Не та Королева

— Пока ещё не определились. В скором времени, — ответила королева.

— Доченька, иди к себе в комнату, отдохни, — мама положила ладонь на моё плечо.

Я кивнула, поднялась и поклонилась обеим.

Выйдя из кабинета, я направилась в свой потайной сад — единственное место, где могла побыть наедине с собой.

* * *

Сад располагался в одном из коридоров, скрытый от посторонних глаз каменной стеной со скрытым механизмом. Здесь росли редкие цветы, привезённые из дальних стран, а в центре бил небольшой фонтан, украшенный фигурами нимф.

Я опустилась на каменную скамью, вдохнула аромат жасмина. Мысли кружились в голове, словно листья на осеннем ветру.

Почему всё так сложно? Почему я должна жертвовать своей свободой ради союза двух королевств?

Из кармана платья я достала маленький медальон — подарок матери на шестнадцатилетие. Открыв его, увидела миниатюру с изображением родителей и маленькой себя. Наши улыбки казались такими далёкими…

— Простите, — прошептала я, сжимая медальон в ладони. — Я постараюсь быть сильной.

Посидев немного, я направилась обратно в свою комнату. В голове кружились множество мыслей. Идя по коридору, я даже не заметила как столкнулась случайно с незнакомцем. Подняв голову - удивилась. Передо мной стоял тот самый телохранитель принца, который спас меня. Сейчас он стоял и смущённо улыбался мне. Золотые волосы немного спадали на лоб.

— Принцесса Белль, — тихо произнёс он, склоняя голову. — Мне нужно с вами поговорить.

Я настороженно огляделась. Ни души — только эхо наших голосов гуляло по просторному коридору.

— О чём? — я скрестила руки на груди, не скрывая недоверия. — Вы служите принцу Гелиосу. С какой стати мне вам доверять?

Фирс сделал шаг ближе, но тут же остановился, будто осознав, что это может меня напугать.

— Именно потому, что я служу ему, я знаю то, чего не знают другие. Гелиос… он не такой

— Какой «такой»? — я горько усмехнулась. — Жестокий? Самодовольный?

— Он изменился после смерти своего дяди, — голос Фирса звучал непривычно мягко. — Дядя был для него всем. Когда его не стало, он словно… сломался. Начал делать вещи, которые раньше считал недостойными. Гелиос стал жить под масками. Он был совсем маленьким.

— И вы думаете, это оправдывает его поведение? — Сердце сжалось за Гелиоса. Я опустила руки и убрала их за спину, пытаясь скрыть своё смятение. — То, что он сделал сегодня… это не просто каприз. Это угроза!

— Нет, — Фирс покачал головой. — Не оправдывает. Но объясняет. И я прошу вас дать ему шанс. Не для него — для вас обоих.

— Шанс на что? — я рассмеялась, но смех получился горьким. — На то, чтобы он и дальше унижал меня? Чтобы держал в страхе?

— На то, чтобы понять друг друга. Возможно, Гелиос откроется вам с другой стороны, которую я знаю.

Я молчала, глядя в его честные глаза. В них не было ни лести, ни хитрости — только искренность.

— Почему вы говорите мне это? — наконец спросила я.

— Потому что вижу, как вам тяжело. И потому что верю: вы можете помочь ему вернуться. А он — вам.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Я не хочу быть инструментом для его исцеления. Я хочу жить своей жизнью.

Фирс кивнул, словно ожидая этого ответа.

— Понимаю. Но подумайте: возможно, ваш союз — это не только долг перед королевствами. Возможно, это шанс для вас обоих найти что‑то большее.

Он отступил, давая мне пространство.

— Простите, если мои слова показались вам навязчивыми. Я лишь хотел, чтобы вы знали: Гелиос совсем другой человек, каким кажется на первый взгляд

Не дожидаясь ответа, он поклонился и ушёл, оставив меня одну с ворохом мыслей.

Глава 3

Клятва крови

Зачем я только послушал родителей и пошёл к этой ненормальной? — думал Гелиос, ворочаясь в своей кровати. — Накинулась на меня. С виду скромная и хрупкая, а на самом деле — настоящая воительница. Откуда в ней столько силы?

Он дотронулся до щеки, которая всё ещё горела после её пощёчины.

Почему именно она будет моей женой? — продолжал он размышлять, хотя внутри уже не был так уверен в своих планах. — У нас брак продержится не больше месяца. Главное сейчас — сесть на трон и забрать власть у Белль. А после развода оставить её ни с чем. Эта глупая девчонка даже ничего не успеет понять.

