C.O.R.E.T.E.X. Виртуальное погружение.

Глава 6. Второй уровень: «В чистом поле».

Лифт вытягивал Илью из поганой лаборатории мучительно медленно, назло мотал нервы, словно не хотел выпускать.

В висках слегка стукнуло, плафоны в кабине внезапно отключились. Внутри стало темно, как в заброшенной шахте. В ушах заскрипело от ржавых тросов и шестерёнок — казалось, древний механизм вот-вот развалится. Илья невольно вздрогнул: «А вдруг «подземка» ещё не закончилась?»

Но, вскоре, двери шумно открылись, впуская прекрасный виртуальный свет во мрак лифта.

Первым делом, Илья принялся осматривать свои руки. Сжимая и разжимая пальцы, он медленно поплёлся вперёд. Посмотрел вниз, проверил цел ли он: «Да, всё на месте! Он загрузился! Он в виртуальной системе!» Это успокоило.

Сзади его кто-толкнул, энергично пройдя мимо. Затем его снова обогнали безликие парни в одинаковых нарядах.

Он обернулся. Позади открывались десятки лифтов. Невзрачные игроки были одеты в чёрные шорты и белые майки с дублирующимися маркировками. На его спине и груди красовался номер «EJC 501МB115». На этот раз без зловещего штампа «Жертва».

Всё это было дико и непривычно: сотни игроков напоминали армию клонов, сбежавшую с цифровой фермы.

Справа какой-то мужик в спортивном костюме задорно орал в громкоговоритель:

— Получи у нас кроссовки и беги к своей красотке! Подходим Ёжики, разбираем «бегунки», — и снова в рифму — Кто в кроссовках побежал, тот от боли убежал. Разбирайте обувь! Бесплатная обувь! Только так у вас появятся реальные преимущества перед конкурентами! — опять рифма, — Только в наших «тапках» нет мозолей на виртуальных пятках!

«Ёжиками» звали всех новичков, которые ещё не обзавелись кличкой или зарегистрированным ник-нэймом в реестре «Тру Филс». Первые буквы на футболках у всех новичков были одинаковые — EJC. Часть игрового комьюнити быстро смекнула, что это сокращение от «eject» — «выброшенный». А на русскоязычных просторах новичков тут же окрестили «ёжиками», и уже никто не называл их иначе.

Глава 7. Поиск субъекта. Граф.

«Ваш новичок играет на базовом аккаунте. Стопроцентно известно, что он стартует без доната. Первая загрузка назначена на четверг».

Граф дважды прочитал каждую строчку донесения, тщательно впитывая добытые сведения. Каждая буква в этом тексте обошлась ему дороже, чем все позолоченные унитазы в подмосковных дачах — миллионы долларов ушли на эту информацию.

«Значит, на кону вся моя жизнь», — граф на секунду отвлёкся, представив себе гору из золотых писсуаров и раковин.

Стоя на «Московской стене», он всматривался в линию горизонта, где уже маячили первые силуэты «ёжиков».

Их появление, как всегда, собрало толпу зевак. Эта забава неизменно находила своих ценителей. Казалось бы, банальный забег нищебродов, но трибуны гудели, словно на чемпионате мира. Рядом бушевал тотализатор: сегодня «зазывалы» работали максимально активно — орали до хрипоты, тыкая пальцами в экраны с коэффициентами. Повсюду сновали пронырливые «бегунки», которые в паре с «зазывалами» принимали ставки на перепуганных новичков в белых майках:

— Делаем ставки! Дамы и господа, выбирайте своего фаворита! — надрывался зазывала, — Ставьте на тех, у кого есть кроссовки! В отличие от стандартной, эта обувь не развалятся на первом километре!...— «зазывала» навёл бинокль на толпу «ёжиков», — Вот это да!… Обратите внимание на ёжика MB228: кажется, программа не ошиблась, присвоив ему уникальный номер. Вы только посмотрите на его бешенные дурные глаза. А вон тот, с номером MB115: он уже весь в поту. Кажется, он настроился не на тот режим, вместо бега он решил, что попал в сауну, — ведущий перевёл картинку с визора на общий дисплей.

Перекошенные физиономии юнцов тут же появились на больших экранах. Под каждым пронумерованным участником мгновенно появились быстро меняющиеся коэффициенты.

Рядом с графом стояли такие же азартные игроки. Зеваки были вооружённые биноклями и подзорными трубами. Они пристально наблюдали за «ёжиками»: беднотой, не желавшей оплатить донат. Маскировка графа была идеальна: он легко слился с толпой хорошо одетых снобов, не вызывая ни малейших подозрений. Самая легкая задача была выполнена — впереди был забег.

