Нескучная жизнь майора Чапаева
Александр Васильевич Архипов
В одном из московских отделов внутренних дел «тащит» службу майор с неприметной фамилией Чапаев. Нет! Не Василий Иванович. Зовут его Андрюхой. За плечами – командировка в горячую точку, на плечах – майорские погоны, а на груди – заслуженный боевой орден, который надевал десять раз за десять лет.
У себя в ОВД майор А. В. Чапаев руководит отделом оперативного розыска. Ловит со своими «чапаевцами» бандосов и воров по горячим следам, «препарирует» сексуальных извращенцев. В общем, живет будничной жизнью одинокого опера с погонями, засадами, мордобоем и вечно пустым холодильником.
Но однажды в жизни майора Чапаева случается событие гораздо более экстремальное, чем все раскрытые дела ранее, – в его жизни появляются Ксюша и ее маленькая дочь Женька. Только вот как совместить свою полную опасностей и экстрима службу с жизнью личной, Чапаев уже забыл.
«Нескучная жизнь майора Чапаева (полицейская мелодрама)» – книга о том, как один человек может поменять жизнь другого, наполнив ее любовью, спокойствием и уютом, которых так не хватает в полицейских буднях. И о том, как сложно и страшно бывает отдаться чувствам даже такому сильному и умному, как майор Чапаев.
Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
Александр Архипов
Нескучная жизнь майора Чапаева (полицейская мелодрама)
© Архипов А. В., 2021
© Издательство «Логос», 2021
Женька, Ксюша и Андрюша
Вот почти и подошёл к своему логическому завершению этот короткий день моего случайного выходного. Пусть это звучит банально, но, как он начался, так он и заканчивается, – с нудного ора моего голодного кота. Да и выходной был… так себе. Отсыпался после бешеных «суток».
Приснился эротический сон. Будто в наш «обезьянник» завезли проституток. За решёткой установили шест и приказали им по очереди на нём извиваться. Мол, кто победит, того и выпустят. А на месте дежурного по ОВД сидит подполковник Зинченко и в бинокль за ними наблюдает. И после выступления каждой оценки поднимает, как в фигурном катании. Бред.
Проснулся от предсмертного воя голодного кота. Достал из холодильника два бутерброда. С дырявым сыром бросил коту, а второй, с какой-то скрюченной колбасой, съел сам. Почитал заголовки попавшегося под руки журнала, включил телик, а там та же ерунда, но в лицах. Походил туда-сюда по квартире, сонно почёсываясь, прогнал с кровати обнаглевшего кота и опять лёг. Два раза настойчиво «истерил» под подушкой телефон. Ага, щаз… Предупреждал же идиотов: не вздумайте, буду отсыпаться. Ну, конечно! Поспишь тут с ними. И этот ещё. Боцман как-то бесшумно запрыгнул на кровать, улёгся у меня на груди и, щуря свои наглые зелёные глаза, «включил» на полную громкость своё вибрато. Рыже-полосатое создание, блаженно щурясь, неотрывно наблюдало за моим острым «ощетинившимся» кадыком, мягко массируя передними лапами расслабленную тушку своего хозяина где-то в районе третьего-четвёртого ребра.
– Ты чего, собака? Жрать опять хочешь? – спросил я у домашнего животного, несильно щёлкнув его по уху.
Кот обрадованно воткнул в мою сонную плоть четыре пары острых когтей, увернувшись от оплеухи, спрыгнул на пол и побежал к своей пустой со вчерашнего дня миске. Надо вставать. Мы в ответе за тех, кого… морим голодом.
– Омлет будешь? – на всякий случай спросил я у орущего басом Боцмана, накручивающего «восьмёрки» вокруг моих босых ног. – Тебе с сыром или колбаской?
Кот на мгновение замер, будто на самом деле выбирал.
– А вот и не угадал, собака рыжая, нет ни сыра, ни колбаски, – злорадно улыбнулся, почесав свою задницу, добрый хозяин.
