Похоже убили его там. Зампоопер хоть и невменяемый, но личный состав любил.
Рации во всех шести автомобилях зашипели… «Штурм!»
Картинно, с трёх сторон на заправку ворвались шесть машин из которых высыпала бритая братва в спортивных костюмах с волынами и короткоствольными автоматами. Ломанулись в двери.
– 3-
Картина мирного заседания деловых людей среднего звена. На столе стопка зелёных купюр, открытая бутылка коньяка, рюмки, нарезка колбас и сыра, пачка «Мальборо». За столом два человека. Заправщик и солидный мужик, лет за пятьдесят в дорогом спортивном костюме. Менты обоих за шкирки на улицу потащили. Солидный нашему оперу орёт,
– Скажи им!!! Скажи!!! Мы же деньги привезли!!! Не убивайте!!!
К следователю материал так и не попал. Можно сказать, что операция провалилась. Опера злые ходили. А зампоопер нет. Ему всё понравилось. Улыбался несколько дней. Тот, который деньги на «Волге» привёз, другом ему стал. А наш опер, который бандита исполнял, машину так и не заправил.
Справедливость в те времена каждый начинал понимать по-своему.
Зампоопер сегодня солидным бизнесменом стал, владеет большой недвижимостью. А опер спился.
Закон физики
Поскольку на дворе середина лета и воспринимать профессиональные посты скучно и неинтересно, то вот вам курортная история. Не совсем курортная, но летняя, немного любовная и от моря не далёкая.
Женился друг мой – прокурор на своей секретарше. Помимо того, что она здорово строчила, в том числе на машинке, папа её был директором крупного завода. Квартира недалеко от работы и всё такое. Семейная жизнь, практически удалась. За исключением того, что жена, хоть и молодая, но ревнивая. А может сказался статус перехода из подчинённых в жены. Короче спуску ему не было. С работы должен был приходить в восемнадцать часов шестнадцать минут. Именно пятнадцать минут пешком от работы домой было. Минута давалась на личные дела. Опоздание на пять минут каралось суточным скандалом. С участием мамы, разумеется. Я имею в виду тёщу. Ну тут случай классический. Папа жены, скрывался всё время на заводе. К скандалам дочери относился философски и был бесспорно на стороне зятя, утешая его тем, что у дочери мамин характер и он с этим жил двадцать лет. Только появление в семье зятя, дало ему возможность передышки. По- своему был зятю благодарен за переключение объекта.
И вот в середине лета выпадает редкая такая ситуация, когда вся семья может выехать на море. Полным составом. В подведомственный папе санаторий. Приятные хлопоты, сборы, телефонный звонок.
Ай-яй-яй! Молодого мужа отзывают на два дня на работу. Что-то там с возвратом дела на дополнительное расследование или нечто в этом роде. Не суть важно. Короче туда- сюда, поездку отложить нельзя. Там у папы уже встреча запланирована с директорами аналогичных заводов из России.
Договорились, что вся семья уедет сегодня, а отщепенец через день.
Таким образом на моего друга свалилась свобода. На полтора дня всего, но использовал он их сверхпродуктивно.
Поскольку дома жена знала каждую волосинку, то разврат был исключительно мобильным. Машина позволяла. Мерседес- W124. В ней он и оторвался. Ездить бухим тогда тоже было нельзя, но прокурорам можно. Ну и допился до того, что потерял техпаспорт. А выезжать нужно сегодня.
Вопрос вообще пустяковый, но поскольку ехать в Крым, а там другие регионы, то могли быть проблемы. Не большие, но всё равно не приятно. И супруга придумает свою версию этому происшествию. К примеру, пообещал какой-то проститутке жениться и в залог оставил техпаспорт. Там фантазия богатая.
Мы в одном кабинете сидели. Он со мной поделился этой ситуацией. Я успокоил. Главное говорю, чтобы в машине пробку от шампанского не нашли. Он аж пригнулся от испуга, но взял себя в руки и сказал, что всё выкинул и десять раз перепроверил. В том числе сообщил, что использованные презервативы выбрасывал из машины, на скорости, чтобы уж наверняка. Присел на дорожку, но не для того чтобы традицию соблюсти, а чтобы в сотый раз просчитать, где мог дать осечку. Уверился, что всё отлично и уехал.
Я о нём забыл, обоснованно полагая, что две недели я от него точно свободен.
Через день мне от него звонок. Придушенным тоном, очень быстро сказал, что на его машине ездил я, и отключился. Мобильники тогда только появились, были в дорогом дефиците и без полезной функции смс. Я понял, что какой-то косяк всплыл, информацию к сведению принял и снова забыл об этом, поскольку работы невпроворот.
