Непосвященная
– Простите, Хозяйка… – прошептала она. – Я просто… я не ожидала, что мы вот так потеряем одного из нас…
Я подошла к ней и взяла ее руку. Мои пальцы были ледяными, но я сжала ее ладонь, пытаясь передать хоть крупицу того отчаяния, что сидело во мне.
– Я очень скорблю, Алия. Именно поэтому мне нужно разобраться с тем, что произошло. Подготовь наших людей к этой новости… и объясни им, что мой уход сейчас обязателен. – Я сделала паузу, собираясь с силами. – А теперь иди на кухню и скажи, чтобы подготовили припасы.
Алия молча кивнула. В ее глазах стояли слезы. Не говоря больше ни слова, она развернулась и вышла из комнаты, оставив меня наедине с Леамой и с тишиной, в которой эхом отзывалось одно-единственное, страшное слово: "Скорблю". Я скорбела. Но не так, как должна была бы. Я скорбела о человеке, которого почти не знала. И в этом была моя самая страшная тайна.
***
Собрав в комнате скромный узел из теплых плащей, пары прочных штанов, рубашек и самого толстого одеяла, какое нашлось в сундуках, я остановилась в растерянности. Рядом аккуратной стопкой лежали запасные ботинки. Всё это нужно было нести с собой, плюс провизия, которую сейчас приготовят на кухне. Мы с Леамой врятли куда-то дошли бы с такой ношей.
Я с тоской обвела взглядом нашу и без того немалую кучу добра.
– Леама, как мы унесем все это? Провизии нужно много, плюс одеяла, сменная одежда... Это же целая гора.
Ненки удивленно посмотрела на меня, ее большие глаза округлились, будто я спросила, как ходить по земле.
– А как же межпространственный карман, Хозяйка? Положить всё туда!
Я уставилась на нее, чувствуя, как в голове у меня медленно и торжественно рухнула очередная часть моего старого, привычного мировоззрения.
– Какой карман?
– Межпространственный карман, – терпеливо начала объяснять Леама, – то место, куда высшие эльфы и сильные ведьмы прятать свои вещи. Это пустота для вещей, которую контролировать ваше сознание. Вы смотреть на вещь, затем представить, как вещь расщепляться на мелкие частички и эти частички собираться как-будто внутри вас. Они попадать в эту пустоту. Попробовать, Хозяйка!
Я тяжело вздохнула, посмотрев на кучу вещей. Звучало как безумие. Расщепить на частички? Собрать внутри себя? Это было похлеще, чем выстрелить в призрака силой крика. Но я уже сделала и не такое. Сомнения яростно бились в клетке моего разума, но любопытство и отчаяние оказались сильнее.
Я сосредоточилась на теплом плаще, лежавшем сверху. Вдохнула поглубже, зажмурилась, изо всех сил пытаясь представить, как шерсть и нити распадаются на мириады невидимых пылинок, которые устремляются ко мне, в некое внутреннее хранилище. На всякий случай, подкрепив мысль действием, я сделала движение рукой, будто действительно подхватываю и кладу плащ в невидимый карман у своего пояса.
Я не ожидала, что что-то получится. Была готова к провалу, к насмешливому шепотку из глубин сознания, напоминающему, что я – самозванка.
Но когда я открыла глаза, то увидела не разочарование, а сияющее, счастливое личико Леамы. И… пустое место на кровати, где только что лежал плащ.
– Получится, Хозяйка! С первого раза! – восторженно прошептала она. – Всё теперь внутри пустоты. Когда понадобиться, мы это достать!
Я кивнула, всё еще пребывая в шоке. Внутри не было никаких новых ощущений – ни тяжести, ни покалывания. Лишь тихая уверенность, что плащ действительно там.Где бы это "там" ни было. Эта сила, тихая и удобная, пугала меня даже больше, чем та, что вырвалась наружу в лесу. Она была слишком… естественной.
Одна за другой, вещи исчезали с кровати по мановению моей руки и мысли, растворяясь в небытии межпространственного кармана. Когда последняя пара ботинок канула в пустоту, я выдохнула. Комната была пуста. А мы были готовы.
– Пора, – сказала я, и мы с Леамой направились вниз, к Дороку, за провизией, которую теперь предстояло спрятать тем же волшебным путем. Ощущение было странным – будто я обманывала реальность, и она, к моему величайшему удивлению, разрешала это.
