– Нет, с чего вы взяли, господин?! – стал возмущаться парень.
Я покрутил пальцем возле своего лица.
– Вот эта вот помада на твоём лице говорит об этом, – усмехнулся я. Парень засмущался и стал вытирать лицо. – Глеб, дружище, скажи, зачем ты отправился со мной? У тебя есть девушка, вы любите друг друга. А там есть большая вероятность сложить голову.
Глеб поднял голову и посмотрел на меня.
– Я должен доказать, что я мужчина, – гордо заявил он. Я посмотрел в его глаза, там играли искры молодого вина из трактира.
– Глеб, я серьезно спрашиваю, – повторил я.
– Мои родители давно умерли, – как-то издалека начал парень. – Я остался сиротой и, скорее всего, сгинул бы от голода, но меня забрала к себе троюродная тётка, Элеонора, она очень добрая, – Глеб тяжело вздохнул. – Элеонора давно работает у вас в замке, её там все знают. Она меня и пристроила, сначала в конюшне работал, потом стал на вас работать. У Элеоноры своих две дочери, да ещё за мной приглядывать, вот я и решил отправиться с вами. Надеюсь, не пропадём, – многозначительно посмотрел он на меня.
– В мои планы не входило, по крайней мере, – уточнил я. – Мне будет нужна твоя помощь, мне надо вспомнить как можно больше, а что не вспомню, тому научиться, – я перевёл взгляд с парня куда-то вдаль.
– Я так понимаю, вы не помните эту девушку в трактире? – Глеб разорвал тишину.
– Не совсем. Помню, что у нас что-то было, и всё, – не стал вдаваться в подробности я.
– Говорят, она дочь какого-то барона, но это слухи, она приезжая, не местная, её никто не знает. Я подробности не знаю, но вы часто к ней заходили, – слегка засмущался парень.
Телега перед нами резко остановилась. Мы с Глебом переглянулись и поехали вперёд. Посреди дороги лежала мертвая лошадь.
– Это засада, – прокричал я. – Глеб, в телегу, охраняешь груз.
С обеих сторон дороги посыпались стрелы, били явно для острастки и напугать добрых путников. Я и не заметил, как Стефан залез под телегу. Правильно сделал, боец из него всё равно не очень, а вот мешаться будет сто процентов. Я вытащил свои мечи и ждал нападения, всё стихло, никто не появлялся, я прокатился вокруг повозки – никого.
– Глеб, – позвал я парня, – где твоя веревка?
– Вот, господин.
Парень был немного взволнован и напряжен.
– Почему ты не надел щит и не достал своё оружие? – гневно спросил я.
– Так, это, стихло же, – заикаясь, ответил он.
– А если бы не стихло? – не унимался я. – Думаешь, грабители станут ждать, пока ты приготовишься?
Глеб понуро опустил голову.
– Виноват, господин, – промычал он.
Я завязал петлю на конце веревки и ловко по-ковбойски накинул мертвой лошади на ногу.
– На, держи.
Я протянул второй конец веревки парню. Тот смотрел то на меня, то на верёвку, то на лошадь, не в силах понять, что от него требуется.
– Зачем? – всё же спросил он.
– Лошадь с дороги убрать, зачем-зачем. Повозка как проедет?
– А-а-а-а, понял, – спохватился парень. И стал тянуть остывший труп лошадки. Послышался хруст в кустах, и на дорогу выскочило пять человек. Пока я отвлекся, они успели подобраться к самой бровке, или, может, они там и сидели, тогда как они стреляли из луков с трёх метров? Скорее всего, пока я отвлекся на лошадь, они прибежали сюда, поэтому всё и стихло, в это же время с другой стороны появились еще пять человек, одеты в грязное рванье, оружие старое, помятое, в общем говоря, горе-грабители.
