Четыре билета
— Ему тоже, — заметила Алиса.
Кирилл посмотрел на неё.
— Ты на чьей стороне?
— Пока ни на чьей. Я наблюдаю.
Вероника улыбнулась.
— Мне нравится ваша девушка.
Кирилл слегка приподнял бровь.
— Мне тоже.
Фраза прозвучала просто, но Алисе стало приятно. Она повернулась к окну.
Некоторое время разговор шёл о маршруте. Оказалось, Вероника и Артём присоединились к путешествию позже и должны были догнать основную группу после пересадки. Из-за ошибки агентства их посадили в автобус, который поворачивал в другой город. Теперь диспетчер договорился, что они проедут вместе с группой Алисы и Кирилла до следующей остановки, а там уже решат, что делать дальше.
— Я говорила, что надо было ехать самостоятельно, — сказала Вероника.
— Ты говорила, что хочешь ничего не планировать, — напомнил Артём.
— Самостоятельно и без планирования не противоречат друг другу.
Кирилл тихо произнёс:
— Ещё как противоречат.
Вероника услышала.
— Вот скажите, Кирилл, вы всегда такой?
— Какой?
— Будто у вас внутри сидит маленький диспетчер.
Алиса засмеялась громче, чем собиралась. Кирилл посмотрел на неё с притворной обидой.
— Всё. Я окружён.
— Ничего, — сказала Вероника. — Диспетчер справится.
Даже Артём улыбнулся. Через полчаса они уже разговаривали так, будто знакомы не первый час. Алиса узнала, что Вероника фотограф, работает в основном с отелями, ресторанами и небольшими брендами, но больше всего любит снимать людей, которые не знают, что их снимают.
— Это звучит незаконно, — заметил Кирилл.
— Только если вы делаете что-то незаконное.
— Логика сомнительная.
— Зато фотографии хорошие.
— А вы? — Алиса повернулась к Артёму.
— Архитектор.
— Самостоятельно или в бюро?
— Пока в бюро.
Он ответил слишком коротко. Алиса заметила это, но не стала уточнять.
— Алиса дизайнер интерьеров, — сказал Кирилл вместо неё.
Артём посмотрел внимательнее.
— Тогда нам есть о чём спорить.
— Почему сразу спорить?
— Архитекторы и дизайнеры всегда спорят.
— Только плохие.
Он улыбнулся.
— Уже начинается.
Алиса почувствовала, как ей становится интересно. Не к нему — пока она не называла это так даже внутри себя. К разговору. К тому, как легко он подхватил её реплику, не пытаясь впечатлить и не уступая из вежливости.
— Что вы проектируете? — спросила она.
— В основном гостиницы и общественные пространства.
— Серьёзно?
— А вы?
— Сейчас тоже занимаюсь гостиничным проектом.
Кирилл слегка повернул голову. Алиса заметила движение.
— Тем самым? — спросил Артём.
— Каким?
— На побережье. Большой комплекс. Там сейчас несколько компаний вокруг участка ходят кругами.
Алиса насторожилась.
— Откуда вы знаете?
Артём пожал плечами.
— Работа такая.
Вероника вмешалась:
— У него работа такая — знать всё, но рассказывать только половину.
— А у тебя — рассказывать всё, даже если никто не спрашивал.
— Поэтому мы идеально дополняем друг друга.
На этой фразе между ними возникла короткая тишина. Вероника первой отвела взгляд. Алиса почему-то это заметила.
Кирилл спросил у Артёма:
— Вы связаны с тем проектом?
— Пока нет.
Ответ прозвучал нейтрально.
— Но хотели бы?
— Любой архитектор хотел бы получить большой объект у моря.
— Не любой.
— Хорошо. Почти любой.
Кирилл кивнул. В его лице появилась та деловая сосредоточенность, которую Алиса хорошо знала. Она мягко толкнула его плечом.
— Мы в отпуске.
— Я просто спросил.
— Вот именно так у тебя начинаются переговоры.
Вероника перегнулась через проход.
— Вы работаете вместе?
— Нет, — ответила Алиса. — И это спасает наши отношения.
— А кем вы работаете? — спросила Вероника у Кирилла.
— Финансы и инвестиции.
Вероника посмотрела на Алису.
— Всё понятно.
— Что именно?
— Почему он проверяет билеты каждые пять минут.
— Я проверял их три раза, — возразил Кирилл.
