Непосвящённая

Глава 18 Карион

Этого не может быть…

Я держал на руках её безжизненное тело, ещё теплое, но уже отдающее леденящей пустотой. Я смотрел в её застывшие от недоумения глаза на бледном лице и не верил. Не в силах был поверить. Она не могла умереть. Не сейчас. Не так.

Инстинкт, что был сейчас сильнее разума, заставил меня прильнуть ухом к её груди, туда, где под тонкой кожей должно было биться сердце. Я затаил дыхание, вслушиваясь в пульсирующий грохот собственной крови, в оглушительную тишину её угасания. И вдруг послышался слабый, едва уловимый звук. Глухой, отдалённый, как эхо из-под земли. Но он был.

Жива!

Петля, сжимавшая мою глотку, ослабла. Облегчение разлилось по моим венам. Но уже через мгновение накатила новая волна ярости и страха. Она еле держалась. Её жизнь угасала прямо на моих глазах...

— Не смей умирать, — хрипло прошептал я, вцепившись в её рубашку, словно мог физически удержать её душу. — Я успел привыкнуть к тебе! Проклятье! Всё вокруг потеряет без тебя смысл.

Сквозь гул в собственной голове я услышал смех Миады. Резкий, визгливый, полный торжествующего безумия. Он впивался в мозг.

— Какая трогательная сцена, — её голос словно разрезал воздух. — Но мне надоело возиться с вами. Добейте их!

И в этот миг что-то маленькое, тёмное вынырнуло из-за деревьев на поляну. Прямо передо мной бесшумно ступила маленькая лапка. Кот. Чёрный, как сама ночь. Он уселся, обвив хвостом лапы, и поднял морду. Его шерсть была не просто тёмной — она была воплощением тьмы, — густой и непроглядной, поглощающей свет, и источающей лёгкий зловещий дымок. А глаза… Они горели холодным красным пламенем, в котором словно вздымалась на дыбы чудовищная сила

— Что тебе надо? — Спросил я кота хриплым от сдерживаемых эмоций голосом.

Ответ я услышал вовсе не ушами, а ощутил где-то прямо внутри собственного черепа грубым, скрежещущим скрипом, будто камни тёрлись друг о друга:

— Я отвлеку эту сумасшедшую. Хватай девчонку и беги в непроходимый лес.

Что???

Но я не успел даже в мыслях произнести свой вопрос, как пространство вокруг кота задрожало, заколебалось. Из него повалил густой, чёрный, удушливый дым, пахнущий серой и пылью. Маленькая фигурка кота вдруг выросла, расплылась, исказилась, вытянулась в жуткую тень. На его месте возникло Нечто. Огромное, бесформенное, сотканное из тьмы и ненависти. Оно не имело четких очертаний, это была клубящаяся масса, в которой лишь угадывались когтистые лапы. И в центре этой кипящей массы — два пылающих угля, красных, как свежая кровь. Прямо под раскалёнными углями зияла пасть с бесчисленными рядами игловидных зубов, из которой свешивался длинный язык. Нечто медленно, с отвратительным чавканьем, облизнулось.

Я почувствовал, как магия сгустилась вокруг, стала плотной, тягучей. Волна давящей энергии исходила от духа, накрывая поляну, заставляя стражников отшатнуться. На лице Миады застыли ярость и изумление.

— Это что ещё такое?! — Пронзительно вскрикнула она.

Голос кота снова врезался в сознание, на этот раз он звучал нетерпеливо и яростно:

— Долго ты собираешься сидеть на месте? Беги с ведьмой, чёрт возьми! Я их задержу!

Раздумывать было некогда. Я, не думая, резко подхватил её обмякшее тело, прижал к груди, чувствуя слабый стук сердца, и рванул с места, в сторону спасительной непроходимой чащи.

Пока я бежал, ощущая на себе жгучие взгляды, за моей спиной раздался потусторонний рёв, вопли Миады и её проклятья, летевшие мне вдогонку. Но меня это больше не волновало. В ушах стоял звон, в висках стучало, а в груди горел один-единственный огонёк — слабый, но упрямый стук её сердца. Главное было убраться отсюда поскорее и помочь ей. Остальное не имело значения.