Разделив пятияичный омлет на две равные части, поев и окончательно проснувшись, я понял, что выходной нужно закончить чем-то активным. Взгляд упал на синюю коробку, лежащую второй месяц на тумбочке в прихожей. Через всю коробку шли три параллельные белые полосы, а на боковой поверхности красивым шрифтом было начертано легендарное слово – ADIDAS. Это были новые кроссовки, подаренные мне моим (оказывается, нежадным и где-то даже чутким) коллективом на юбилей. Ну как юбилей? Просто Вася Крепченко сказал, поднимая рюмку: «… На нашей вредной работе каждый день рождения отмечать нужно, как юбилей!» Не отрывая взгляда от коробки, спотыкаясь об сытого благодарного Боцмана, я открыл крышку. Это были они! Пара белых кроссовок с тремя чёрными полосками по бокам, с золотистой надписью на заднике – Adidas, сорок четвёртого размера. Невольно поднёс их к лицу и зачем-то понюхал стельки. Пахло капитализмом, немцами и каким-то драйвом. Надел. Шнурки как-то сами завязались красивыми петельками. Нет, ну, как влитые! Захотелось куда-то бежать, кого-то обгонять и вообще бить какие-нибудь рекорды!
Бежать! Точно! Благо рядом с моим домом и парк, и длинная набережная. Спортивный костюм нашёлся сразу. Как лежал в стиральной машинке, так и лежит. На прошлой неделе всем отделом сдавали нормы по физподготовке. Не сдали двое. Старший прапорщик Тимофеев – по причине лишнего веса, превышающего допустимую нагрузку на турник. И лейтенант Светочка из разрешительного отдела – по причине пятого месяца незапланированной беременности. От костюмчика попахивало, но это даже вселяло уверенность и напоминало о спортивном прошлом хозяина. Кандидат в мастера по боксу как-никак. А то, что штанишки излишне натянулись на мужественных ягодицах и молния на куртке застегнулась на мощном прессе только при выдохе, так это физическая стать натренированного мужчинского тела.
Бежалось легко. Просто удивительно легко бежалось. Новенькие кроссовочки ровненько и уверенно топали по неширокой парковой дорожке, рекламируя здоровый образ жизни. Народу было немного. А укрепляющих здоровье – вообще единицы. Кое-где на лавочках кучковалась молодёжь, позвякивая пустой стеклотарой и хрустя пивными банками. Да между стволами деревьев и за чахлыми кустами сирени сновали собачники – по-деловому, вместе со своими питомцами, оставляя мокрые эсэмэски на стволах зелёных насаждений парка. Неожиданно сзади послышалось шумное ровное сопение.
– Лыжню! – послышался настойчивый голос, и тут же на выдохе: – Шевели маслами, сынок!
Я инстинктивно принял вправо и обернулся. Меня обгонял среднего роста, сухого телосложения дедок. На вид ему было лет шестьдесят или около того. Одет бегун был в старый вылинявший светло-синий спортивный костюм с белыми полосками на воротнике и манжетах и надписью на груди: СССР. Ветеран вечерних пробежек легко обогнал меня и, уверенно шлёпая китайскими кедами по дорожке, свернул вправо. «Шустрый дедок, – подумал я, прибавив ходу, – жаль, что свернул… я бы сейчас показал кто тут.
Неожиданно с бокового ответвления на центральную аллею выбежало что-то совершенно неземное. Газель… лань… самка очень благородного оленя… антило… Да всё не то! Ярко красный костюм фанатично и преданно облегал её идеальных форм фигуру. Пропущенный через вырез белой бейсболки хвост вьющихся чёрных волос красиво раскачивался в такт синхронных движений её симметричных ягодиц. Я не видел её лица, мне не было видно, что там у спортсменки впереди, но, поверьте, это было не важно. Меня вполне устраивал вид сзади. О, там было за чем бежать! И я бежал. Бежал, задыхаясь, покашливая, сморкаясь, сопя, обливаясь потом и спотыкаясь о ровную поверхность нового асфальтового покрытия. Я, конечно, понимал, что так быстро и долго всё это продолжаться не может. Мой физический потенциал, теряя сознание, как бы шептал мне:
– Андрюха! Куда ты? Зачем, идиот? Вот прямо сейчас ты сдохнешь! Вот прямо сейчас… ещё пару шагов и… Пульса нет.