Через две недели друг и напарник в кабинет заявился. Худой, не загорелый. Весь день молчал, а ровно в восемнадцать часов, как обычно, рабочее место покинул. Через двадцать минут вернулся с большим пакетом. Молча выставил на стол шаурму, бутылку коньяка и жаренного цыпленка. Зашёл ещё один наш товарищ. Сели выпили, закусили. В двух словах отпускник сообщил о том, что произошло. Сухо и сжато. В конце повествования должен был быть развод.
– 2-
Я тут вам ситуацию раскрою более литературно:
В радужном настроении друг мой въехал в Крым. Никто ни разу не остановил. На Чонгаре показал ксиву и направился к Феодосии, где его в нетерпении ждала ревнивая жена и новая семья.
Приехал, со всеми обнялся, с женой поцеловался, с коллегами папы- солидными директорами познакомился. Им был представлен, как молодой но перспективный помощник прокурора города Харькова. Жена часа два его подозревала, щурилась, губы поджимала, но за отсутствием явных улик, сдулась и приняла нормальный облик.
Стол, тосты, братания, весёлые истории на перебой. Друг мой косноязычен и заточен только на протокольный язык. Поэтому его застольная история заключалась в весёлой, по его мнению ситуации с утерей технического паспорта и проезда восьмисот километров без документов. И надо же, ни разу его ГАИшники не отановили и документы не проверили. В общем нормальная история со счастливым концом.
Но поскольку эта история на данном этапе была последняя между сменой блюд и переходом к «сладкому» столу, то один из директоров предположил, что технический паспорт вполне мог упасть между сидениями машины.
Остальные поддержали, что такие случаи не редки. Тут же организовали тотализатор, согласно которому, нашедшему технический паспорт- бутылка. Понятно, что в бутылке никто не нуждался, но азарт охватил.
Вся весёлая толпа направилась к машине. Четыре двери на распашку и с каждой стороны по нескольку поисковиков. Включая жену и тёщу. Поиски едва начались, а жена уже нашла.
Не совсем то что искали, но тоже вещь не менее значимую. В стихшем весёлом гомоне моему другу сразу нарисовалась опасность. Он с тестем как раз обсуждал какую-то житейскую чепуху и повернув голову в сторону машины и внезапно стихшей компании, едва смог поймать ритм собственного сердца.
В окружении директоров стояла любимая ранее секретарша и двумя пальцами держала на вытянутой руке презерватив. Использованный. Длинненький такой. Безобидный, как шарик Вини-Пуха.
Друг сразу всё понял, вспомнил физику и вихревые потоки, согласно с принципами которых, выброшенный в переднее окно презерватив влетел в открытое заднее и там затаился. Эти знания не помешали ему немедленно сказать, что машину брал его напарник, т.е. я. Ну хули, прокурор. Выкрутился.
Ему сразу поверили директора заводов и немного поколебавшись, тесть. Больше никто. Две недели он ездил с тестем и его гостями на рыбалку, а спал на коврике у входа.
Рассказав нам лирическую трагедию, друг мой допил коньяк и сказал, что ему пора домой. Поскольку он был не харьковский, то я поинтересовался, где он теперь живёт. Он ответил, что дома. Жена его ждёт. Собрался и ушел. С женой живут до сегодняшнего дня душа в душу. Хотя видятся редко.
Могут меня упрекнуть, что это у меня третья история про презерватив, но поверьте на слово, про истории с презервативами писать позитивнее, чем про истории с гандонами, которых у меня гораздо больше.
Армянский вопрос
СССР ещё дышал. Уже через раз, но нам этого дыхания хватало. Командировочные выплачивали, зарплату давали регулярно. События развивались лавинообразно, а до ГКЧП оставалось четыре месяца.
УПК никто не отменял, и римский принцип сбора доказательств имел место быть. Нынче это географически дико звучит для молодёжной сборной, именуемой по ошибке полицией, но тогда следствие велось по месту совершения последнего преступления. Украл, скажем, гастролёр в Саратове видеомагнитофон, продал его в Сочи, на вырученные деньги полетел катать в карты в Нарьян-Мар, украл там ещё чего и уехал в Харьков к марухе. В Харькове пырнул ножиком предыдущего её ухажёра и попался. А следаку собирать все этапы большого пути этого фармазона по всему Союзу.
Всё это было в порядке вещей, и «Отдельные поручения» порхали по СССР. В некоторых случаях приходилось лично выезжать для проведения следственных действий в разные тмутаракани, и тогда родной Харьков казался центром мироздания и культуры. В последний год существования Союза народ сошёл с ума. Никто ничего не понял, но зачатки капитализма набирали обороты: появилась Турция, Польша, свитера, джинсы, видеомагнитофоны, иномарки и в прямой к ним пропорции – бандиты.