— Я видела четыре.
— Когда?
— Пока вы думали, что никто не смотрит.
Кирилл рассмеялся. Не вежливо, не коротко, а по-настоящему. Алиса повернулась к нему. Это был тот самый смех, который она любила — редкий, немного мальчишеский, без привычного контроля. Вероника смотрела на него с довольным выражением, словно только что выиграла маленькое соревнование.
— Вот, — сказала она. — Так лучше.
— Что лучше?
— Вы хотя бы похожи на человека, который действительно едет отдыхать.
— А до этого?
— На человека, который приехал проверить, как отдыхают остальные.
Артём покачал головой.
— Когда-нибудь тебя ударят.
— Но не сегодня.
— Почему ты так уверена?
— Потому что Алиса добрая.
— А я? — спросил Кирилл.
Вероника задумалась.
— А вы воспитанный.
Он снова рассмеялся. Алиса смотрела на него чуть дольше, чем нужно. Внутри возникло едва заметное чувство. Не ревность. Скорее удивление. Ещё утром она думала, что знает Кирилла почти полностью. Знает, какие фильмы он не досматривает, какой кофе заказывает, как молчит, когда злится, как трет переносицу, если устал, как складывает рубашки в чемодан. Но незнакомая девушка за полчаса заставила его смеяться дважды так, как Алисе в последнее время удавалось всё реже. Мысль была неприятной, и она отогнала её.
Разговор постепенно переключился на города, в которых они жили. Оказалось, что Алиса и Кирилл москвичи. Вероника жила в Ростове-на-Дону, Артём — в Краснодаре, хотя часто бывал в Москве по работе.
— То есть вы вообще из разных городов? — удивилась Алиса.
— Да, — ответила Вероника. — У нас любовь с логистикой.
— Плохой выбор, если вы не любите расписания, — сказал Кирилл.
— Видите, почему мне нужен Артём? Он помнит, на какой поезд мы купили билеты.
— Иногда, — уточнил Артём.
— Не разрушай легенду.
Алиса улыбнулась.
— И как давно вы вместе?
— Два года, — сказала Вероника.
— Два года и три месяца, — поправил Артём.
Вероника повернулась к нему.
— Серьёзно?
— Что?
— Ты помнишь месяцы?
— Я архитектор. Я считаю сроки.
Вероника фыркнула.
Кирилл сказал:
— Наконец-то нормальный человек.
— Не спешите, — ответила она. — Вы его ещё плохо знаете.
Алиса заметила, что Артём ничего не ответил. В какой-то момент автобус резко затормозил. На полке над сиденьями качнулась бутылка воды и полетела вниз. Артём успел поймать её почти над головой Алисы.
— Спасибо, — сказала она.
— Пожалуйста.
Его рука ещё секунду оставалась рядом со спинкой её кресла. Совершенно обычное движение. И всё же Алиса почему-то почувствовала лёгкое смущение. Она отвернулась к окну. Через несколько минут водитель объявил, что до следующей крупной остановки около часа. Вероника достала фотоаппарат.
— Только не людей без разрешения, — сказал Кирилл.
— Поздно.
— В смысле?
Она показала экран. На снимке Кирилл сидел вполоборота к окну и смеялся, явно не замечая камеры. Алиса наклонилась посмотреть. Фотография была действительно хорошей. Свет падал сбоку, лицо Кирилла выглядело открытым и почти беспечным. Он сам несколько секунд молчал.
— Удалите, — сказал он наконец.
— Почему?
— Я не люблю, когда меня снимают без разрешения.
— Потому что вы обычно контролируете лицо?
— Потому что это моё лицо.
Вероника сразу стала серьёзнее.
— Хорошо.
Она нажала кнопку удаления. Никаких шуток. Кирилл посмотрел на неё с лёгким удивлением.
— Всё?
— Всё.
— Я думал, вы будете спорить.
— Я могу раздражать людей. Нарушать границы — другое.
На этот раз Кирилл ничего не ответил. Алиса тоже промолчала. Ей понравилось, что Вероника мгновенно остановилась там, где шутка перестала быть шуткой. Пожалуй, за внешней лёгкостью в ней было больше внутренней точности, чем казалось сначала. Артём смотрел в окно.
— Что? — спросила Вероника.
— Ничего.
— У тебя лицо «я сейчас скажу что-нибудь умное».
— Я просто подумал, что это первый человек за сегодня, которого ты послушала с первого раза.
