Ребята подружились. Но отпуск родителей подходил к концу, и надо было возвращаться домой.
Теплым вечером накануне Катиного отъезда они с Пашей сидели на скамейке возле песочницы. Легкий ветерок ласкал их лица в мягких лучах заходящего солнца.
? Когда я вырасту, стану строителем, ? Павлик посмотрел на Катю. – А ты?
? Не знаю. Папа говорит, что я должна стать известной. А мама, что это не важно. Что самое главное – быть хорошим человеком, ? болтая ногами, ответила девочка.
? А еще я хочу быть сильным и смелым, как мой отец. Хоть я его и не помню, но горжусь им.
Мальчик кашлянул.
? Ты приедешь в следующем году?
? Я бы хотела. Но родители, наверное, опять повезут на юг, раз нынче здесь отдыхаем.
? А я ни разу еще не был на море, ? с грустью в голосе сообщил Павлик.
Притихли. Вдруг Катя сорвалась с места, побежала и, обернувшись, крикнула:
? Подожди, я сейчас!
Минут через пять вернулась, прижимая к груди что-то небольшое.
? На! Это тебе. На память.
Она протянула руку, раскрыв кулачок. На ладони лежала песочно-бежевая ракушка размером не больше детского сердечка. Маленький домик. Красивая завитая раковина. Кусочек моря.
? Если приложишь к уху, услышишь, как шепчет море.
Павлик осторожно взял подарок и поднес к уху.
? Ну как? – девочка широко раскрыла глаза.
? Ага, шумит, ? он внимательно посмотрел на завиток. – Спасибо. А крапинки, как твои веснушки.
И дети дружно засмеялись.
На следующее утро поезд увозил Катю за тысячи километров от счастливого дошкольного лета.
Глава 6. Папироска
Во втором классе мать нашла у Павлика папироску. Та выпала из школьных брюк, которые он сбросил прямо на пол, вернувшись с уроков. Торопился в бассейн на тренировку. А у Валентины в этот день был выходной, и она устроила большую стирку.
Подняв находку, положила в кухне на подоконник.
«Что же делать? Как отучить от этой заразы?» – размышляла женщина, закладывая хлопчатобумажное постельное белье в стиральную машину «Урал». Насыпала порошок, включила реле времени. Машина заурчала.
Присев на табурет, Валентина начала мысленно перебирать варианты наказания.
Прошло пять минут. Электродвигатель остановился. Щипцами для белья она вытащила пододеяльник. Провернула через валики для отжима. Сбросила в ванну для первого полоскания.
И тут женщину осенило.
Накинув поверх ситцевого халата легкую вязаную кофту, прямо в домашних тапочках Валентина вышла на лестничную клетку. Прикрыла дверь. Поднялась на этаж выше.
Здесь жил дядя Ваня ? знатный куряка еще со времен войны. Все соседи уважали его. Он прошел Финскую и Великую Отечественную, был дважды ранен. Сердечко у него пошаливало, но врачей дядя Ваня не слушал, смолил по-черному.
Валентина постучалась в квартиру. Никто не ответил. Постучалась громче. Приложила ухо к двери и услышала шаркающие шаги. Дверь отворилась. На пороге стоял сухонький старичок в синем трико с вытянутыми коленками.
? Дядя Ваня, выручай, ? сказала женщина.
? Чего-сь случилось?
? Пачку папирос надо.
Дед, прищурив один глаз, оценивающе посмотрел на соседку.
? Курить что ли вздумала?
? Не я. Потом расскажу. Есть у тебя?
Дед, почесав затылок, нехотя достал из кармана «Беломорканал».
? На вот. Только уже начатая.
? Ничего, пойдет. Я тебе, дядя Ваня, завтра новую куплю.
Схватив пачку, Валентина вернулась в квартиру.
Когда Паша пришел с тренировки, мать позвала его в кухню.
Она сидела напротив окна и отрешенно смотрела вдаль. На столе лежали одна папироса и пустая банка из-под рыбных консервов.
? Твое? – спросила мать, указав на курево.
Сын молчал.
? Выпало из брюк. Так это твое?
? Да.
? Пробовал?
Молчание.
? Я спрашиваю, курил?
? Да.