Он усмехнулся своим мыслям, но усмешка вышла кривой.

Почему я вообще о ней думаю? Дикарка.

Он снова коснулся щеки.

Почему всё ещё приятно горит?

* * *

Гелиос уснул только под утро. Когда проснулся, позвал прислугу и пошёл умываться. Посмотрев на себя в зеркало, скривился: под глазами залегли тёмные тени, вид был потрепанный, будто он провёл ночь на тренировке.

— Отличное начало утра, — пробормотал он.

Собравшись, вышел из покоев. В коридоре он столкнулся с Белль. Она тоже только вышла.

— Доброе утро, принцесса Белль! — он поздоровался бодрым голосом, хотя внутри все еще ныло после бессонной ночи.

Она растерянно посмотрела на него, рассматривая его лицо, задержав взгляд на тенях под глазами.

— Доброе… — ответила она.

Заметила, — усмехнулся он про себя. — Интересно, что она думает?

— Как спалось на новом месте? — спросила Белль, придав голосу спокойствие, и посмотрела ему прямо в глаза.

— Спал как убитый, — он положил руку на левую часть груди и наигранно сморщил лицо в боли. — Ваши удары попали мне прямо в сердце.

— Очень смешно, — она ответила с сарказмом и закатила глаза.

— Сейчас смешно, а ночью было не очень, — он стал серьёзным. — Я тебя недооценил.

— Тебя? — Белль выгнула бровь. — Ваше высочество, придерживайтесь этикета. Обращайтесь ко мне на «вы». Я не буду извиняться за то ночное происшествие.

— Не боитесь, что кому-то расскажу? — он наклонился ближе к её лицу, наблюдая, как её зелёные глаза забегали.

— Не боюсь, — ответила она, и в голосе её прозвучала сталь. — Рассказывайте. Может, по такому поводу свадьбу отменят.

Она отошла на шаг.

Гелиос усмехнулся, схватил её за локоть и притянул обратно к себе. От неожиданности она ударилась о его грудь.

Какая же она маленькая, — подумал он, чувствуя, как её дыхание участилось. — И какая… живая. Почему я не могу просто ненавидеть ее, как планировал?

Он снова наклонился к её лицу, и его голос стал тихим, почти шёпотом:

— Нет. Свадьба будет. Мне всё равно на твои крики. Ты станешь моей женой.

Она испуганно посмотрела на него. Её глаза расширились, но она не отвела взгляда.

Она боится, — понял Гелиос. — Но не отступает. Это… восхищает.

Белль сглотнула, будто приходя в себя, и оттолкнула его от себя.

Гелиос усмехнулся, отходя на пару шагов.

Ничего не сказав, она быстрым шагом ушла по коридору, прочь от него.

Гелиос проводил её взглядом и сам пошёл в трапезный зал, пытаясь вспомнить дорогу.

Она не из тех, кто сдаётся, — думал он. — Это будет… интересно.

* * *

Гелиос дошел до зала, из которого слышались голоса. Подойдя к двери, он услышал голос Белль, а после — своей матери.

— Доброе! — это была его мать. — Белль, Гелиос вчера приходил к тебе?

Они говорят обо мне, — Гелиос замер у приоткрытой двери. — Интересно, что она ответит?

— Да, — спокойно ответила Белль. — Он извинился.

Конечно извинился! — мысленно усмехнулся Гелиос.

— Всем доброе утро и приятного аппетита, господа! — он вошёл в зал и кивнул всем присутствующим.

Пройдя к столу, он сел напротив Белль. Она недовольно посмотрела на него, но промолчала.

— Ну и хорошо, — мама улыбнулась. — Ты больше ничего не хочешь сказать?

Она смотрела на него испытующе, и Гелиос знал эту улыбку: она означала, что мама уже простила его, но ждет извинений.

Гелиос улыбнулся и с ухмылкой скользнул взглядом по Белль.

— Господа, я перед вами тоже виноват, — сказал он, вставая. — И приношу свои извинения. Вчера я погорячился. Со свадьбой я согласен. Это будет прекрасным решением, чтобы скрепить союз.

Белль чуть ли не закипела от злости. Он видел, как она сжала вилку, как побелели костяшки её пальцев.

— Прекрасно, но я против, — холодно произнесла она, поворачиваясь к родителям. — Свадьбы не будет.

Её отец посмотрел на неё пристально. Гелиос понял: королю не понравился протест дочери.

Белль замолчала и продолжила есть, стараясь не встречаться взглядом с отцом.