Но вдруг объект моего преследования… цель моего вечернего забега… маяк моей спортивной карьеры обернулся. Не переставая двигаться вперёд, но теперь уже задом, газель побежала ко мне лицом, с интересом рассматривая мою прокачанную, подтянутую, спортивную (я и сейчас так думаю) фигуру. Потом она внезапно остановилась, вытащила из ушей маленькие, пищащие не по-нашему наушники и, ехидно прищурив глаза, задала вопрос:
– Ты, что, дяденька, кадришь меня?
Невольно посмотрев по сторонам, я вдруг понял, что «дяденька» – это я. Мужчина с «прокачанной подтянутой спортивной фигурой», исполняя бег на месте, тихо промямлил:
– Ну, почему сразу…
– Бабок не хватит… спортсмЭн! – именно так, с акцентом на последнюю гласную, произнесла она это слово. Стало обидно… за лёгкую атлетику.
– Лыжню! – грубо крикнул я и, громко высморкавшись, технично обошёл это красное пятно на сером асфальте.
Перебежав на боковую дорожку, я увидел, что «красное пятно» свернуло в сторону. Туда, где резвилась пара породистых кобелей со своими невзрачными хозяевами. А через несколько секунд раздался резкий визг и что-то там «про мать». Видно, у собачек разыгрался охотничий инстинкт при виде бьющей копытами «красной антилопы», и они азартно взяли след. Спасать парнокопытных сегодня в планы мои не входило. Выходной всё-таки! Замедлил бег возле одной семейной компании, дружно сплотившейся вокруг дымящегося мангала. Протяжно потянув ноздрями окружающую среду, пропахшую слегка подгоревшим лучком и шкворчащей на углях бараниной, я понял: пора возвращаться. Причём, возвращаться через ближайший продуктовый маркет. Икроножные мышцы приятно ныли, под коленками что-то поскрипывало, а повлажневшие носки плотно воссоединились со стельками новых кроссовок. Цель была достигнута. Вкусил, как говорится, драйва по самое не хочу. Сунул руку в карман куртки. Кошелёк с остатками наличных и банковской картой был на месте. Как, надеюсь, были на месте и мой пустой домашний холодильник, и вечно голодный иждивенец Боцман.
Заметно темнело. Откуда-то с северо-западного направления потащило тучки. Пара беспризорных капель звонко шлёпнулась на козырёк моей видавшей виды бейсболки. Грамотно проведя ориентацию на местности, я уже через десять минут выходил… простите, технично выбегал из парка на тротуар улицы под логичным названием Парковая. Чтобы мысли в голове не прыгали, я перешёл на спокойный шаг и мысленно сосредоточился на перечне продуктов, отсутствующих в моём холодильнике. Для начала нужно было вспомнить, что в нём всё-таки было. Ну, это я быстро. Начатая банка кошачьего корма, два яйца, пучок почти зелёного лука, пожилой лимон и ровно четыреста граммов водки (сто граммов выпито вчера перед сном, как снотворное). Ещё морозилка… тут всё просто. Морозилка добросовестно производила лёд!
Редкие в воскресный вечер в этом районе машины, включив габариты, неспешно катили в сторону огромной стоянки супермаркета по дороге с односторонним движением. Над головой что-то щёлкнуло, и прямо передо мной на асфальте появился гигантский «пятак» молочного цвета. Это сработали датчики света на уличных фонарях. И тут же сотни цветных лампочек суетливо заморгали и забегали, подсвечивая огромные буквы на крыше стеклобетонного сарая. «Пятёрочка»! Неожиданно моё внимание привлекло ярко жёлтое пятно, как-то рывками передвигающееся по проезжей части. «Пятно», подпрыгивая, двигалось прямо посередине дороги, стараясь допрыгнуть до каждой полустёртой чёрточки разметки на асфальте. «Пятно» было небольшое. Где-то меньше метра в высоту. Одето оно было в плащ-дождевик жутко канареечного цвета. На голове по самые уши сидела бейсболка ядовито-купоросного оттенка, а на голых ногах болтались резиновые полусапожки, явно на пару размеров больше нужного. «На вырост или с чужой ноги», – определил я. Было понятно, что маломерный пешеход к изменению погоды готов, но было абсолютно непонятно, почему он (она) один и почему, собственно, по проезжей части? Причём ровненько так по разделительной полосе, принципиально наступая на каждую белую чёрточку.