— Не ревнуй.
Артём усмехнулся.
— Даже не начинал.
Фраза прозвучала слишком спокойно. Вероника на секунду замолчала. Потом убрала фотоаппарат. Когда автобус подъехал к следующему городу, выяснилось, что проблема с билетами Вероники и Артёма решилась только наполовину. Диспетчер агентства сообщил, что их группа уже уехала дальше и свободных мест в следующем автобусе нет.
— То есть? — Вероника стояла возле стойки маленького автовокзала и держала телефон на громкой связи. — Вы предлагаете нам догонять группу на такси?
Голос диспетчера что-то объяснял.
— Нет, подождите. Мы уже заплатили за маршрут.
Артём спокойно взял у неё телефон.
— Добрый день. Давайте без эмоций. Какие варианты вы можете предложить?
Вероника скрестила руки.
— Вот почему он со мной ездит.
Алиса улыбнулась. Кирилл стоял рядом и слушал разговор с тем вниманием, с каким обычно слушал финансовые отчёты. Через пару минут Артём закончил звонок.
— Нам разрешили остаться в этом автобусе до следующего города. Там присоединимся к другой части маршрута.
Вероника подняла руки.
— Победа.
— Временная.
— Все победы временные.
— Очень зрелый подход.
Кирилл неожиданно сказал:
— Если диспетчер снова начнёт перекладывать на вас расходы, попросите письменное подтверждение. И сохраните переписку.
Вероника задержала на нём взгляд.
— Маленький диспетчер внутри вас сейчас счастлив?
— Безмерно.
— Но совет хороший.
— Я иногда полезен.
— Не сомневаюсь.
Алиса заметила, как быстро они научились перебрасываться репликами. И опять решила не придавать этому значения. На обратном пути к автобусу Артём шёл рядом с ней.
— Вы действительно дизайнер? — спросил он.
— Вас слово «действительно» настораживает.
— Почему?
— Звучит так, будто я не похожа на дизайнера.
— А как выглядит дизайнер?
— Вот я и хочу узнать.
Он подумал.
— Обычно говорит, что архитектор испортил ему весь замысел.
— Тогда всё впереди.
— Обнадёживает.
Они дошли до автобуса. Перед входом образовалась небольшая очередь. Артём посмотрел на здание автовокзала — старое, низкое, с нелепо пристроенным новым козырьком.
— Видите вход?
— Да.
— Что бы вы изменили?
Алиса посмотрела внимательнее.
— Убрала бы половину рекламы. Сделала нормальный свет под козырьком. Перенесла бы автоматы. И перестала притворяться, что пластиковые панели делают здание современным.
Артём повернулся к ней.
— Неплохо.
— Это комплимент?
— Для архитектора — почти признание.
Она рассмеялась. И в этот момент Кирилл, стоявший на несколько шагов впереди рядом с Вероникой, обернулся. Его взгляд сначала остановился на Алисе, потом на Артёме. Всего на секунду. Потом Кирилл сказал что-то Веронике и снова отвернулся. Алиса почувствовала странное движение внутри.
Не вину. Но словно она впервые увидела их четверых со стороны. Две пары. Два совершенно случайных знакомства. Обычная дорога. Ничего ещё не произошло.
И всё же что-то уже едва заметно сдвинулось со своего места. В автобусе они снова заняли прежние кресла. Вероника откинулась назад.
— Знаете, — сказала она, — если так пойдёт дальше, мы доедем вместе до самого моря.
Кирилл ответил:
— При вашем везении я бы не исключал, что и обратно.
— Не каркайте.
— Я прогнозирую.
— Ещё хуже.
Алиса улыбнулась и повернулась к окну. Автобус выехал из города. Позади осталась очередная остановка, впереди тянулась дорога, которую никто из них уже не мог точно просчитать.
Глава 3. Ночная поломка
К вечеру дорога стала другой.
Утреннее солнце, ещё недавно отражавшееся в окнах придорожных кафе и на крышах редких заправок, ушло куда-то за дальние поля. Небо потемнело быстро, будто кто-то убрал свет одним движением. В салоне автобуса приглушили лампы, разговоры стали тише, и люди один за другим начали устраиваться на ночь: доставали пледы, надувные подушки, бутылки с водой, закрывали шторы.
