Игра Изначального — 4
Там содержание зависит от количества просмотров, а значит подавать информацию в чистом виде не выгодно. Это объясняло, откуда взялись ведомые серые души в таком количестве. Выросли на СМИ, которые в конкурентной борьбе сражались за продажи. В результате в головах людей царил хаос.
Я решил объявить время тишины. А именно — поручил Боре отключить по всей планете связь. Оставить только звонки. Пусть приведут мозги в порядок, может думать научатся.
Никакого радио, телевидения и других средств массовой пропаганды. Газеты разрешил исключительно из вторсырья. А то знаю я их, начнут вырубать жалкие остатки леса по всему миру.
Боря вместе с Лонь сели за работу. То, что у них возникли проблемы, я понял сразу. Резервных каналов по передаче данных было слишком много, как и самих кабелей, вышек и спутников. Тогда Боря предложил перекрыть выходы на самих устройствах, к которым он уже имел доступ, поскольку запускал массовую трансляцию.
Так они и решили, перекрыть сеть, а потом спокойно вычищать интернет и соцсети от мусора. Для этого они разработали и создали отдельный ИИ. С мощностями проблем не было, даже если мой небоскрёб-сервер уйдёт в другой мир, ИИ продолжит работу.
Боря уже собрался объявить об очередной акции наместника, когда вмешался Альтаир.
— Лёня, вы уже и так психопат самозванец. Если вы сейчас лишите их привычной среды обитания за просто так, то вас объявят вселенским злом. Нужно обоснование, — мягким вкрадчивым голосом проговорил Альт, заваривая травы, принесённые верховным лешим. — И потом, нам тогда придётся прикрыть игру.
— Почему? — с трудом проговорил я, поскольку речь, как и любое усилие, давались с трудом.
— Вы же лишите их привычного образа жизни, и хуже того, закроете источники дохода. И это я не только про соцсети и видео контент. Реклама, Лёня, реклама, — он назидательно потряс ложкой, через которую вливал в меня отвар.
Со слов Альта выходило, что если я прикрою всё, кроме Стремянки, то подставлю её под удар. Ибо она станет чуть ли не единственным развлечением и способом обмена информации. Сюда ломанутся все.
— Игру закрывать нельзя! — категорично заявила Лонь.
— Тогда давайте ограничим вход, — Альтаир не стал спорить.
Они использовали приложение «Стремянка», в описании которого добавилась строчка, что это официальная игра от наместника Михаэля Дубхе. В разделе «Земля» появилась рейтинговая система на основе уже существующей кармы.
ИИ, созданный для обработки соцсетей, получил дополнительное задание по анализу социальной активности граждан. Те, у кого соцсети отсутствовали, получили нулевой рейтинг. Представители СМИ и блогеры заработали неснимаемый бан. Всех остальных требовалось проверять на вшивость.
Задача была слишком масштабной, и Боря предложил обрабатывать данные по запросу. Кто хочет в игру, жмёт кнопку в приложении и ждёт вердикт.
Когда подготовка была завершена, Боря запустил трансляцию на все экраны, принял мой облик и заявил, стукнув древком о левитирующую платформу:
— Люди Земли, вы разучились думать и общаться. Через 24 часа наступит время Тишины. Вся связь на планете, кроме звонков будет отключена и вычищена. У вас есть время скопировать информацию на личные носители. Используйте Тишину, чтобы слушать и быть услышанными, — Боря снова стукнул древком косы о платформу и отключил трансляцию.
24 часа, которые выдал Боря людям, чтобы заархивировать ценные данные, прошли в информационном буме. Как будто вулкан взорвался. Больше всего меня позабавили прощальные видео блогеров. Но были и такие, которые не поверили, что возможно выключить интернет. И когда сеть через 24 часа продолжила работать, они злорадно посмеялись.
— Нельзя отключать всё сразу, — серьёзно заявил Боря, когда я спросил, чего он ждёт. — Могут рухнуть экстренные службы, банковские системы. Если я обрушу диспетчерские водоканала, через двое суток люди останутся без воды. Если свалю светофоры — встанет город. Я снимаю слои и изолирую сегменты.
Боря всё перепроверял и за сутки планомерно отключил все выходы на публичные сети. Интернет был, но пользоваться им никто не мог. В то время, как связь истончалась, паника разрасталась. Её успешно подогревали жаркие стримы на тему, как обойти Тишину.
