при дыхании, длинные черные волосы разметались на подушке, закрытые глаза чуть подрагивали.
Повинуясь странному порыву, Алиен коснулась его руки. И в этот же момент его ладонь сжалась, схватив ее за запястье, как капкан. От испуга она дернулась, но он держал ее так крепко, что от его пальцев наверняка останутся синяки. Дыхание Дорла заметно участилось, но глаза он при этом не открыл. Так и не сумев освободиться, Али села рядом на кровать, не зная, что делать.
– Прикосновение пары всегда благотворно действует, – проскрипел все тот же лекарь.
– Он нас слышит? – спросила Алиен.
– Нет, не думаю. Но вас он совершенно точно чувствует.
Ее не очень обрадовало это известие. Хотелось, чтобы Дорл отпустил ее руку. Двое лекарей вышли из комнаты, а тот, что с ней разговаривал, отошел подальше и уселся в кресло. Наверное, кто-то постоянно находился рядом с Верховным на случай, если ему станет хуже.
Теперь, когда рядом не было бет, и Дорл не прожигал ее тяжелым взглядом, она внимательно разглядывала его лицо. Даже сейчас оно казалось ей угрюмым… Но если закрыть глаза и просто вдыхать его запах… По телу шла дрожь, низ живота наливался тяжестью. Так она просидела довольно долго – у нее уже онемела рука и заныла спина от того, что она не могла поменять положение. Хотя можно было бы лечь рядом…
Алиен даже замотала головой от такой мысли, будто надеялась вытрясти ее. Не стоит обманываться. Пусть он ее защитил, все равно она здесь пленница, его игрушка, и когда он придет в себя, то обязательно напомнит ей об этом.
Хватка Дорла немного ослабла, и Али сразу же высвободила свою руку и поднялась на ноги. Задремавший лекарь проснулся.
– Я пойду, – зачем-то сообщила она и быстро покинула комнату.
Этой ночью ей не спалось. На запястье алели его пальцы, и она инстинктивно дотрагивалась до этого места. А когда ей удавалось провалиться в неглубокое забытье, то перед глазами стояло его лицо и пахло горькими ягодами.
Утром голова раскалывалась и Алиен даже подумывала о том, чтобы вообще не вылезать из кровати. Талу и Глен, скорее всего, это только порадует.
Не успела Алиен подумать об этом, как дверь без стука открылась, и внутрь вошла Тала – впервые с момента их первого и последнего разговора в этом доме.
– Дорл пришел в себя.
– Как? Когда? – растерялась Алиен. У нее сбилось дыхание и вспотели ладони.
– Только что.
– И… что… что он сказал? Мне нужно идти к нему?
– Нет, он не хочет тебя видеть. Ты должна уехать.
– На Север? – с забрезжившей надеждой воскликнула Алиен.
– Ты никогда не вернешься на Север! – сухо отрезала Тала. – Дорл хочет, чтобы ты уехала в Алунг. Там за тобой будут внимательно следить. Больше никаких глупостей, Али!
Она развернулась и вышла из комнаты.
Часть 19
Миэль
– Что она читает?
– Наверное, опять что-то про Север. Тебя это беспокоит?
Зоуг нахмурился, задумчиво пропуская сквозь свои пальцы ее волосы – они падали с его ладони и рассыпались задорными русыми кудряшками по ее спине. Миэль прижималась щекой к груди мужа и сейчас ей меньше всего хотелось вставать, но валяться в кровати посреди бела дня, когда Али предоставлена сама себе, все же не стоило.
– Она слишком увлеклась легендами, – наконец произнес Зоуг.
По голосу Миэль определила, что ему это не нравится, но причины понять не смогла.
– Мне кажется, это безобидный интерес, – пожала плечами она. – Уж лучше пусть читает сказки про Север… Я даже хотела попросить Юмо, чтобы он прислал ей что-нибудь еще.
– Не стоит. Чем быстрее она забудет про свой дом, тем лучше.
Миэль вздохнула. Ей очень хотелось порадовать Али, но теперь придется придумать что-то другое.
– Она не забудет, ты это знаешь.
Зоуг приподнял ее голову за подбородок, чтобы заглянуть в лицо.
– Ты же забыла.
– Али не такая, как я.
С самого первого дня, как в Алунг прибыла юная жена Верховного, Миэль невольно сравнивала ее с собой. Обе северянки, кланы обеих завоеваны Дорлом, и обе они нашли свою пару на стороне захватчика. Разница была лишь в том, что для Миэль это стало освобождением – от рабства, от нищеты, от страха и безысходности. Для Али – расставание с беззаботным детством. Ее интерес к мифам и легендам северных народов походил на попытку вернуться обратно, сбежать в свой привычный мир. Миэль считала, что в этом нет ничего плохого, если это помогает обрести душевное равновесие, но Зоуг ее мнения не разделил.
С неба посыпался мелкий снежок, уже в третий раз за эту неделю. Погода портилась и кажется в этом году морозы ударят посильнее обычного. Миэль подумала, что Али, должно быть, в восторге. Здесь, конечно, не бывает такой суровой зимы, как на Севере, вокруг одни скалы и мало растительности, но снег – частый гость, а ближе к территориям клана Юмо растут сосны и пахнет хвоей! Дорл, правда, запретил увозить свою жену из города, и как Миэль не пыталась уговорить Зоуга хоть немного ослабить контроль, муж остался непреклонен.
Она точно знала, где искать Алиен, и не ошиблась. Та, уткнувшись в очередной фолиант, сидела на своем любимом месте – не очень удобном, среди камней, зато с красивым видом на синее озеро. Удивительно, что сама того не зная, она приходила именно туда, где Дорл часто стоял часами – с прямой спиной, с холодным взглядом, скользившим по водной глади, погруженный в свои мысли. Сколько решений, перевернувших тысячи жизней, он принял именно здесь?
– Прости, Али, я совсем забыла, что мы собирались пойти к озеру.
На самом деле она об этом помнила, но истинную причину озвучивать не хотела – Зоуг, как и все альфы, не привык спрашивать разрешения, когда ему хочется близости. Миэль поправила меховой воротник, чтобы скрыть на шее следы его страстных поцелуев.
Алиен подняла рассеянный взгляд, все еще пребывая под впечатлением от прочитанного, а потом улыбнулась.
– Не беспокойся, мне не было скучно. Я читала о духах Тарияны…
– Когда я была маленькой, нас пугали этими страшилками.
– Нас тоже, но старейшины говорили, что если преподносить Тарияне дары, то ее духи будут защищать. А здесь еще написано, что люди, уезжая, брали с собой воду из реки, как оберег, потому что даже вдалеке от дома Тарияна охраняла их.
– Ты в это веришь? – спросила Миэль. Сама она выросла по другую сторону реки и отношение у нее было другое. Ее народ не боготворил Тарияну, боялся ее, и никогда не подходил к ней близко.
Али опустила глаза.
– Раньше верила. А теперь – нет.
– Потому что Дорл сумел ее пересечь?
Али ничего не ответила, уставившись на ровную поверхность озера, совсем не похожего на родную бурную реку. У Миэль вертелись на языке слова, что может быть во всем этом есть какой-то смысл, но произносить их не стала, уже зная, что Алиен только замкнется в себе.