Алиса сидела у окна и смотрела, как в стекле отражается салон. Кирилл рядом листал что-то в телефоне, время от времени отвечая на сообщения. Через проход Вероника пыталась убедить Артёма, что спать в автобусе можно только тем, кому безразлична собственная шея.
— Я серьёзно, — говорила она. — Завтра я буду выглядеть так, будто меня всю ночь складывали пополам.
— Если ты перестанешь разговаривать, появится шанс хотя бы немного поспать, — ответил Артём.
— То есть ты хочешь сказать, что я мешаю?
— Я хочу сказать, что ты не оставляешь организму выбора.
Вероника покачала головой и повернулась к Алисе.
— Вот скажите, разве можно так разговаривать с женщиной в начале отпуска?
Алиса улыбнулась.
— В начале отпуска можно всё. Последствия наступают ближе к концу.
— Видишь? — Вероника торжествующе посмотрела на Артёма. — Алиса меня понимает.
— Пока да, — сказал он. — Она знает тебя меньше суток.
Кирилл, не отрываясь от телефона, усмехнулся.
— Это сильный аргумент.
— Вы все объединились, — сказала Вероника.
— Нет, — ответил Артём. — Мы просто сидим рядом.
Алиса снова повернулась к окну.
В их компании за день успела появиться странная лёгкость. Не дружба — для дружбы было слишком рано, — но ощущение, будто они познакомились не сегодня утром. Вероника говорила много и быстро, заполняя паузы без всякого смущения. Артём, наоборот, выбирал слова и чаще слушал. Кирилл сначала держался чуть отдельно, однако ближе к вечеру неожиданно втянулся в разговоры и даже несколько раз спорил с Вероникой так увлечённо, что забывал проверять телефон.
Алиса это заметила. И почему-то запомнила. Автобус шёл по тёмной трассе ровно, почти без остановок. Снаружи мелькали редкие огни. Иногда вдалеке появлялась освещённая заправка, и на секунду казалось, что вокруг есть жизнь, но потом снова наступала темнота.
— Ты устала? — спросил Кирилл.
— Немного.
— Можешь поменяться со мной местами, если хочешь вытянуть ноги.
— У окна мне лучше.
— Тогда попробуй поспать.
— А ты?
Он показал телефон.
— Закрою пару вопросов и тоже.
Алиса посмотрела на экран. Она не собиралась читать, но увидела имя его отца.
— Опять работа?
— Ничего важного.
— В отпуске всё становится «ничего важного», если не хочется объяснять.
Кирилл убрал телефон.
— Я правда не хочу сейчас говорить о работе.
— Хорошо.
Она сказала это спокойно, но что-то внутри неприятно отозвалось. Раньше между ними почти не было тем, на которых Кирилл ставил невидимую табличку «не сейчас». Теперь таких тем становилось всё больше. Проект на побережье. Разговоры с её отцом. Его отец. Даже кольцо, которое она заметила в кармане. Алиса закрыла глаза. Она не хотела превращать отпуск в проверку отношений. Тем более что никакой явной проблемы между ними не было. Наверное, именно это и тревожило больше всего.
Не было скандалов, измен, громких ссор, взаимных претензий. Они просто жили рядом настолько ровно, что иногда Алисе казалось: если однажды кто-нибудь из них исчезнет на неделю, другой продолжит жить по прежнему расписанию, лишь немного изменив количество чашек на столе.
Она открыла глаза. Через проход Вероника уже спала, положив голову Артёму на плечо. Он сидел неподвижно, боясь разбудить её, и смотрел вперёд. На мгновение их взгляды с Алисой встретились. Артём едва заметно улыбнулся. Она тоже. Никакого смысла в этом не было.
Просто двое бодрствующих людей в ночном автобусе. Через несколько минут двигатель вдруг издал странный глухой звук. Автобус слегка дёрнулся. Кто-то в салоне поднял голову. Кирилл сразу выпрямился.
— Что это было?
— Наверное, яма, — сонно сказала Алиса.
Но почти сразу автобус дёрнулся снова. На этот раз сильнее. Вероника проснулась.
— Мы приехали?
— Если да, то довольно эффектно, — сказал Артём.
Скорость начала падать. Впереди включилась аварийная сигнализация. Водитель медленно прижал автобус к обочине. В салоне заговорили сразу несколько человек.
— Что случилось?
— Почему остановились?
— Где мы вообще?
— До следующей остановки далеко?
Двигатель замолчал. Тишина после его многодневного гула показалась почти ненормальной. Водитель включил свет и встал.
