Мы пошли вниз по улице, прямиком до ароматной темноты «Ритца», и сели за столик в баре.
– Вот это да, – вздохнула Тэнси, – как круто. У них даже пианист есть. И икра в меню. Ты, наверное, постоянно сюда ходишь?
– Хотелось бы! Двадцать фунтов за коктейль – это не для меня.
Какое-то время она смотрела на цены в меню и вздрагивала, а потом сказала:
– Так, я плачу. Раз ты уже так мне помогла! Мне «Идеального Джентльмена», пожалуйста.
– А мне «Железную Леди», – сказала я назойливому официанту.
Несколько минут Тэнси восхищалась красотой нашего офиса и расспрашивала меня о том, как работают хедж-фонды. Я старалась не пускаться в кучу скучных и ненужных подробностей об альтернативных инвестициях, портфелях институционных инвесторов и разнице между активными и пассивными стратегиями. Главное, ей было очень интересно – она жадно слушала и задавала умные вопросы. Мне было бы очень лестно, если бы я не знала, что все это – экстренный курс подготовки к очень важному тесту.
Ее сила воли меня поражала. Только после того, как мы заказали по второму коктейлю и нам принесли еще по миске с оливками, она сказала:
– Ну. Расскажи мне о нем.
– О Ренцо?
«Ну конечно о Ренцо, Шарлотта. Боже мой».
– Ага, – подтвердила Тэнси.
– Ну, ему тридцать два. Родился в Риме. Учился в Кембридже и Массачусетском технологическом институте. Несколько лет работал в Немецком банке, а потом…
Но зачем ей было слушать его резюме. Она же не проводила с ним собеседование о приеме на работу – скорее, сама к нему готовилась. Я ломала голову, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, чего не будет в его профиле на LinkedIn (она и так его откроет, как только я выйду в туалет).
Я сделала глоток коктейля.
– Он – Козерог, родился пятнадцатого января. Следит за «Формулой?1» и болеет за футбольный клуб «Лацио» – не «Рома», это важно. Похоже, у него огромная семья – он постоянно просит помощников пойти и купить его племянникам и племянницам подарки на дни рождения и крестины.
– О, как мило, – сказала Тэнси, а я еле удержалась от того, чтобы сказать, что было бы еще милее, если бы он поднапрягся и сходил за ними сам.
– Его любимые рестораны – «Квадрат» и «Скетч». Живет в квартире в Марилебоне, совсем недалеко от Харли-стрит. Могу дать адрес, если хочешь начать жесткую слежку.
Тэнси захихикала.
– Да нет, не надо. Ну или, может, в другой раз. Девушки у него нет?
– Нет, девушки нет. Насколько я знаю, он ни с кем не встречался с того времени, как пришел к нам работать в начале года.
– Был женат? – спросила она.
– Нет. Но знаешь, честно говоря, когда я впервые его встретила, я тоже какое-то время ходила за ним по пятам. Знаешь, как бывает. Он встречался с Табитой Уайтли, знаешь, моделью, еще с какой-то девушкой из «Сделано в Челси» [15 - Британское реалити-шоу, идущее по ТВ с 9 мая 2011 года.], не помню ее имени, и с Минти Хастингс-Херберт – я прочитала в «Хэллоу!», что она когда-то встречалась с Хью Гровенором [16 - 7-й герцог Вестминстерский.]. Так что он очень избирательный – ты в хорошей компании. Только похоже, что меняет девушек как перчатки.
– Я люблю трудности. Ну что, давай закажем еще коктейли.
Мы заказали и какое-то время говорили о другом. Но я знала, что Тэнси раздирает вернуться к разговору о Ренцо.
И вдруг она выпалила:
– Да он все равно не позвонит, нечего волноваться.
– Я удивлюсь, если не позвонит.
– Правда? – спросила она вдруг с надеждой и волнением в голосе.
– Ну, во?первых, посмотри на себя. По сравнению с тобой эта девушка из «Сделано в Челси» и Минти, как ее там, просто дурнушки. Я знаю, загуглила. А еще, Ренцо просто так ничего не делает. Они все у нас такие: быстро принимают решения и приводят их в исполнение. Позвонит он.
