Проблема шести
Виктор Громов
Книга состоит из 3 частей:1. Ближайшее будущее и первые базы на Луне. Геологи обнаруживают металл, который не может существовать в нашем мире. Начинаются долгие годы исследований, каждый этап которых кардинально меняет все наше представление о Вселенной.2. Путешествие, посланное Императором в далекие западные страны с целью рассказать о великой цивилизации и попытках найти пределы познания.3. Исторический этюд, как с помощью интриг и четкого плана обычные люди создают государство и мировоззрение, которое существует по наши дни. Исследуются способы создания и поддержания человеческого общества.
Виктор Громов
Проблема шести
Пролог
Многие философы задумывались, а кто-то и категорически был уверен в том, что все циклично в этом мире. На это наталкивали не только логичные и здравые рассуждения, но и многочисленные примеры, стоявшие перед глазами у всех. Это и круговорот времен года, хотя жившие в жарком климате мыслители не сразу пришли к этому, ведь смена климата происходила плавно и не всегда ритмично, и только когда они двинулись к более отдаленные от экватора регионы, то пришли к подобным мыслям.
И круговорот жизни: от молодости к старости, праху и заново. И круговорот знаний в случаях передачи от старого учителя его последователям, обогащение мыслей своим жизненным опытом, доработки, передача дальше, при которой что-то снова прибавляется, а что-то, как старая кожа, отпадает, и через много поколений новый человек внезапно понимает, что он, именно он наконец постиг ту кристальную истину, то прозрение, рядом с которой долгие века ходили другие, но не видели. Только он стал избранным, который может переменить весь ход истории и дать, как Прометей, людям огонь.
И пускай он так думает, ведь он своим энтузиазмом заряжает энергией всех вокруг, и этот импульс побуждает двигаться и мыслить всех дальше, пусть даже если взглянуть с высоты тысячелетий, все ходят по кругу или, вернее, по спирали вверх, все выше и выше.
И если бы могли посмотреть чуть вниз по этой лестнице, они бы увидели еле заметные чьи-то головы. Конечно, это головы последователей, как же иначе. Ведь это не могут же быть они сами, как и сверху.
Каждый проходит свой путь, каждый шаг предопределен, но не в том примитивном смысле, о котором боятся задуматься многие, а совсем в другом. Чтобы ты ни делал, ты сделаешь только то, что должен, и ни одного шага в сторону не получится. Тем интереснее, что бывают случаи, когда в какой-то небесной бухгалтерии, в той непостижимой программе, существующей в бесконечном множестве измерений сразу, происходит сбой, и человек делает очередной шаг не вверх по бесконечной спирали, а вбок, где есть другие лестницы, никак не связанные с предписанной ему. Эта вторая лестница существует по своим правилам, и, вполне возможно, это и не лестница даже, а дорожка, которая есть везде, а может, нигде и нет.
Так или иначе, подобные события бывают крайне редко, и тогда вся ткань всего сущего, все то полотно, где есть все существующее, уже исчезнувшее и еще не созданное, протестует, искривляется, деформируется, и кто знает, что произойдёт в этом случае? Может, возникает дробь Больших Взрывов, из которых выйдут те, кто создаст эти лестницы, или же где-то в викторианской Англии солидный эсквайр захочет просто почесать нос. Что сможет привести к значительным последствиям и как они повлияют на предназначенный путь?
Книга 1. Без края
Глава 1
Фэй Хайшэн открыл глаза и долго смотрел в металлический потолок. Это была одна из его слабостей, мелочь, в которой он не признавался даже психологу и местному священнику, а ему уже иногда исповедовался в своих сомнениях и даже немногочисленных грехах. Что малодушно каждое утро лежит так какое-то время не от лени и не от боязни начинать обычные дела, ведь если встал, то предписано следовать плану работ и алгоритму на весь день, а пока не встал, то день как бы и не начался.
Он лежал и смотрел в потолок, который знал уже досконально, до каждой трещинки, до каждой точки. Лежал и не хотел больше ничего: не вставать, не идти есть искусственную еду, не надевать потом долго скафандр (тем более что это новая модель, которая, как говорят из параллельной группы, сильно натирает тело), не выходить наружу.
Однако же надо показывать поднятое и положительное настроение, ведь за ним постоянно наблюдают, а если данные покажут угнетенное настроение духа, то потом замучаешься проходить тесты и сдавать анализы, и после его будут оценивать и светила психиатрии, да и напарникам дадут задание приглядывать за ним.
Да и работа, даже при такой низкой силе тяжести, почему-то давалась особо нелегко…
Ладно. Фэй напоследок зажмурил глаза особо сильно, будто хотел выжать последние капли сна, и рывком встал с постели.
Он уже привык к местным реалиям и мог двигаться со столь малой силой тяжести так же ловко, как и на Земле, но подсознательно боялся возвращения к знакомым с детства условиям. Вспоминать, что твое тело весит в шесть раз больше, что надо прикладывать гораздо бо?льшие усилия, чтобы выполнять повседневные действия. Конечно, они каждый вечер (если это можно назвать вечером) проводят много времени за физической активностью, и каждый самый минимальный фактор фиксируется специалистами дома, и вносятся нужные коррективы, но все-таки… Были же всем известные случаи, когда человек после длительного пребывания здесь возвращался на Землю, и происходила трагедия. С тех пор прошло очень много времени, и все уже учли.
Учли, как же, отвечал вредный внутренний голос. Учли – ценой чьей-то жизни. А когда с тобой что-то случится, эти умники тоже ответят: так, теперь мы так делать не будем, хорошо. А погибший? А что погибший? Он герой, а семье положена пенсия. Если все не потонуло в бюрократии и согласовании на уровне среднего звена чиновников.