Гелиос ел завтрак с явным удовольствием, хотя на самом деле почти не чувствовал вкуса.

Всё-таки пища в Лаании отменная, — подумал он, чтобы отвлечься от странного чувства в груди. — Но почему она так смотрит на меня? Почему я не могу выбросить её из головы?

Родители покинули зал, оживленно о чём-то разговаривая. Гелиос и Белль поклонились им.

Он повернулся к принцессе, чтобы заговорить, но она покинула зал, практически следом за правителями.

— Упрямая, — пробормотал Гелиос, глядя ей вслед.

Он усмехнулся и пошёл прочь из зала, к Фирсу.

Замок Лаанцев оказался настоящим лабиринтом — коридоры петляли, лестницы вели в никуда, а слуги, которых он встретил, только кланялись и убегали, не успев ничего объяснить.

— Чёртов замок, — пробормотал Гелиос, сворачивая в очередной пустой коридор.

Он уже собирался повернуть назад, когда заметил в конце коридора знакомую фигуру. Белль. Она шла быстро, оглядываясь по сторонам, будто боялась, что за ней следят.

Куда это она собралась? — подумал Гелиос и, сам не зная зачем, двинулся следом.

Принцесса остановилась у одной из стен — самой обычной, каменной, ничем не примечательной. Гелиос спрятался за углом и наблюдал.

Белль нажала на какой-то кирпич. Стена бесшумно отодвинулась, открывая проход. Она скользнула внутрь, и стена так же бесшумно закрылась за ней.

Гелиос подождал несколько мгновений, потом подошёл к тому месту. Провёл рукой по камням — ничего. Нажал на несколько кирпичей — ничего.

Тайный ход, — понял он. — У неё есть тайный ход. Интересно, что она там прячет?

Он не нашёл способа открыть проход, но запомнил место. И решил, что обязательно выяснит, что скрывает эта странная принцесса.

* * *

Гелиос зашёл в комнату Фирса без стука — как делал всегда. Телохранитель сидел на кровати, начищая кинжал, и даже не поднял головы.

— Чего пришел? — лениво спросил он. — Завтрак уже подали?

— Подали, — Гелиос рухнул на диван, вытянувшись во всю длину и закинув ноги на подлокотник. — Я уже оттуда.

— И как? — Фирс отложил кинжал и наконец посмотрел на друга. — Принцесса тебя сегодня не прибила? Или ты снова получил пощёчину?

Гелиос усмехнулся.

— Не сегодня.

— А что было сегодня? — Фирс выгнул бровь. — Ты выглядишь… странно.

Гелиос помолчал, потом сказал:

— Я ночью к ней ходил. Извинился.

Фирс замер. Кинжал выпал из его рук.

— Ты что? — он выпрямился. — Ты? Гелиос «я-никогда-не-извиняюсь» Зейне? Пошел и извинился? Перед принцессой? Перед той самой, которую ты называл «глупой девчонкой»?

— Я не называл её глупой, — буркнул Гелиос.

— Называл, — Фирс прищурился. — Я помню. Вчера вечером. Ты сказал: «Эта глупая девчонка даже не понимает, с кем связалась».

Гелиос закатил глаза.

— Ладно, называл. Но теперь я… передумал.

Фирс откинулся на кровати и сложил руки на груди.

— Так, — сказал он. — Рассказывай. Как это было? Ты пришёл к ней ночью? Один? В её комнату? Гелиос, ты вообще понимаешь, как это звучит?

— Я постучал, — ответил Гелиос. — Она открыла. Я сказал: «Извини». И ушёл.

— «Извини»? — Фирс притворно вздохнул. — И всё? Без пафосной речи? Без драмы? Гелиос, я в тебе разочарован.

— А что я должен был сказать? «Прости, я был дураком, давай поженимся и будем жить долго и счастливо»?

— Хотя бы «прости» без кавычек, — усмехнулся Фирс. — Но ты же Гелиос. У тебя гордость больше этого замка.

— Гордость тут ни при чём, — Гелиос посмотрел в потолок. — Просто… когда я увидел её, когда она на меня смотрела… я не мог сказать больше. Слова застряли.

— О, великие боги, — Фирс схватился за сердце. — Гелиос Зейне говорит о чувствах. Я должен записать этот день в историю.

— Заткнись, — беззлобно бросил Гелиос. — Ты мой друг или кто?

— Твой друг, который обязан тебя подкалывать, когда ты ведёшь себя как влюбленный дурак, — парировал Фирс. — А ты ведёшь себя именно так, между прочим.