Покинув таверну с тюком провизии, который вскоре канул в небытие моего нового "кармана", мы снова углубились в лес. На сей раз тропа вилась в стороне от мрачных чащ, где нас поджидали Скрытни, и вела через более светлые, солнечные участки. Воздух, еще недавно звеневший от скрытой угрозы, здесь был напоен иными запахами и звуками. Пахло влажной землей, смолой и медом диких цветов. В кронах старых дубов щебетали невидимые птицы, а под ногами шуршали проворные ящерицы и жучки.
Я шла, все еще ощущая на себе тяжелый взгляд Алии и тишину таверны, последовавшую за вестью о Тасио. Но сама природа вокруг, казалось, старалась исцелить эту рану. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь ажурную листву, рисовали на земле золотистые узоры. Ветерок, ласковый и прохладный, трепал пряди моих волос, смывая с них призрачный налет пыли и страха из комнаты Моргат.
И тут, на опушке, залитой вечерним солнцем, я увидела нечто прекрасное.
Он стоял в луче света, словно рожденный из самой магии, и был так прекрасен, что у меня перехватило дыхание. Существо, напоминавшее оленя, но будто сошедшее со страниц древней легенды. Его шерсть отливала серебром и бледным золотом, а изящные рога были не из кости, а словно из живого, мерцающего хрусталя, переплетенного с живыми побегами плюща и крошечными, светящимися цветами. Большие, миндалевидные глаза цвета изумрудной листвы смотрели на нас с бездонным, спокойным знанием. От всего его существа веяло такой древней, безмятежной мудростью, что комок в горле от горя и страха начал понемногу рассасываться.
– Ох… – вырвался у меня прерывивый, полный благоговения шепот. Я замерла, боясь шевельнуться, чтобы не спугнуть видение.
Леама, шедшая рядом, тихо ахнула и схватила меня за руку, но не от страха, а от восторга.
Дорок, обычно неуклонно смотревший вперед, также остановился. Он не доставал оружия, лишь наблюдал, и в его жестких чертах на мгновение смягчилась привычная суровость.
– Лесной страж, – тихо произнес он, и его голос прозвучал не как предупреждение, а как констатация факта. Он посмотрел на меня, и в его взгляде я прочла нечто новое – не оценку угрозы, а некое одобрение. – Увидеть его – редкость. Порой это благословение, если добрый дух является на пути.
– Да, да! – прошептала Леама, ее пальцы слегка сжали мою руку. – Он показываться только тем, в ком лес не чувствовать зла. Это хороший знак, Хозяйка! Очень хороший!
Дух постоял еще мгновение, склонив свою дивную голову, будто отвечая на наш безмолвный привет. Затем он грациозно развернулся и бесшумно скрылся в густой зелени, растворившись в ней так же внезапно, как и появился. Над опушкой еще долго висело ощущение тихой радости и покровительства.
Мы продолжили путь, но теперь молчание между нами было наполнено не тревогой, а светлым, почти мистическим спокойствием. Встреча со стражем будто смыла остатки скверны после утренней битвы, подарив крошечную, но яркую надежду. Возможно, не все в этом мире было враждебным. Возможно, сама земля давала нам знак.
И уже быстрым шагом, пока вечерние тени начинали удлиняться и сливаться в единую фиолетовую пелену, мы добрались до цели.
Дом Ищеек возник перед нами внезапно, как и в прошлый раз – грубоватое, но прочное строение, вросшее в опушку. Окна светились теплым, желтым светом, обещая укрытие от надвигающихся сумерек. Дымок из трубы вился в прохладном воздухе, и от всего вида веяло не гостеприимством, но надежной крепостью, местом, где можно перевести дух перед новой бурей.
Дорок распахнул дверь, пропуская нас вперед...
Глава 10 Подготовка
Дверь дома Ищеек захлопнулась за нами, отсекая прохладу наступающего вечера. Внутри пахло дымом, жареной дичью и чем-то пряным — запах, уже ставший за недолгое время знакомым и даже немного уютным, несмотря на его суровых обитателей.
В главной комнате за грубым деревянным столом сидели Карион и Терас. На столе стояли дымящиеся миски, кусок темного хлеба и глиняный кувшин. Картина была на удивление мирной.
Терас, увидев нас, весело взмахнул ложкой.
— Как раз вовремя! Мы умираем с голоду, ждали только вас. Лесной воздух, знаете ли, аппетит разыгрывает не на шутку.
Дорок лишь коротко кивнул, скидывая свой плащ.
— Садитесь.
Мы пристроились за столом. Леама робко устроилась рядом со мной, а Дорок занял место во главе.
