Прошло уже много времени, как Дорл отправил ее на попечение Зоуга. Али приехала в Алунг еще когда стояла летняя жара, и народ праздновал день рождения Правителя, лишь мельком появившегося на людях в Тау. Ко всеобщему разочарованию, молодую жену он так и не показал, что породило слухи о ее беременности. Но шли дни, и об ожидающемся прибавлении так и не было объявлено. Дорл ушел с войском на юг, а его омега находилась где-то «в безопасном месте» – вот и все, что было известно.
В Алунг Али привезли ночью. Тогда Миэль думала, что вскоре прибудет и сам Верховный, ведь он любил бывать здесь, любил эти скалы и синие озера… Но зеленая трава давно пожухла, солнце пряталось за горизонтом едва поднявшись, ветер становился все холоднее и вот уже начал лететь снег, а Дорл по-прежнему глотал пыль на южных территориях и, казалось, совсем не интересовался женой.
Поначалу Али походила на запуганного, слепого котенка. Нельзя сказать, что она сильно повеселела за последнее время, но хотя бы перестала вздрагивать от каждого шороха, больше разговаривала и даже улыбалась. Миэль нравилось проводить с ней время, возможно это их северные корни позволили им найти общий язык.
– Пойдем к озеру? Мы еще успеем до темноты.
Али кивнула и поднялась на ноги.
– Что-нибудь слышно с юга? – спросила она, плотнее кутаясь в плащ.
Миэль прекрасно понимала, что под этим вопросом подразумевалось только одно – не собирается ли сюда приехать Дорл, но тактично не подавала вида.
– Все по-прежнему. Грагенор отошел вглубь своих земель и не показывается, но преследовать его по незнакомой территории опасно, потому что у него хорошо организованная армия… Я в этом мало понимаю, а Зоуг особо не рассказывает. Знаю только, что Дорл пересек границу и присвоил себе часть южных земель, но дальше продвигаться пока не хочет. Что-то там они… выясняют.
– А кто сейчас управляет кланом Улана?
– Ирс. Он вместе с Дорлом сейчас на новых территориях, и Грат еще с ними.
– А Ваар?
– В столице. Если я все правильно поняла, Дорл опасается оставлять Денос без присмотра.
Каменная дорожка вниз, к воде, стала слишком узкой, чтобы идти по ней вдвоем. Миэль пропустила Али вперед, пристроившись сзади, и на какое-то время разговор прервался. Чем ближе они подходили к озеру, тем холоднее становился воздух, но приходить сюда все равно хотелось – подышать свежестью и послушать тишину.
– Зима будет тяжелой в этом году. Никогда наши озера не замерзали так рано, смотри – уже ледяная корка появилась!
– А Тарияна никогда не замерзала.
– Да, я знаю. На Севере сейчас уже, наверное, снега по колено.
– И брусники нам больше никто не привезет… – вздохнула Али.
Миэль рассмеялась.
– Я уже пристрастилась к южным яблокам! А здесь у нас совсем почти ничего не растет. Ближе к западу разве что… Там красивые рощи.
– Вот бы посмотреть.
Улыбки сползли с лиц обеих.
– Ты же знаешь, тебе нельзя уезжать отсюда. Я просила Зоуга, правда, но…
– Я знаю. Дорл запретил.
– Никто не ослушается приказа Верховного. К тому же он может… – начала Миэль и замолчала.
– Появиться здесь в любой момент? – закончила за нее Али. – Да, он будет в бешенстве, если меня тут не окажется.
Миэль помолчала немного, а потом все же произнесла:
– Так и не расскажешь, что случилось в Тау? Почему Дорл отправил тебя сюда, а не в Денос?
– Если я расскажу, ты меня возненавидишь, как Тала.
– Ты ошибаешься, Тала волнуется о тебе! Спрашивала, как твое здоровье…
– Она волнуется о Дорле, а не обо мне.
К тому моменту они уже дошли до воды. Темнело очень быстро, и озеро превратилось в черное зеркало, отражающее белые скалы, а лед по его краям походил на серебряную раму – странное, завораживающее зрелище.
– Эйма тебе так и не писала ничего? – спросила Али, присев на камешек у самой кромки и поежившись от холода.
– Да, я забыла тебе рассказать! – воскликнула Миэль, вспомнив о полученном утром письме. – Эйма прислала айку Глен. У них с Уланом и детьми все хорошо, они где-то за Багрийскими топями, но где конкретно – она не может сказать, это небезопасно.
– Ну хотя бы они живы.
– Улан не пропадет, он сильный.
– А что еще она написала?
– Письмо Эймы я не видела… А сама Глен беременна! Я так рада за них с Ирсом, это их первенец, – Миэль, уже основательно продрогшая, села рядом с Али и обняла ее за плечи, прижавшись друг другу любоваться красотой озера гораздо теплее. – Жена Юмо – ты кажется с ней не знакома – тоже скоро родит. Получается, все братья Дорла уже с наследниками.
Али резко отстранилась.
– И что?
– Ничего, я просто так сказала.
– Я не хочу никаких наследников… Он заставит меня, да?
– Не знаю, – растерялась Миэль. – Сложно понять, что в его голове. Я вообще очень удивлена, что он до сих пор не забрал тебя, и даже не показывается здесь. То есть я очень рада, что ты со мной, и не хочу, чтобы ты уезжала… Но это правда странно.
– А может, он уже и не приедет? – с надеждой в голосе спросила Али, и они снова прижались друг к другу. – И я навсегда останусь здесь с тобой, в тишине.
– И мы круглый год будем спорить, что вкуснее – брусника или яблоки!
Они засмеялись.
– Али, а ты… м-м-м… совсем-совсем не хочешь его увидеть? – через некоторое время спросила Миэль. – Хотя бы одним глазком?
Сама она сходила с ума, когда Зоуг уезжал надолго. Ей не хватало его запаха, его рук, его грубоватой ласки. Казалось, что это просто невозможно – находиться вдалеке от своей пары.
– Нет, не хочу.
– Я знаю, что ты плохо спишь ночью…
– Это никак не связано! Просто я… Мне иногда снятся плохие сны.