— Я не влюблён, — Гелиос приподнялся на локтях. — Просто… она не такая, как я думал.

— А какая? — Фирс прищурился. — Дай угадаю: она не боится тебя, не лебезит, не сдаётся. И ещё она влепила тебе пощёчину так, что ты до сих пор её вспоминаешь.

Гелиос замолчал.

— Откуда ты знаешь про пощёчину? — спросил он наконец.

— Птичка напела, — Фирс пожал плечами.

Гелиос вздохнул, откинулся обратно на диван и снова уставился в потолок.

— Ладно, — сказал он тише. — Может, ты и прав. Что-то в ней есть. Она… не сдаётся. Даже когда я угрожаю.

— И это тебе нравится? — Фирс прищурился. — Что она тебя не боится?

— Не знаю, — честно ответил Гелиос. — Может быть.

Фирс помолчал, потом встал, подошёл к дивану и бесцеремонно пнул друга по ноге.

— Подвинься, — сказал он и плюхнулся рядом. — Раз уж ты занял весь диван.

— Ты мог сесть в кресло, — заметил Гелиос, но подвинулся.

— Мог, — согласился Фирс. — Но так веселее.

Они помолчали. В комнате было тихо — только где-то в коридоре перекликались служанки.

— Фирс, пойдем погуляем, поохотимся. — сказал Гелиос, вставая с дивана.

— Сию минуту, ваше высочество — с усмешкой ответил Фирс.

* * *

Утренняя охота всегда приносила Гелиосу особое удовольствие. Свежий воздух, азарт погони, свист стрелы в полёте — ничто не сравнится с этим. Его верный конь резво нёс его по лесу, а Фирс следовал позади, как всегда молчаливый и надёжный.

Гелиос выбрал идеальную цель — крупную птицу, кружившую над поляной. Прицелившись, выпустил стрелу. Идеальный выстрел: дичь упала, пронзенная точно в сердце. Охота началась удачно.

Внезапно его взгляд упал на одинокую фигуру в седле неподалёку. Принцесса. Видимо, тоже решила прокатиться.

Забавно, — подумал он. — Теперь можно немного развлечься.

Гелиос подъехал ближе, на лице его застыла самодовольная ухмылка.

— Чего вы так испугались? — спросил он. — Никогда птиц не видели?

Реакция Белль была бесценна: глаза расширились от ужаса, кулаки сжались. Как же легко вывести эту принцессу из себя.

— Вы сумасшедший?! — её голос дрожал от возмущения. — Кто пускает стрелы возле людей?!

Гелиос лишь пожал плечами. Её крики действительно распугали всю дичь. Охота была бы испорчена.

— А вам обязательно было охотиться именно сейчас?! — продолжала бушевать принцесса, спрыгивая с лошади. — Могли бы вернуться в своё королевство и там стрелять!

Ах, как мило она злится, — подумал Гелиос, наблюдая за ней. — Её кулачки сжаты, щёки пылают. Почти очаровательно.

— Я не желаю с вами разговаривать, — заявила она, сверкнув глазами. — Отправляйтесь обратно. Свадьбы не будет!

О, нет, дорогая. Ты ещё не знаешь, с кем связалась.

Одним движением Гелиос оказался рядом, притянул её к себе. Её сопротивление лишь раззадорило его.

— Если будешь противиться, — прошептал он ей на ухо, — я даже помолвки ждать не стану. Сразу сыграем свадьбу и увезу тебя в Альвиум. Ты своих родителей больше не увидишь, маленькая принцесса.

Пусть знает, кто здесь хозяин положения.

Её толчки были жалкими — Гелиос лишь крепче сжимал объятия. Смех рвался наружу при виде её бессильной ярости.

— Помогите! Стража! — кричала она, но ему было всё равно.

Появление Фирса испортило всю забаву. Этот телохранитель вечно лезет не в своё дело.

— Гелиос, отпусти принцессу, — его голос звучал так, будто он имел право указывать.

— Фирс, поди вон, — процедил Гелиос сквозь зубы. — Не тебе решать, что мне делать.

Принцесса воспользовалась моментом и толкнула его. Гелиос отпустил её, и она бросилась к лошади.

Что ж, пусть бежит, — подумал он, провожая взглядом её удаляющуюся фигуру. — Её сопротивление только делает игру интереснее.

Гелиос усмехнулся.

Эта свадьба состоится, хочешь ты того или нет, принцесса.