Интуитивно я посмотрел назад. По дороге, шепча двигателем, медленно ехал белый «мерседес». За рулём сидела девушка с торчащей из полуоткрытого окна разноцветной шевелюрой. Правой рукой она держалась за руль, а левой прижимала к уху телефон и что-то в него лопотала своими 3D-губёшками. Причём смотрела она в это время в противоположную от дороги сторону, выбирая место для парковки. Спасибо Богу, бывшему тренеру по боксу Анатолию Петровичу, маме с папой за генетику и просто удаче за природную и развитую спортом реакцию. Я прыгнул на дорогу, скатился по капоту припаркованной у тротуара машины, подхватил под мышку правой руки ребёнка и в два прыжка оказался на противоположном тротуаре. Левое боковое зеркало проезжающего «Мерседеса», как совковой лопатой, больно шлёпнуло меня по заднице.
– Куда прёшь, козлина?! – зло спросила меня разноцветная голова из окна уезжающей машины, показывая в мою сторону оттопыренный палец с жутко чёрным ногтем.
– Вот дура, – чуть слышно произнёс я, рассматривая то, что удалось вытащить из-под колёс гордости немецкого автопрома.
– Дура!!! – радостным голосом громко крикнуло жёлтое, почти метровое существо в моих руках, показывая в сторону уезжающего «мерина» сразу два оттопыренных средних пальца с обгрызенными ногтями, болтая тоненькими ножками в резиновых сапогах.
– Женя! Женька-а-а! – услышал я тревожный женский голос со стороны тротуара напротив.
– Мама моя! Лучше отпусти, а то хуже будет! – выдохнул ребёнок, часто-часто заморгав ресничками и сморщив носик, явно собираясь устроить истерику.
Мы увидели её одновременно. Это была среднего роста молодая женщина, внешне похожая на взрослого подростка. Ну, а как ещё её назвать? Искусно изодранные джинсы, с торчащими из них загорелыми коленками. Сдвинутая набок ярко-красная кепка. Вьющиеся, как у пуделя, белокурые волосы. Огромные голубые глаза (где-то я их уже видел). А в руках длинная ручка пузатого розового чемодана на колёсиках.
– Женька, брыкайся! А ну-ка, немедленно отпустите моего ребёнка! Стоять! Я тебя сфотографировала. Педофил! Пидо. Женька, укуси дядьку! – орала эта сумасшедшая, цокая каблуками по тротуару и пытаясь перейти на нашу сторону.
Увидев, как послушный ребёнок открыл рот, целясь мне в плечо, я невольно пробубнил:
– Не надо дядю. – И поставил Женьку на капот припаркованной синей «Нивы».
Наконец крикливой мамаше удалось вклиниться в поток медленно продвигающейся очереди машин на парковку. Умудряясь двигаться замысловатыми зигзагами, она переволокла застревающий в выбоины дороги своими колёсиками гигантский чемодан на нашу с Женькой сторону.
– Верните мне моего ребёнка! Маньяк! Кто-нибудь держите его. Я ему сейчас глаза. Звоню в полицию. – нервно суетилась мама-подросток, хлопая себя по задним карманам джинсов в поисках телефона.
– Слышь, коза! – раздался из окна припаркованного грузового микроавтобуса хриплый, но явно женский голос. – Если бы не этот спортсмен, ты бы сейчас с мигалками в «склиф» ехала. Причём не спеша! Я сама видела, как этот мужик из-под колёс «мерина» вот этого самого жёлтого цыплёнка вытащил. Чуть сам не попал… Моя б воля, я бы вам обеим задницы-то надрала! Падай в ноги мужику, зараза такая! – крикнула, разворачивая свой грузовичок водительша и, подмигнув мне ярко накрашенным глазом, коротко просигналила, мол, не теряйся.
Бросив-таки своего розового монстра, мамаша подлетела к синей «Ниве», обняла свою дочку и нервно затараторила:
– Дурочка, я же тебе сказала: стой тут, мне с таксистом надо… оборачиваюсь, а тебя… чуть с ума не сошла!