Я проникся к искину большим уважением, потому что он даже работу навигаторов продумал. Экстренные службы получали полные данные, в том числе информацию о пробках, в то время как все остальные — офф-лайн карты.
Реакция последовала, но не сразу. Поскольку у Лонь был доступ практически ко всем камерам, то мы прекрасно видели, как меняется поведение и настроение людей.
Сначала был общий упадок. Потом злость. И да, люди стали больше общаться друг с другом, повод у них был, один на всех. И если раньше я был злом далёким и невнятным, то после лишения людей привычного образа жизни, я стал личным врагом каждого. Правда, поливать меня грязью теперь можно было лишь на словах. Не писать же письма по старинке? Хотя спрос на бумажные издания возрос, эт да.
Поскольку использовать бумагу издательства опасались, распространять новостные издания стали через флешки. Я восхищался изобретательностью. По словам Бори компьютерщики писали программы по обмену данными через телефоны. И когда это не сработало, они поняли, что причина в самих устройствах. Началась массовая скупка новых телефонов, планшетов, ноутбуков. И хотя быстро выяснилось, что это не помогает продавцы подогревали миф.
В результате флешки стали самым популярным средством передачи данных. Люди всё чаще стали носить с собой ноуты, чтобы сразу считывать информацию. Если раньше в метро все ехали уткнувшись в телефоны, то теперь в экраны побольше.
Уже через два-три дня около выходов метро образовались информационные киоски по продаже электронных изданий. Сюда приносили свои обновления СМИ, тут же крутились ролики. Люди выстаивали огромные очереди, попутно обмениваясь новостями на словах.
Крупные блогеры вставали с табличками на выходе из метро и составляли списки подписчиков. А через неделю народ вывернулся окончательно, появились интегрированные будки «Обмен данными». Каждый день люди забирали новую флешку и сдавали старую.
В крупных корпорациях проявили информационную заботу о сотрудниках, выпуская свои внутренние электронные вестники и выводя видео на экраны в фойе или столовых. При входе в офис работники складывали старые флешки в одну коробку, а новые забирали из другой. Инициативу подхватили торговые центры и сетевые магазины. Оформлялись подписки на выборочную информацию по интересам.
Боря спросил, стоит ли прикрыть и эту лавочку. В ответ я поинтересовался, а что они пишут?
Оказалось, что там уже разработана обратная связь. Файл, который заполняет тот, кто просмотрел флешку. Будки подстраивались под потребителя. На первом месте по популярности была тема выживания в режиме Тишины. Мини-серии от известных блогеров, полезные советы, как пользоваться картой и не заблудиться. Анонсы офф-лайн встреч по интересам. Ну, и конечно, спекуляции на том, что будет дальше.
— И что? Неужели никто не пришёл к тебе и не сказал, Лео, включи связь обратно? — с насмешкой спросила Катя Мерзляева, когда я закончил пересказ событий на Земле.
— Почему же, приходили пару раз, — признался я, вспомнив генерального директора РеалПро Волкова, который служил буфером между мной и официальной властью. А потом и Костылёва пыталась доказать, что ничего хорошего из всей этой затеи не выйдет. — Я отказался.
— Ну и дурак! — безапелляционно выпалила Катя. — Ты же сейчас злодей номер один, так?
— Так.
— Смотри, выходишь в эфир и заявляешь, что вернёшь связь при условии, что, — она задумалась. — А что нужно, чтобы цивилизации вышла на новый уровень развития?
— Вроде как должен появиться единый правитель, — я неуверенно пожал плечами.
— Отлично! Идеально! Вот и скажи, верну связь, если вы соберёте Совет Земли. На кого-то одного они вряд ли согласятся, а Совет Земли звучит реалистично.
— Они же никогда не соберутся, — хмыкнул атаман Игорь.
— А и не надо, — отмахнулась Катя. — Главное, что правители, которые не могут собраться, встанут между народом и связью. И тогда злом станут они, а не ты.
Глава 3
Утром я собрался отвезти детей на море. Я рассчитывал, что и в этом мире возникнет резонанс. Хотя если они просто искупаются внутри моего подросшего радиуса, то и без резонанса всё получится.