Проходя по длинному коридору, украшенному панелями с видами земных пейзажей, а они были устроены хитро, что каждый видел что-то свое, кому-то показывались пляжи тропических островов, кому-то – тайга, а где-то и джунгли бывали, Фэй остановился у иллюминатора, скрытого картиной. На долю секунды он, поглощенный настолько естественными звуками и запахами, практически поверил, что находится дома, но потом грустно улыбнулся и посмотрел настоящее изображение.
Далеко вверху, через тысячи и тысячи километров черной бездны, через многочисленные магнитные и радиационные пояса, через кольцо из обломков, мимо ни шатко ни валко работающей линии снабжения, мимо бактерий в анабиозе, которые уже давно после многочисленных аварий летают повсюду, мимо черт знает чего еще, парила маленькая сине-серая планетка, капля чуть белесой воды.
Фэй прищурился и прикрыл ее пальцем. Все, теперь на миллиарды световых лет вокруг них никого нет. Мы абсолютно одни, мы сироты, и надежды нет.
Или нет? Только отсюда пойдет заселение Вселенной, мы – новая жизнь и хозяева всего сущего.
Он опять подвинул палец и широко улыбнулся. Нет, вот она, Земля. Наш дом. Никуда не денется, и, если что-то произойдет, мы сможем всегда вернуться. Если хорошо присесть и оттолкнуться, то можно преодолеть это хиленькое притяжение, потом тебя незаметно, но властно захватит притяжение Земли и потащит домой, где совсем все иначе.
Он огляделся и незаметно вздохнул. Нет, пока еще у него очень много времени до окончания вахты на Луне, и сейчас совсем не время для печали. Впереди много работы.
Глава 2
– А где?.. – Фэй, одетый уже в скафандр командой поддержки и проверенный программами в части безопасности, сидел в шлюзе и удивленно смотрел на недавно прибывшего Чжан Дена. Тот еще не вполне привык к местной силе тяжести и необычной атмосфере и, похоже, не вполне твердо стоял на ногах.
– Сегодня меня назначили к тебе в напарники, – тот ответил с характерным северным акцентом, в котором превалировали твердые звуки.
– Странно. – Фэй продолжал оглядывать его. – Тебе уже разрешили выйти? Обычно для полноценной работы на поверхности надо…
– Можешь проверить. – Чжан пожал плечами. – Но сам знаешь, что без десятков разрешений я бы не смог даже скафандр взять.
Тот хмыкнул и осмотрел бегло своего напарника:
– Зачем время терять. Если готов, начинаем открытие шлюза.
Выйдя на открытую площадку, Фэй не смог побороть какое-то детское чувство и обернулся.
На расстоянии нескольких сотен метров были расположены несколько строений, которые будто внимательно смотрели на него. На крыше каждого из них возвышался и, если очень внимательно присмотреться, колебался от микровозмущений красный флаг со звездами.
А посередине, в знаковом месте, стоял флагшток, доминанта всего комплекса, на котором торжествующе и величественно находился главный символ их далекой Родины.
Фэй прекрасно понимал, что видит только верхушки, только то, что просто физически не может быть скрыто под поверхностью, – как грибы всего лишь малая часть гигантской грибницы. Основные площади и основная жизнь находятся поглубже, как и переходы между ними.
Они постояли немного, пока немного усядется мелкая пыль, которая, сколько ни вычищай, все равно забивается во все щели, и тогда приходится тратить уйму времени, и пошли в сторону стоянки.
Выехав на маршрут и немного прибавив скорость, они некоторое время ехали в тишине, периодически объезжая новые ухабы и камни, после чего Чжан включил переговорное устройство.
– Надо сообщить на базу, чтобы направили роботов восстановить дорогу.
Фэй помолчал некоторое время, явно не склонный к разговорам.
– Им не надо сообщать, они все видят в реальном времени. Каждый камушек, каждую новую ямку. Да и роботы летают между базой и шахтой постоянно.
– Летают… Такое слово, земное…
Фэй ухмыльнулся:
– Да, не вполне корректно, но ты прав. Мы говорим про полеты, имея в виду плотный воздух и либо обтекание крыла благодаря сложное форме, либо лопасти, либо аппараты легче воздуха, но во всех случаях нужна атмосфера.
– Ну, кроме реактивного движения. Там как раз и не очень нужно. Так и здесь, на Луне, летают роботы. Заправить горючее и окислитель или же однокомпонентное… И летай себе. Или надо использовать другой глагол.
– Только это топливо стоит столько… Что Земля, да и наши руководители плачут горькими слезами. Я слышал, что начинается новая программа по поиску ресурсов, и целая партия новых роботов уже готова на Земле и скоро будет у нас. Так что работы по обслуживанию будет больше.
– А людей пришлют?
– Люди? – Фэй настолько удивился, что даже слегка повернулся в открытой кабине. – Люди вряд ли будут, разве что большие ученые. Мы же – простые работяги по сравнению с ними – не считаемся. С точки зрения всего человечества и высших руководителей, мы проблемный актив. Слишком много забот с нами: еда, вода, защита от радиации, воздух, поддержка морального состояния. А выполняем, по сути, обслуживающие функции. Чтобы более эффективные роботы выполняли свою работу. В нашем случае – чтобы добывали металл, обогащали, доставляли на базу, а потом и на Землю.
Доехав до шахт, они начали выгружать вещи и проверять состояние механизмов. Фэй открыл люк в металлической конструкции и с трудом протиснулся внутрь.