Кавказ, как обычно, впереди планеты всей. Карабахский конфликт и Спитакское землетрясение катализировало выброс части криминализирующих армян на европейскую территорию СССР. Харьков – по пути. Два пацана заехали в несколько квартир в Киевском районе, прибарахлились и попались, как обычно, во время расслабления с начинающими проститутками. По сути, квартирные кражи к разряду особо сложных дел не относились. Допрос, выводка, экспертиза, обыск, арест на имущество – и в суд. Собственно, и в этом случае ничего особенного, за исключением двух последних пунктов. Обыск, как и арест на имущество нужно было проводить по месту их жительства.
В командировку со мной должен был ехать опер. Поднимаюсь к ним на третий этаж. Начальник розыска впопыхах отдал самого нужного. Забегая вперёд, скажу, что это вообще самый весёлый милиционер тогдашнего СССР и впоследствии – ого-го! – какой весёлый начальник. Но тогда он был всего лишь инспектором отдела по делам несовершеннолетних. Или (если он это прочтёт) начальник. Да, точно начальник. Так вот, надо ехать.
Из Харькова есть прямой рейс в Ереван, но билетов нет. Не то, чтобы на ближайшую дату, а вообще нет. Самолёты летают полные, но билеты на них формируются и реализуются где-то внутри армянской диаспоры, и посторонним туда не проникнуть. Ментам в том числе.
Линейное отделение на транспорте устроило нас прямо в кабину к пилотам ТУ-134. В кабине слева багажный отсек, справа – приставное сиденье штурмана, впереди – два кресла пилотов. Где-то ещё должна быть стюардесса, но я не помню.
Поскольку в Армении вовсю шла репетиция гражданской войны, мы взяли с собою по табельному пистолету. В кабине сдали их командиру корабля. Он положил их в багажный отсек в какую-то сумку с бортовой аптечкой. Нас посадили тут же. Пока взлетали, мы вытащили пистолеты из сумки и сунули за пояс. Формальности выполнены, взлетели.
Штурману скучно, он рассказывает нам о том, какой прекрасный город Камо, куда мы должны приехать. Говорит, там есть Озеро Севан, а в нём рыба очень вкусная, Сиг называется. Вы её обязательно попробуйте. В общем, всю дорогу удивлял нас рассказами об армянском гостеприимстве.
Из аэропорта на раздолбанном ПАЗике мимо озера Севан, прямо в Камо. Вышли. Это сейчас, чтобы на войну попасть, нужно от Харькова на 130 км отъехать. А тогда это всё дико было. Вообще дико. СССР же был. Республики, блядь, братские. Стоим, а мимо нас на КРАЗе везут обломки вертолёта. Медленно так везут. Вроде похоронной процессии. Следом идёт толпа граждан с двустволками, автоматами, вилами, граблями и прочим инвентарём, необходимым в региональных конфликтах.
Машины, преимущественно «Нивы», все до одной выкрашены камуфляжной краской. Пятнистые тобишь. «Шестёрки» тоже размалёваны по-военному. Волги чёрные, без всяких воинственных граффити. Мы себя по пистолетам лапнули и в горотдел зашагали. Отдаю должное, дома все частные. И все красивые или сгоревшие. Горотдел из розового туфа.
Зашли к начальнику милиции, показали документы, на которые он глянул только мельком: «Э, слушай, зачем ты мне эти бумажки показываешь, я вам что, не верю?» Спросил, как долетели. Ответили, что здорово, и рассказали про штурмана и рыбу Сиг. Начальник посмеялся. Тут же выпили и закусили. Образ собирателя кавказских былин Шурика замаячил между шкафом и столом начальника.
Особо долго не пили. Не позже, чем через час к нам приставили начальника следствия и замначальника уголовного розыска. На подхвате был водитель дежурной части. Он же её начальник и вообще самый главный в милиции Камо, поскольку все вопросы замыкались на нём. Эдакий милиционер Грищенко из «Зеленого фургона», только гостеприимнее и с неисчерпаемыми полномочиями. Немного позже я узнал, что Камо – город ресторанов. А в первый день мы обошли только три… или пять. Провал в памяти оправдан. У людей война, и они наперебой рассказывают о своих подвигах. Тот же вертолёт сбили со стороны Азербайджана какой-то противопогодной ракетой, а они его отбили, поубивали тех, кто его сбил, и теперь возят по городу в агитационных целях.