ХРОНИКА БАНКИРА

Лукаво взглянув на него, девушка спросила:

— И как же это вас готовят к испытаниям каждый день?

— Все очень просто, — вмешался в разговор Николай, — каждый день бегаем по 20 километров, переплываем реки, взбираемся на горы…

— Очень интересно, — Бросила реплику Галина — третья девушка. — И где же вы под Минском нашли широкие реки и высокие горы?

— Тут я немного переборщил. Имея ввиду что-то в этом роде, — рассмеялся Николай. — Но, если у тебя за спиной рюкзак в 15 килограммов, в руках автомат, а на лице противогаз, даже маленький бугорок превращается в Джомолунгму.

— И так все три года? — спросила Мария.

— Почему три? Не три, а пять. — Уточнил Георгий.

— Пять лет в казарме? Как вас жаль, — продолжила Мария.

— Опять жалеете? — возмутился Георгий. — Нет, к нашему счастью, последние два года мы вольные слушатели, получаем приличную стипендию и можем жить где угодно, а если негде, нам предоставляют общежитие… Да и сейчас, мы не монахи: по субботам и воскресеньям нам предоставляют увольнительные, которые каждый использует по своему усмотрению.

Все с нетерпением ждали танцев, и когда заиграла медленная музыка известного советского шлягера, Георгий пригласил Марию. Идя вслед за девушкой, он обратил внимание на ее стройную фигуру. Бархатная юбка была до колен: немного сужаясь книзу она подчеркивала красоту ее фигуры и ног. Его правая рука обхватила талию девушки. Он почувствовал мягкость и одновременно упругость ее тела. Ему все в ней нравилось. Георгий попытался чуть-чуть прижать Марию к себе и по движению ее тела понял, что она не возражает. Они быстро затерялись среди танцующих. Медленный танец не мешал разговору. Мария спросила:

— Вы говорили, что на четвертом и пятом курсе будете жить в общежитии, — это похоже на мою жизнь в студенческом общежитии, и хочу вам сказать, что в этом мало хорошего, особенно для девушек.

— Так вы не из Минска?

— Нет, я из Бреста. Всю жизнь прожила там. Потом поступила в институт в Минске.

— Я бывал когда-то в Бресте, и он мне очень понравился. Особенно ваша центральная улица — Советская и, конечно, Брестская крепость.

— Вот видите, как тесен мир. Мои родители живут на улице Советской. А вы давно были в Бресте?

— Я был там на соревнованиях, когда учился в десятом классе. Получается четыре года назад.

— Мы могли там встретиться, — задумавшись, произнесла Мария.

— Да, могли, но встретились сегодня. Наверно, на небесах решили, что так лучше…

— Да, наверно решили, что так лучше. А вы, минчанин?

— Можно сказать, что да. Мы в Минске живем уже много лет.

— Не хотела, но все-таки вас спрошу. А у вас девушка есть? Только честно…

— Если честно, то нет. Не хотел, но все-таки тоже вас спрошу. А у вас парень есть? Только честно…

— Какое редкое совпадение, у меня тоже никого нет.

Георгий и Мария, танцевали вместе целый вечер. Правда, несколько раз, когда Георгий был нерасторопен, Николаю удалось перехватить Марию и потанцевать с ней. Георгий отнесся к такому поведению друга спокойно, предполагая, что действия Николая не смогут зайти слишком далеко, учитывая их договоренность. Но как показали дальнейшие события, он переоценил джентельменские качества друга. После одного из танцев с Николаем девушка с улыбкой заявила:

— А ваш друг очень напорист!

— Что-то случилось, Мария?

— Да нет все хорошо, что могло случиться…

Но червь сомнения и ревности уже начал подбираться к Георгию. Он не отступал:

— Николай пригласил вас на свидание?

— Нет, правда Георгий, ничего не случилось. Выбросьте все из головы. — Мария сказала это так убедительно, что он сразу успокоился.

Во время танцев, когда другие ребята не могли все слышать, Георгий успел поведать Марии о своей семье, о жизни в училище, о маме литовке и отце грузине, что она, невольно, подумала: «Как он много говорит! Наверно большой фантазер и выдумщик, и это после пары бокалов шампанского. Интересно, они все будущие офицеры такие? Он и грузин, он и литовец, хорошо, что не марсианин».

Думая об услышанном, она улыбнулась. В тот момент ей не дано было понять, что его доверчивость была вызвана искренней симпатией к ней и зарождающейся любовью, которая всегда вначале начинается любовью глаз, и только позже, на втором этапе, когда все звезды сходятся, перерастает в любовь сердец. Глаза влюбляются в образ, формы, которые сопоставляются с внутренними представлениями оценивающей стороны. Сердце влюбляется в душу, в то, что называется человеком. Если второго этапа не происходит, люди часто себя обманывают, принимая любовь глаз за настоящую любовь, что, как правило, приводит к сложным последствиям для обеих сторон.

— Вы улыбнулись, Мария, значит о чем-то подумали.

— Подумала о том, что еще вчера я не знала, что есть вы, а вы не знали, что есть я… — ответила она.

Танцуя с девушкой в очередном танце, Георгий спросил:

— А вы бывали когда-нибудь в Грузии?

— К сожалению, нет.

— Вам обязательно там надо побывать. Если подружимся, я вас туда свожу.