Я бежал несколько часов, прижимая к себе ведьму. Её тело стало тяжелее, эта безжизненная тяжесть липла к рукам и кричала о приближающемся конце. Лёгкие горели огнём, мышцы одеревенели, но я не останавливался, пока ноги не перестали слушаться меня. Я споткнулся о корень дерева и едва не упал.

— Дерьмо, — вырвался у меня слабый хриплый вздох.

Я остановился, прислушиваясь к ночи. Тишина. Только шелест листьев и бешеный стук собственного сердца. Осторожно, как драгоценность, я опустил её на мягкую траву в центре небольшой поляны. Лунный свет пробивался сквозь ветви, отбрасывая зловещие, растянутые тени, будто окружающий лес готовился поглотить нас.

Я опустился на колени, склонился над ней. Ладонь дрожала, когда я приложил её к сердцу ведьмы. Затаив дыхание, я вслушивался, отсекая гул в ушах. И... да. Стук. Тихий, отдалённый. Но он был. Значит, надежда ещё есть.

— Но что делать дальше? — Прошептал я в ночь, ощущая ледяную хватку паники на своём разгорячённом горле.

Я уже поднимался, чтобы снова бежать. Двор Неба. Их маги... Но до них три дня пути. Переживёт ли она?

Судорожно перебирая в голове безнадёжные идеи, я вдруг ощутил чьё-то присутствие за спиной. Густое, маслянистое, пропитанное древней магией. Я резко обернулся.

Напротив, в тени старого дуба, сидел кот. Он передвигался бесшумно, как призрак. Его взгляд был прикован к ведьме. Я пристально смотрел на кота, пытаясь разгадать его намерения. Что ему нужно от неё?

Кот медленно, с невозмутимым спокойствием, направился к ней. Я инстинктивно живым щитом преградил ему путь, выпустил когти и зарычал.

И тут в голове снова раздался тот самый мерзкий голос, на этот раз звучавший раздражённо:

— Отойди, ищейка. Мне нужно почувствовать её жизненные силы.

Я не шелохнулся. Неважно, что он помог нам. От тёмных духов добра не жди. Это я усвоил за свою долгую жизнь.

— Ты хочешь ей помочь или нет? — Голос прорвался в моё сознание с такой силой, что я вздрогнул.

— Кто ты и что тебе нужно? — Я выпустил наружу всю свою тёмную сторону, магия закипела в крови, когти стали ещё длиннее и острее. — За пятьсот лет я ещё не встречал тёмного духа, обладающего сознанием.

Кот... Нет, скорее существо, вздохнуло, и пространство вокруг него задрожало. Воздух снова сгустился, стал тягучим и тяжёлым. Передо мной опять возник тот самый бесформенный дух из тьмы с клыкастой пастью и пылающими глазами. Его голос пророкотал ядовито и насмешливо:

— Смотрю, ты решил поболтать? Ну что ж. Я не тот тёмный дух, к которым ты привык. Я демон из мира людей и пришёл за своей девчонкой.

— Она не твоя! — Я прорычал, указывая на него когтем.

— Пока ты выясняешь, кому она принадлежит, время идёт, и силы у неё кончаются. — Демон шумно и нетерпеливо вздохнул. — Я не могу перенести её без телесной оболочки куда следует, а ты можешь. Так что не спорь и послушай меня.

Его слова заставили меня задуматься. Таких я и правда не встречал. Возможно, он не лжёт о своём происхождении. Но называть её «своей»? Каждая клетка моего тела восставала против этого.

— Что ты предлагаешь? — Грубо спросил я, всё ещё не сдвигаясь с места и давая понять, что не доверяю ему.

Демон медленно облизнулся, и его глаза сверкнули красным пламенем:

— Я побродил по вашему миру и обнаружил кое-что интересное. Источник в Древнем Озере, ты наверняка его знаешь. Он у вас что-то вроде божества и имеет сознание. Тащи девчонку туда. Это единственный способ.

— Не сработает, — я мотал головой. — Источник просто утопит её и заберёт душу.

Демон ухмыльнулся, оскалив игловидные зубы:

— Не заберёт. У неё чистая душа, и её кровь несёт в себе след вашего мира.

— Я не могу довериться твоим словам, демон, — обречённо вздохнул я.

