Мы рассмеялись.
– Слушай, – прищурился Богданов, – а пойдем ко мне в гости? Мама твой любимый пирог испекла.
Я грустно улыбнулась. Пироги теперь всегда будут напоминать мне бабушку, которая умерла чуть больше года назад. Она всю жизнь была доброй и скромной, и ушла также тихо, во сне. Больше не было привычных поездок на дачу, и с двоюродными сестрами я теперь общалась редко. Моим единственным настоящим другом стал Богданов.
– Пойдем, – согласилась я, спрыгивая с нижней ветки, – кто последний до того дерева – тот тухлое яйцо!
* * *
Войдя в комнату Богданова, я невольно подумала, что обозналась: всегда аккуратно убранная, сейчас она представляла собой настоящую катастрофу – даже у меня никогда не было такого бардака.
– Дашка, не бойся, проходи. Это всего лишь корабль.
Корабль? Я внимательнее присмотрелась к груде всевозможных вещиц на полу. Действительно, в центре расстеленных тут и там газет стояла лодка длиной от кончиков пальцев рук до локтя. Заинтересованная, я тут же уселась на корточки между двумя журналами «Моделист-конструктор» и потянулась к ней.
– Эй! – предостерегающе шикнул Богданов, – осторожнее! Ты как слон в посудной лавке!
– Сам ты слон, – парировала я, – что, нельзя даже посмотреть?
– Посмотреть-то, как раз можно, но тебе ведь непременно нужно все потрогать!
– Ладно тебе, – я кончиком пальца провела по корпусу, – я осторожно. Это будет парусник, да?
– Нет уж, – фыркнул Богданов, – ракетный катер.
– Раке-е-тный, – протянула я, – а где же ракеты?
– Ну ты даешь, – Богданов закатил глаза. Видимо, он считал меня непроходимой тупицей, – еще и надстройки-то нет.
– Ясно.
«Как будто я знаю, что это такое».
– Пойдем смотреть телек? – предложил Богданов.
– Еще чего! – я поудобнее устроилась на газете, – какой может быть телек, когда тут такое! Я даже не знала, что ты строишь корабли.
– Я мечтаю, когда вырасту, строить корабли, – поправил Андрей, устраиваясь рядом со мной, – а пока просто делаю модели.
– Ух, ты! –не удержавшись, я все-таки схватила заготовку и внимательно осмотрела ее внутренности, – этот катер что, на радиоуправлении?
– Да.
– Круто!
– Спасибо, – Богданов как будто смутился, – не знал, что тебе это будет интересно.
– Шутишь! Это куда лучше всяких девчачьих игр. Но… – я оглядела пол в поисках листов фанеры, – ты что, делаешь модель из картона?
– Ага.
– Он же размокнет, и конец твоему кораблю.
Богданов усмехнулся.
– Ох, Дашка, – он легонько щелкнул меня по носу, – ну, наверное, раз я хожу в судомодельный кружок, то знаю, что нужно делать.
Я насупилась. Сама я ни в какие кружки не ходила, а у моего друга, оказывается, есть свои интересы помимо меня.
– Ты чего надулась?
– Ничего, – я и впрямь выпятила губы и сложила руки на груди. Но происходящее было слишком интересно, чтобы обижаться, – как может плавать картонный корабль?
– Смотри сюда, – Богданов отодвинул ящик с инструментами, за которым стояла банка с какой-то жидкостью, – это олифа. Если картон покрыть ею, он больше не будет пропускать воду.
– Класс! – у меня загорелись глаза. И почему мальчишкам всегда достается все самое интересное? – можно, я тебе помогу все доделать?
– Э… – Андрей явно колебался, – даже не знаю. Лучше не стоит.
– Да ладно тебе! – я сложила ладони, как в молитве, – я ничего не испорчу, честно! Буду осторожна, как…ты.
– Ну, хорошо, – сжалился Андрей, – будешь вырезать детали из картона, а потом можешь помочь их склеивать.
– А это для чего? – я покрутила в руках моток проволоки.
– Для лееров, – Богданов поймал мой растерянный взгляд и объяснил, – это такие ограждения на корабле.
– Вот, их-то я и буду делать!
– Дашка, не прыгай туда-сюда, ты сейчас точно что-нибудь раздавишь! – Андрей покачал головой, – ты почему такая шустрая?
– А ты почему скучный, как вождь индейцев? – я сделала каменное лицо и уставилась в одну точку. Богданов не выдержал и рассмеялся.
– Чтобы делать леера, нужны слесарные навыки, – безапелляционно заявил он, отбирая у меня проволоку, – так что извини-подвинься.
– Дай сюда картонку! – я ткнула Богданова локтем в бок, – может, я и не слесарь, но вырезаю уж точно аккуратнее тебя.
– Поспорим?
– Давай.
Несмотря на то, что спор я все-таки проиграла, я была очень довольна результатом. Мы с Богдановым работали над моделью до темноты, но это того стоило: капитанский мостик, локаторы на мачте и, конечно, пусковые ракетные установки, – все было как настоящее, только крошечного размера.
– Даша, тебе пора домой, а то мама будет ругаться! – в комнату заглянула Зинаида Петровна, мама Богданова, и всплеснула руками, – Андрюш, ну зачем ты навязываешь Даше свои корабли, она же девочка!
– Я сама попросила, – улыбнулась я, – красиво получилось, правда?
Я хвасталась так, словно сама спроектировала катер.