– Золото. Oro. Quanto? – выдохнул капитан.
(Обсуждение. Док: примерно на двести тысяч экю).
Глаза захватчиков заблестели, рты в широченных улыбках разъехались. Обдирать позолоту с башен и стен – дело тяжелое, хоть ее там и гораздо больше.
– Если вас интересует именно золото, это место – не самое большое его хранилище, – просветил их док.
Пауза. Все смотрят на дока в предвкушении.
(Шпренгер требует ускорить. Инститорис хотел бы поподробнее, но не возражает).
Возни с прочими сокровищницами меньше не получилось.
Все они были в разных местах. Ювелирная мастерская, склад готовой продукции этой мастерской, предназначенной для продажи… Док объяснял, как в них пройти, и туда посылали солдат, десятника им придать стараясь – чтобы не прикарманили слишком много.
Стало не хватать десятников. Какой-то этот дракон ненормальный – нельзя было, что ли, устроить всю или хотя бы основную казну в одном хорошо запираемом подвале, как все делают? Или это специально, чтобы затруднить сбор? Впрочем, кто сказал, что дракон должен думать, как человек? Может, по человеческим меркам он и есть сумасшедший?
Дискуссия между Шпренгером и Инститорисом о способе мыслить, свойственном драконам, не затянулась. Но десятников-то все равно не хватало. И солдат. Одна десятка ушла навстречу экспедиции, которая должна была утром с ледника вернуться. Кто-то должен был командовать солдатами, которые брать в плен население замка и приводить на крыши башен продолжали, а ведь нужно было еще всех пленниц насчет сокровищ после дока допросить – небось, у каждой есть личное тайное местечко! – и только вслед за тем большой костер устраивать. Пока на сооружение костра отрядили всего двух солдат (еще один пятерых шпионок караулил, уже к столбам привязанных), и эти двое довольно лениво ямы под остальные столбы копали. И все время жадные взгляды на Замок бросали. То ли что-то до них с нашей башни доносилось – на слово "золото" у них слух очень чуткий, – то ли им хотелось проверить, не пропустили ли сборщики камней с подножия стен что-нибудь, а скорее, и то, и другое. Да и самим инкам было пора перебазироваться с крыш башен хотя бы в донжон, всем вместе для совета собраться, а не по разным башням торчать и солдат в качестве гонцов посылать, отвлекая от прочих дел. Но все эти проблемы были решаемыми и даже приятными, как и предстоящее еще перетаскивание добычи к туннелю, через туннель – только не перегружать лодку, лучше плавать много раз, чем утопить золото в бешеной горной реке, из которого его не достать! – и по территории Арагона во Францию и в Священную Римскую империю, в родные города, а частично, наверно, и в Ватикан…
(Как-то док мне сказал, что слово «священная» в названии моей страны напрасно употреблено, так как оно в данном случае обозначает, очевидно, «не настоящая Римская империя, а притворяющаяся ею», «поддельная». Я сначала слегка обиделась, но, подумав, поняла, что, увы, так и есть. Второй Рим – это Рим второго сорта, фальшивка, подделка, страз. Хорошо еще, не Третий, это уже вообще была бы рыба третьей свежести, то есть тухлая).
Между прочим, эти хлопоты можно назвать приятными только по сравнению со штурмом Замка. (Исторические сведения: причины плохих отношений Арагона и Кастилии с Францией. И Португалия тут вмешивается. Мятежная Каталония. Андорра. Предсказание (спойлер: сбывшееся вскоре): Кастилия и Арагон объединятся против Франции. Сложности провоза золота через Арагон и Францию. Варианты с разными перевалами. Здешние горы Маладета, то есть «проклятые». Наверное, из-за дракона. Быстрее и безопаснее всего самый дальний путь – через Арагон к морю, а там на корабле во Францию).
(Ещё место сокровищ: тлакецамимильи, его помещение в донжоне. Впрочем, туда нет прохода по лестницам и нет подъемника).
Можно воспользоваться кецалькyецпалином как каyайотлем. Я представила себе инков, на дракона, как на коня, взгромоздившихся, и вслед за тем с развевающимися рясами и плащами с огромной высоты в карповые пруды падающих. На корм рыбам. Если рыбы не отравятся. Жаль, инки все-таки не такие идиоты.
(Долгое обсуждение. Долбить потолок верхнего из помещений, в которое еще есть лестница внутри, над потолком там пусто до самого пола часов, над которыми покои. Пуста примерно половина донжона по высоте. Можно внутри сколотить лестницу, или помост, вроде штурмовой башни, до пола башенных часов добраться, и там потолок долбить. На изрядной высоте – как вы понимаете, там донизу – как с угловой башни падать. Четыре с половиной секунды до камней. Обсуждение времени падения, отчасти по-испански, по-итальянски, по-немецки, на науатле (включая способ счёта секунд с помощью названий разных змей), и на латыни. Все задумываются, представляя падение. Шпренгер требует продолжать. Док: долбить долго. И через часы пробираться трудно. Нет, это не дьявольское изобретение, а монаха Герберта, будущего папы Сильвестра ??. Обсуждение устройства маятника – его надо обойти – с противотемпературным подвесом. Дыра нужна большая – там есть ценности, которые весьма велики, и сильно подешевеют, если их на кусочки разбить. Ценности толще человека? Плавленый базальт прочнее гранита, диабаза и габбро, хотя они прочнее обычного базальта. Вряд ли упомянутый в обсуждении скульптор плавил базальт. У него температура плавления почти как у уэйтепоцли, стали то есть).
