Деревушка оказалась небольшой, аккуратные домики утопали в цветах, зеленых лужайках, ребятня носилась как угорелая, за ними с громким лаем гонялись собаки, а народное гулянье шло вовсю. По дороге к площади располагались купчие палатки, на самой площади развлекали народ артисты, представления которых подходили к концу. Встретили друзей Шини- трое парней и девушка. Меня представили Рону, крепышу с выбритыми висками и внушительным брюшком, Харегу – тучному парню в черном мрачноватом одеянии и Дикари – симпатичный блондин, видимо местный красавчик, который, явно в курсе привилегий своей внешности и пользуется этим, не стесняясь. Со мной сухо поздоровались и одарили безразличными взглядами, равно как и Шини. И как она с ними дружит?!
Ребята заняли столик на площади и немного оживились, видимо в предвкушении танцев. Незнакомая мне девушка из этой компании была явно нам не рада, а может только мне. Поумерила бы свое недовольство подруга, хотя бы для приличия. О приличиях забыла в тот момент, когда на площади появились танцоры. Такое я видела впервые, парни пригласили девушек, и началось невероятное. Они крутили, вертели и подбрасывали бедных красавиц как пушинок.
– Это древний ритуал, такими всегда начинают любые танцы и даже во дворце, там, правда, по спокойнее,– видимо изумление на моем лице было очень красноречивым. – Ты не видела танец – мирен, вот там сплошная страсть. – Пояснил ехидно Дикари.
Решила отвлечься на местное вино, промочить пересохшее горло, слишком сладкое. Меня охватило странное липкое неприятное ощущение, которое появлялось в преддверии беды. В этот момент на площади мое внимание привлекли трое. Двое, похожих друг на друга, видимо близнецы, терялись на фоне третьего. В сравнении с нарядами местных они выглядели дорого, особенно этот. Золотистые небрежные локоны до плеч, белоснежная рубашка, обтягивающие плотные брюки, драгоценные камни на перстнях, браслеты и огромный амулет на груди. Зеленые глаза – горящие и сверкающие, не предвещающий ничего хорошего слизкий взгляд. Я так же, как все стояла и пялилась на эту троицу, музыканты притихли.
– Чего замерли народ? Продолжаем!– от ледяного голоса зеленоглазого прошлись колючки по всей коже.
– Не смотри на него, – едва шептала Шини на ухо.
Опоздала она с советом. Все трое как по команде посмотрели в нашу сторону, затем демонстративно отвернулись и под набирающую обороты мелодию двинулись в сторону таверны. Меня только тогда отпустило.
– Что это было?
– Это?– указал в сторону таверны Рон.– Тебе лучше не знать.
– Зачем они вернулись?– встревожился Харег.
– Снова устраивать свои игрища!– Дикари нравилось.
Среди нас повисла тишина. Понятия не имею, что они имели ввиду, но тревожность не уходила.
– Мне кто-нибудь объяснит?-нарушила молчание я.
– Ты с неба упала?!-подала голос не представленная девушка.– Это же Мариян, младший сын императора!
–Ого… И? -ну принц и принц, в деревне правда.
– Он проучился тут два года, на третьем его перевели в императорскую академию. Но за эти два года чего тут только не было, говорят и ритуальные убийства и призывы древних демонов, даже мирен пытались воскресить. -Восхищения в голосе Дикари не убавилось.
–А еще кое-кто просто жаждал стать его подружкой, –девушка, очень однозначно посмотрела на Шини и, выдержав паузу, добавила. – Правда вышло лишь на одну ночь!
–Рия!-рыкнул Харег. Теперь знаем, как зовут.
–Весело тут у вас, однако. Покажи где можно найти уборную Шини.– На ней лица не было.
После пары бокалов местного пойла мой настрой мгновенно стал решительным. И я потащила подругу именно в эту таверну, сопротивляться мне в подпитии Шини не смогла бы при всем желании. Эту часть себя, я оставила в далеких студенческих годах, но очень захотелось вспомнить. Ну и что, что собралась проучить принца, да хоть самого императора.
Мы вошли в таверну, которая с приходом неожиданных посетителей опустела, и заняли центральный стол.
– Что будут заказывать девушки?– вежливый, но чуть ли не заикающийся официант.
–Тссеррийское сухое, пожалуйста.– Промямлила Шини.
Шини оставшееся время молча пригибала испуганную голову, а я, старалась незаметно рассмотреть, с кем имею дело. От этих ребят шли смоляные плотные потоки, а у дружка в эту смесь добавились малахитовые прожилки. Завораживает. Немного поболтали с Шини, надо было дать ей время на передышку. Обычное шампанское надо сказать, прохладное, с приятной кислинкой. К нему подали клубнику и шоколад.