Карион, не глядя ни на кого, отпил из своей кружки и начал отчет, его голос был ровным и лишенным всяких эмоций.
— Мы были у Лурдана. Сказали всё, как ты нам велел. Про темную энергию и что нам нужно попасть ко двору Ночи.
Он отломил кусок хлеба, медленно его разминая.
— Лурдан сказал, что давно не виделся с Зорахом. Его шпионы узнали, что при дворе Ночи и правда что-то происходит. Некоторые из жителей недовольны правлением. На народ Зораху плевать, ходит только в сопровождении Миады. Все уверены, что она на него действует. Но если кто-то отправлялся поговорить с правителем на этот счет, его немедленно сажали в тюрьму. Обстановка напряженная.
Карион наконец поднял взгляд на Дорока.
— Мы, конечно, можем преодолеть барьер, который охраняет Ночной Двор. Но вот ведьма и ненки... Сомнительно.
Дорок задумался, почесывая щетину на подбородке.
— Мы можем пройти барьер вместе с ведьмой и Леамой через заброшенные пещеры. Это опасно, но из-за природной энергии в горах, он там слабее. Попробуем смешать нашу ауру с их аурой, чтобы обмануть заклинание.
Карион хмыкнул, и в его усмешке прозвучало привычное презрение.
— Они слишком слабые, чтобы противостоять барьеру. Его энергия может убить их.
Я уже готова была съежиться от этих слов, но Леама внезапно вскочила с места, ее маленький кулак сжался.
— Мы не слабые! Хозяйка спасти Дорока от скрытня! Пока мы идти в таверну!
Карион медленно перевел на нее взгляд, и на его губах заплясала язвительная ухмылка.
— Это как же?
Леама гордо выпятила подбородок, ее крылья трепетали от возмущения.
— Когда Дорок не убить одного скрытня, а появиться второй за его спиной, Хозяйка силой мысли сковать темного духа и Дорок убить его!
Дорок на удивление тяжело вздохнул, отведя взгляд, словно не хотел это озвучивать. А Карион громко рассмеялся — резко, беззлобно, но до жути насмешливо.
— Ну и для чего, брат? — Он с вызовом посмотрел на Дорока.
Терас, до этого молча уплетавший ужин, лишь поджал губы, наблюдая за происходящим с интересом.
Я нахмурилась, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Я повернулась к Дороку.
— О чем он говорит, Дорок?
Карион поднял руку перед собой. Вмиг его пальцы подернулись живой, пульсирующей тьмой и превратились в смертоносные черные когти. Его карие глаза стали абсолютно черными, без единой искорки света. Он хищно улыбнулся, обнажая длинные клыки, и сладко протянул:
— Мы убийцы, Ведьма. У нас есть всё для того, чтобы справиться с темными духами в одиночку. А Дорок зачем-то устроил этот спектакль для вас. Видимо, хотел посмотреть, станешь ты ему помогать или, как Моргат, предашь.
Смысл его слов дошел до меня мгновенно. Я уставилась на Дорока с изумленным видом. Леама прикрыла рот рукой, ее глаза стали огромными от потрясения.
Дорок тяжело вздохнул и посмотрел на Кариона, но не с гневом, а с усталым раздражением.
Карион вновь принял свой обычный облик и пожал плечами, глядя на брата.
— Она должна знать, с кем имеет дело. Мы не улыбчивые дружки. Мы рождены убивать и очищать мир от темной энергии.
Терас с грустью посмотрел на Кариона.
— Иногда во мне закрадываются сомнения, что ты наш брат.
Карион хмыкнул, отодвигая свою тарелку.
— Я и есть ваш брат. Хоть матери у нас и разные. Но вы словно в облаках витаете, и иногда вас нужно возвращать на землю.
После этого он взял свою тарелку и молча ушел наверх, в свою комнату, оставив нас в напряженной тишине.
Я медленно пришла в себя, чувствуя странное спокойствие. Гнев не приходил. Пришло понимание. Я посмотрела на хмурого Дорока, который без интереса ковырялся вилкой в еде.
— Дорок, я... я не злюсь на тебя. Ты знаешь, я бы наверное тоже хотела быть уверенной в том, кто раньше причинил мне боль.
Терас, повеселев, показал на меня вилкой.
— Ведьмочка, я в тебе не сомневался! Твои таланты еще раскроются. Не обращай внимания на Кариона. Еще повезло, что он не старший из Ищеек, хотя, по правде говоря, он старший из нас.
Я удивилась и посмотрела на Дорока.
