Красный зонт

Москва, 8:10

Она проснулась отдохнувшей и странно лёгкой. Вскочила с кровати, чувствуя в себе необычайный заряд энергии. Из глубины квартиры доносились приглушённые голоса. Несколько секунд она прислушивалась. Это всё же не сон, подумала она. Напрягла слух, но ничего не смогла разобрать. Неловким движением пригладила растрёпанные волосы и вышла из комнаты.

Когда она остановилась в дверях кухни, Гриша вскочил со стула, а Аврора Николаевна окинула её внимательным взглядом.

— Доброе утро, — поздоровалась Татьяна, чувствуя лёгкое смущение.

— Как себя чувствуешь? — тренер обошлась без предисловий.

— Кажется, хорошо…

Гриша подскочил к Татьяне и усадил её за стол.

— Садись! Я сделаю тебе что—нибудь поесть. Ты спала четырнадцать часов. — Он смотрел на неё с нескрываемым восхищением.

Татьяна осторожно села, будто стул был стеклянным.

— Четырнадцать часов? — удивлённо спросила она. — Мне ничего не снилось…

— Это хорошо, — отрезала тренер. — Сны тебе сейчас ни к чему. Особенно плохие. — Она наклонилась над столом. — Голова не кружится? Тошноты нет?

— Нет. Чувствую себя как—то… — Татьяна не могла подобрать слова, чтобы описать своё состояние. — Наверное, как перед соревнованиями… Такая заряженная.

Аврора Николаевна, явно довольная её ответом, энергично кивнула.

— Это укол? — спросила Татьяна.

— Да. Очень старое изобретение. Спортсмены использовали его в качестве допинга с незапамятных времён. До сих пор неуловимо. Даже в наши дни. — Царица неожиданно улыбнулась. — В больших дозах успокаивает, усыпляет и активирует природные силы организма, ускоряя восстановление. — Она вдруг посерьезнела. — Скоро действие прекратится. Остальную силу ты должна восстановить сама. Поняла? — Она пристально посмотрела на Татьяну, сверля её взглядом. Типичная Аврора Николаевна.

— Поняла! — ответила девушка.

— Отлично. Поступим так. — Тренерша обернулась к Грише, который суетился у плиты. — Сделай же наконец этот завтрак! Копаешься, как черепаха!

— Бабушка, ну не гоните меня так. — возразил он. — Уже заканчиваю. — Он обеспокоенно посмотрел на Татьяну. — Только это опять будет яичница. Ничего другого я готовить не умею. — Он развёл руки, улыбнувшись обезоруживающе.

— Ничего страшного, — покачала головой Татьяна. — Я ужасно голодная. — Она вопросительно взглянула на тренершу.

— Так и должно быть. Ты избавилась от всех токсинов, накопившихся от стресса. Очистилась. Человеческий организм — удивительный механизм. Если ему не мешать, он сам себя восстанавливает. Запомни это.

— Запомню.

Гриша поставил на стол тарелки с яичницей, довольный своим кулинарным творением.

— Такая же, как в армии. С беконом и колбасой, — объявил он, разливая горячий чай по стаканам.

Татьяна сначала осторожно попробовала, а затем буквально подчистила свою тарелку. Тренерша ела медленно, держа вилку с аристократической грацией.

— Спасибо. — Татьяна через минуту отодвинула пустую тарелку и улыбнулась Грише, который явно ждал похвалы.

— Ну, хватит ворковать, голубки. Гриша, сейчас пойдёшь в магазин и купишь краску для волос. — Царица указала пальцем на волосы Татьяны. — Только смотри на цвет на упаковке.

— Хорошо, бабушка.

— Исчезни и не показывайся раньше, чем через час. — Она перевела взгляд на Татьяну. — У нас с тобой серьёзный разговор.

— Может, чем—то помочь? — поспешно предложил парень.

— Поможешь, когда наконец уйдёшь, — раздражённо бросила женщина.

Гриша махнул рукой и пошёл в прихожую. Несколько секунд он возился с молнией на зимней куртке, после чего вышел, громко хлопнув дверью.

— Вы слишком суровы с ним, — заметила Татьяна с лёгким упрёком.

Аврора Николаевна подняла брови и внимательно посмотрела на неё.

— Он хороший мальчик, но его нужно держать в строгости. — Она мельком взглянула на дверь. — Если этого не делать, он станет как его отец или этот тупой громила, его старший брат, — зло бросила она. Затем её плечи слегка опустились, и, тяжело вздохнув, она посмотрела Татьяне в глаза. — Ты его любишь, правда?

Девушка кивнула.

— Вы правда бабушка Гриши?

— Не совсем, но сейчас это неважно. — Царица выпрямилась на стуле. — Мне нужно кое—что тебе рассказать. Многое. Ты готова?

— Не знаю… Да… — ответила Татьяна с сомнением.

— Для начала — самое худшее. Твой дядя… Авраам. Я знаю, что он на самом деле не дядя, а друг твоего отца… Он исчез. Скорее всего, его больше нет в живых.

— Боже мой! Я вчера… Вчера, когда бродила по улицам, а дядя не перезванивал, я… — Татьяна закрыла лицо руками.

Вдруг она почувствовала сильный захват на запястьях. Тренерша оттащила её руки от лица.

— Я сказала: скорее всего! Соберись и прекрати истерику! — резко сказала она. — Сейчас не время для этого. Я помогу тебе, но ты должна слушать меня очень внимательно. И не задавать глупых вопросов. Поняла?!

— Поняла, — медленно кивнула Татьяна.

— И смотри на меня, когда я с тобой разговариваю. Пялиться в стол будешь потом! — Девушка послушно подняла глаза на тренершу. — Я такая, какая есть. Можешь меня не любить. Но я желаю тебе и Грише добра.

— Понимаю. Только откуда вам известно о…

— Знаю очень много, а может, даже больше. Это долгая история, да и скучная для такой соплячки, как ты. — Увидев обиженное выражение лица своей подопечной, женщина примирительно добавила: — Я знаю, что ты умная не по годам и хорошо воспитанная. Твои родители позаботились о том, чтобы ты не выросла в дискотечную девицу, которая при любой возможности лезет парням в ширинку. — Татьяна подпрыгнула на месте; никогда раньше она не слышала от учителей таких слов. — И это хорошо, — продолжила тренерша, — потому что теперь тебе придётся проявить ум и быть твёрдой, как настоящий мужчина. Через два часа тебя отвезут в надёжное место. Там ты будешь в безопасности. А завтра ты вылетишь с командой фигуристок в Стокгольм. Официально — на соревнования. — Она пристально посмотрела в глаза девушки. — Ты должна исчезнуть. Это единственный разумный выход из всей этой путаницы. Можешь отказаться. Это твоё решение. Но ответить нужно сейчас, — завершила она с нажимом.

— Согласна, — ответила Татьяна после долгой паузы.

— Хорошо. — Тренерша кивнула. — Я посмотрела твои паспорта. Они настоящие. То есть документы как таковые. Это не подделки. Они просто выданы на вымышленных лиц, чьи фотографии заменены вашими — твоей, твоей мамы и сестры. При обычной таможенной проверке всё пройдёт гладко. — Лицо Царицы стало ещё серьёзнее. — Я знаю, где работал твой отец. По какой—то причине он предвидел, что может случиться то, что случилось. Он не смог обезопасить всё до конца, но ему удалось спасти хотя бы тебя. Ты поняла, хотя не знаю, как ты пришла к этой мысли, что ни полиция, ни какие—либо службы не смогут тебе помочь. — Тренерша слегка улыбнулась, будто сама себе. — И ты была права. Возможно, это подсказала тебе женская интуиция или какие—то фрагменты услышанных дома разговоров сложились в твоей голове в единую картину. Это хорошо. Ты получила какое—нибудь предупреждение?

— Предупреждение? Не понимаю…

— Сообщение, звонок, СМС — что—нибудь, прежде чем ты добралась домой?

— Да. СМС! — Царица всё больше поражала её. — Сначала я подумала, что это шутка или какой—то спам. К счастью, не удалила. Только после того, как… — Татьяна на мгновение замялась, — …как увидела всё это дома… Поняла, что это инструкция.

— Ты поступила в соответствии с ней?

— Да…

— Это очень хорошо. — Аврора Николаевна кивнула, словно ответы Татьяны укладывались в её предположения. — Дай угадаю — у тебя есть то, что искали убийцы?

На этот раз девушка колебалась дольше. Красный огонёк… Она не знала, насколько может доверять тренерше.

— Да, — наконец едва слышно ответила она.

Аврора Николаевна сделала жест, словно хотела хлопнуть в ладони, но в последний момент удержалась. Она глубоко вздохнула и снова впилась взглядом в Татьяну.

— Это значит, что ты приняла заказ. Но теперь…

— Приняла заказ? — Татьяна приподняла брови, но Царица отмахнулась от её вопроса.

— Не отвлекайся! — резко одёрнула она девушку. — Об этом знаем мы и, скорее всего, убийцы. К сожалению, то, что у тебя есть, не является никаким преимуществом. Не обманывай себя. Главное — никому больше об этом не говорить. Абсолютно никому! Никто не должен знать, что это у тебя. Есть крохотная надежда, что они не догадываются о том, что знаем мы с тобой. Очень крохотная.

— Что я приняла заказ? — повторила Татьяна, используя выражение тренерши, хотя на её языке оно звучало как—то чуждо.

— Да. Они, вероятно, не отступят. А если доберутся до тебя, то просто убьют, даже если ты предложишь им сделку «жизнь в обмен на заказ». Если будешь сопротивляться, тоже убьют, но сначала будет очень больно. Помни, что они сделали с твоей сестрой.

— Этого я точно не забуду!

— Хорошо. Теперь следующее. Гриша передал мне всё, что ты рассказала. Из того, что я услышала, могу сделать вывод, что твоего отца похитили прямо в его машине. Его привезли домой, и там они наткнулись на остальных членов семьи или, что более вероятно, выбрали момент, когда все были дома.

— Почему так? — Татьяна не всё понимала. — Они ведь хотели только что—то от папы.

Аврора Николаевна молчала невыносимо долго. Наконец, она осторожно заговорила, внимательно наблюдая за девушкой:

— Есть люди очень стойкие. Люди, которых никакая сила не может заставить сделать что—либо. Но даже они ломаются, если угрожают их семье, жене, детям.

— О, Боже… — Татьяна внезапно поняла, на что намекает тренерша. — Они сделали это специально! Они… пытали Настю… — Её желудок болезненно сжался.

— Я знаю, как это больно, но сейчас тебе нельзя зацикливаться на этом. Это абсолютно не поможет.

— Но…

— Перестань хныкать! — рявкнула тренерша. — Твой отец не отдал им то, что они хотели, даже несмотря на то, что они пытали твою сестру. Мы, наверное, никогда не узнаем всех деталей. Есть два вероятных объяснения: либо нападавшие потеряли контроль над ситуацией, либо твой отец знал, что никто из находившихся в доме не выйдет живым. Он должен был принять очень трудное решение — пожертвовать собой, твоей мамой и сестрой, чтобы спасти тебе жизнь! — Она сделала паузу и уже мягче спросила: — Ты обычно приходила домой по пятницам сразу после школы?

— Нет… — выдавила Татьяна через сжатое горло. — По пятницам я всегда возвращалась довольно поздно. Мы с друзьями ходили развлекаться. В кино или на пиццу. По—разному… Родители на это не злились. Раньше мама немного жаловалась, потому что хотела, чтобы мы всегда ужинали всей семьёй. А в этот раз у нас была длинная тренировка… — Она с трудом сдерживала слёзы.

— Именно. — Тренерша откинулась на спинку кресла. — Значит, скорее всего, произошло второе. — Она замялась, бросив на ученицу внимательный взгляд. — Твой отец был уверен, что ты не придёшь домой сразу после школы. Он поставил всё на одну карту. Если бы не долгая тренировка или если бы ты вдруг изменила свои пятничные привычки и вернулась домой раньше обычного, сейчас ты тоже была бы мертва. Убийцы, по сути, могли даже не учитывать тебя. У них были твоя мама и сестра, которых можно было использовать для шантажа. Но это им не помогло. Людьми правит случай, — добавила Аврора Николаевна. — Вся операция, вероятно, была спланирована профессионально, но иногда что—то идёт не так: кто—то чего—то не предвидел или не учёл. В данном случае этот «кто—то» наверняка до конца не разобрался в ситуации.

Она задумалась на мгновение, затем потянулась к сумке, висевшей на спинке стула. Достала телефон и набрала номер. Несколько секунд слушала громкие гудки. Наконец, раздался приглушённый мужской голос:

— Да, слушаю?

— Малая Мякининская. Номер знаешь. Будь через два часа, — сказала Царица и отключила телефон.

«Совсем как будто вызвала такси», — подумала Татьяна.

— Теперь следующий вопрос, — продолжила женщина, как ни в чём не бывало. — Я дам тебе деньги на первое время. Их будет немного, так что не растрать их на глупости. В аэропорту Стокгольма тебя встретят.

— Это будет какой—то… шпион? — Татьяна нервно сглотнула.

Аврора Николаевна смерила её взглядом, полным презрения.

— Я говорила тебе не задавать глупых вопросов?

— Да. — Девушка поспешно кивнула. — Простите.

— Этот человек тебе поможет. Ты должна запомнить два слова: «красный зонт». Повтори!

— Красный зонт.

— Хорошо. После прохождения контроля в аэропорту Стокгольма ты отойдёшь от группы, найдёшь информационную стойку KLM и будешь терпеливо ждать там. Если потеряешься, спроси полицейского или кого—нибудь из службы безопасности аэропорта. Тебе подскажут, как туда пройти.

— Я ведь уже три раза была в Стокгольме. Информационные стойки находятся справа от главного зала. У меня хорошая память, — с гордостью заявила Татьяна.

— Это прекрасно. Человек, который встретит тебя в аэропорту, скажет два слова… — Аврора Николаевна посмотрела на неё выжидающе.

— «Красный зонт», — быстро ответила Татьяна, чётко акцентируя звуки.

— Именно. Если кто—то другой, мужчина, женщина или даже ребёнок, подойдёт к тебе, но ты не услышишь этих двух слов, не раздумывая, сразу беги к любому человеку в форме. Дальше тебе придётся импровизировать. Можешь сделать вид, что плохо себя чувствуешь. Придумай что—нибудь. И помни, всегда будь среди людей. Это затруднит любые действия против тебя. По крайней мере, на время.

— Но как этот человек узнает, что это именно я? Что именно мне нужно сказать эти слова? Ведь там будет много людей, и…

Аврора Николаевна одобрительно кивнула.

— Ты правильно рассуждаешь. У этого человека уже есть твоё фото.

— Ага. Я только хотела сказать… Мне не нужны ваши деньги. У меня есть свои.

— Тебе точно хватит? — тренерша посмотрела на неё с сомнением.

— Точно. У меня полрюкзака купюр. Только что мне с ними делать? Наверное, нельзя провозить через границу столько денег в рюкзаке?

— Нельзя. — Тренерша едва заметно улыбнулась. — Но о деньгах не переживай. Важнее то, что ты взяла из дома. Ты понимаешь, о чём я? Это металлическое?

— Нет…

— Я хочу это увидеть, — потребовала тренерша. Увидев, что Татьяна колеблется, она добавила: — Хорошо, что ты проявляешь осторожность, но мне ты можешь доверять.

— Я не боюсь.

Смущённая, Татьяна полезла в рюкзак и достала из—под кучи одежды небольшой чемоданчик. Аккуратно положила его на стол и открыла крышку.

Тренерша несколько секунд рассматривала ампулы, блестевшие в свете лампы. На её лице снова появилась лёгкая улыбка.

— Ну что ж… хорошо… — произнесла она словно про себя. Встала и подошла к холодильнику. — Надеюсь, у моего внука здесь есть что—то кроме водки, — пробормотала она себе под нос.

Она достала из холодильника небольшую синюю бутылку минеральной воды и снова села за стол. Открутила пластиковую крышку, ловко извлекла одну из ампул из мягкой обивки и несколько секунд внимательно её осматривала, переворачивая в пальцах. Затем бросила её в бутылку. Ампула стала практически незаметной.

— Вот так. — Она удовлетворённо кивнула. — Теперь это больше не проблема. — Несколько раз перевернула бутылку в руках. — Положишь это сверху в багаж.

Татьяна не могла скрыть удивления.

— Как вы до этого додумались? — спросила она, не сводя глаз с бутылки.

— Нужно думать, — ответила тренерша, не утруждая себя объяснениями, и внимательно посмотрела на неё. — Теперь деньги. — Она кивнула на рюкзак Татьяны. — Ты оставишь их здесь. В Стокгольме тебе передадут такую же сумму. Ты знаешь, сколько там?

— Нет. — Татьяна тоже посмотрела на рюкзак. — Очень много… Я не считала. Всё в евро.

Царица кивнула.

— Будет так, как я сказала. Переводом денег я займусь лично. — Она снова задумчиво посмотрела вдаль. — Службы в аэропортах обычно не придираются к спортивным командам, даже сейчас, когда контроль стал максимально жёстким из—за угрозы терроризма. Но риски нужно минимизировать. Кстати… От твоего пистолета я уже избавилась. По очевидным причинам ты не можешь взять его с собой. Да и оружие это было, мягко говоря, так себе.

— Я уже стреляла из такого. Мне удобно его держать.

— Может быть. Но «вальтер» ненадёжен. Он просто заедает. — Татьяна пожала плечами. — Я вижу, что оружие тебя слегка увлекает? — Тренерша взглянула на неё с лёгким скепсисом. — Ладно. Но ты должна понимать: обладание такой игрушкой в сочетании с твоими весьма сомнительными навыками, приобретёнными за несколько тренировочных стрельб, ни к чему не приведёт. В критической ситуации ты скорее навредишь себе, чем нейтрализуешь противника. К тому же пистолет шумный, и использовать его незаметно практически невозможно.

— Но ведь существуют глушители, — заметила Татьяна.

— Конечно, существуют. Но они увеличивают габариты и вовсе не убирают звук полностью. Более того, на дальних дистанциях они снижают точность. Я понимаю, тебе хочется быть как герой боевика: выхватила из—за пояса, бах—бах — и нападающий отправился в морг. — Царица усмехнулась. — Но запомни: даже если бы ты умела отлично обращаться с оружием, нужно знать, куда целиться, чтобы с одного выстрела обезвредить противника.

— Нужно стрелять в голову или в сердце.

Аврора Николаевна закатила глаза.

— Давай оставим эту тему? Есть вещи поважнее. Послушай меня внимательно, девочка. Пистолет может быть лишь поддержкой твоей уверенности, не более. Главное — это твоя сообразительность и умение быстро принимать решения — вот здесь. — Она постучала пальцем по виску, а затем достала из сумочки помаду и положила её перед Татьяной.

Девушка удивлённо подняла брови.

— Мне что, защищаться помадой?

— Именно так, помадой, — спокойно ответила тренерша, совершенно не обратив внимания на иронию в её словах. Она подняла элегантный позолоченный цилиндр на уровень глаз Татьяны и направила один конец на неё. — Что ты видишь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.