— Знаешь, почему ты понимаешь меня, Карион? — Его голос в моей голове звучал тише, но от этого казался ещё страшнее.

Я отшатнулся, услышав своё имя. Как он...?

— И почему же? — как можно спокойнее спросил я.

Демон указал на меня когтистой лапой:

— Потому что в твоей крови тоже течёт тёмная магия. Та же, что и во мне. Только она в заточении.

— Это не так! — Оборвал я его.

— Так… Можешь не верить. — Он презрительно фыркнул. — Но тогда засунь свои предрассудки себе в задницу и неси девчонку к Источнику, пока мы её не потеряли!

Он говорил это с раздражающей уверенностью. Я снова наклонился над ведьмой. Её дыхание было едва заметным, губы посинели. Времени не оставалось. Совсем. Собравшись с духом и принимая безысходность, я повернулся к демону:

— Ладно. Но если она не переживёт встречу с Источником, я убью тебя. — почти прорычал я, пылая яростью. — Медленно и мучительно.

Демон снова ухмыльнулся и прищурился от удовольствия:

— Сначала спасём её. Потом решим, кто кого будет медленно убивать. До Источника три часа пути. И то, если будешь бежать быстро.

Я кивнул, больше не в силах спорить. Бережно, но крепко, я поднял её тело, прижал к груди, с облегчением ощутил слабый, упрямый стук сердца против своего.

— Держись, маленький воин, — прошептал я ей на ухо. — Просто… держись.

Я побежал. Сквозь ночь, сквозь страх, сквозь сомнения, ведомый лишь слабой надеждой и обещаниями загадочного демона.

***

Время больше не имело значения, был только этот момент — здесь и сейчас. Я бежал так быстро, что в ушах ревел ветер. Моё сердце грозилось выпрыгнуть из груди, но я не останавливался, выжимая из своих мышц всё до последней капли, призывая на помощь всю свою тёмную сущность, лишь бы успеть.

Казалось, в этом стремительном беге прошла целая вечность, прежде чем я вылетел на знакомую поляну, от вида которой у меня перехватило дыхание. Древний Источник. Он сверкал, отражая свет луны. Серебристые ивы, словно скорбящие духи, склонились над водой, их длинные ветви почти касались зеркала воды, покрытой лёгкой, магической дымкой. Всё здесь дышало силой, древней и безразличной к нашим мелким жизням.

Я ступил к самой кромке воды и аккуратно положил ведьму на мягкую траву. Пальцы дрожали, расстёгивая пряжку на штанах. Кожаный ремень со звоном упал на камни, за ним — рубаха, впитавшая пот, пыль и кровь нашего отчаянного пути.

Перед тем как раздеть ведьму, я замер. Касаться её обнажённого тела казалось немыслимым.

И вдруг прерывистый хриплый предсмертный вдох вырвался из её груди.

— Нет времени, — прошипел я сам себе. — Никаких сомнений.

Я сорвал с неё одежду, мои пальцы скользнули по ледяной коже. Но под тонкими веками метались зрачки. Она ещё боролась.

— Не смей умирать… — прошептал я, поднимая ведьму на руки.

Я ступил в воду. Поверхность озера содрогнулась, как живая. От моих ног по воде расходились не привычные плавные круги, а яростные дрожащие колебания, будто вода вскипала изнутри от нашего внезапного вторжения. Холод обжигал кожу, резал, как тысяча лезвий. Но постепенно он сменился странным, проникающим глубоко, в самые в кости, теплом.

Я заходил всё глубже. Вода поднималась до пояса, затем до груди… Каждый последующий шаг давался куда тяжелее предыдущего. Казалось омут тянул меня в свои объятия.

— Прошу… — моё дыхание смешалось с шёпотом Источника, с его древним, незнакомым голосом. — Можешь забрать меня, но спаси её.

Я погрузил её полностью. Длинные волосы разметались тёмным дымом, лицо мерцало сквозь толщу воды, бледное и беззащитное.

И тут началось необъяснимое…

Мои ноги словно обвили невидимые щупальца. Они с силой потянули вниз. Я пытался держать ведьму, но пальцы онемели, отказывались слушаться. Вода, тяжёлая и насыщенная магией, хлынула в рот, в лёгкие, но вместо боли и паники пришла какая-то пьянящая лёгкость. Магия кружила голову, доставая из меня последние силы.