— Господа, перед вами последние романтики! — орал зазывала, собирая последние ставки, — Эти бравые смельчаки в одинаковых майках сами пытаются всего добиться! «Ёжики» — это смелые гладиаторы! Они — бесславные герои нашего времени, которые ни о чём никого не просят! Это люди, которые берут то, что им принадлежит по праву сильного! Берут своё, как львы!

— Больше похожи на голодных котов с помойки, которые дерутся за ложку сметаны, — сказал какой-то тип с огромным биноклем.

Зазывала продолжил не обращал внимания:

— Ставки закрываются. Господа, скоро старт!

Забег начался. На электронном табло тут же вспыхнули номера лидеров. Организаторы тотализатора быстро считывали номера с маек, наводя цифровые объективы с автофокусом на фигуры вырвавшихся бегунов.

Подобные забеги были обычным развлечением, но сегодня видеосъёмку вели тщательнее, всё было организовано чуть лучше чем обычно... К этому граф приложил заботливую руку и свой немаленький кошелёк: за небольшую надбавку «зазывалы» старательно зафиксировали номера всех участников - без исключений, ни один «ёжик» не был упущен. Особой гордостью графа была его идея дублировать сканирование номеров с двух сторон, что сводило случайные ошибки к минимуму.

Граф демонстративно зевнул: исход этого тараканьего забега и список победителей волновали его меньше всего. Он уже сделал своё — его люди собрали все данные. Теперь оставалось не упустить следующие 24 часа и выжать максимум информации о новичках. Нужно было оправдать доверие экс-главы «Централ Силикум» и отработать те астрономические суммы, что он вложил в эту операцию.

Глава 8. Забег под стеной.

Илья рванул к прилавку, где раздавали бесплатные кроссовки. Бежать кросс до Московских ворот в стоковых кедах — верный провал. А проигрывать он не хотел.

Мужик в синем спортивном костюме, деловито выкладывал на прилавок одну пару за другой:

— Отличные беговые кроссовки, — нахваливал он, по инерции бурча сам себе.

Бренд был незнакомый, однако, подошва казалась эластичной и прочной, а швы — ровными.

Всем было ясно — мужик собирал информацию для сторонних «дата центров». Этот дядька сильно рисковал своей жизнью, собирая информацию таким образом. В любой момент толпа «ёжиков» могла одичать и затоптать его насмерть. Но он, не подавая вида, выполнял свою странную работу, выкрикивая как надзиратель:

— Фамилия? Имя? Возраст?

Получив ответ, он тут же вручал пару обуви. Обмана не было.

— Калинин Илья, восемнадцать лет, — выпалил EJC 501МB115 и вцепился в кроссовки, которые повышали его шансы на победу.

Выдумывать фальшивое имя было некогда. А то, что его данные уплывут в даркнет, Илью не волновало. «Подумаешь. Кто я такой, чтобы бояться за свою анонимность?»

Огромные часы начали обратный отсчёт. Томительные минуты истекли. И как только стрелка дрогнула на последней секунде — мост через овраг с оглушительным грохотом рухнул вниз, будто тяжёлый занавес перед началом долгожданного спектакля.

Сливаясь в единый, неудержимый поток, проныры в белых майках рванули вперёд. С другой стороны моста они выплеснулись густой, бурлящей массой. Из дали, это было похоже на мощное неудержимое семяизвержение.

Набирая скорость, юнцы, гонимые надеждой, неслись к манящим Московским воротам. Они летели на магнетический свет, словно мотыльки, вырвавшиеся из тёмного подвала — наивные, яростные, переполненные нерастраченной энергией.

Навязчивая реклама каждый день пестрила повторяющейся информацией: «Щедрая лотерея от «Кортекс»! Три победителя! Бесплатная легализация в Москве!»

«Игра определённо стоила свеч — можно было получить право жить на «белой», законной территории Москвы. Ради этого не грех и попотеть. В прямом смысле слова — выжать из себя всё», — подумал Илья.

«Цель была проста: бежать, обогнать других, ворваться в число избранных. Но победителей — лишь трое. Остальные девяносто семь неудачников были обречены на скитания по «Серо-Чёрным» территориям, где понятие закона отсутствовало наполовину, а то и полностью.