— Отличный повод! Теперь я буду очень стараться с вами подружиться. А если не получиться, я сама туда съезжу.

— Будьте осторожны, вас там сразу украдут.

— Не украдут, вы же будете рядом, — ответила Мария.

После этой фразы, они рассмеялись.

— Кстати, ваш друг Николай тоже надеется на дружбу.

— Вот как, а вы что ответили?

Опять волна ревности и трепетного волнения нахлынула на него. Такого особого, нового чувства он никогда не испытывал раньше. Он ждал ее ответа, даже слегка отстранившись от нее. Мария подняла на него свои красивые карие глаза, задумалась, улыбнулась и ответила:

— Да ничего, он ведь не повезет меня в Грузию.

— Он вас точно в Грузию не повезет, — с чувством пришедшего облегчения, от ее слов, радостно провозгласил Георгий.

Дождь со снегом прекратился. Луна делала неудачные попытки выглянуть из темных ночных облаков. Фонари выглядели тусклыми и грустными в своей мокроте, но мрачная погода не мешала молодым людям быть возбужденными и радостными. Георгий провожал Марию к автобусу, слегка поддерживая ее за локоть в тех местах, где видимость тротуарной дорожки была недостаточной. Она была в коротком до колен светлом пальто c ярким шелковым шарфиком на шее...

Жизнь наполнялась неизвестным ему доселе новым содержанием: будоражащим, томительным и беспокойным.

— Если я к вам завтра приеду, вы не будете возражать? — спросил Георгий.

— Приезжайте, буду рада. Общежитие номер четыре политехнического института, на проспекте. Вы знаете, где это?

— Да, знаю. Не один раз проезжал мимо. А как вас там разыскать?

— В фойе будет дежурный администратор: он поручит проходящим студентам вызвать меня. Номер моей комнаты 24.

— Во сколько вам удобнее по времени?

— Приходите к двум часам, я сама к этому времени выйду в фойе, и меня не надо будет искать.

— Договорились, в 14 часов я буду у вас.

— Буду вас ждать, — смотря в глаза Георгию ответила Мария.

Её глаза отличались удивительной живостью, взгляд менялся в зависимости от темы разговора — они то искрились, то были лукавыми и печальными, то были озорными и мечтательными. Ему показалось, когда она сказала: «Буду ждать», в ее глазах и голосе была радость и надежда на встречу.

Георгий еще долго стоял на остановке, находясь под впечатлением встречи с Марией. Может быть, ему только показалась надежда в ее глазах, может быть, ему просто так очень хотелось. Возбужденный от зарождающегося чувства, он плохо спал в ожидании предстоящей встречи. Заснул поздно, но это не помещало ему рано проснуться, привезти себя в порядок и выехать на свидание…

Найти студенческое общежитие было делом не сложным: оно стояло вдоль проспекта, недалеко от главного корпуса политехнического института, который выделялся своей фундаментальностью, бело-зеленым фасадом и колоннами входного портика с красивым белым шпилем над ним. Политехнический институт был самым большим высшим учебным заведением в стране.

Войдя в фойе общежития, он уверенным шагом двинулся к столу дежурного администратора, который стоял прямо у прохода в жилые помещения, но не успел пройти и нескольких шагов, как услышал знакомый мужской голос:

— Георгий, мы здесь!

В нескольких метрах от него стояли Николай и Мария. Николай, как и он, был в форме и выглядел самодовольным. Георгий мог ожидать всего, что угодно, но только не этого… В своих ночных фантазиях он выстраивал различные варианты их встречи, но действительность преподнесла неожиданный сюрприз. Он, готов был подраться прямо сейчас или все бросить и уйти — он весь кипел. Но только присутствие Марии заставило его сдержаться и взять себя в руки. Он не спеша подошел к ним, стараясь выглядеть как можно более спокойным...

— Георгий, ты что спишь?

Раздался голос, откуда-то из очень далекого и бесконечного: вначале тихий, потом, повторно, более громкий, нарастающий по мере его выхода из состояния нахлынувшего забвения.

— Георгий, ты что тут делаешь, какими судьбами?

Медленно, сфокусировавшись на человеке, стоящем перед ним, он возвращался в действительность. Георгий увидел офицера в звании полковника, в котором он узнал товарища по учебе Виктора Новика. Они вместе учились в одной группе. Их нельзя было назвать большими друзьями, но за пять лет учебы многие, даже самые простые и обыденные вещи, объединяют людей. Они обнялись.

— Ты что заснул?

— Рад тебя видеть! Больше, чем заснул. Ушел в себя и вспомнил нашу молодость. Даже не верится, что прошло двадцать лет. А ты по-прежнему на той же кафедре?

— Да, все на той же. Только теперь не старший преподаватель, а заместитель начальника кафедры.

— Поздравляю!

— А ты, по-прежнему в Алма-Ате?

— Да нет, я уже в Минске, в распоряжении Министра обороны.

— И как это понимать?

— Виктор, все очень просто, вернулся в родные края и ищу работу. Был у Степнова, есть шанс на должность первого заместителя. Время покажет, может еще поработаем вместе…

— Было бы здорово, — поддержал Виктор. — Я тебе могу дать много полезной информации по училищу, если тебе это интересно.

Спасибо, конечно интересно…

Товарищи по учебе, поговорили еще немного, договорившись о встрече в ближайшее время…