Я тонул. Темнота сгущалась, но страха не было. Последнее, что я почувствовал — как неведомая сила тянет меня на дно.

Тепло.

Тишина.

И абсолютная, беспросветная тьма.

И вдруг — ... знакомый голос, от которого больно сжалось моё сердце:

— Здравствуй, сынок.

— Мама? — растерянно, по-детски прошептал я в темноту. — Это ты?

— Да. Теперь моя душа — часть этого Источника. Я почувствовала тебя, как только ты вошёл в воду, и потянулась навстречу.

— Но я не вижу тебя, — прошептал я, не веря в происходящее.

— Ты и не должен. Ты слышишь мой голос, потому что мы связаны кровью. Навсегда.

— Мама... — Мой голос дрогнул, в нём была вся боль пятисот лет одиночества. — Помоги. Помоги спасти ведьму, которую я привёл. Я не могу... не могу её потерять.

— Не мне это решать, сынок. Сила Источника не подвластна никому. Я лишь могу задержать твою душу в теле, пока не решится её судьба. Я лишь даю ей шанс спасти тебя, если Источник посчитает её достойной.

— Когда я увидел, как она умирает... во мне будто что-то сломалось, мама. Что-то важное.

— Так и должно быть. Вы связаны. Просто будь рядом с ней. Всегда.

Наступила тишина, словно я опять остался один на один со своей болью.

— Мама? Мама?! — Я повторял отчаянно, пытаясь удержать мать или хотя бы эхо её слов.

В ответ раздался лишь ускользающий шёпот, похожий на дуновение ветра:

— Я люблю тебя, сынок.

Я прошептал в пустоту, зная, что она всё ещё слышит:

— И я тебя люблю, мама...

Глава 19 Древний источник

— Просыпайся, дитя, — тихий голос просочился сквозь тьму. — Зачем ты пришла ко мне?..

— Я никуда не приходила… — Прошептала я в ответ.

Оставьте меня в покое. Этот мир принёс мне только боль и страх. Я устала чувствовать. Устала существовать.

— Чего ты хочешь, дитя? — Настаивал голос.

— Ничего… Меня больше нет.

Я пыталась оторваться от всего, что тяготило меня, и погрузиться в небытие, освобождающее от боли. Но что-то упорно не отпускало. Какая-то неведомая сила невидимыми щупальцами, проникала в самое нутро, выворачивая душу наизнанку. Она тянула наружу каждую мысль, каждую рану, каждую слезу, что я так тщательно прятала.

— Говори, дитя… — Твёрдо приказал голос.

Болезненные, страшные воспоминания хлынули, как бурная река, сметая всё на своем пути.

Таверна. Леама. Её тёплая, живая улыбка…

Ищейки. Их холодные глаза, когти, сверкающие в темноте…

Тасио. Его любовь и его смерть…

Дорок и его предательство…

Терас и его добрая улыбка…

Лес. Карион. Его хмурый взгляд, в котором таилась буря.

Ведьма Миада и её безумное лицо…

Леама, падающая замертво…

И наконец — я перед зеркалом. Кто я?

— Чего ты хочешь, дитя? — Голос звучал уже прямо в моём сознании, не оставляя возможности спрятаться от него.

— Я хочу знать кто я! — Почти прокричала я от боли и отчаяния. — Скажи мне!

— Ты человек в теле ведьмы. Ты — непосвящённая. Ты — потомок первой ведьмы, что когда-то пришла ко мне за помощью.

— Как мне стать настоящей собой? — Мой голос дрожал.

— Ты хочешь снова стать человеком?

— Разве у меня есть выбор?

В моём голосе смешались отчаяние, надежда и горечь сожаления об утраченной человеческой жизни. Наступила гнетущая тишина.

— Я чувствую в тебе силу, дитя. — После паузы голос звучал чуть мягче, но по-прежнему мощно. — Она течёт в твоих жилах. Это крохотная частичка меня. Обладание ею сулит огромную власть в этом мире. Ты хочешь власти?

— Нет! — Ответила я без колебания.

