– Так точно. Свидетели были единственной группировкой, которым удалось наладить долговременное сотрудничество с Сопричаствующей Машиной. Иногда они привлекали к некоторым операциям наемников Синдиката, но есть разница между партнерами и наемными служащими, не так ли? Но с тех пор в архивах Свидетелей сохранились карты, на которых отмечено расположение поселений Триумвирата. В том числе, множество неизвестных нам.
На пике могущества государство Черной Троицы вдвое превосходило человеческую Империю. Большинство его поселений было разрушено в результате Финальной Сопричастности, но некоторые перешли в автономный режим, законсервировались и продолжали функционировать, несмотря на отсутствие хозяев. Быть может, временное…
– Это же гребаное золотое дно, – сказал Кит.
– Да. Согласен. Только это крайне опасно. Некоторые из эти поселений изначально строились не за тем, чтобы в них обитали люди, и расположены на планетах, астероидах и даже планетезималях с экстремальными условиями. Некоторые поселения захвачены Вормами-Механиками. Это Вормы, которые сумели выжить после гибели своих носителей Человеко-конструктов и оккупировали механизмы…
Лишенные необходимости подстраиваться под человеческие тела, Вормы стремительно развивались и мутировали, вырастая до титанических размеров, превращая поселения Триумвирата в Коллективные Гнезда, следуя древним паттернам своих диких предков, Мозговых Червей. Где-то их симбиоз с Ч-конструктами сохранялся, правда, из-за тотального вырождения Ч-конструктов приобретал неимоверно причудливые формы.
– В одно из подобных поселений, месяца три тому назад, Сэйнт и снарядил экспедицию.
Кит, помимо воли, был весьма заинтригован.
– Вы тоже там были?
Генерал покивал.
– Сэйнт даже настаивал, чтобы я поехал. Почему и нет. Мне было любопытно. Особенно меня интересовало, что именно они искали, потому что за последние десять лет это была далеко не первая их экспедиция в поселения Триумвирата. Эти ублюдки явно пытались обнаружить что-то конкретное.
Целью их поездки оказалось стандартное поселение класса Форпост, расположенное в десяти световых годах от Эпллтона на планете земного типа, затерянное на просторах местного таежного биома и надежно спрятанное от окружающего мира маскирующей ЭМ-сеткой.
– Глядя на него сверху, вы бы увидели только бескрайнее море лесов. По сравнению с этим поиск иголки в стоге сена – наипустяковейшая задачка.
Несмотря на то, что поселение было обозначено на картах, у них все же ушли сутки, чтобы установить максимально точные координаты и подыскать место для посадки Джет-корабля. Потом еще четверо суток они добирались до места назначения, отбиваясь от кровососущего гнуса и местного зверья. И еще день заняло исследование поселения разведывательными дронами. Они же зафиксировали биологическую активность примерно в двадцати-тридцати футах под землей.
– Было разумно предположить, что это остаточное производство Ч-Конструктов. В силу их вырождения они выглядят кошмарно, но безобидны. Я все же стал настаивать на дополнительных проверках, но эти фанатики уже утратили всякое терпение и почти силой поволокли меня в этот городишко.
Поселение выглядело типичным для Триумвирата – пустые прозрачные кубы жилых и административных зданий из пластика, пирамиды министерств Сопричастности и Фатализма, пентагон министерства Антихаоса. Генераторы и системы жизнеобеспечения исправно работали; они даже увидели роботов-чистильщиков, старательно убирающих опавшую листву с центральной площади.
– Милые маленькие роботы, – сказал Сабри, закатив глаза. – Я достал камеру и начал снимать их умилительные ужимки. А потом случилось это…
До их слуха донеслись сочные, причмокивающие звуки. А потом оно начало выплескиваться из-под земли наружу, выламывая плитку и решетки водостоков.
– Я по инерции продолжал снимать, так что, если хотите, лорд Ланкастер, позже могу показать вам пленку. Потому что описать это словами практически невозможно. Сотни, если не тысячи тонн биомассы с мириадами глаз, ртов и рук, а в ней плескались огромных размеров Вормы. Предполагаю, они выполняли функцию мозговых центров этой… биологической формации, состоявшей из сотен тысяч слившихся воедино Ч-конструктов…
Не успел генерал опомниться, как существо схватило и всосало в себя с десяток злополучных членов их экспедиции. Сабри схватился за саблю, но его страшные удары не произвели на тварь никакого впечатления, как и залпы лучевых винтовок. Ему сделалось кристально понятным, что это конец, но тут заработали сирены, возвещая наступление часа Сопричастности, и тварь утекла под землю – поклоняться своим ушедшим богам.