Проблема с видением душ никуда не делась. То, что было рядом со мной, засвечивала моя собственная душа. А на расстоянии в 30 метров было сложно разглядеть детали. Выхода было два, либо через транс приближать то, что далеко, либо заглядывать в глаза каждому, считывая состояние души. И то и другое было так себе.
Поэтому детские души я не изучал, но учитывая то, что половина из них была из детского дома, а вторая выросла на улице, то залечивание душ лишним не будет. Какие-то травмы там точно были. Я хорошо помнил голубую душу маленькой девочки из отеля «Лёгкий песок», у которой погибли родители. Там такая глубокая трещина была! Жесть.
Я сидел под мэллорном и через интерфейс проглядывал побережье Ярмарочного полуострова. Выбирал между дельтой реки и заливом. Последний смотрелся предпочтительней. Там и вода теплей, и волны потише.
Напрягало то, что относительно недалеко от залива располагался город Степной, построенный РеалПро специально для прокачки игроков. Он стоял на краю Орочьих степей и примыкал к горам, отделявшим полуостров от материка. До морского побережья от него было рукой подать. Накануне мы обсуждали с Альтом наплыв игроков в Стремянку, так что народу в окрестностях города могло оказаться много. А вероятность, что меня опознают, была не нулевая. И хорошего отношения к наместнику я не ждал. В общем встречаться с игроками мне максимально не хотелось.
Внезапно карта мигнула и отобразила множество точек, а передо мной выскочило системное сообщение:
«Внимание! Запущено глобальное обновление. Доступна геолокация игроков. Желаете дополнить градацию и установить уровень доступа? Да/Нет».
Сам факт неконтролируемого глобального обновления напрягал, но вот это конкретное было очень кстати.
Игрокам я не доверял и хотел было совсем лишить их новой возможности, но потом просто выставил высокий порог репутации. Это гарантировало, что доступ получат лояльные системе пользователи. А вот местные, почти все, смогут отслеживать игроков на карте.
Себе же, как админу, добавил детализацию по уровням, возрасту и дополнил индекс новизны, чтобы понимать как долго человек играет. Я протестировал разные режимы и подтвердил изменения.
Уменьшив карту, я окинул взглядом весь континент. Хтонь! Выставил режим новые игроки версус старые. Пополам. Это значит, что за последние два месяца к Стремянке присоединилось столько же, сколько за все 5 лет существования игры. Так дело не пойдёт. Срочно нужен ограничитель!
Я мысленно надавал себе по рукам. Не торопись, Лео, не торопись. Я загнал мысль про массовый исход землян в Стремянку подальше и вернулся к разглядыванию побережья. Ограничение игроков на вход, это слишком серьезный вопрос, чтобы решать его через интуитивный выверт системы.
Мне приглянулось узкое море на краю пустыни. Народу никого, и там точно тепло и мелко.
Я вынырнул из интерфейса и заметил стоящих передо мной парней. Оба были из местных. Младшему лет 12, старшему 15. Главным в их паре был младший. Он был лидером всей группы беспризорников, примкнувшей к деревне Детская.
Парни молча смотрели на меня и чего-то ждали. Взгляд упал на перевязь с метательными ножами на груди старшего. Не может быть! Я глянул вверх на ники над головами и убедился, что передо мной Малик и Амир. Нашли меня!
Я вскочил на ноги и крепко обнял обоих пацанов. Когда я отпустил их и принялся тщательно рассматривать, Малик протянул Амиру 10 золотых. Проспорил, я усмехнулся, если бы не ножи, я бы их не узнал.
Пять лет назад, когда я был в теле Ярого, я сделал младшего из ребят правой рукой Честного убийцы. Таким образом я пытался выпытать из мальчишки информацию. Только вот всё обернулось тем, что Малик встал во главе всей конспиративной сети Честного убийцы. И глядя на него, можно было с уверенностью сказать, что дела у него идут хорошо, хтонь. Выгоревшие каштановые волосы, карие глаза. Обычная непримечательная одежда. Простой мальчишка, только взгляд у него жёсткий, как приговор. Это ж что получается, я создал малолетнего мафиози?
Амир же пришёл ко мне сам, когда на меня уже навесили ярлык великого Древнего. Он заявил, что кто-то должен прикрывать мне спину и вызвался стать левой рукой. Эти метательный ножи с плетениями отвода глаз я создал специально для него.