— Тогда чего ты хочешь?

— Я не знаю… — мой голос сорвался от подступающих слёз. — Я живу не своей жизнью. Испытываю не свои чувства. Я… потерялась. Я так одинока.

— Я могу дать тебе новое тело. Твоё. То, что будет принадлежать тебе по праву крови. — Голос прозвучал так, словно взвешивал каждое слово. — Но взамен ты выполнишь мою просьбу. А если не согласишься на мои условия, то умрёшь.

— Я… стану собой? — Моё сердце ёкнуло в надежде.

— Не совсем. Ты начнёшь всё с чистого листа, переродишься. Я открою тебе доступ к твоей силе, но учиться управлять ею ты будешь сама. Как и своими желаниями… и своей болью.

— А память? Я буду помнить свою человеческую жизнь? — Спросила я, наперёд зная, каким будет ответ.

— Это то, чем ты пожертвуешь. Но твои воспоминания об этом мире останутся с тобой.

Я замерла. Цена… Всегда есть цена.

— Решайся, дитя. Пока твой спутник не умер на моём дне.

— Спутник?

Я перевернулась, сделав плавный оборот в воде и увидела его.

Карион…

Он лежал на дне без движения, с бледным лицом, его тёмные волосы разметались подобно водорослям.

— Зачем ты его утопил?! — Мой голос сорвался на истошный крик. — Он не имеет ко мне никакого отношения! Отпусти его! Прошу!

— Он вошёл в воды добровольно. Чтобы ты попала ко мне.

— Что?.. Не понимаю… Зачем? — Я смотрела на безжизненное тело Кариона, и моё сердце больно сжималось.

— Ты была на грани смерти. Он принёс тебя сюда и потребовал исцелить.

Я не верила в то, что слышала. Горло сдавили слёзы от нахлынувших непонятных мне эмоций.

Он… добровольно? Ради меня?

— Так не должно быть! — Закричала я сквозь слёзы. — Верни его! Он не должен умирать из-за меня!

— Если примешь мой дар — сама спасёшь его.

Я зажмурилась. Карион… Он бросился ко мне, как только Миада пронзила моё тело заклятьем, и принёс сюда, чтобы спасти. А теперь он лежал на дне.

— Что я должна сделать? — Спросила я решительно и твёрдо.

— Другое дитя древней ведьмы, потомок, принявший тьму, хочет разрушить барьер между мирами. Она ослеплена жаждой власти. Останови её.

— Миада...

— Да. Убей её. И принеси мне Книгу Вечности. Я скрою её в своих водах. Равновесие не должно быть нарушено.

— Убить?.. — недоумевая прошептала я, и по телу пробежала дрожь.

— Ты справишься с этим. И, к тому же, ты не одна. В этом мире есть тот, кто предназначен тебе. Помоги мне восстановить баланс. И живи дальше так, как захочешь.

Я сделала глубокий вдох, словно прощаясь с жизнью. Затем помотрела на тёмную фигуру, лежащую на дне, вгляделась в спокойное, прекрасное лицо.

— Я принимаю твой дар.

— Тогда запомни: имя твоё отныне — Мирада. Оно означает гармонию светлой магии и тьмы, что всегда будут внутри тебя.

В ту же секунду моё тело пронзила острая, всепоглощающая боль. Будто тысячи игл одновременно впились в кожу, будто кости ломались и срастались заново. Я закричала, но не услышала ни звука. Я чувствовала только гул в ушах, только жар, растекающийся по венам как расплавленный металл.

Не выдержу…

Не выдержу…

Слишком дикая боль…

И вдруг — тишина.

Боль отступила, оставив после себя лёгкое, покалывающее тепло. Я была другой. Сильной. Целой.Собой.

Я открыла глаза и рванула вниз, туда, где лежал Карион. Схватила его за руку и с новой, неведомой ранее, силой оттолкнулась от дна. мы преодолели толщу магической воды и оказались на поверхности Источника. Я жадно вдыхала обжигающий лёгкие воздух, одной рукой цепляясь за берег, другой удерживая его.

Живи…

— Какой же ты тяжёлый… — Сквозь зубы прошипела я, с невероятным усилием вытаскивая массивное тело на берег.