— Ты чего творишь? — Фирс подошёл к нему, и в его голосе слышалось неодобрение.

— Ничего, — ответил Гелиос, всё ещё глядя в ту сторону, где скрылась Белль. — Просто дал ей понять, кто здесь главный.

— Ты напугал её до смерти, — Фирс покачал головой. — Это не похоже на тебя.

— Не похоже? — Гелиос повернулся к нему. — Ты плохо меня знаешь.

— Знаю лучше, чем ты думаешь, — тихо сказал Фирс. — И знаю, что ты не такой.

Гелиос хотел ответить, но передумал. Вскочил на лошадь и направился обратно к замку.

Не такой? — думал он, сжимая поводья. — А какой? Может, я сам уже не помню.

* * *

Гелиос вернулся в замок и, не заходя в свои покои, направился в комнату Фирса. Толкнул дверь — друг ещё не вернулся. Гелиос вошёл, рухнул на диван, вытянувшись во всю длину, и уставился в потолок.

В голове всё ещё крутилась сцена на поляне. Её глаза — расширенные от страха, но в то же время горящие гневом. Её голос — дрожащий, но не сломленный. Её кулаки — сжатые, готовые к бою.

Странная она, — думал Гелиос. — Обычно женщины либо боятся меня, либо лебезят. А эта… эта бьёт. И не боится. Что в ней такого? Почему я не могу выбросить её из головы?

Он закрыл глаза, но перед мысленным взором снова возникло ее лицо. Растерянное, когда она открыла ему дверь ночью. Испуганное, когда он прижал её к стене. Злое, когда она кричала на него на поляне.

И зачем я вообще к ней пошёл? Зачем извинился? — он поморщился. — Она же не простила. Только посмотрела своими зелёными глазами и сказала: «Уходи». А я… я ушёл. Почему?

Он не знал ответа.

Дверь открылась. Вошёл Фирс, отряхивая плащ от листьев.

— Ты уже здесь? — он удивлённо посмотрел на друга, развалившегося на диване. — А я думал, ты ещё в лесу.

— Вернулся, — коротко ответил Гелиос, не меняя позы.

Фирс скинул плащ, сел в кресло напротив и внимательно посмотрел на друга.

— Ты какой-то… задумчивый. Это из-за принцессы?

— Нет, — слишком быстро ответил Гелиос.

— Врёшь, — Фирс усмехнулся. — Я тебя знаю. Ты думаешь о ней.

Гелиос молчал.

— И что ты думаешь? — не отставал Фирс.

— Не знаю, — наконец сказал Гелиос. — Она… странная.

— Странная? — Фирс выгнул бровь. — Это всё, что ты можешь сказать?

— Она не боится меня, — Гелиос приподнялся на локтях. — Понимаешь? Совсем не боится. Даже когда я угрожаю. Даже когда я держу её. Она… сопротивляется. Бьёт. Кричит.

— И это тебя бесит? — спросил Фирс.

— Бесило, — тихо ответил Гелиос. — А теперь… не знаю. Теперь я думаю, что, может, это и хорошо.

— Хорошо? — Фирс удивился. — Что она тебя бьет?

— Нет, — Гелиос покачал головой. — Что она не боится. Что она не притворяется. Что она… настоящая.

Фирс помолчал, потом усмехнулся.

— Гелиос, ты влюбился.

— Ничего я не влюбился, — буркнул Гелиос, откидываясь обратно на диван. — Просто… она интересная.

— Интересная, — передразнил Фирс. — Сначала «глупая девчонка», потом «интересная». Что дальше? «Она моя судьба»?

— Заткнись, — беззлобно бросил Гелиос.

— Не заткнусь, — Фирс улыбнулся. — Я твой друг. Я должен тебя подкалывать, когда ты ведёшь себя как дурак.

— Я не дурак.

— Дурак, — твёрдо сказал Фирс. — Ты напугал девушку до полусмерти, пригрозил, что увезешь ее в Альвиум, а потом пойдешь к ней извиняться. Это нормально, по-твоему?

Гелиос молчал.

— Ты сам не знаешь, чего хочешь, — продолжил Фирс. — То ты её ненавидишь, то она тебе интересна. То ты угрожаешь, то извиняешься. Решись уже.

— Легко тебе говорить, — Гелиос посмотрел на друга. — Ты не на моём месте.

— И слава богам, — усмехнулся Фирс.

В комнате повисла тишина. Гелиос снова уставился в потолок.

— Фирс, — сказал Гелиос.

— М?