Разумеется, обладатели платного пакета, автоматически получал право селиться за четвёртым кольцом МКАД. Они избавлялись от необходимости проходить «подземку» и участвовать в этом унизительном забеге. Донат не решал всех проблем, но хотя бы обеспечивал старт игры с «белой» территории.

Корпорация «Кортекс» нерушимо соблюдала своё обещание: у каждого был шанс жить на «Белых» территориях без доната. Каждый раз корпорация давала игрокам последний шанс — в виде этого безумного марафона.

И вот, чахлые, встревоженные «ёжики» отчаянно бежали к белой стене, что отделяла «Серые» пустоши от благополучной Москвы. Среди этой сотни был один субъект, кого так жаждал найти граф.

Сам же граф стоял на стене, наблюдая за беглецами без тени волнения.

«Заплати и пользуйся!» — так гласил рекламный лозунг корпорации, при продаже привилегий.

Свой щедрый аванс Асекс уже получил — его пожизненный графский титул был оплачен через подставные компании «Централ Силикум».

Но граф Асекс, как и любой разумный человек, хотел большего. Его грызло любопытство:

«С чего вдруг столь влиятельной персоне, как Никола Шеридан, понадобился этот ничем не примечательный заморыш из бесконечного потока «ёжиков»? Почему именно к нему было приковано такое внимание?»

Граф Асекс был человеком благоразумным и не задавал лишних вопросов в слух — его и наняли за то, что помимо специфических навыков, он обладал рядом отличительных для его круга достоинств: деликатностью и воспитанностью.

***

Уже через два километра Илья сбавил темп, тяжело дыша, он перешёл с бега на шаг. Отрыв лидеров был безусловным — у него не было ни малейшего шанса на победу.

Оставалось лишь наблюдать как самые быстрые скрылись за массивными воротами, растворившись за стеной белокаменной территории.

Разрозненные группы ёжиков-аутсайдеров медленно подтягивались к высоченному бетонному забору Москвы, пытаясь на ходу строить планы. Реакция у всех была разной. Одни сбивались в кучки, горячо обсуждая возможные варианты, другие растерянно слушали других.

Таков закон природы: в неопределённых ситуациях одиночки всегда ищут опору в ближних, создавая нечто вроде коллективного разума — порой осознанного, а порой нет.

Один новичок, не сдерживая ярости, плакал и матерился, изо всех сил лягая закрытые ворота.

Лотерея завершилась, и самые удачливые «москвичи» уже получили свои призы по ставкам. Но зрители на стене не спешили расходиться — вскоре стало ясно почему.

На горизонте появилось небольшое пыльное облако, которое стремительно приближалось и увеличивалось в размерах.

Рычание мотоциклов становилось всё громче и отчётливее — небольшая группа рейдеров неслась прямо к белокаменной стене, точнее, к беззащитным новичкам в белых майках.

— Рейдеры! К нам едут рейдеры! — завопил зазывала, снова наводя видеокамеры на место будущей бойни, — Дамы и господа, тотализатор возобновляется! Делайте ставки: сможет ли кто-нибудь продержаться больше десяти минут? Доверьтесь интуиции, поставьте на удачу, и, кто знает, может, именно вы сегодня сорвёте куш!

— А зачем они сюда едут? — поинтересовался один из чемпионов забега, обращаясь к ближайшему господину. Бывший «ёжик» всё ещё был в стартовой майке и трусах, отличаясь от тех, кто остался внизу, лишь золотистым лавровым венком на шее и вычурной медалью на шёлковой ленте.

— Известное дело, — мужчина с пышными бакенбардами снял цилиндр, стряхнул пару пылинок и, размашистым жестом водрузив его обратно на голову, неспешно ответил: — Эти стервятники приехали повышать свой уровень.

— Каким образом?

— Ясное дело, — судья вновь брезгливо отряхнул свой бардовый сюртук, скроенный по старой моде. Его очень раздражал потный и глупый юноша. Но стараясь сохранить позу благородного господина, он всё же продолжил беседу, которая закончится сама собой через пару минут, — Видите-ли, многоуважаемый… — господин не хотел опускаться до просторечия и называть юношу «ёжиком», — Дело в том, что новички под стеной, они ведь, как беспомощная тля, которую так легко и приятно раздавить. Оголтелая толпа рейдеров использует такой шанс, чтобы, как говорят некоторые, «немножечко прокачаться».

— Они их убьют?

— Да, определённо. Могу вам это гарантировать. Убьют и получат удовольствие, самоутверждаясь за чужой счёт, — судья с грустью протянул, — Впрочем, ничего нового.

