Крейсер на Южном полюсе Марса был атакован пиратами и понес потери. С Деймоса приходили тревожные известия.
Капитан ходил мрачнее тучи, срывая злость на техниках, прятавшихся от него в неосвещенных коридорах.
Антон не покидал свою каюту. Как утверждали военные, носившие ему напитки, большую часть времени он проводил в позе лотоса, и вроде как, почти не дышал.
Арманд несколько раз просил о повторной встрече со Ставром, но получал отказ. Он вынужденно признал, что лучше отказаться от этой затеи, чем попасться озлобленному капитану под горячую руку. Пригласит, когда все утрясется.
Наконец, вечером второго дня вынужденного простоя, Ставр объявил о запуске двигателей. К этому моменту Кай уже дежурил на капитанском мостике, консультируя навигаторов и бортовой компьютер относительно прокладки маршрута. Выгонять его было бесполезно.
– Дамы и господа, говорит капитан 1 ранга, Ставр, командующий крейсером «адмирал Колчев». Наше судно прошло предпусковую подготовку и готово к полету. Прошу вас разместиться в каютах и оставаться на своих местах на время набора скорости.
Арманд и Рита так и поступили, забаррикадировавшись в своей каюте. Лена и Антон тоже последовали совету военного. Кай просто кивнул, стоя возле капитана, обращавшегося ко всем пассажирам, и продолжил сверять карты.
– Наша основная задача скорректировать траекторию таким образом, чтобы зайти в «штопор» относительно закрывающегося окна. Некоторое время мы будем идти по параболе на полной скорости. Это может привести к неприятным ощущениям и дискомфорту. Потерпите. При выпрямлении линии полета, это пройдет.
Огромное судно завибрировало, загудело. В нем ожили гигантские механизмы. Двигатели медленно запускались. Возросшее напряжение выбило предохранители и в некоторых коридорах заискрило. В комнатах, на мгновение, погас свет.
Выброс плазмы из гигантских сопел придал направление крейсеру. Судно двинулось по сложной, многоуровневой траектории, постоянно корректируя ее.
– Капитан, что-то не так, – отозвался первый старпом, короткостриженный седой мужчина с широким лицом. – У нас наблюдается неучтенная масса.
– Судно набрало вес, пока находилось на орбите? Сколько не учтено, Батыр?
– Четыре тонны.
– Возможно, это гравитационные помехи? – сказал второй помощник.
– Параметры веса могут незначительно меняться, пока траектория не стабилизируется, – объяснил Кай. – На тоннаж корабля влияет гравитационный захват планеты, ее спутников, одним словом, система Марс-Фобос-Деймос, как вы ее тут называете. Как только мы выйдем из гравитационного захвата, параметры массы могут скорректироваться.
– А могут и нет?
– Много ли времени вы провели в межпланетных перелетах, капитан? – поинтересовался астроном.
– Не то чтобы очень, гораздо больше на боевом дежурстве, на орбите планет.
– Вот, то-то и оно, – усмехнулся Кай, – условия в полете в межпланетном пространстве и нахождение на орбите несколько отличаются, в том числе и по учету массы. Этот феномен наблюдается достаточно давно, но о нем, почему-то, не принято говорить в научных кругах.
– Эти четыре с половиной тонны сильно тормозят наш разгон, – добавил первый старпом. – Можем пролететь со штопором.
– Ну что же нам сделать, сесть на диету?
– На самом деле, скорее всего, просто оборудование глючит, такое бывает, изменились условия позиционирования в пространстве.
– Или, может быть, сбросить балласт в виде особенно раздражающих умников? – Ставр посмотрел на астронома. Кай примолк, сделав характерный жест.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: