Как стать героем. Часть III. Две ведьмы
Вячеслав Козырев
Санька и Василиса собираются пожениться. И тут выясняется, что все беды на царство насылала ведьма Барбелиха, которая ненавидела мать Василисы – Любаву и теперь пытается извести Василису, а заодно и Саньку. Пережив ещё несколько опасных приключений, наши герои избавляются от ведьмы.
Как стать героем. Часть III
Две ведьмы
Вячеслав Козырев
Дизайнер обложки Нина Козырева
© Вячеслав Козырев, 2022
© Нина Козырева, дизайн обложки, 2022
ISBN 978-5-0056-0889-5 (т. 3)
ISBN 978-5-0056-0886-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Свадьба
Свадьба – дело серьёзное. С самого раннего утра во дворце Берендея царил переполох. Царь, счастливый, что Василиса вернулась живой и невредимой, сам не сидел на месте и нещадно гонял подданных. Челядь сбилась с ног, подготавливая дворец к предстоящим торжествам. По коридорам разносились ароматные запахи готовящихся яств, портнихи шили праздничные наряды, а мамки и няньки обучали Василису, как себя вести во время церемонии. К соседним правителям мчались гонцы с приглашениями на свадебный пир, а воевода, удвоив караулы и расставив дозоры вокруг города, зорко следил, чтобы стража не расслаблялась.
Все были при деле, и только Санька, словно неприкаянный, бродил по дворцу не зная, чем заняться. От любой его попытки оказать кому-нибудь помощь вежливо, но твёрдо отказывались. Негоже без пяти минут царскому родственнику утруждать себя заботами мелкими, ибо впереди его ждут дела великие. Липуня отчаянно замахал руками, наотрез отказываясь брать парнишку с собой даже на проверку заставы у соседней деревни – случись какая беда, Берендей голову оторвёт.
Слоняясь по дворцу, Санька случайно забрёл в тронный зал и вспомнил, как ему запрещали даже постоять возле трона. И вот судьба распорядилась, что через несколько часов он, на вполне законных основаниях, сможет сидеть здесь сколько душе угодно.
«И всё-таки Баюн не прав, – подумал он. – Наговорил тоже – сказке конец, семейная жизнь. Разве не сказка, что завтра я стану царём».
Недолго думая, он взобрался на трон, немного поёрзал, устраиваясь поудобнее и положил руки на подлокотник. Любое кресло, даже самого маленького руководителя, заставляет по-иному смотреть на мир. Санька сделал серьёзное лицо и громко произнёс:
– Мы, царь Александр Первый…
Богатырь завис. Один Александр уже был в истории. И даже не один. Может Алекс? Нет, народ не поймёт. Придётся придумать псевдоним. Ох и нелегка же эта царская доля. А потом нужно будет провести реформы. Сколько он помнил, все цари с этого начинали. И для начала можно…
Что он реформирует, Санька придумать не успел.
– Примеряешь? – высунулась из стены голова Привидения.
– Отдохнуть присел, – смутился Санька.
– Сиди, сиди, – успокоил Прадед. – Пока не при исполнении. Потом будет тяжеловато. За всё царство отвечать придётся. – И он снова исчез в стене.
Получив такое «сердечное» напутствие, Санька сполз с трона и решил до начала торжественного мероприятия пересидеть у себя в избушке. Но и здесь его встретили без особого энтузиазма. Домовой, ожидая, что богатырь непременно заглянет сюда с молодой женой, на всякий случай затеял уборку и сурово посоветовал не мешать, а чуток подышать свежим воздухом. Гулять, натыкаясь на любопытные взгляды прохожих, не хотелось, и Санька схитрил, предложив Домовому перекинуться в шахматишки.
Домовой почесал затылок и со словами: – Хорошо отдохнёшь – хорошо и поработаешь, – закинул веник в угол и вытащил из-под лавки коробку.
Они расставили фигуры и начали играть. Однако Санька, витая в облаках, частенько делал неудачные ходы и постоянно проигрывал.
– Шах и мат, – в очередной раз объявил Домовой, вальяжно развалился на хлипком стульчике и сладко потянулся. – Десять, ноль.
Раздосадованный Санька сердито крякнул и по новой расставил фигуры. Теперь он подолгу думал над каждым ходом, водил над доской указательным пальцем и шевелил губами, просчитывая ходы. Домовой откровенно зевал, болтал ножками и глазел в окно, а то вскакивал и делал вокруг стола несколько кругов, всем своим видом показывая, чтобы противник поторопился. Санька на его метания не обращал внимания, целиком погрузившись в игру, зато Домовой, уверовав в своё превосходство, делал ходы, не особо заморачиваясь размышлениями над происходящим на доске. Такое нахальное поведение сыграло с ним злую шутку. Фортуна переметнулась на Санькину сторону, и он практически загнал вражеского короля в угол. Удивлённый Домовой плотно уселся за стол, но было поздно, он лишился ферзя, большей части фигур и, на следующем ходу грозил мат. Теперь уже Санька ехидно поглядывал на поскучневшего дедка, который морщился, кряхтел, вставал, снова садился и никак не мог смириться, что его обыграли. Он даже попытался незаметно передвинуть Санькиного слона, когда парнишка на мгновение отвернулся, но Санька вовремя пресёк это жульничество. Домовой удручённо шмыгнул носом и уже собрался признать своё поражение, как дверь отворилась и на пороге появился царь. Домовой сделал вид, что испугался и метнулся под стол, по пути смахнув с доски половину фигур.
– Ты один? – спросил Берендей, оглядывая комнату. – Дело есть.
– Слушаю, – ответил Санька, незаметно показав Домовому кулак.
– Ты, это… – несколько неуверенно начал царь. – Кого приглашать будешь?
– Даже не знаю.
– Я бы не хотел, чтобы на свадьбе присутствовали эти лесные, э… ну ты понимаешь. Конечно, они нам сильно помогли и всё такое, но… Ты бы с ними поговорил.
– Хорошо, – согласился Санька.
Выполнить просьбу царя было не так и сложно; лесные волшебники до сих пор с опаской относились к людям и предпочитали лишний раз не показываться им на глаза. Пока не привыкнут. Так что со стороны жениха гостей не предвиделось. Все друзья у него здесь, хотя…
– А Розочку можно?
– Это кто? – насторожился царь. Кто его знает, может колдун какой.
– Странствующий рыцарь. Из тридевятого царства. Из-за волшебных гор.
– Рыцарь?! – обрадовался Берендей. – Рыцаря конечно можно. Благородная кровь, совсем другое дело. У меня их знаешь сколько перебывало, пока к Василисе сватались. Из Парижу, из Лондону, из Бер… – он начал загибать пальцы, осёкся и испуганно покосился на богатыря. Не хватало, чтобы жених обиделся.
Но Санька пропустил его слова мимо ушей, он прекрасно помнил, как Василиса отшивала претендентов на её руку и полцарства. Причём, землица интересовала их намного больше самой царевны.
– Тогда я пошёл, – произнёс Берендей, обрадованный, что этот щекотливый для него вопрос благополучно разрешился. – А ты отдыхай, сил набирайся. Медовый месяц пройдёт, буду тебя учить царством управлять. – И он вышел за дверь.
– Ну что, пойдёшь корону примерять или хотя бы раз отыграешься? – высунулся из-под стола Домовой.
– Ещё чего! – возмутился Санька. – Сейчас я выиграл!
– Разве? – состроил удивлённую физиономию старый пройдоха. – Фигурки попадали, ходы мы не записывали, партию не восстановить. – И с наглым видом притворно вздохнул. – А у меня был отличный ход. Даже можно сказать – выигрышный
– Ну, жук, – покачал головой Санька и почесал затылок. – Ладно, живи. Письмо надо написать, да нечем.
– Делов-то, – хмыкнул Домовой и исчез, а через минуту появился и выложил на стол кусок бумаги, чернильницу и остро отточенное гусиное перо.
Санька разгладил листок, обмакнул перо в чернила и задумался. Он не любил, да и не умел писать письма. До сих пор все его общения с удалёнными адресатами сводились в основном к разговорам по телефону или интернету, к тому же, он совершенно не представлял, как обращаться к титулованным особам. «Многоуважаемый, благородный рыцарь» – звучало слишком официально, к тому же, хоть убей, но он совершенно не помнил полного имени рыцаря, не писать же: – Здравствуй, Розочка.
Наконец, после долгих размышлений, пыхтенья и посаженной кляксы, он нацарапал коротенькое сообщение.
«Дорогой друг. Приглашаю тебя на нашу с Василисой свадьбу. Завтра. Александр Воробьёв».
Вообще-то, он сомневался, что Розочка успеет к началу церемонии, но в сказочном королевстве могло произойти самое невероятное, если только рыцарь не занят сочинением нового сонета очередной даме сердца. Санька ещё раз перечитал своё сочинение, помахал листком в воздухе, чтобы подсохли чернила и аккуратно свернул бумагу вчетверо.