На лице капитана застыла скептическая гримаса. – Зря ты мне не веришь, сынок. Впрочем, что тут доказывать? Сами убедитесь, когда будете долбить. Инструменты я дам. Их сталь вы можете проверить, сравнив со своим тейаочиyалицли. Оружием. Armamenti, – добавил он специально для капитана. И, конечно, зря. Слово "оружие" тот не мог не знать на любом языке. Усмешка дока не сулила ничего хорошего сравниваемому с инструментами дока оружию. Лица солдат вытянулись. Даже мне, несмотря на мое плачевное положение, стало на мгновение смешно, знаешь, такое злорадное хихиканье напало, когда я представила себе эту картину – как солдаты, на страшной высоте, на качающемся помосте, в темной коробке донжона, сменяясь, молотками и зубилами у себя над головой стучат, каменной пылью дыша.
Между прочим, хуже нет работы, чем над головой, руки очень скоро просто отваливаться начинают! Знаем, мыли большие бочки, внутрь забравшись! И сгнившее дерево в старых бочках состругивали. Казалось бы, легкая работа, скоблить мягкую деревяшку, не камень долбить. Под собой – и впрямь легко, или сбоку – так-сяк, а над собой – проще выползти, перекатить бочку и снова заползти, чем так мучиться.
Значит, часто сменяться будут, а это тоже не быстро, вниз-вверх на такую высоту… И каждый удар – ма-аленькая щербинка в камне, сто ударов – затупившееся зубило точи. А зубило-то из хорошей стали, лучше мечей наемников, легко не заточишь… И угол у него не как у меча. Тупой угол затачивать долго. Это острый, если времени мало, можно быстро заточить, при этом совсем капельку более тупым сделав, если металл поближе к кромке снимать, а остального не трогать. У зубила надо всю плоскость снимать, если его тупой угол совсем в круглый валик превратить не хочешь.
Капитан тоже поскучнел. Наверняка знает, каково им придется, по рассказам conoscente scultore, жаловавшегося, наверное, на трудности высекания больших скульптур, а то и узорчатых фризов под крышами домов, или нет, и там, и там никто не мешает расположиться повыше, скорее, резки чего-то каменного под потолком… или там больше лепят, а не вырезают? Хм, а не потому ли это так, что лепить все же полегче?
Но инков не так просто было сбить с толку. Инститорис глубоко задумался, наверное, из Писания подходящие примеры подыскивая и об отсутствии иерихонских труб жалея. А впрочем, толку ему с тех труб – если донжон обрушить, та манящая ценность, что пострадает от протаскивания через часы, тем более разобьется!
– А снаружи? – первым догадался практичный Инститорис.
– Конечно-конечно, можно и снаружи лестницу сделать. Вдвое выше, чем внутри, зато ничего долбить не придется, и часы разбирать не надо. Предупреждаю, чтобы меня после этого не обвиняли – если строить снаружи, прочность лестницы нужно рассчитывать с запасом, потому как, пока строите, наверняка ветреные дни случатся. Они тут часто бывают. А здешний ветер, если уж такие горы перепрыгивает, разгоняется вниз по склону и бьет, как таран. Это не ээкацецек, а ээкакиаyитль! По-вашему называется бора. Думаете, зачем мне такие прочные стены понадобились? Для защиты от вас? Как бы не так! Вашего появления в Долине я вообще ожидать не мог! А, кстати, как вы пробрались?.. Понял-понял, можете ничего не говорить, по вашим лицам понял, со своими вопросами заткнулся, к делу вернулся. Если лестницу строить только в расчете, чтобы людей выдержала, бора ее сдует, как ценколотль! Как пачтли! Строить только из бревен! – Доктор перевел дыхание. – Ну и, понятно, лестница из бревен будет весить немало. Чем ниже, тем бревен понадобится больше, чтобы выдержали весь вес и не подломились. Вообще во всей лестнице очень много бревен. Весить много будут. Бревен еще больше понадобится… Могу попробовать рассчитать всю конструкцию, но пока даже не знаю вообще – она возможна или нет. Все-таки такие высокие деревянные башни строить почему-то ни у кого не получается… Тут, правда, будет опора на стену донжона, это, конечно, легче… Если бы не это, сразу можно было бы сказать, что не получится… Не знаю, не знаю, надо считать… Хотя, можете и без расчета построить. Только пусть солдаты готовятся мухами слетать с лестницы и ласточками нырять в башни, прочь со двора, при первом же потрескивании. Если такая вещь из бревен развалится, им конец. Пусть веревки, что ли, привяжут, чтоб свисали, по ним быстро соскользнуть можно. Ободранные даже до мяса ладони лучше раздавленной грудной клетки и проломленной головы. И пусть будут готовы кричать, чтоб все от окон отскакивали вглубь комнат. Если бревно в окно влетит, расплющит в лепешку, даже в панцире… Разбирать завал после этого долго придется. Из башен не выйдешь, двери будут завалены… Спускаться сверху, начинать разбирать с верхнего слоя бревен… Водой и едой надо надолго запастись, чтобы в запертых башнях от жажды и голода не умереть…
– Тут нужна не сила, а ум (спойлер – это из анекдота), – прервал его капитан. – Надо запустить uccello (птицу). К zampino (лапке) привязать filo (нитку). Она пролетит через ту colonnato и снова сядет. К filo привязать raddoppiato (сдвоенную) filo, протащить, привязать quattro (счеверённую) filo, к ней – funicella (бечёвку), к ней – fune (верёвку), к ней – cavo (канат). На cavo – scala di corda (верёвочную лестницу) – и мы там!