– Наше спасение, конечно, было истинным чудом. Потому что для уничтожения этой биомассы нам бы понадобились, как минимум, с десяток нейтронных бомб, которых у нас не было. Я даже не стал препираться с этими кретинами, когда они восславили Отца. Кто знает… возможно, эта тварь действительно испытывала интерес к благополучному завершению нашей voyage pour le plaisir[2 - Увеселительная поездка (фр.)].
Кит понял, что этот кошмар был лишь прелюдией к настоящему кошмару, и, увы, не ошибся. Пользуясь временным отсутствием чудовища, выжившие сэйнтисты направились в медицинские лаборатории министерства Фатализма, где в холодильных камерах, наконец, отыскали то, что было им так необходимо.
– И что же это было?
– Штамм вируса Унификации. В аккуратной пробирке. В великолепной целости и сохранности.
Кит все еще не понимал, что это значит. Или не хотел понимать.
– Не хотите ли вы сказать…
Сабри кивнул.
– Да. Именно это я и хочу сказать. Теперь специалисты Сэйнта в поте лица трудятся над тем, чтобы, так сказать, скрестить СДФ и вирус Унификации. Разумеется, это их главная задача. Задача второстепенная, но тоже крайне важная – сделать этот Супер-Дупер-Вирус фантастически, максимально заразным.
Кит был ошеломлен.
– Но… зачем это Сэйнту? Что из этого может получиться? Может ли из этого получиться хоть что-то?
Генерал улыбнулся приятной, мертвой, стылой улыбкой.
– Из этого может получиться любовь, милорд… много, много любви.
– Что?
– Любовь к Отцу Аваддону будет передаваться не проповедями и страстными речами, не листовками и воззваниями, не огнем и мечом, а воздушно-капельным путем. Мгновенное заражение и мгновенное преображение. Вероятно, в силу генетических особенностей к этому вирусу окажутся устойчивыми только наши азиатские знакомые из Синдиката. Правда, к тому времени они будут уничтожены. С вашей помощью, в том числе.
ИНТЕРЛЮДИЯ ГОСПОДИН ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ
1.
Тот непогожий ноябрьский день 498 года Освобождения не предвещал выдающихся событий. Ричард скучал на совещании по текущим вопросам с главами отделов, дожидаясь, пока стукнет четыре пополудни, и он на законных основаниях сможет угощать себя коктейлями. Кит сидел рядом, с очень собранным лицом выслушивая отчеты служащих и делая пометки в блокноте. Пару недель тому назад сиятельный папаша заперся в винном погребе, предварительно официально назначив своего девятнадцатилетнего сына первым вице-президентом Корпорации, временно исполняющим обязанности Президента. Ричарда же в связи с этим понизили до второго вице-президента, по какому поводу Кит нервно поинтересовался, не обиделся ли дорогой друг детства и юности
– Нет.
– Ты уверен?
– Ну, в конце концов, на этом здании написано твое имя, не мое.
– Теперь это звучит так, словно ты на самом деле обиделся.
– Не мели чепухи. Какое это имеет значение?! Просто забудь об этом, ладно.
Но Кит, конечно, ничего не забыл, и даже две недели спустя, даже на совещании умудрялся коситься в сторону Ричарда – то ли вопросительно, то ли подозрительно, Бог его знает. Наконец, это заметил и старик Мерфи, который ассистировал двум соплякам, но на деле ждал, когда они сядут в лужу, чтобы он мог их всласть отчитать.
– Знаете, Кристофер, – сказал он, когда совещание закончилось, – лорд Торнтон в действительно совершенно нечестолюбив. И это нехорошо. Откровенно говоря, я считаю, он был бы лучшим главой Корпорации, чем вы.
– Правда? Почему?
– Потому что вы из-за вашего нездорового перфекционизма сходите с ума из-за любой безделицы, тогда как лорду Торнтону искренне плевать.
Ричард не был уверен, что это характеризует его с лучшей стороны. Было ли ему правда искренне плевать? Но он не успел как следует предаться размышлениям на эту тему, когда к ним заглянул начальник службы безопасности Корпорации.
– Прошу прощения за вторжение, князь светлейший, – проговорил он на уни-глаголице, адресуясь к Киту, – как самочувствие их милости? Он еще не поправился?
Кит поглядел в сторону, представив отцовское лицо, как бы плавающее в черных безднах винного погреба наподобие белой, мертвой луны.
– Нет.
– Видите, я же объяснял, их милость сейчас недоступен, – сказал начальник службы безопасности, обернувшись через плечо к кому-то в коридоре.