Быстрая диагностика показала, что у Малика формируется источник. А вот Амир уже готов к инициации. Помнится, я запустил в него искру первостихии. Тогда я наивно полагал, что это просто более сильная версия Огня.
— Садись, — я надавил Амиру на плечо. Как же вовремя он меня нашёл.
Не откладывая, я обратился к своему источнику с универсальной маной. По-хорошему для инициации нужно запустить в источник четыре стихии и посмотреть, какие приживутся. Только вот искра первостихии повлияла на развитие каналов и сформировала уникальную энергетическую сетку на своей основе. И простая инициация Амиру больше не подходила. В лучшем случае ему грозило стать слабеньким магом, в худшем — магическим калекой.
Я очень аккуратно наполнял источник парня своей маной. Она отличалась уникальным родством стихий. Они ощущали себя единым целым. И сейчас его источник воспринимал такое положение вещей, как норму. То, что я нарабатывал, он получал как естественное явление природы.
Источник Амира жадно впитывал ману. Когда он наполнился, я мягко провёл магическую энергию к периферийным каналам. Из рук парня вышла неоформленная мана, переливаясь радужным цветом. Стоящий рядом Малик пришёл в восторг, а я понял, что меня напрягало.
Он не сможет использовать стихии отдельно, только в смешанном виде. Работали источник и каналы идеально, но я похолодел от мысли, чтобы случилось, не появись он так вовремя. Я перевёл взгляд на счастливого пацана, не подозревавшего, что он прошёл по грани.
— От меня ни на шаг, понял? Учить тебя здесь некому, Амир, — я строго посмотрел на вмиг собравшегося парня. — Теперь ты мой личный ученик, — договорить я не успел, потому как он бросился ко мне со словами благодарности.
Не такой реакции я ожидал и слегка растерялся. Я неловко похлопал парня по спине и словил насмешливый взгляд Кати.
— Ну что, поехали? Только вас и ждём.
Это было преувеличением, потому как я видел, что они всё время после завтрака сидели своей лидерской четвёркой и совещались. Катя увлеклась идеей отмыть образ наместника. Сильно сомневаюсь, что это возможно. Остальные дети разбились на группы, часть прибирала за столами и мыла посуду, другая готовила питон к отправке.
Летающий мини-поезд остался при детях. Катя жаловалась, что топлива там маловато, поэтому уникальный для этого мира транспорт по большей части простаивал. Небоскрёб не появлялся в течение нескольких месяцев, и когда он прибудет вместе с запасами топлива, было неизвестно. Бориска, который оставил часть себя в этом мире, чёткого ответа не давал. Он вообще старался не делиться информацией, если не видел в том насущной необходимости. Питон такой необходимостью не был.
Сам Боря собрался из микрочастичек сегодня утром и сообщил, пару часов назад небоскрёб прибыл из другого мира. Сейчас искин синхронизировал информацию по обоим мирам и загружал ещё один питон вещами по списку, которым его озадачила Катя.
В три вагона мы набились под завязку. Всё-таки детей стало в два раза больше. Младшие садились по двое, но старшим приходилось стоять. Лететь было пару часов, если не гнать. А гнать перегруженный непристёгнутыми детьми питон было опасно.
Я понял, что с пляжной одеждой у детей затык, да и откуда ей тут взяться? Помнится, я сделал для Хлои отдельный функционал по трансформации вещей. Это был идеальный выход для детского поселения, минус одна бытовая проблема.
Обо всём об этом я размышлял, наблюдая, как дети радуются новой игровой опции. В общем дети на время полёта оказались заняты.
— А зачем нам на море? — весьма прямолинейно поинтересовалась Катя, переодевшаяся в новый топик, ядовито оранжевого цвета.
— Надо, — коротко ответил я.
Катя фыркнула, она убедилась, что летим мы не просто так, и пока этого ей было достаточно. Я хмыкнул, ну точно планирует выведать эту информацию позже. Я же грузить её проблемами с душами не собирался.
Внезапно над головами детей рядом с никами появились разноцветные кружочки.
«Внимание! Режим душ активирован. Установите уровень доступа».
Второе глобальное обновление за два часа наводило на нехорошие мысли, но и полезность нового функционала отрицать было глупо.