— Правда?
Дорок кивнул, отложив вилку.
— Да. Карион намного старше нас. Сначала отец познакомился с его матерью, и у них родился Карион. Только спустя несколько лет с его матерью что-то случилось, и тогда наш отец встретил свою истинную пару, нашу мать, и появились мы с Терасом.
Терас присвистнул.
— Да, только смотри, не спрашивай Кариона о его матери. Он не скажет и, скорее всего, разозлится. Это наша большая тайна. Наш отец строго-настрого запретил нам узнавать что-то о рождении брата. Не знаю почему, но видимо на это были свои причины.
Я подумала о том, как наверное тяжело Кариону вспоминать о матери, как тяжело было, когда отец нашел другую. Возможно, это его и сломало. Но я задала вслух совсем другой вопрос:
— А сколько же вам всем лет?
Дорок чуть улыбнулся.
— Мне — сто пятьдесят. Терасу — сто. А вот Кариону... пятьсот.
Мои брови поползли вверх.
— Ничего себе! Это же очень много! Но тогда почему Карион не старший из Ищеек?
Дорок задумался.
— Когда мне исполнилось пятьдесят лет, Карион сказал отцу, что не принимает старшинства. Что не хочет командовать. У Ищеек есть разделение на старшего и младших. Младшие беспрекословно слушаются старших, это заложено у нас в крови. Но парадокс в том, что Карион, даже отказавшись, не подчиняется. До сих пор не понимаю, зачем все эти сложности. Иногда мне кажется, что его вообще всё это не волнует, и он придерживается какой-то своей цели.
Терас одобрительно кивнул.
— Но мы его всё равно любим. Хоть он и ворчун, но всегда поможет, как бы не казалось на первый взгляд.
Словно услышав нас, Карион спустился с верхнего этажа. Он остановился на лестнице, вопросительно выгнув бровь.
— Меня обсуждаете?
Терас засмеялся.
— Да, больно надо! Есть темы и поинтереснее твоей персоны!
Мы не сговариваясь захихикали за столом — даже Дорок фыркнул. Карион, сузив глаза, внимательно осмотрел каждого из нас, но в его взгляде не было гнева, лишь привычная маска отстраненности. Он молча прошел к кувшину и налил себе в кружку.
После недолгой трапезы Дорок отодвинул свою тарелку, и его лицо вновь стало собранным и серьезным.
— Так. Нужно наметить план действий. До заброшенных пещер пять дней пути. Встаем на рассвете.
План был прост: встать на рассвете и идти. Но едва Дорок произнес эти слова, как Карион, откинувшись на спинку стула, резким жестом прервал его.
– Подождите. – Его голос, прорезал наметившееся было спокойствие. – А оружие для ведьмы и ненки? Или вы хотите, чтобы они шли в поход безоружными, словно мы идем на пикник в лес?
Дорок повернул к нему голову, и я увидела, как напряглись мышцы на его шее. Его ответ прозвучал отточенно и холодно, будто отбивая атаку.
– Нет. Они не умеют обращаться с оружием. Мы сможем их защитить от любой угрозы. Оружием они быстрее сами поранятся.
Я молча наблюдала за их перепалкой, чувствуя, как в душе борются два начала. Рациональная часть соглашалась с Дороком – я и в самом деле в жизни ножа в руках не держала, разве что кухонный. Но инстинктивная, та, что сжалась в комок при виде Скрытня, шептала, что Карион по-своему прав. Сила, проявившаяся тогда, была дикой, непредсказуемой. На нее нельзя было полагаться.
Карион нахмурился, его взгляд стал язвительным.
– Ты им не нянька, Дорок. И ведьма не всегда сможет воспользоваться силой. Как тогда. Не забывай, это не ее тело.
Дорок сжал кулаки, и по столу пробежала легкая вибрация. Воздух сгустился, зарядившись молчаливым противоборством их воль.
И тут Терас, до этого сосредоточенно дожевывавший последний кусок мяса, громко проглотил и вклинился в разговор, разводя руками.
– Братья! А вы не думали спросить у дам? Не поверите, но они могут сами решить. – Он многозначительно поднял брови, переведя взгляд с одного брата на другого.
Дорок сузил глаза и уставился на Тераса с таким видом, будто тот предложил танцевать на столе. Карион же, напротив, ухмыльнулся, явно довольный этим поворотом. И все взгляды, как один, обратились на меня.
Я почувствовала, как по щекам разливается жар. Прокашлявшись, чтобы придать голосу твердости, я заставила себя встретиться взглядом с Дороком.