— А ты когда-нибудь… влюблялся?

Фирс удивленно поднял голову.

— Это ты сейчас серьёзно?

— Да, — Гелиос не смотрел на друга. — Просто интересно.

Фирс усмехнулся.

— Нет, — ответил он. — Пока нет. Но если увижу девушку, которая сможет меня так же отделать, как Белль тебя, — я, может, и подумаю.

Гелиос закатил глаза.

— Ты идиот.

— А ты влюблённый идиот, — парировал Фирс. — Это хуже.

Гелиос хотел ответить, но в дверь постучали.

— Ваше высочество, — раздался голос служанки. — Правители ждут вас в зале заседаний.

Гелиос сел на диване.

— Скажи, что я сейчас приду, — крикнул он.

— Слушаюсь, — раздалось из-за двери, и шаги стихли.

Гелиос встал, поправил рубашку.

— Идёшь? — спросил он Фирса.

— А то, — Фирс поднялся следом, откладывая кинжал. — Не пропускать же такое представление. Твоя принцесса там будет?

— Моя? — Гелиос нахмурился. — Она не моя.

— Пока нет, — усмехнулся Фирс. — Пока нет.

Гелиос хотел возразить, но передумал. Только покачал головой и направился к двери.

Фирс пошёл за ним.

— Знаешь, Гелиос, — сказал он уже в коридоре. — Я, наверное, впервые вижу тебя таким.

— Каким?

— Живым, — ответил Фирс. — Не прикидывающимся. Не играющим роль. А просто… живым.

Гелиос ничего не сказал. Но и не опроверг.

Они пошли по коридору в сторону зала заседаний — двое, шагающих рядом. Один — наследник двух королевств, другой — его верный друг. И оба не знали, что ждёт их впереди.

* * *

Гелиос с Фирсом пришли в зал заседаний с помощью прислуги. Его друг остался у двери. Принц зашел и правители уже ждали его.

— Гелиос, присаживайся, — королева Лаании указала ему на место рядом с его отцом.

— Спасибо, — он кивнул и сел.

— А принцесса Белль придёт? — спросил он, хотя уже знал ответ.

— Да, по времени должна тоже скоро подойти, — ответила королева.

— Гелиос, — обратился к ним король Ализ. — По нашим традициям жених должен пройти линию препятствий. Тем самым доказать, что сможет защитить свою будущую жену и её близких.

Голос Ализа стал мягче, не таким властным, как когда они только прибыли.

— Хорошо, — кивнул Гелиос. — Когда это пройдёт?

— Это пройдёт на следующий день после приезда кузена и кузины Белль, — ответил Ализ. — Мы уже их пригласили, сегодня-завтра должны приехать…

Он остановился.

У открытых дверей стояла Белль. Ее лицо выражало безмятежность.

Она умеет держать лицо, — подумал Гелиос. — Это полезное качество. Для королевы. Для моей… для жены.

— Добрый день! — она прошла к ним и поклонилась.

— Садись, Белль, — с тёплой улыбкой королева Альва указала на место рядом с Гелиосом.

Белль бегло глянула на него, но села рядом со своей матерью. Улыбка королевы померкла. Она наклонилась к дочери и что-то ей прошептала. Белль медленно закрыла глаза, потом открыла их и посмотрела на Гелиоса.

В её взгляде было что-то новое, то, чего он раньше не видел.

Что она ей сказала? — подумал Гелиос. — Почему она так на меня смотрит?

— Линию препятствий будете проходить в течение дня, — прервал тишину король Ализ.

Белль встревоженно обернулась к нему.

— Ваше величество, это опасно! — воскликнула она. — По нашим традициям эту линию проходит тот, кто находится под сомнением — сможет ли защитить невесту. А Гелиос… А вдруг не только он пострадает?

— Белль, успокойся, — начала успокаивать её королева Эмма. — Не нужно раньше времени волноваться.

Но Белль не слушала. Она смотрела на Гелиоса, и в её глазах был страх.

Чего она боится? — удивился Гелиос. — Неужели… за меня?

Он встал и подошёл к ней.

— Принцесса Белль, — сказал он, беря её за руки. — Что вас тревожит?

Она посмотрела на него, и в её глазах была такая мука, что у него сжалось сердце.

Она действительно боится за меня, — понял Гелиос. — После всего, что было… после того, как я вёл себя как последний дурак… она боится за меня.

— Если хотите, мы сейчас же уйдём отсюда, — тихо сказал он, наклоняясь к её уху. — Но я должен знать, что вас тревожит.