Я тут же сделал опцию доступной только для себя. Нечего людей смущать.
Серых душ у моих детей не было, и я облегчённо выдохнул. Однотонных тоже не наблюдалось. У обоих Колей Хвастуновых души были одинаковые, что в общем-то логично для идентичных копий. Молочно-белые с отдельными линиями глубокого синего. Сочетание завораживало.
Удивила душа Кати Мерзляевой — ядовито-салатового цвета с вкраплениями янтарного и фиолетового. Многообразие цветов у детей впечатляло. На их фоне то, что на Земле-13 у людей преобладали серые души, ужасало.
Я мысленно надавил на кружок и обнаружил, что можно увеличить масштаб и рассмотреть детали. И да, я был прав, душевных ран у моих ребят было много, а вот чёрного осадка не было вовсе. Видимо он был характерен для взрослых, а дети не затаивали обид.
Высадились мы на пустынном берегу и ощутили все прелести палящего солнца и раскалённого песка.
— В воду не заходим! — громко скомандовал Марк, и побежавшие к морю дети замерли. — Кто умеет плавать отходит налево, кто не умеет — направо.
Марк был из команды Игоря, и предан ему безмерно. Возраст у них был одинаковый, и было видно, что съели они вместе не один пуд соли. В деревне Детская он был старостой и завхозом в одном лице. Ну, ещё воспитателем, как оказалось.
Пока Марк делил детей на группы, Игорь изучал воду. Атаман медленно запустил диагностическое плетение. Я же воспользовался трансом.
Пологий спуск, градусов 29-30. Небольшие волны, рачки, рыбки, пара медуз. Хорошее место.
Плавать умели только местные, и то не все. Большинство из них жили около реки и кормились ею. Рыба - один из постоянных источников пропитания для беспризорников.
Прибывшие с Земли-2 хоть и жили на берегу Рыбинского водохранилища, плаваньем не увлекались. Банда атамана Игоря промышляла воровством, а не рыбной ловлей. Детдомовцев на отдых не вывозили вовсе. Единственный опыт у них был, когда мы на острове плыли через океан, но там был огороженный безопасный участок, и детей страховали стихии.
Я создал плавательные круги, мячи, совки и формочки. Земные дети с энтузиазмом набросились на игрушки, в то время как местные с недоумением осматривали странные предметы. Такая простая вещь показала, насколько разные у них миры. Впрочем дети быстро разобрались. Я же воткнул у кромки воды косу, разделся и повесил на неё одежду.
В море заходил, активируя транс и готовясь ко всяческим неожиданностям, но их не было. Это было просто море. Никакого океана душ, никаких одушевлённых рыб. Просто море. Я с облегчением выдохнул и отдался всеобщему веселью.
На пляж с нами полетели баба Зоя и Марина Выживальщица. Последняя неодобрительно косилась на мой новый ник и деревянную косу, которую я зачем-то потащил на берег пустыни, где не было ни единой травинки. Я пробовал её забыть в выделенной мне спальне, но коса возникла рядом со мной на завтраке. Маскировочный атрибут неизменно следовал за мной.
Женщины разворачивали походную кухню в тени от питона. Это не дело, и я создал большой навес и столы с лавками. К готовке меня не подпустили, отправили обратно к детям. Я валялся в прибрежной полосе, строил замок, вместе со всеми рыл траншею. Искренняя детская радость и веселье очищали меня и делали счастливым.
Передо мной возник Коля, заслоняя солнце.
— Баба Зоя зовёт на обед.
Я поднялся и побрёл вместе с остальными в тенёк. Только здесь я наконец обратил внимание, что кружочки рядом с никами засияли ярче. Я проверил, трещины и раны на детских душах заросли.
После обеда мы ещё немного поплескались, однако, было заметно, что дети устали, и я засобирался домой.
— Через полчаса прилетят ещё два питона, — остановил меня Боря. — Обратно полетим с комфортом.
Дети свободно распределились по местам, и почти сразу в салоне стало тихо. Ко мне подсела Марина Выживальщица, что было странно. Она всегда держалась особняком, будто опасалась сближаться. Непростая она была девушка с непростой судьбой.