— Уважаемые пассажиры, спокойно. Похоже, техническая неисправность. Сейчас посмотрим. Просьба пока оставаться в салоне.
— Отлично, — сказала Вероника. — Именно этого мне не хватало для полноценного путешествия.
— Ты же хотела приключений, — напомнил Артём.
— Я хотела море.
— Оно никуда не делось.
— А мы, судя по всему, до него не доедем.
Кирилл посмотрел в телефон.
— Связь почти нулевая.
— У меня вообще ничего, — сказала Алиса.
Несколько пассажиров уже стояли в проходе. Пожилая женщина впереди спрашивала, далеко ли ближайший населённый пункт. Ребёнок на задних сиденьях начал плакать. Водитель вышел наружу вместе со вторым мужчиной из экипажа. Через окна было видно только тёмную трассу и мигающий оранжевый свет аварийных огней. Минут через десять водитель вернулся.
— Похоже, проблема с системой охлаждения. Нужно время. Связались с диспетчером, но сигнал слабый. Будем решать.
— Сколько ждать? — спросил мужчина из середины салона.
— Пока не скажу.
Ответ вызвал недовольный гул. Вероника потёрла лицо ладонями.
— Я знала, что надо было лететь самолётом.
— Утром ты говорила обратное, — заметил Кирилл.
— Утром автобус ехал.
Он рассмеялся. Вероника посмотрела на него и тоже неожиданно улыбнулась. Алиса заметила это раньше, чем успела отвести взгляд. Водитель снова вышел. Прошло ещё минут пятнадцать. В салоне становилось душно. Несколько человек попросились наружу. Водитель разрешил выходить по одному, предупредив не отходить от автобуса.
Алиса тоже вышла. Ночной воздух оказался прохладнее, чем она ожидала. После тесного салона хотелось просто глубоко дышать. Трасса уходила в обе стороны длинной чёрной лентой. Небо было почти безоблачным, и звёзды казались гораздо ярче, чем в Москве. Алиса обхватила себя руками.
— Замёрзла?
Она обернулась. Артём стоял в нескольких шагах.
— Нет. Просто непривычно тихо.
Он подошёл ближе.
— В городе начинаешь думать, что тишины не существует.
— А потом оказываешься где-нибудь ночью на трассе и понимаешь, что она существует слишком хорошо.
Он улыбнулся. К автобусу подошёл водитель.
— Есть кто-нибудь с устойчивой связью? Нужно ещё раз дозвониться диспетчеру.
Все проверили телефоны. У Алисы внезапно появилась одна полоска.
— У меня есть.
Водитель взял её телефон, отошёл на несколько метров и попытался позвонить. Соединение сорвалось.
— Чуть дальше, похоже, сигнал лучше, — сказал он, возвращая аппарат. — Тут километра два назад была какая-то придорожная точка. Кафе или заправка. Если там открыто, может быть стационарный телефон или интернет.
Кирилл сразу нахмурился.
— В темноте по трассе идти не стоит.
— Я и не предлагаю пассажирам идти, — ответил водитель. — Подождём.
Но в этот момент из автобуса вышла пожилая женщина, та самая, что раньше задавала вопросы.
— Простите, — сказала она. — У вас горячая вода есть? Мне лекарство нужно принять, а моя вода закончилась.
Водитель развёл руками.
— В термосе немного осталось, но она уже почти холодная.
Алиса посмотрела в сторону трассы.
— Кафе было недалеко?
— Мы проехали его минут пять назад. Пешком, может, минут двадцать.
— Я схожу.
Кирилл резко повернулся.
— Куда?
— До кафе.
— Нет.
Слово прозвучало так быстро, что Алиса даже удивилась.
— Почему?
— Потому что ночь, трасса и неизвестно что вокруг.
— Я не одна пойду.
— А с кем?
Артём спокойно сказал:
— Я схожу с ней.
Возникла короткая пауза. Кирилл посмотрел на него. Потом на Алису.
— Я пойду.
— Тебе водитель нужен здесь, — сказала Алиса. — Ты лучше разберёшься, что происходит с автобусом.
Это было правдой. Кирилл уже несколько раз разговаривал с водителем о поломке и задавал вопросы, которые Алиса не понимала. Но по его лицу она увидела: ему не нравится решение. Вероника вышла из автобуса следом.
— А что происходит?