– Он запудрил мне голову – неожиданно начала девушка,– просто для того чтобы затащить в постель. Я для него была деревенская застенчивая дуреха, не опытная и глупая сверх меры. Мама была уверена, что я сберегу себя для мужа. Не смогла.– Краска обожгла ее щеки, бедная девочка.
К нам подошел официант и подал счет. Словно спешил нас выпроводить или боялся, что не оплатим. А я и не собиралась. Выпроводила Шини в уборную привести лицо в порядок, а сама стала изображать святую невинность. Мол, деньги куда-то пропали, а может их и вовсе кто-то украл. Даже что-то вроде слезы выдавила. Господа прониклись.
– Запиши на счет!– каркнул один из близнецов, а потом уже змеем искусителем мне:
–Конечно, если очаровательная девушка присоединится к нам?– Очень не тонко намекнул.
– Ох, мне так неловко, совсем не хотелось доставлять вам неудобства – а сама шустренько уселась на стул между ним и Марияном, кажется, его так зовут. Бедная Шини, увидев эту картину, не знала, куда себя деть, – Может, мы продолжим знакомство в менее людном месте?– кокетливо положила руку на локоть принца и из-под опущенных ресниц посмотрела прямо в глаза. Парень улыбнулся, помог подняться, и я в компании трех парней вышла из таверны.
Каким было его удивление, когда хмельная толпа не смогла сдержать хохот. Конечно, в стеклянном отражении он увидел себя, плотно прижимающего за выпуклость и недвусмысленно глядящего на грудь, а после шепчущего откровенные пошлости на ушко, страшненькому бородатому рыжему парню. Быстро я учусь, однако, иллюзия вышла что надо. Он попытался было схватить меня за горло, но не успел. Воспользовавшись заминкой, я быстро выкрутилась из кольца рук, ухватила Шини за рукав и удрала, теряясь в толпе.
– Ты больная!– кричала запыхавшаяся подруга.– Ты осознаешь, во что нас втянула?
–Это они не понимают, с кем связались!
Пока догоняли ее друзей, трезвые мысли просачивались в голову, но стыдно мне не было.
Пейзаж изумительный, такого живописного места я не видела никогда, даже без расхваленного сияния мирен, озеро выглядело сказочно. Водная гладь бликами отражала лунный свет и ясные звезды, которые совсем скоро сменятся ярким солнцем. Прибрежные деревья плавно переходили в невысокие плакучие ивы, которые ласково касались своими ветвями камышей. Но очень странным показалось звучание мертвой тишины, ни стрекота сверчков, ни кваканья лягушек, ни плеска воды от разгулявшейся рыбешки. Да уж, воистину жутко прекрасно Мертвое озеро. На мгновение мне представилась несчастная девушка, которая оказалась на долгие годы заключенная в подводную тюрьму, в полнейшем одиночестве, не имея даже крохотной надежды на иное существование. Злой король убил всю ее семью, весь народ. Сама не заметила, как прошла на небольшую пристань, старую, сгнившую до дыр. Страшно не было. Было горько и обидно за ту, которую все забыли, а если и помнят, то, как монстра. Отчаянно захотелось увидеть магию. Закрыла глаза, выдохнула и открыла.
–Добегалась. – Донеслось мне в спину, а после и внушительный толчок в то самое мертвое озеро, из которого никто не выбирается живым.
Аранийский лес
Страшно? О нет, страшно не было. Тот панический ужас, который охватил все мое тело и, кажется даже душу, скрутил болезненным спазмом все мои внутренности. Понимаю же, что это просто моя глупая фобия. Тысячу раз переживала кошмар, когда начинаю тонуть, но научилась справляться. Во снах каждое движение, каждая реакция была отработана на отлично. Это были сны. Сейчас реальность, которая кромешной тьмой и леденящим душу холодом, тянет на дно. Будь, что будет. Закрываю глаза, на выдохе открываю. Там, где моих ног коснулся, глинистый ил, на огромной черной каменной плите голубоватым сиянием переливались какие-то символы. Вокруг, куда доходил взор ни капли магии. Ледяными пальцами кто-то впился в мои запястья, попыталась выдернуть – тщетно. Закричать не успела, передо мной появилась старуха, которая на глазах превращалась в девушку. Это же мирена! Длинные платиновые волосы, невероятная ослепительно сияющая чешуя на хвосте, которая, казалось, состояла из миллиарда крошечных алмазов. Это была не девушка, а произведение искусства. Глаза, в них было столько боли, отчаяния, смертельного смирения. Знакомо…
Задыхаясь от едкого дыма, лежа на полу коридора, чувствовала тоже самое. А он стоял, скрестив на груди руки, и смотрел, как полыхает дом, как умираю я. Алексу не нужна жена. Да, удобно жить в чистоте – обстиранным и накормленным, когда по первому желанию согрета постель. Но не более. Александр сутками пропадал на работе, а когда появлялся, то с видом полного отсутствия. А Ярослава, конечно, сидела и накручивала, что это с ней что-то не так. За шесть лет супружества из задорной хохотушки, я превратилась в умертвие. Муж подпитывал мысли о собственной никчемности периодическими скандалами, которые сопровождались ушатом оскорблений в мой адрес.
