– Не все так просто. Если хотите, мы с вами закрутим любовь позже.
– Хорошо, – улыбнулся Федор. – Как я узнаю, что вам понадобится моя помощь?
– Продиктуйте номер вашего мобильника. Я запомню его и поставлю на «голос».
Не успел Бабочкин озвучить свой телефон, как закончилась музыка. Удерживая руку партнерши, он с волнением произнес:
– Настя, хочу вам напомнить, что интима вы точно не избежите. Поэтому будьте предельно осторожны…
– Секс для меня не проблема. Главное – не нарваться на садиста и… извините, на нас уже смотрят.
– Они смотрели и раньше. Я просто хочу напомнить – последнее слово тут все равно за мужчинами, поэтому, Настя, я буду за вас… за тебя бороться.
– Попробуй, Федя, – засмеялась партнерша и, подобрав подол, побежала к своему столику.
– Поздравляю вас, господа! – вновь прокатился по шатру голос Жоры. – Первый этап нашей программы успешно завершен. Девушки обозначили свои симпатии, а мужчин могут с ними согласиться, а могут – и нет. Хотя… не исключаю, что после танца некоторые из дам тоже их поменяют. Давайте, дорогие мои, отметим это и… двинемся дальше.
Леха схватил виски и мастерски наполнил бокалы.
– За Барби! – тут же прозвучал тост.
– Не соглашусь с вами, Алексей, – покачал головой Голубев. – Она совершенно не похожа на куклу. Там просматривается природная, истинно русская красота.
– Я полагаю, что речь идет о партнерше нашего уважаемого Федора? – подключился Ковтун. – Макияжа, конечно, там хватает, но красива до безобразия.
– Ее зовут Настя, – гордо произнес Бабочкин. – Хочу добавить, что мозги у нее тоже на месте.
– Ну, тогда за Настю! – охотно исправился Киреев.
– Мо – лод – цы! – крикнул ведущий. – Праздник продолжается. Приступаем ко второму этапу. Как вы думаете, чему он будет посвящен? Правильно! Выяснению взаимных предпочтений. Для этого я приглашаю девушек на сцену. Думаю, места тут хватит. Та-ак… становимся полукругом. Замечательно! Теперь возьмите эти таблички с номерами – так проще будет вас идентифицировать. Отлично. Получилось двадцать восемь… бриллиантов. А как же оправы? Да простят нас кавалеры, но мы их тоже пронумеруем.
На столах гостей тут же появились аналогичные таблички. Разница заключалась лишь в цвете. В отличие от дамских розовых эти были голубыми. Взглянув на ближайший номер, Федор вздрогнул. По жизни он был в меру суеверен и от религиозных мероприятий никогда не фанател. Однако число «тринадцать» вызывало в нем оторопь, поэтому он всячески старался его избегать. Вот и сейчас он быстро перевернул пластиковый квадрат и сдвинул его в центр стола. Маневр не удался. Коллеги разобрали свои номера гораздо быстрей. Впрочем, один плюс в его невезении был – Настя держала табличку с… тем же номером.
– Вижу, что к решающему акту все готовы! – продолжал Георгий. – Теперь каждый обладатель номера хорошо его запомнит и на обороте отразит свое предпочтение… да, да, и девушки тоже… как?… ручкой или маркером – передавайте друг другу. Замечательно! Далее… попрошу собрать таблички для обработки. Это займет минут десять, что позволит нам в очередной раз накатить… тьфу… поднять тост за… любовь, скажем…
В этот раз бутылку схватил Голубев, а у Федора возникло подозрение, что Жора «накатывает» гораздо чаще, чем остальная публика.
– Георгий, могу ли я поинтересоваться?… – вновь подал голос толстяк, который, похоже, не только насытился, но и изрядно выпил.
– Валяйте, – в тон ему ответил ведущий.
– Я только что отдал свой номер… ну и забыл его… как и тот, который с испугу на обороте нацарапал.
– И что?
– Как что? Это я хочу спросить – что?
– Ничего, господин… э – э… Норкин. Посмотрите вверх и по сторонам. Если вы не обратили внимания, то я вас обрадую – у нас имеется достаточное количество веб-камер, которые не только запомнили ваши номера, но и все остальное…
– Как?… – подскочил возмущенный толстяк. – Мы так не договаривались!
– Не волнуйтесь, Михаил Львович, – тут же послышался голос Соколовского. – Видеоконтроль функционирует исключительно с целью обеспечения безопасности наших клиентов. В редких случаях мы обращаемся к нему для решения каких-либо спорных вопросов. Как, например, в вашем случае. По окончании мероприятия все записи стираются.