— Они идут за горячей водой и искать связь, — сказал Кирилл.
— Они?
Вероника посмотрела на Артёма.
— Мы быстро, — сказал он.
— Возьми фонарь.
Она протянула ему телефон.
— У меня заряд восемьдесят процентов.
— Оставь себе.
— Артём.
— У меня есть.
Вероника пожала плечами.
— Хорошо. Только не потеряйтесь. Мне будет лень искать нового мужчину посреди отпуска.
Он усмехнулся.
— Постараюсь вернуться.
Алиса заметила, что Кирилл всё ещё смотрит на неё.
— Двадцать минут туда, двадцать обратно, — сказала она. — Я не исчезну.
— Алиса, дело не в этом.
— А в чём?
Он хотел ответить, но не стал.
— Возьми куртку.
Она вернулась в автобус, накинула лёгкую куртку и положила в карман телефон. Через минуту они с Артёмом уже шли по обочине. Сначала впереди было видно мигание аварийных огней автобуса. Потом дорога слегка повернула, и они исчезли. Настоящая темнота оказалась другой, чем казалась из окна. Луч фонарика освещал узкую полоску асфальта и траву у обочины. Иногда мимо проносилась машина, и тогда Артём автоматически смещался ближе к Алисе, прикрывая её от дороги.
— Ты всегда так быстро принимаешь решения? — спросил он.
— Какие?
— Ночью идти по трассе за кипятком.
— Женщине нужно лекарство.
— Это я понял.
— Тогда вопрос снимается.
— Не снимается.
Алиса подняла на него глаза.
— А ты всегда споришь с людьми, которым решил помочь?
— Только чтобы понять, знают ли они, что делают.
— И какой вывод?
— Пока неоднозначный.
Она рассмеялась. Вдали показался свет.
— Похоже, кафе.
— Или мираж.
— Не разрушай надежду.
Они шли молча ещё несколько минут. Странным образом Алисе было спокойно. Не потому, что Артём казался особенно надёжным. Она почти не знала его. Просто рядом с ним не приходилось постоянно поддерживать разговор. С Кириллом молчание часто означало, что каждый ушёл в свои дела. С Артёмом оно почему-то ощущалось как продолжение разговора.
— Можно спросить? — сказал он.
— Уже страшно.
— Почему автобус?
— В каком смысле?
— Вы с Кириллом явно не похожи на людей, которые экономят на авиабилетах.
Алиса улыбнулась.
— Очень деликатно.
— Я архитектор. Нас учат сначала смотреть на конструкцию.
— И какая конструкция у нас?
— Хорошая одежда, нормальные часы, чемодан, который стоит дороже моей первой машины.
Она посмотрела на него.
— Ты оценил мой чемодан?
— Профессиональная деформация.
— Архитекторы оценивают чемоданы?
— Плохие архитекторы — всё подряд.
— И всё-таки почему автобус?
Алиса на секунду задумалась.
— Хотелось дороги.
— Это не ответ.
— Почему?
— Потому что дорога есть и в самолёте.
— Там она слишком быстрая.
Он ничего не сказал.
И Алиса неожиданно продолжила:
— Иногда хочется увидеть, как одно место заканчивается и начинается другое. Не проснуться через два часа уже в новой реальности, а почувствовать переход.
— От чего?
Она посмотрела на тёмную линию впереди.
— Не знаю.
— Знаешь.
Алиса усмехнулась.
— Мы знакомы меньше суток, а ты уже решил, что лучше меня знаешь мои ответы?
— Нет. Просто люди обычно говорят «не знаю», когда знают, но пока не хотят произносить.
Она замолчала. Кафе оказалось маленьким круглосуточным павильоном рядом с закрытой заправкой. Над дверью горела тусклая вывеска. Внутри за стойкой сидела сонная женщина и смотрела сериал на телефоне. Горячую воду им дали без вопросов. Связь действительно была лучше. Алиса дозвонилась водителю и передала телефон Артёму. Он коротко объяснил, где они находятся, и уточнил, удалось ли связаться с технической помощью. Потом они купили несколько бутылок воды и два стакана кофе.
— Это Кириллу, — сказала Алиса, ставя один стакан на стойку.
— А второй?
— Веронике.
— Разумно.
— А вы как-нибудь переживёте.
— Мы архитекторы. Нам привычно страдать.
Она рассмеялась. Женщина за стойкой посмотрела на них с лёгким любопытством.