— А разве это законно?

Господин, уже не скрывая раздражения, достал круглые часы из маленького кармашка жилетки, нервно глянул на стрелки и повесил всё обратно, звякнув золотой цепочкой:

— В Московской области — незаконно. А за стеной — каждый сам за себя.

— И вы будете на это просто так смотреть?

— Конечно нет — мне пора сделать ставки, — Солидный мужчина нашёл повод для отступления и поспешно удалился от дурно пахнущего юнца.

Большинство «ёжиков», осознав, что сейчас с ними произойдёт, в панике стали отключаться от виртуальной реальности. Крики стоп-фраз раздавались то тут, то там — игроки экстренно прерывали онлайн соединение, быстро возвращаясь в свою скучную реальность.

Илья, не зная, что делать, не поддался всеобщей панике и не вышел из системы, прекрасно помня: что при аварийном выходе система начислит штраф — дополнительные сутки блокировки и обнулит суточные бонус—баллы.

Его убили очень быстро, он не успел ничего почувствовать, шальная пуля рейдера угодила точно в цель, не оставив и шанса.

Весь рабочий день Илья ломал голову над одной задачей: как совершить донат, который не оставит ни малейшего следа в его банковской истории. Перебрав все возможные варианты, он сдался — это было невозможно. Ссориться с родителями ему крайне не хотелось: в последнее время к нему и так было слишком много претензий и нареканий. Его присутствие в квартире уже не раз ставилось под вопрос, так что пришлось смириться: доната не будет. Ну а если в конце концов придётся перебраться в съёмную каморку пансионата — тогда уж точно никто не проконтролирует его траты.

— Раз доната нет, буду искать другие лазейки, — пробормотал он вслух, твёрдо решив не отступать.

Сперва он взялся за дело с энтузиазмом, бодро стуча по клавиатуре, но уже через два часа прежний запал испарился без следа. Теперь Илья апатично бродил по форумам, лениво шевеля мышкой, словно перебирал грязное белье в поисках чистой тряпки. Он лихорадочно выискивал любые обходные пути, дыры в системе, баги, забытые лазейки — хоть что-то, что могло бы протащить его в «белую» Москву, манящую, как мираж в пустыне. Там его ждали первоклассные увеселительные заведения для истинных джентльменов. От одной мысли об этом у него всё зудило ниже пояса. Ждать больше не было сил. А выслушивать восторженные байки Мити о роскошных телах эскортниц и о том, сколько оттенков наслаждения можно испытать за одну ночь — это уже было за гранью его терпения. Илье срочно хотелось физиологических действии…

Глава 9. Главарь «Чистильщиков».

— Эй, дядя, ты случаем не заблудился? — раздался хриплый голос. Из темноты вышел крепкий мужик в бронежилете.

— Мне нужен главарь этого пионерского лагеря, — невозмутимо ответил Асекс, бросив взгляд на свои дорогие швейцарские часы. Никола Шеридан щедро платил за каждую потраченную секунду.

— Не, ну ты глянь, какая борзота пошла, — фыркнул «бронированный», обращаясь к напарнику. Тот уже взводил затвор винтовки, направляя длинный ствол на незваного гостя.

На этом разговор был окончен. Асекс терпеть не мог, когда ему угрожали. От плана мирных переговоров пришлось быстро отказаться.

Из специальных отсеков—рукавов, мгновенно выскользнули два пистолета сорокового калибра.

Два точных выстрела — и смертоносные игрушки так же плавно скользнули обратно, оставив лишь запах пороха и два безжизненных тела.

Насвистывая беспечную мелодию, Асекс переступил через охранников, достал из кармана кусочек мела и написал на воротах точные координаты и дату встречи. Затем, не оглядываясь, растворился в воздухе, словно мираж...

Спустя три часа произошла нужная встреча.

— Чем обязан такой чести? — громко спросил появившийся «чистильщик», оглядывая графа оценивающим взглядом.

— Если я не ошибаюсь, — начал граф, расположившись на небольшом валуне, — Тебя зовут «Октавиан», — он не сводил глаз с «чистильщика», — И если это так, то мне требуются твои... специфические услуги.

— Мои парни были правы — действительно борзый, — «чистильщик» презрительно скривил губы, — Вот только в одном они ошиблись: на крутого ты не тянешь, — он сплюнул в сторону и продолжил, — Думаю, тебе просто повезло. Другого объяснения я не нахожу. Только не пойму, как ты их уделал. Заговорил, что ли? Или фокусы им показывал, а потом пристрелил, пока они ржали?