Родом Марина была даже не с планеты Земля-2, как все остальные. Родилась более десяти тысяч лет назад на Нейре, когда там процветала высокоразвитая цивилизация, бороздящая космос. Вполне возможно, что она даже знала, кто такие Дубхе. Не суть. Она пережила апокалипсис. На её глазах разрушился мир, а она выжила. Я видел по воспоминаниям людей, что тогда происходило, врагу не пожелаешь.
В общем она ещё продержалась лет пять или шесть, а потом её убили другие выжившие. Только вот она не то чтобы умерла. Её типа спасла Нейра, законсервировав в криокапсуле в качестве резервного фонда. И уже через десять с лишним тысяч лет её обнаружили представители новой цивилизации. Но в том мире пробудить её не успели, потому как криокапсул было много, и размораживали всех по очереди. До Марины очередь не дошла, её перенесло вместе с небоскрёбом в другой мир. И уже там ей опять повезло оказаться среди немногих выживших. Совсем немногих, спаслось всего несколько человек.
Мы с батей вместе оживляли полутрупы, но Марина не знала, что я умудрился дважды спасти ей жизнь.
В общем с детьми она сильно сблизилась, а меня сторонилась. Предыдущему моему телу было 15, и в свои 25 она смотрела на меня, как на озабоченного подростка.
Когда девушка подсела ко мне в питоне, ничего хорошего я от неё не ждал. Не знаю, как ей преподнесли мою историю дети. Запросто могли обозвать странником по мирам.
Девушка она была миловидная, но делала всё, чтобы свою привлекательность снизить. Наверняка, это была вынужденная тактика выживания в жёстких условиях апокалипсиса. Короткие волосы были небрежно пострижены, серые глаза беспрестанно бегали, сканируя обстановку. Над головой Марины высвечивался красный кружок с коричневыми кляксами.
— Надолго ты к нам в гости? — тихо проговорила она, опасаясь разбудить ребятишек. — Опять бросишь их, не прощаясь? Тебе не кажется, что дети не должны жить одни?
Марина сверлила меня прокурорским взглядом. Но после Костылёвой на меня такие вот вымораживающие взгляды не действовали, иммунитет выработался.
Разговор мне казался бессмысленным. Беспризорники привыкли обходиться сами, а детдомовцы натерпелись от взрослых. Катя сказала тогда, что они хотят жить самостоятельно, и я уважаю их выбор.
— Я собираюсь открыть в посёлке школу, — решил ввести я Марину в курс дела.
Девушка фыркнула и сложила руки под грудью.
— Школа? Школа им не заменит тебя, — она поджала губы и презрительно посмотрела на меня сверху вниз. — Как ты думаешь, зачем они рискнули жизнью, чтобы отправиться за тобой в другой мир? Ради школы? — не повышая голоса, прошипела она, как змея. — Ты же отправил их устраиваться самостоятельно, отрёкся от детей ради своего инкогнито. Они тебя ждали, а ты, — она махнула рукой.
В её взгляде была и обида, и зависть, и плохо сдерживаемый гнев.
— Полгода, ты бросил их одних на полгода, — прошипела Марина. — Чем таким важным ты был занят, что бросил детей? Тебе нет оправдания! И сейчас ты растравишь им душу и опять уйдёшь, — она чуть ли не плюнула в лицо ядом.
Я тяжело вздохнул, признавая правоту Выживальщицы. Да, я не смогу с ними остаться. Я даже не знаю, сколько у меня времени. День, неделя, месяц, год? Но я хотя бы школу открою, если успею.
Глава 4
Вечером дети устроили посиделки у костра. Затея была Коли Хвастунова. Для такого количества детей было непросто создать уютную атмосферу, но у него получилось. Он попросил развести магические костры по кругу. Вокруг костров расселись ребята. А место по центру предназначалось лидерам, чтобы нас всем было хорошо видно.
Это был вечер историй. Грустных, смешных и стирающих различия между детьми. Конечно же, я играл и пел. В памяти Лёни нашлось несколько детских песен, подходящих случаю.
Я рассказал про школу и что уже пригласил учителей, заодно поинтересовался, чему они хотят научиться. В ответ меня огорошили вопросом, а какие уроки буду вести я. Хтонь, ведь не собирался… В результате договорились на первое занятие уже на рассвете. Марк принялся срочно разгонять всех по кроватям.