– Если честно... я не против оружия при себе. Может, что-то вроде кинжала. Так, просто... для спокойствия.
Дорок недовольно скривил лицо, будто учуяв неприятный запах. А вот Карион улыбнулся – коротко, без тени тепла, но с каким-то мрачным удовлетворением – и кивнул.
– Прекрасно, – проворчал он. – Завтра подберем тебе игрушку.
Затянувшаяся пауза снова стала напряженной. Мне нужно было сменить тему, разрядить обстановку, да и сама я давно лелеяла одну мысль. Воспользовавшись затишьем, я осторожно спросила.
– Не хотелось бы прерывать важную тему, но... может, у вас есть книги? Про магию и мироустройство? Что-то в этом духе. Просто... чтобы лучше ориентироваться.
Терас вмиг повеселел, хлопнув ладонью по столу.
– Ооо, Карион! Это к тебе! Он у нас любитель почитать.
Все взгляды снова сместились, на этот раз на старшего брата. Карион внимательно, изучающе посмотрел на меня, и мне показалось, что в глубине его карих глаз на мгновение мелькнул какой-то иной, не насмешливый интерес.
– Знания – это похвально, – произнес он наконец, и в его голосе прозвучала неожиданная серьезность. – Но вернешь книги в идеальном состоянии. Никаких пятен, заломов и пометок на полях.
Сердце ёкнуло от восторга. Я с готовностью закивала, чувствуя, как на губы пробивается настоящая, невымученная улыбка.
– Конечно! Честное слово! Где мне их взять?
Карион округлил глаза с такой комичной ужасной миной, будто я предложила ему разгуливать голым по главной площади.
– Тебе? Нигде. Я сам принесу. Не хватало мне еще чужих в своей комнате.
Я не удержалась и хмыкнула, пробормотав себе под нос так тихо, что сама едва расслышала:
– Ожидаемо.
Увы, слух у Ищеек, видимо, был отменный. Карион медленно наклонил голову.
– Что?
Я вмиг преобразилась, натянув на лицо самую невинную и почтительную улыбку, какая только была в моем арсенале.
– Ничего, ничего! Говорю, спасибо. Буду ждать.
Карион еще секунду изучал меня своим пронзительным взглядом, затем фыркнул и отпил из кружки, давая понять, что разговор окончен. Но в воздухе уже витало новое, щемящее чувство предвкушения. Среди всей этой опасности и неопределенности у меня появился свой, крошечный и личный, ключ к пониманию этого мира. И этот ключ лежал на полках в комнате самого неприступного из братьев.
***
После ужина мы с Леамой устроились в нашей небольшой комнате. Я сидела на ложе, пытаясь мысленно перебрать содержимое межпространственного кармана – это странное ощущение пустоты, наполненной вещами, все еще не укладывалось в голове. Леама, примостившись на сундуке, тихо напевала какую-то мелодию, ее пальцы выводили в воздухе светящиеся узоры, которые тут же таяли.
И вдруг – тихий, но настойчивый стук в дверь. Мы переглянулись. Леама насторожилась, а у меня сердце замерло – неужто Дорок с новыми указаниями? Или, того хуже, мрачный Карион передумал насчет книг?
Я подошла к двери и осторожно приоткрыла ее.
В проеме, освещенный тусклым светом из комнаты, стоял Терас. Он держал в руках аккуратную стопку книг, а на его лице играла самая безобидная и дружелюбная улыбка.
– Я принес книги! – объявил он, показывая стопку мне. – Карион сказал, что хочет погулять по темному лесу и кого-нибудь убить. Странный парень. – Терас покачал головой с комическим сожалением. – А вот я с удовольствием составлю вам компанию, если можно? Соскучился по интеллектуальным беседам.
Я обернулась, чтобы посмотреть на Леаму. Та лишь дернула плечиками, давая понять, что ей все равно. В ее глазах читалось тихое любопытство.
Я сильнее распахнула дверь и произнесла с улыбкой:
– Проходи, конечно!
Терас, будто его и ждали, воодушевленно зашагал в центр комнаты и, недолго думая, устроился прямо на полу, скрестив ноги . Он протянул мне книги.
– Держи. Карион велел передать, что если на одной странице появится хоть одно пятнышко, он твои внутренности на гарнир подаст. Но он всегда так шутит. Почти всегда.