Девушка напротив, смотрела пристально, а по щекам ее текли тяжелые свинцовые горькие слезы, мелким жемчугом падали на дно, тонули в гуще ила. Мы поняла друг друга без слов.
– МиренаМиграбилис. – прозвучало нечеловеческим голосом в голове. Я ощутила чужую боль как свою. Предательство любимого, который обещал прожить всю жизнь рука об руку, избавить от тирании отца и сделать королевой озерного края. Имя ее Айсу – чистейшая вода. Прекрасная, добрая, нежная и в то же время смелая мирена, полюбила своего спасителя. В день свадьбы убили всех, император был в ярости узнав, что не получит силу кристалла. Ему не нужна была жена, тем более та, что скрыла правду. Айсу была хранителем силы. За это поплатились жизнью все – женщины, дети, даже старики. Вся ее семья, весь народ покоились на дне. Она осталась одна, под тяжестью магической печати. Королева мертвой тюрьмы. Я коснулась сплетений, и магия исчезла вместе с девушкой, растворившись как мираж.
Меня выдернули из воды чуть ли не за волосы, бесцеремонно швырнули на траву и чьи-то горячие мягкие губы накрыли мои. Тьма обласкала меня немного, а потом реальность обрушилась захлебывающимся кашлем и болью в груди.
– Хвала небесам, ты жива!– бросилась на меня в истерике Шини. – Как я испугалась, просила же не связываться! Ты могла умереть, ему за это ничего бы не быыылоооо…
Пока Шини завывала, я пыталась прочувствовать послевкусие губ, аромат незнакомого мужчины щекотал нос. Сильные руки схватили мое лицо, перед глазами плыло, невозможно разглядеть моего спасителя. Отчаянный, который сунулся за мной в мертвое озеро.
– Ей необходима горячая ванна, сухая одежда и длительный сон. Я привез с собой сбор для отвара и восстанавливающий порошок.– Этот голос – волшебный, глубокий, бархатный, ласкающий слух. Кажется, я улыбаюсь.
Те самые сильные руки взяли меня на себя. Заметила темные волосы, светлую рубашку, абсолютно мокрую, каюсь. От этого было не менее удобно и тепло, но зубы все равно устроили маршировку. От мысли, про косметику на моем лице захотелось вернуться обратно к Айсу. Очнулась от обжигающе горячей воды, следом захлопнулась дверь. Шини помогла избавиться от мокрого платья, протерла глаза платком, смоченным в какой-то вонючей жиже. Мы оказались в ванной того самого дома, который убирали утром. Чувство будто прошел месяц. Вскочила как ошпаренная и обомлела. В огромной стене из сплошного зеркала на меня смотрела я, только не я. Волосы стали гуще в два раза и длиннее, блестели как после воска, черты лица выразительнее, а кожа отливала бронзой, талия даже стала тоньше, ноги, грудь и прочее вернулись к девичьим. Будто и не было ужасного брака, в котором я стала не понятно чем. Сейчас на меня смотрела та, что давала клятву у алтаря.
– Вы там долго?
Ухватила халат, закуталась и вылетела как метеор. Там стоял темноволосый, кареглазый, загорелый молодой мужчина. С изъянами, морщинками, которые появляются у людей переживших не мало, волевой подбородок, прямой и уверенный взгляд с поволокой, который пленил с первой секунды. Легкая щетина, уставший вид, руки стиснуты в кулак. В целом, он произвел впечатление сильного и уверенного в себе. По таким сходят с ума, наверное.
– Эм, простите…– выхватила у Шини полотенце, стараясь просушить волосы. Мужчина не отрывая взгляд, протянул руку и одним касанием высушил их. Совсем забыла, что у них с этим проще, потупила взгляд. Ноги босые, а вокруг них небольшая лужа. Стыдно. Провела ладонью и осталась стоять на сухом полу. А он так и остался рядом, руку от волос не убрал, пропускает пряди между пальцами. Сердце давно уже в пятках, а пульс в ушах набатом.
– Помнишь что произошло? – очень глухо, будто слова давались с трудом.
– Да – едва шепотом я.