— «Октавиан», ты теряешь моё время, и своё тоже, — ледяным тоном произнес Асекс, — Хватит кривляться. Это несолидно.

— Кто ты вообще? И чего тебе надо? — в голосе «чистильщика» послышалось раздражение.

— Я — граф. Хочу нанять тебя для одной моей… прихоти, — последовательно ответил Асекс.

«Октавиан» грубо рассмеялся:

— Чувак, ты совсем кукухой поехал. Я не пляшу под чужую дудку. Ты же прекрасно знаешь, что «чистильщики» работают сами по себе! Нас нельзя купить. Даже если заплатишь, я тебя просто кину, — Октавиан снова улыбнулся, — Ну что, выродок, всё ещё хочешь изъявить свою волю? Или как ты там сказал «свою маленькую прихоть»?

Граф оставался спокоен. Он давно всё просчитал. Кроме «чистильщиков», было ещё два запасных варианта. В любом случае на этом этапе миссия не казалась ему сложной. И пока всё шло по плану. Он даже предусмотрел дешёвые ужимки главаря «чистильщиков».

В памяти Асекса всплыли слова Николы Шеридана:

««Чистильщики» — это стая бывших «ёжиков», сборище озлобленных тупых неудачников. Их бойцы — жестокие убийцы, затаившие обиду на «рейдеров». «Ёжики» подкачали мышцы и теперь, движимые благородной местью, громят негодяев, возомнив себя вершителями справедливости... Их обидел «старшак», они выросли и теперь отыгрываются. Чистильщики — всего лишь низшее звено в пищевой пирамиде «Тру Филс». Хищники? Нет! Обычные шакалы с комплексом неполноценности. Отребье!»

С лёгкой усмешкой Асекс наблюдал за позёрством «Октавиана», а в голове всё ещё звучал Шеридан:

«Для меня, что «Рейдеры», что «Чистильщики» — одно дерьмо, только в разных банках.

«Рейдеры» рассуждают просто: зачем горбатиться на скучных квестах, если можно толпой напасть на новичков и сразу получить опыт?» «Зачем зарабатывать, если можно отобрать?» — вот их девиз.

Что может быть прекраснее, чем громить слабых «ёжиков»? «Убил потому, что смог» — разве не идеальная философия для оправдания трусости и жестокости?

А «чистильщики»? Те вообще святые в своих глазах. Повышают очки опыта, выкашивая «сорняк» под названием «рейдер». И совесть чиста, и правосудие свершилось. Круговорот ненависти в природе — ничего личного, просто экосистема «Тру Филс».

В отличие от Шеридана, Граф никого не осуждал. Он воспринимал всё как данность.

— Я щедро заплачу! Не спеши отказываться, «чистильщик», — голос графа стал мягким, убаюкивающим.

— Мне это не интересно, Я — «Октавиан», а не продажная девка.

— Ты идиот, а не «Октавиан», — Асекс сменил тон. Он не хотел злить предводителя «чистильщиков», но компания несговорчивого глупца его утомила, а бесценное время неумолимо утекало сквозь пальцы.

«Октавиан» оказался храбрецом. Оскорбление подействовало на него как красная тряпка на быка. Он тут же бросился на Асекса, выхватывая из—под плаща «скорпион» — пистолет-пулемёт для ближнего боя.

Но Асекс… исчез. Без слов и без спецэффектов. Просто, растворился…

— Слился паскуда, — буркнул «чистильщик», убирая оружие.

Исчезновение игрока — это обычная практика.

Новички и трусы исчезают при первой же угрозе, как тараканы от яркого света. Естественно, у такого действия есть последствия — они теряют ежедневные очки опыта и всё игровое серебро. Опытные игроки, наоборот, держатся до конца, до последней капли виртуальной крови, даже когда шансов нет. Для сильных поражение — не позор, а повод для роста. Они уже знают: сбежавший воин теряет не только очки — он теряет лицо.

Поэтому профессионалы не бегут. Эти безумцы предпочитают славную гибель позорному отступлению. Их негласный кодекс банален и прост: «Лучше умереть, чем всю жизнь трусливо оглядываться».

Адреналин от честного боя, пусть и проигранного, будоражит кровь сильнее десятка лёгких побед. «Умереть, чтобы почувствовать себя живым» — вот их кредо, странная смесь мазохизма и рыцарской чести. Проявление духа в жестоком цифровом мире.