Я приняла стопку и, пристроившись поудобнее на своем ложе, стала рассматривать "трофеи". Две книги выглядели серьезно: "Магия и её виды: от первозданной энергии до применения видами" и 'Основание Дворов и их правители". Переплеты были потертыми, страницы пожелтевшими – видно, их часто брали в руки.
И тут мой взгляд упал на третью книгу. Она была тоньше, а ее обложка из мягкой кожи украшена причудливым тиснением, изображавшим танцующих фей и бегущих оленей. Я прочла название: "Сказки Амираниума".
Я немного удивилась.
– Сказки Амираниума? Карион... что-то напутал? – пробормотала я, перелистывая страницы с красивыми, хоть и выцветшими иллюстрациями.
Терас усмехнулся.
– Не-а. Он ничего не путает. Говорит, что мифы и сказки – та же история, только приукрашенная. И что иногда в них скрыто больше правды, чем в сухих хрониках. Сам он их, между прочим, обожает.
Это открытие заставило меня взглянуть на старшего Ищейку в новом свете. Убийца с темной энергией и когтями, читающий на ночь сказки о феях? Мир переворачивался с ног на голову.
Решив начать с основ, я взяла первую книгу – о магии.
– Хорошо, – сказала я, устраиваясь поудобнее. Леама притихла, с интересом глядя на меня. – Давайте начнем с этого.
Я открыла тяжелый переплет и начала читать вслух, впервые за долгое время чувствуя не страх, а жгучее, ненасытное любопытство.
– "Глава первая. Истоки. Магия не является порождением живых существ. Она – фундаментальная сила мироздания, подобная гравитации или времени. Все сущее пропитано ею, от камня под ногами до мысли в голове..."
Мой голос, звучавший чуть громче шепота, заполнял тишину комнаты, и слова, которые я произносила, казалось, оживали в воздухе, складываясь в грандиозную картину мироздания.
– "…Магия не создается, она лишь преобразуется. Первые существа, обладавшие сознанием, способным не просто излучать, но и формировать эту энергию, были эльфы. Согласно древнейшим легендам, задолго до основания Дворов, они были рождены из Слез Луны, упавших в священный источник, сокрытый в глубинах самого сердца Амираниума – озера Элэндриль".
Я перевернула страницу, и мои глаза расширились от изумления. Иллюстрация изображала подводный грот, в центре которого бил кристально чистый ключ, источающий ослепительное сияние. Вокруг него танцевали первые, еще бестелесные, сияющие сущности.
– "Этот источник, наделил первых эльфов невиданной силой. Именно она позволила им, объединившись, создать великие Дворы, дабы упорядочить хаос магии и обрести свой путь. Двор Воды, где эльфы научились дышать в морской пучине и на суше, повелевая течениями. Двор Земли, чьи дети черпали силу из соков самой природы, взращивая леса и полезные растения. Двор Огня, где первозданная мощь изливалась из раскаленных недр вулканов. Двор Солнца, воздвигший энергетический колодец, впитывающий и накапливающий животворящую энергию светила. Двор Воздуха, позже прозванный Двором Неба, где обрели дом древние каулы – крылатые существа, парящие в облаках. Двор Ночи, где почитали таинство тьмы и лунный свет. Двор Звезд, чьи жители благоговели перед светом каждой далекой звезды и читали по ним судьбы. И, наконец, Двор Ведьм, где сильнейшие из них, ведомые Первой Ведьмой, искали знания во всех проявлениях силы, не ограничиваясь одним путем".
Я оторвалась от книги, пытаясь осмыслить этот огромный, сложный мир.
– Дворов так много… – прошептала я.
Терас, сидевший на полу и слушавший с закрытыми глазами, улыбнулся, не открывая их.
– Да-да, Ведьмочка. Как и видов магии. Посмотри в оглавлении, там есть и про нас.
Я вернулась к началу книги и пробежалась пальцем по оглавлению. И правда, среди глав о стихийной магии, пророчествах и заклинаниях, нашлась та, что я искала: "Ищейки". Сердце забилось чаще. Я перелистнула на нужную страницу и снова начала читать вслух, но теперь голос мой звучал более настороженно.
– "Ищейки – древние защитники Амираниума, благословленные самим Источником. Появились вместе с первыми эльфами, созданные для поддержания баланса в мире. Их предназначение – истребление темных духов, порождений хаоса. Могут изменять внешность, отращивая когти и длинные клыки. Силой мысли пробуждают в себе резервную магию, однако полное превращение в сверхмощное существо доступно лишь при обретении истинной пары. Во время такого превращения плохо контролируют агрессию, и лишь истинная пара способна уравновесить их темную сторону".