Шрамы и Шелк

Вики стояла на пороге, прижимая к груди тарелку с огромным куском торта.

— Привет… извини, я тебя разбудила? — Она виновато улыбнулась.

— Нет. Я работал, — ответил я, и голос прозвучал суше, чем планировал.

Она кивнула на тарелку и чуть приподняла её.

— У меня сегодня день рождения. Подумала, может, отвлечёшься от своих цифр хотя бы на кусочек торта?

Мне стало неудобно. Я не хотел быть ублюдком, который пользуется людьми, когда ему это выгодно, а в их праздник выставляет за дверь. Отступил в сторону, приглашая её войти. Подойдя к столу, резким движением выключил монитор — мне не нужны были лишние глаза, даже если бы она всё равно ничего не поняла в том, что там открыто.

Вики прошла к моей крошечной кухонной зоне, поставила тарелку на столешницу и обернулась. Я сел на край кровати, стараясь выдавить из себя подобие вежливости.

— Как прошёл день? Хорошо отметила?

Она подошла ближе и присела рядом. От неё пахло чем-то сладким, домашним.

— Вроде бы неплохо. Двадцать лет всё-таки. А так хочется двадцать один… — она негромко рассмеялась. — Родители приезжали. Мама сама испекла этот торт. Надеюсь, тебе понравится.

Она продолжала что-то рассказывать про семейный ужин и планы на неделю. Вики была неплохой девушкой. Правильной. Спокойной. Глядя на неё, я пытался заставить себя поверить, что мог бы быть с ней счастлив. Никаких тайн, никаких игр на выживание, никакого напряжения, от которого невозможно расслабиться.

Но правда была в том, что рядом с ней я не чувствовал ровным счётом ничего. У меня не перехватывало дыхание так, как рядом с той голубоглазой брюнеткой, которая перевернула мой мир.

И тут в дверь снова постучали.

На этот раз стук был другим — решительным и в то же время каким-то надломленным. Я поднялся с кровати, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Слишком много гостей для одного воскресенья.

Я открыл дверь.

Мишель.

Она стояла в коридоре непривычно простой — в обычных джинсах, объёмной толстовке и кроссовках. Одной рукой упиралась в косяк, будто ей было трудно стоять. Глаза… её глаза были припухшими и красными.

Она что, плакала? Из-за меня?

На секунду я просто забыл, что хотел сказать. Потом вспомнил, что в комнате Вики. Стало поздно. Вики уже встала и подошла к нам, заглядывая мне через плечо.

Мишель замерла. Её взгляд метнулся с меня на девушку в моей комнате и обратно.

— Привет! — Вики подала голос, и её нарочито дружелюбный тон совсем не вязался с выражением лица Мишель.

Мишель сглотнула. На секунду её лицо дрогнуло, но почти сразу вернулось привычное выражение.

— Извини. Я не вовремя, — коротко бросила она.

Она развернулась и, прихрамывая, быстро направилась прочь по коридору. Я смотрел ей вслед, замечая, как она старается не показывать, насколько ей больно, и от этого во мне только сильнее росло чувство вины.

Блять…

Я сжал челюсти так, что зубы скрипнули.

В голове царил полный хаос. По идее, я должен был радоваться. Она увидела то, что должна была: я не одинок, я в ней не нуждаюсь, у меня хватает женского внимания. Это должно было поставить точку. Она должна была понять, что со мной ей не по пути, и оставить меня в покое.

Мой план сработал идеально, даже не начавшись.

Но единственное, чего мне хотелось в эту секунду, — сорваться с места, догнать её прямо в этом чёртовом коридоре, прижать к стене и сделать своей. Окончательно. Бесповоротно. Наплевав на Вики, на торт, на букмекерский движок и на всё то, что я так усердно пытался спасти.

Глава 10.

Мишель

Я не шла — я бежала прочь по этим обшарпанным ступеням, которые пахли дешёвым чистящим средством и чужой, неустроенной жизнью. Боль в лодыжке, ещё утром казавшаяся невыносимой, теперь почти не ощущалась — её вытеснили адреналин и оцепенение. Хотелось только одного: исчезнуть. Стереться из этого места до того, как его тяжёлый, непонимающий взгляд догонит меня.

Слёзы застилали глаза, превращая коридор в расплывчатый туннель из грязно-жёлтого света. Один раз я всё-таки оступилась, едва не влетев плечом в стену, но даже не замедлилась. Воздуха не хватало, в груди всё сжималось от унижения.

«Извини, я не вовремя».

Боже, как жалко это прозвучало. Как ничтожно.

Я вылетела на парковку. Холодный ветер ударил в лицо, и слёзы снова хлынули по щекам. Пальцы так дрожали, что я с третьей попытки смогла открыть машину, просто коснувшись сенсора на дверной ручке.

Едва оказавшись в салоне, заперла замки. Этот щелчок был единственным ощущением безопасности, которое я могла себе позволить.

И тут меня прорвало.

Я упёрлась ладонями и лбом в руль, и тело сотряс такой сильный рыдающий спазм, что стало трудно дышать. Горло сдавило, грудь тяжело поднималась и опускалась.

Так прошёл почти весь день. Без сна, с поисками информации о нём, со слезами над его трагедией и ощущением, будто каждая его рана каким-то образом стала моей.

Я приехала сюда, содрав с себя всю привычную спесь. В этой дурацкой толстовке, без макияжа, с опухшими глазами. Приехала сказать, что теперь всё знаю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.