– В таком случае надо поскорее подкрасить корни и сходить в солярий недели через две.
– Только через две?
– Не хочу, чтобы он думал, что я на все готовая. Ты что, я же серьезно.
Я с восхищением подумала, что они с Ренцо нашли друг друга, но сказала:
– Что бы ты ни делала, не влюбляйся в него. Я не вынесу, если он разобьет тебе сердце.
Я посмотрела на ее милое, нетерпеливое лицо, вспомнила, какой доброй она была ко мне, когда я волновалась из-за Мэдди, как провела со мной целый день, потому что мне было одиноко, как положила в контейнер еды на тридцать фунтов – с такой легкостью, будто делает это каждый раз, когда ходит в магазин, – и поняла, что действительно за нее волнуюсь.
* * *
Следующая неделя далась Тэнси непросто. Представляю, какая ей нужна была сила воли, чтобы не спрашивать каждый день, был ли Ренцо сегодня на работе, ходил ли куда-то прошлым вечером, ходил ли на ланч и с кем, спрашивал ли о ней. Но каким-то образом она удержалась.
Знаю, что вы подумаете: «Что? Она его видела всего пять минут! Она что, какая-то сексуально озабоченная?» Но если в отношениях и бывает такой период, когда даже в самых нормальных, рациональных людях пробуждается какая-то озабоченность, то опыт мне подсказывает, что это происходит не под конец и не тогда, когда начинаешь подозревать его в неверности, а в самом начале, во время наивысших надежд, ранимости и незащищенности.
Я завидую тем женщинам, которые встречают привлекательного мужчину, дают ему свой номер и думают: позвонит – хорошо, нет – значит, не судьба. И посылают своим друзьям сообщения с «маникюрным» эмодзи, а потом идут дальше, не оглядываясь назад. Но я не такая, и, судя по всему, Тэнси тоже.
Хоть она и старалась не спрашивать о Ренцо каждый день, я замечала другие знаки того, что она готовится к его долгожданному звонку. Вместо обычных чипсов и чашек чая на кухне появилось филе лосося и пакеты капусты кейл. Из Top Shop и ASOS приходили огромные пакеты одежды, которые Тэнси оставляла в коридоре, компактно упаковывала и относила на почту, а возвращалась оттуда с таинственными посылками с индексом Труро. Тонеров с кислотами и масла шиповника в ванной было столько, что впору открывать магазин.
Но она ничего не говорила. В основном я возвращалась домой очень поздно, работа отбирала уйму времени, и, наверное, Тэнси это утешало. Ведь если я просиживала на работе до одиннадцати часов, то Ренцо, наверное, и того больше – и она была права.
После нашего вечера в «Ритце» прошло уже больше недели. Я вышла из офиса чуть позже девяти и заметила, что за окном уже темно и, к сожалению, лето заканчивается, так по сути и не начавшись. Я нажала на кнопку, чтобы вызвать лифт, и когда двери открылись, Ренцо быстро запрыгнул прямо за мной.
Он был великолепен, как и всегда, только немного усталый. Пора было подстричься, к тому же щетина уже была не дизайнерская, а скорее «не было времени побриться». Пальто немного помялось, а под карими глазами с огромными ресницами, как у Бэмби, были темные круги.
– Куда-то собираешься?
– Боже, нет. Домой, спать. А ты?
– Встречаюсь с друзьями в пабе «5 Хартфорд-стрит».
Я удивилась его стойкости – ведь завтра в семь утра он уже будет здесь, а до этого еще проведет час в фитнес-клубе. Неудивительно, что он кажется таким измотанным. А потом я подумала: если у него нашлись силы на вылазку с друзьями, то почему этот гаденыш все еще не позвонил Тэнси?
– Что ж, надеюсь, вы прекрасно… – начала я, но он меня перебил.
– Шарлотта, твоя подруга, которая приходила недавно…