– Так бы сразу, Викторыч, и сказал, – плюхнулся на свой стул Норкин. – А то – следят за вами, следят за вами…
– Я этого и не говорил, – пробубнил Жора. – Ну… хорошо, думаю, инцидент исчерпан. А вот мне, наконец, передали результаты нашего первого этапа. Честно говоря, я думал, они будут более гармоничными, и мы получим большинство определившихся участников. Увы! Всего десять человек ответили друг другу взаимностью. Вот эти пять счастливых пар…
Ведущий назвал номера, которые совпали своими лицевыми и обратными сторонами. К удивлению Федора за их столиком тоже оказался один из «счастливчиков». Это был Ковтун со своим четырнадцатым номером. Избранницей же его стала та самая целеустремленная партнерша с двойкой на табличке. Жора между тем продолжал озвучивать результаты, вопреки редким и робким протестам присутствующих. Выяснилось, что совершенно невостребованными оказались двенадцать мужчин и одиннадцать девушек. В их число, увы, попал и Голубев. Разумеется, были и другие – те, которых выбирали многие. К этим счастливым избранникам можно было отнести и Бабочкина. Его выбрали две девушки – с девятым и двадцать седьмым номерами. Однако его «сердце» было «отдано другой». На обороте его таблички красовался тот же номер, что и на лицевой стороне. Впрочем, тринадцатый номер, кроме него, отобразили еще десять кавалеров. Таким образом, Настя оказалась рекордсменкой среди всех присутствующих по отданным ей предпочтениям. Вторым по сбору симпатий и, соответственно, первым среди мужчин стал Ковтун. Его выбрали пять девушек. К величайшему огорчению Федора среди них оказалась и его избранница. Ну и что теперь?
– Ситуация сложная, но не безвыходная, – сообщил Жора. – В любом случае сегодня мы должны получить двадцать восемь пар. Осталась сущая малость – всего двадцать три. Поэтому не будем терять время и начнем с самого сложного эпизода. Настя, подойди, пожалуйста, ко мне. Как я уже говорил, девушку выбрали одиннадцать кавалеров, но тот, которому предпочтение отдала она, взаимностью ей не ответил. По правилам нашего мероприятия пару нашей красавице необходимо выбрать из этих самых претендентов. Для этого нам нужно устроить конкурс, победитель которого и осчастливит нашу Настю.
– Пардон, Жорж, – подал голос Леха. – Как будем состязаться? Интеллектуально или физически?
– А вы как хотите?
– Пусть сама выберет себе пару! – предложил кто-то.
– Это исключено. Выбирают мужчины, поэтому счастливчик должен определиться в честном состязании.
– У меня есть предложение! – заплетающимся языком выкрикнул Норкин. – Мы с вами сюда зачем приехали?
Этот вопрос тут же вызвал оживление и массу саркастических и не совсем приличных реплик.
– Неправильно, – обрадовался толстяк. – Загляните в свои путевки. Там черным по белому написано, что целью посещения спортивного клуба «Сокол» является участие в велосипедных гонках. Понимаете, к чему это я?
– Поддерживаю! – первым отозвался Киреев. – Считаю, что…
– Минуточку! – прервал его Соколовский. – Михаил Львович!
– Что? – затравленно стал озираться Норкин.
– Я справа от вас… возле входа…
Все повернули головы, а хозяин базы помахал рукой с микрофоном.
– Викторыч, ты что, не согласен? Мне кажется, что велосипедный заезд – это как раз то, что нужно нашим претендентам.
– Когда?
– Прямо сейчас.
– То есть, вы, Михаил Львович, хотите сказать, что в сумерках и в не совсем трезвом состоянии готовы крутить педали?
– Причем тут я? Мне, как и всем остальным, будет интересно наблюдать за состязанием. Ну, и поболеть… за кого-нибудь. Я ж, к твоему сведению, голосовал вон за ту пышку, а она, сука…
– Стоп! – остановил его Соколовский. – Не будем, Львович, никого оскорблять. Все мы здесь, по мере сил, выполняем свою роль. Ну что, думаю, идея господина Норкина имеет право на жизнь. Продолжай, Георгий.
– Итак, господа, поступило предложение подобрать пару нашей великолепной Насте через велосипедную гонку. Я выношу его на голосование. Разумеется, голосуют только участники. Кто за? Против? Воздержался?