– Самое главное в этой игре – уметь правильно стоять и бить по шару, – сказал Артем, – остальное приложится. Ты мне доверяешь?
– Да, – сказала я, не слишком понимая, что он собирается делать.
– Хорошо, тогда… – он наклонился и обхватил мою левую ногу, устанавливая ее в правильное положение. Затем то же самое он проделал с правой, немного задержавшись в районе моего бедра.
– Кий возьми в правую руку, – продолжал Артем, – немного отступи от края, вот так…теперь плотно обхвати его пальцами.
У меня сбилось дыхание. Ого! Игра в бильярд захватывает куда сильнее, чем я думала!
Из большого и указательного пальцев моей левой руки Артем соорудил нечто вроде лузы, по которой проходил кий, и стал учить меня ударять по шару.
– Не зажимай слишком сильно, – прошептал Артем, вгоняя меня в краску, – он должен свободно двигаться в твоей руке, вот так – вперед-назад…чувствуешь?
– Да, – чуть слышно прошептала я.
Все оказалось не так трудно, как казалось на первый взгляд – я даже забила несколько шаров. Однако, стоило мне пройти к другой стороне стола, как я начисто забывала о правильной позиции. На самом деле, я и не старалась ее запомнить, ведь тогда Артем не смог бы подойти и снова прикоснуться ко мне. Я сгорала от стыда, и в то же время чувствовала дикое возбуждение, представляя, какой вид открывается Артему: я, нагнувшаяся над столом, выгнувшая спину и раскрасневшаяся; грудь больше, чем я бы того пожелала, видна в вырезе футболки.
Ох, ничего себе…
Папа как в воду глядел: все развивается слишком стремительно. Я не уверена, что готова к этому, но у меня нет сил все прекратить.
– Я думаю, хватит на сегодня, – улыбнулся Артем, – иначе ты сведешь меня с ума.
«Кто кого сведет с ума – большой вопрос», – подумала я, осторожно кладя кий на стол, покрытый зеленым сукном.
– У меня есть еще один сюрприз для тебя, – сказал Артем, – я хотел дождаться темноты.
Мы поднялись еще на два этажа, и Артем, к моему удивлению, остановился прямо на лестничном пролете, у окна, занавешенного тяжелыми пыльными шторами.
– Посмотри сюда, – позвал Артем, отодвигая ткань.
Я взглянула в окно и не смогла сдержать возглас восхищения: отсюда была видна вся площадь и широкая дорога к набережной, освещенная золотистым светом фонарей. Сегодня днем прошел дождь, и свет причудливо отражался в лужах, сверкая и переливаясь.
– Это прекрасно, – прошептала я. В глазах у меня стояли слезы, – какая красота…
– Да, – сказал Артем, глядя на меня, – это правда.
Выйдя на улицу, мы устроились на скамейке и долго болтали, выражая недовольство по поводу грядущего понедельника. Артем усадил меня к себе на колени и стал целовать так, как не целовал раньше: страстно и требовательно. Проходившие мимо люди с неодобрением поглядывали на нас, но мне было все равно. Даже когда руки Артема скользнули под мою футболку, я только сильнее прижалась к нему, отвечая на поцелуй. Остатки моего благоразумия таяли на глазах.
* * *
Мне было так неловко, что я не знала, куда прятать взгляд. Белая кованая кровать с витиеватым рисунком у изголовья уже не казалась мне красивой: она вызывала лишь страх и чувство беспомощности.
– Даша, извини меня, – Артем притянул меня к себе и поцеловал, – не расстраивайся. Я просто осел.
– Нет, – я заплакала, хотя очень старалась сдержаться, – ты и ужин для меня приготовил, и цветы, и…а я…
Отец Артема ложился на обследование в Москве, жена поехала вместе с ним. Конечно, я понимала, что означает приглашение Артема провести ночь в его доме, тщательно собиралась, надела свое самое красивое белье. Мне казалось, что я готова, но в последний момент на меня накатила такая паника, что я просто не смогла справиться с ней.
– Тш-ш, успокойся, – Артем расчесывал пальцами мои волосы, – просто ты не готова, да?
Я кивнула и расплакалась еще сильнее.
– Даша, ну ты что? Ты думаешь, мне только секс от тебя нужен?
Я не ответила, потому что именно так в глубине души и думала. Мы встречаемся два месяца: ясно, что он с нетерпением ожидал сегодняшней ночи. Мне уже девятнадцать лет, как-никак; любая девчонка с радостью бы заняла сейчас мое место. А я ломаюсь. Ну почему, почему так?
– Наверное, я п-просто…– я всхлипнула, – некомфортно чувствую себя в чужом доме. Я у тебя всего пару раз б-была, и…я сама не знаю. Извини, пожалуйста.
– Ну-у, все! Вселенский потоп! – усмехнулся Артем, – ты соседей снизу зальешь! Даш, давай я тебе кое-что объясню, ладно?
Я кивнула.
Артем уселся напротив меня, подобрав под себя ноги. Он был очень серьезен, и я невольно подалась вперед, готовая ловить каждое его слово.
– Если честно, я не самый хороший парень, – Артем развел руками, – я скорее мальчик-плохиш, из тех, кто в детстве подкладывает кнопки учителям и дергает девочек за косички.
Я хихикнула.
– Даже повзрослев, я недалеко ушел от этого образа, – продолжал Артем, – хорошие девушки это чувствуют и сторонятся меня, а те, что вешаются на шею, не слишком нравятся мне самому.
Я слушала, затаив дыхание. Ему не нравятся «модели»?
– Ты такая чистая и добрая, – Артем провел ладонью по моей щеке, – ласковая. Ты не должна пытаться удержать меня, это я должен бояться тебя потерять.
– Но…
– Мне хочется все-все для тебя сделать. Просто я не сдержался: ты как самый вкусный фрукт, который мне не терпится съесть!
Он резко наклонился и поцеловал меня в губы.
– Но я могу подождать. И знаешь почему?
– Почему? – всхлипнула я.
– Потому, что мне никто, кроме тебя, не нужен. Ты самое лучшее, что со мной случалось в жизни.
Я широко открыла глаза. Кажется, он говорит серьезно. Неужели?
– Когда мы начали встречаться, – продолжал Артем, – я уже принял для себя одно решение, и в дальнейшем оно лишь крепло. И, раз уж все получается шиворот-навыворот, я скажу тебе сейчас.
Любопытство победило слезы, и я уставилась на Артема.
– Какое решение?
– Закрой глаза. Это сюрприз.
Я подчинилась. Артем взял мою руку, которой я бездумно водила по шелковым простыням, и вложил в нее какой-то маленький предмет.