Его кожа была холодной и бледной, губы посинели.

Нет. Хватит. Хватит смертей!

— Очнись! — Я впилась пальцами в неподвижную грудь, села верхом и начала давить на грудную клетку… — Давай же! Дыши, Карион!

Мой голос срывался на отчаянный крик. Сила… Источник же дал мне магическую силу. Я сосредоточилась, чтобы найти внутри себя эту силу. Отыскав тот самый живой, яркий свет, я склонилась над Карионом и вдохнула в него частичку магии, частичку себя.

Он вздрогнул. Холодное могучее тело скорчилось в судороге, изо рта хлынула вода. Он захрипел, судорожно вдохнул и открыл глаза.

Карие. Глубокие. Живые.

— Ты… — Прохрипел он и впился в меня мутным неосознанным взглядом.

— Жив! — Я обвила руками, не в силах сдержать своей радости, прижалась щекой к его мокрой груди, в которой билось сердце. — Жив…

Он медленно приподнялся, опёрся на локти. Его изучающий взгляд скользил по моему лицу, по мокрым волосам, по новому телу.

— Это я. Ведьма. Только теперь меня зовут Мира, — робко произнесла я.

На мгновение его глаза стали полностью чёрными, с золотистым отблеском в глубине, он глубоко вздохнул, и они снова стали карими.

— Ми-ра, — протянул он, словно пробуя моё новое имя на вкус. Его голос охрип, но в нём не было привычной мне холодности или насмешки. В нём было… что-то совершенно новое.

— Ты снова поменялась с кем-то телами?

Я замерла, чувствуя, как зарумянились мои щёки. Он не хмурился, не отворачивался. Он внимательно смотрел мне в глаза.

— Нет. Теперь это моё настоящее, единственное тело, — ответила я, словно произнося заклинание.

Он поднял руку, чтобы коснуться моей щеки, проверить, реальна ли я, но остановился в сантиметре от кожи. Воздух между нами наэлектризовался, стал густым и сладким.

— Ты… красивая, — прошептал Карион и снова потянулся ко мне. Он медленно приближался, его тёмные влажные волосы почти касались моего лба, взгляд был заворожённым, будто он находился под гипнозом.

Моё сердце бешено заколотилось, в висках застучала кровь. Я уже собиралась снять напряжение шуткой, спросить, не повредил ли Источник его рассудок, как почувствовала знакомое, леденящее присутствие.

Я резко обернулась.

На замшелом камне рядом с нами сидел он. Мой чёрный кот. Его шерсть поглощала свет, а глаза — два красных угля — были прикованы к нам с Карионом. И в их багровом пламени читалось безмолвное, но весьма красноречивое предупреждение.

***

Карион.

Я находился в полной, беззвучной тьме. Она была такой знакомой, убаюкивающей. Я уже почти смирился с ней, почти перестал чувствовать, как вдруг — удар. Резкая, боль, будто в меня ударила молния. Каждый нерв взвыл, лёгкие напряглись и вытолкнули из себя ледяную воду. Я закашлялся и открыл глаза.

Первое, что увидел — её лицо. Настолько близко. Мокрые волосы прилипли к щекам, капли воды сверкали на ресницах. Воздух, который я вдыхал, был насыщен её дыханием, её запахом — магией и чем-то очень родным. Моё сердце забилось с бешеной скоростью, я почувствовал, как всё моё существо, каждая клетка, тянется к ней. Я отчаянно нуждался в близости с ней. В её взгляде. В её тепле.

Она сказала: «Это я. Ведьма. Только теперь меня зовут Мира».

Её голос... Он был всё тем же, но в нём появились новые, немного бархатные, нотки. В этот миг в целом мире остались только мы с ней. И я понял, что больше не смогу без неё. Она — всё, в чём я нуждаюсь. Ради неё я пойду на всё, сожгу небеса и растопчу весь этот мир.

Какая она красивая...

Моя рука сама потянулась к её щеке, чтобы стереть каплю воды. Я видел, как её зрачки расширились, почувствовал, как воздух между нами накалился. Я хотел прикоснуться. Поцеловать. Забыть обо всём.

Но внезапно в моё сознание впился знакомый противный скрежет:

— Ну, допустим... мяу.