– Зак, – робко произнес мальчик.
– Зак, почему эти мерзавцы донимают тебя?
– Ллицом не вы… вышел… А еще, как ты могла заметить, я за… заика и просто ходяччее чучело для приколов, – опуская в пол глаза, ответил он.
– Но это же глупо… Какой бред! – сорвалось у меня. – Да, ты заикаешься, но в этом нет абсолютно ничего такого, а внешне, ты очень даже неплох. Только вот штаны бы поменять, а то складывается ощущение, что ты их снял с бездомного…
Лицо Зака просияло от радости. Видимо, комплименты ему делали очень редко, а особенно девочки.
– Да уж, по пповоду штанов ты права, – смеясь, подтвердил он. – Я ппросто не умею выбирать оддежду, с этим мне помогает м..мама.
На этой ноте мы засмеялись по-детски, просто так, забыв про то, что было несколько минут назад. Поразительно, как быстро, наш мозг адаптируется ко всему происходящему.
– А ккак твое имя? – поинтересовался он.
– Сара.
– Сара, моггу я провводить тебя до дома, если, конечно, ты н… не против?
Я немного впала в ступор. У меня никогда не было даже дружеских отношений с мальчиками. А уж говорить о том, чтобы меня кто-то провожал до дома – просто смешно… Естественно, я опешила.
– Ну… да. Конечно, не против. Мой дом находится в паре кварталов отсюда, ты успеешь проводить меня и вернуться домой дотемна. – Выпалила я на одном дыхании.
Дорогу до дома мы окрасили разговорами, болтая обо всем подряд. Зак рассказал мне про свою прежнюю жизнь, про старых друзей, близких, а также про жуткую аварию, которая так сильно поломала его настоящее. Я же слушала и не могла поверить, как в столь юном возрасте он борется со всем этим ужасом. Оказывается, раньше он не был заикой, а в классе у него было полно доброжелателей, но жизнь поменялось в один миг…
В свою очередь, он также расспрашивал меня; ему было интересно знать абсолютно все: чем я увлекаюсь, какие предпочитаю книги, как учусь… Никогда бы не подумала, что общаться с мальчиком может быть настолько интересно, мои предыдущие опыты в коммуникации с противоположным полом были весьма и весьма удручающими. Я быстро свыклась с заиканием Зака и практически перестала его замечать. Теперь он был в моих глазах просто мальчиком, веселым и беззаботным учеником, который ничем не отличался от других, кто бы и что не говорил…
– Это был, пожалуй, самый увлекательный поход из школы в моей жизни, – подходя к дому, с улыбкой на лице подытожила я.
– Н..не могу не согласиться. Мне то..тоже было очень хорошо с тобой.
– Давай дружить, – сорвалось с моего языка. И я тут же поймала себя на мысли, что просто навязываюсь ему – глупо и опрометчиво. Наверное, я слишком спешу, друзьями не становятся после одной прогулки, во всяком случае, мне так казалось. Мои щеки моментально раскраснелись, а глаза опустились в пол.
– А й…я думал, ты никогда н…не спросишь уже… Было бы просто чудесно!
Лицо мальчика расплылось в приятной улыбке.
– Ну, вот и отлично, – радостно подхватила я, при этом испытывая сильное облегчение.
Мы обнялись на прощание, и я зашла домой. Закрыв за собой дверь, бессильно облокотилась на нее спиной и соскользнула вниз. Настроение было такое, что хотелось петь, кричать и смеяться на весь дом. Похожей эйфории у меня не было с тех пор, как я впервые села на лошадь. Дело в том, что я обожаю лошадей и все детство мечтала о том, чтобы меня отдали в школу верховой езды, но по меркам нашей семьи такие занятия очень дорогие…
Немного придя в себя, я встала с пола и подошла к окну. Зак только отошел от дома. Я уставилась ему вслед и не могла оторваться. Еще долго мои глаза провожали его, пока силуэт мальчика окончательно не растворился вдалеке, мне показалось, что между нами возникла какая-то связь…
Глава 3. Предпосылки.
Старая я.
Прости меня, дорогой читатель, за столь обрывочное повествование. Ника уже пришла с перекисью, и мне пора отвлечься от воспоминаний, чтобы вернуться в действительность. Но я обещаю рассказать вам все до самого конца…
– Сара, тут все, что я смогла найти: перекись, бинт, жгут, если нужен, – ринулась перечислять она.
– Да уж. Куда я без жгута…
На лице Ники проступает улыбка. На моем же невозможно прочесть ничего, кроме ледяного спокойствия.
– С кем болтала по телефону, пока меня не было, колись, я все слышала.
А то ты не знаешь…
– А тебе-то какая разница? – сухо бросаю я.
– Сара, ты чего… Я же просто…
– Ника, перестань, не строй из себя глупенькую овечку. Какого черта ты общаешься с Сэмом за моей спиной?
– Успокойся. Только не говори, что ревнуешь. Ты же понимаешь, что между нами даже близко не может быть никаких отношений. Сэм любит тебя, и, если тебя это успокоит, он не в моем вкусе… Мы общаемся просто как друзья.
– Ага, спешу верить…
– Дура ревнивая! Я попросила его позвонить тебе, потому что видела, в каком дерьмовом настроении ты находишься. Думала, он сможет поднять его тебе… Все наше общение строится на обсуждении планов на предстоящую поездку: какой алкоголь покупать, что брать по еде и т. д. Ты сама говорила, что не хочешь с этим всем возиться, поэтому я взяла организацию в свои руки… Я составляю ему список из того, что нужно взять, а он по нему покупает.
В диалоге повисла тишина. Слова Ники звучали убедительно, но даже тот факт, что они просто общались как друзья, заставлял мое сердце обливаться ревностной кислотой, отравляющей сознание. Я считаю, что если человек твой, то он твой без остатка. Вы принадлежите друг другу полностью, до последней капли, и никакие «дружеские отношения» не должны присутствовать даже близко. Знаю, это прозвучало эгоистично, и, как минимум, глупо, но на другой расклад я не согласна. Либо так, либо никак иначе. Компромиссам здесь места нет.
– Нужно быть совсем повернутой, чтобы сейчас поссориться из-за этого с лучшей подругой, – снова вставила Ника.
– Как скажешь…
– Ну прости меня. Мне, действительно, следовало рассказать тебе о нашем общении… Сара, я безумно дорожу нашей дружбой…
Голос Ники даже дрогнул на этом моменте. По всему было видно, что она переживает и ей стыдно. Мне стало даже как-то не по себе: не могу смотреть на то, как близкие люди страдают…
– Ладно, забыли… – тяжело вздыхая, произношу я.
– Снова лучшие подруги?
– Лучшие, – соглашаюсь я. – Только есть одно условие…
– Какое?
– Больше никаких секретов. Хорошо?
– Обещаю тебе.
Я беру у Ники перекись и начинаю обрабатывать раны. Она в это время ложится на мат рядом со мной и что-то запевает себе под нос. До начала урока не больше пяти минут и народ уже подтягивается в зал. Вот прошли парни и исчезли в раздевалке, шумно обсуждая последние новости спорта. Девчонки тоже постепенно подходят и идут переодеваться.
– Ну что, будешь заниматься сегодня? – спросила, приподнимаясь на локтях, Ника.
– Скорее всего.