– Меня не волнует кровь убийц.
Я пожал плечами.
– Вы нарушили закон. Теперь вы – преступник. Я как гражданин Аалейи имею право пресечь преступление.
Похоже, Жедар и правда не ожидал, что я стану так себя вести. Он выглядел растерянным, но быстро справился с собой.
– Закон несовершенен. Я поймал его над трупом. Такие люди не останавливаются просто так. Он будет убивать еще. Закон не способен его остановить.
Он что, предлагает дебаты? Я без понятия, что мне делать дальше, так что остается только спорить. Может, мы к чему-то придем?
– Нельзя сделать мир лучше убийствами. Видя беззакония, которые творит полиция, народ не верит в справедливость. Именно поэтому многие предпочитают идти на преступления. Потому что вы… многие из вас – продажные сволочи. Если вас так беспокоят преступления – ищите другие пути. Ловите тех, кто принимает взятки, пусть полицейские перестанут крышевать наркоторговлю и другую мафию. Займитесь делом, а не играйте в бога. Вы не бог и никогда им не станете.
Раздался тихий смех.
От голоса, как будто какого-то внеземного, звучащего так глубоко и многогранно, что мне не хватило слов, чтобы это описать, по телу прошла дрожь. Я огляделся. Кто это был?..
– Дай мне меч убийцы, – Жедар говорил сухо. Его лицо окаменело.
Будучи ошарашенным, пытаясь прийти в себя, я молча подчинился. Полицейский забрал оружие и пошел прочь. Спина сгорбилась, а ступал он тяжело, как будто клинок весил центнер. Это из-за того, что я сказал?.. Он выглядит так, как будто ему и правда очень больно…
Зачем ты с ним это делаешь? – прошептал я, не надеясь на ответ.
Но раздался голос, льющийся как будто отовсюду, голос, от которого вновь поползли мурашки:
– А зачем ты стал элитором, кначет?
Я активировал чувства на полную, закрыл глаза, но не обнаружил ни следа ауры. Кначета здесь не было.
– Где ты?
Нет ответа.
«Кначет»… Он не может не видеть, что я человек, верно?.. Видимо, он о моей сути. Похоже, теперь каждый встречный гость из Олокуза будет мне высказывать эту претензию. Охотник, морочка, теперь он… Я вздохнул и пошел назад. Надо вернуться, пока Кэллит совсем не озверел (интересно, он умеет?). Расскажу то, что узнал. Они согласятся, что это Кантэзо. Теперь они согласятся.
Мор побери… А ведь, согласно информации Венэна, район, который держит жертва влияния, и правда стал свободнее от преступности, чем другие. И не за последние пару месяцев, а задолго до случившегося. Жедар был хорошим полицейским. Почему кначету нужно было выбирать именно его?..
«Если вам встретился Кантэзо – смиритесь», – написано в учебнике. Я не хочу. Я не хочу смиряться. Я не сдамся.
Боги, такая женщина, как Верония, не может любить полного козла. Жедар, наверное, замечательный человек. Я должен его спасти. Я просто обязан.
Непобедимый враг
– Ты где был? – Кэллит встретил меня холодным взглядом.
– Ушел прогуляться. У меня есть новости, я встре…
Крой поднял руку.
– Подожди. Ты ушел прогуляться?
Его голос не предвещал ничего хорошего.
– Да, вашу мать, я ушел прогуляться, – раздраженно сказал я, – я встретил Жедара. И Кантэзо.
Венэн присвистнул.
– В смысле встретил Кантэзо?! Вживую?! Что произошло?!
– Стоп. – Командир снова поднял руку. – Ты ушел прогуляться во время работы?
Заговорить ему зубы, похоже, невозможно.
– А смысл? – Я скривил губы. – Я знал, что это Кантэзо, я же вам сказал. Искать другого кначета просто бесполезная трата времени. Но я бы предпочел не выяснять отношения, а перейти к делу.
Верло глядел на Кэллита в нетерпении. Ему не терпелось услышать историю.
– Знал? Откуда?
Вот же блин. Я не могу ему это объяснить. Я пожал плечами.
– Мы же вместе разговаривали. Поведение Жедара нелогично, если иметь в виду других кначетов.
– И только на основании того, что происходит что-то нетипичное, ты решил, что это Кантэзо? Разве тебе не рассказывали, что не все кначеты ведут себя типично?
Конечно, рассказывали! Боги…
– Хорошо. Я сделал предположение, и я был прав.
– Прав или это опять просто предположение?
Технически, я не видел его тело, так что стопроцентных доказательств у меня нет…
– Хорошо, это опять просто предположение.
Я поймал насмешливый взгляд Венэна. Он получал неприкрытое удовольствие от того, как меня разносят. Доставлять ему радость было неприятно, но я не мог остановить это. Я нахмурился и взглянул на Кроя:
– Теперь я могу сказать о том, что было?
– Нет. Теперь ты должен объяснить, почему ты самовольно покинул рабочее место, никому ничего не сказав.
– Я сказал Веронии.
– Никому из нас.
– Я же объяснил, это бессмысленно…
– Бессмысленно, по твоему мнению, было искать кначета, которого нет. Но не сообщить об уходе – нарушение субординации. Ты уже не первый раз так делаешь. Хочу напомнить, что ты в команде и находишься под моим началом. Ты должен следовать моим приказам, а если не хочешь им следовать, ты должен поговорить со мной об этом.