– Отлично соображаешь, сынок, – похвалил док. – Сразу видно опытного в штурмах крепостей кондотьера. Остается придумать всего две вещи. Как по той scala di corda тысячефунтовый гладкий шар из тлатайатля спускать, алмаза по-вашему, правильно? – Инки с тревогой переглянулись, с ненавистью обожгли взглядами дока – зачем же при всех?! – и с подозрением оглядывать лица солдат стали. – Оттого что он уже совсем не ту ценность из себя будет представлять, если на куски разобьется – продолжал док, обращаясь к капитану и тупо ничего не замечая. – А с такой высоты упав, сам понимаешь, и тлатайатль не уцелеет. Хоть ты со всего замка ткани собери и его замотай.
(Капитан явно собирался предложить именно такое решение задачи, даже рот открыл… В самом деле, что это док сам же подсказывает? Замотать, да, а тряпки привязать легко, это уже не гладкий круглый камень, да на веревке же и спустить… Но док не дал капитану ничего сказать).
А еще раньше – где взять такую buono, domestico (ручную) uccello. У тебя такая есть?
– Intrappolare или prendere nella rete, insegnare (поймать в силки, поймать в сеть, обучать)… – капитан не мог опомниться от образа гигантского алмаза.
– Флаг тебе в руки, сынок, барабан на шею, флейту в зубы, слона навстречу. Лови, обучай.
Бывшему моряку было стыдно своего испуга при виде дракона и хотелось отличиться. Он предложил привязать hilo (нитку) к flecha de ballesta (стреле арбалета). (Нитка оборвалась, а бечёвка не дала стреле долететь до донжона).
(Док взглянул на свои покои и кивнул. И отвернулся. Кому это он там? Мирей?)
Наконец, умному капитану пришла в голову правильная идея – тут нужна catapulta!
Еще десяток солдат снять со сбора пленных и поставить делать катапульту! Стали передавать по цепочке вопрос – кто умеет?..
(Марта тоже придумывает: можно воздушного змея запустить. Но, конечно, не подсказывает. Спойлер: вот зря инки с помощницами так).
(Проще всего было бы попросить Мирей веревочку спустить. Только подготовкой костра они её наверняка напугали).
А все-таки – почему у дока был довольный вид?..
(Док, называя очередной источник золота: комнаты всех девушек. Инки понимают, что оно уже у солдат и теперь не отобрать).
Решили спуститься с башни.
Предательство
Марта из Майнца о предательстве
Решение инков спуститься с башни было не то чтобы неверным – верного решения не существовало. Они все опоздали. Поскольку над замком появился еще один дракон.
(Наемники хватаются за арбалеты. Хотя не помогут. Хотя он меньше раза в два. И зеленый, но форма та же, как у помеси птицы с акулой).
Капитан в бешенстве обернулся к доку, снова поднимая меч.
– Che diavolo (что за чёрт)! Ты сказал, другого дракона нет, bugiardo (лжец)!
– Я говорил, что дракон только один в этом замке, – хладнокровно сказал док, – а этот дракон – из другого замка. И, в отличие от меня, ему нет дела до девушек. Храбрые наемники больше не смогут отсиживаться за из спинами. А до меня ему дело есть. Так что не советую.
Капитан остановился.
– Но тебе до них дело есть, и он это сообразит, – злобно зашипел Шпренгер, – значит, кампания не проиграна. Посмотрим, как он себя поведет, когда разглядит все как следует. А ты не вздумай ему что-то крикнуть. Заткните ему рот на всякий случай!
Док пожал плечами. Насчет отношения зеленого дракона к девушкам он блефовал. А кричать не собирался. Тот и впрямь должен был сам все сообразить…
И зеленый сообразил.
Юлия из Арраса о предательстве
Позднее выяснилось, что Мирей яму видела, намерения инков поняла, и сделать нечто полезное могла. И сделала, хотя не сразу догадалась, как. Я бы раньше догадалась позвать помощь, протрубив в немую трубу.