– Отдавай золото, мил человек, а то башка с плеч, – громко выкрикнул один из нападавших. Они окружили меня со всех сторон, выставив свои мечи впереди себя. В глазах у меня слегка потемнело, мир окрасился в серый цвет, лица грабителей я уже не различал, они были все как один, только силуэты, я взмахнул своими мечами и начал свой танец смерти. Движения были плавные, слегка замедленные. Я видел, как отлетает в сторону чья-то голова, брызги серой массы летят в разные стороны, ещё один оборот – всё, конь победно встаёт на дыбы и издает громкое ржание, всё кончено, они не продержались и минуты. Мир снова стал обретать привычные мне очертания, запахи, кровь кипела в моих венах, адреналин в крови зашкаливал, лошадь фыркала. Я выдохнул и вложил мечи себе за спину. Под ногами что-то противно чавкало. Я опустил голову посмотреть на землю, фу, меня чуть не стошнило, там лежали изрубленные на куски тела нападавших, зрелище не из приятных. Я повернулся к Глебу, тот стоял на месте, открыв рот, и не моргал.
– Глеб, – громко позвал я парня.
– А, я, это… – начал подавать признаки жизни парнишка.
– Рот закрой, мухи налетят, – добавил я.
Из-под телеги вылез Стефан, весь в пыли. Похлопав себя по одежде, стряхнул, что можно было стряхнуть, уставился на меня круглыми ошалелыми глазами.
– Лихо вы их, милорд, – тихим голосом буркнул он и полез на свое место возничего. Дернув поводья, Стефан стал заворачивать телегу к обочине, Глеб за это время успел немного сдвинуть бедную лошадку и освободить проезд. Я достал флягу, которую мне принесла девушка в трактире, открыл крышку и сделал пару глотков, вино растекалось по венам, успокаивая разыгравшуюся кровь. Подъехал Глеб, я протянул ему флягу, тот слегка подрагивающей рукой принял сосуд с божественным напитком и сделал глоток, сморщился и вернул мне флягу, я протянул её Стефану, но тот замотал головой.
– Спасибо, милорд.
Я пожал плечами и глотнул еще раз.
– Ну что, господа, продолжим путь, оплакивать бандитов, я думаю, нет желания?!
Глеб согласно кивнул, Стефан, дернув поводья, поехал вдоль края дороги, объезжая лежащую лошадь.
Мы с Глебом поехали вслед за повозкой.
– Это нам ещё повезло, что они стреляли не на поражение, – начал я. – Так бы могло всё печально закончиться для нас. Видимо, боялись задеть лошадей, попортить товар, – улыбнулся я. – Глеб, ты мне так и не ответил про девушку в трактире, – повернулся я к парню.
Тот слегка засмущался.
– Мы с ней раньше ходили в одну школу, потом она уехала к матери в другое графство, мать умерла, и вот она снова вернулась к отцу.
– Этот толстый мужик за барной стойкой – её отец?
– Нет, конечно, – возмутился парень. – Отец у неё – выпивоха и бродяга, ей пришлось идти работать, чтобы хватало на жизнь, а отец ещё, бывает, у нее деньги забирает на выпивку, – Глеб со злости стукнул кулаком себе по коленке. – Эх, всыпать бы ему хорошенько. Я помогаю ей всем чем могу, мы дружим давно с ней, но сегодня она поцеловала меня в первый раз, я не знал, что она влюблена в меня, думал, у нас только дружба, – парень шмыгнул носом и повесил голову.
– Так, может, ты, это, того, вернёшься обратно? Проводите меня и со Стефаном возвращайтесь?
– Нет уж, я с вами до конца, надо было ей раньше думать, – как-то зло ответил Глеб.
– Ну, хватит, не кипятись, – успокаивал я его. – Караван мы, наверно, уже не догоним, может, остановимся до утра, а то гляди опять напоремся на душегубов, а поутру отправимся вслед за ними, авось и догоним?! – обратился я к парню.
– Господин, вы главный, вам и решать, когда спать, когда идти, – усмехнулся Глеб.
– Пойду у Стефана спрошу, нет ли тут какой стоянки поблизости.
Я поскакал вперед обоза. Обогнав его на полкорпуса, свистнул, показывая рукой притормозить. Стефан сбавил скорость, я подъехал вплотную к тому месту, где он сидит.