Демьян наблюдал за мной молча. Теперь, когда халат его вовсе распахнулся, я видела тёмные колечки шелковистых волос на его груди, твёрдый живот с убегающей вниз дорожкой… Стоило мне опустить взгляд, я забыла, как дышать. Белья на Демьяне не было, но его это не смущало. Так и не спустив второй рукав, я замерла.
– Быстрее, – приказал он, и я, встрепенувшись, потянула вниз платье.
Бесформенной тряпкой оно упало к ногам. Одну за другой я сняла туфли, стараясь, чтобы в этом было подобие эротики. Наши взгляды встретились, и вдруг… Вдруг я поняла, что ему это не нужно. Все мои попытки изобразить хоть что-то не имеют смысла. Для него, пресыщенного жизнью, всё это – вызывающая скуку мишура.
Грудь моя приподнялась и опала со вздохом, пальцами я дотронулась до висящего на шее кулона. Демьян проследил за этим движением. Оно, казалось, вызвало в нём куда больше интереса, чем мой неуклюжий стриптиз и попытки казаться сексуальнее, чем я есть на самом деле.
– У тебя красивое тело, – удовлетворённо проговорил он, осмотрев меня. – Закончи с одеждой.
Быстро я расстегнула лифчик и позволила ему, так же, как и платью, упасть к ногам. Один за другим скатала чулки, стараясь больше не смотреть на стоящего рядом со мной мужчину, ибо понимала, что не смогу. Не смогу ровно дышать, не смогу справиться с дрожью в пальцах.
– Это оставь, – сказал он, когда я коснулась трусиков.
Он оказался около меня прежде, чем я успела переступить через одежду. Ладонь его опустилась на моё бедро, и меня будто ошпарило. Незнакомый запах, незнакомый жар…
– Боишься? – шёпот прокрался в сознание. – Тогда зачем пришла?
Я чувствовала себя так, будто выпила лишнего. Понимала происходящее и одновременно не понимала этого. Слышала голос, слова, знала, что говорю, но всё казалось нереальным.
– Не боюсь, – выдохнула, прижимаясь к нему, и провела кончиками пальцев по его напряжённому животу.
Огонь, что горел в его глазах, вспыхнул так ярко, что меня опалило. Я чувствовала огромный твёрдый член, и думать боялась, что будет, когда он возьмёт меня. Если даже во время секса с мужем мне было неприятно, то с ним…
Уголок его рта чуть заметно дёрнулся. Обхватив мою ягодицу, он с шумным выдохом сжал её и, не успела я ничего сказать, не успела коснуться его, толкнул меня на кровать. Я упала на бедро, приподнялась на локте и уставилась на него, надвигающегося на меня грозной чёрной тучей, огромным диким зверем, в чьё логово я неосторожно забрела.
– Учти, девочка, – глухо проговорил он, – ты сама пришла.
Халат его оказался на полу, и я подалась назад. Абсолютно нагой, он напоминал древнего воина – жёсткого, совершенного своей воинственной силой. Мускулы перекатывались под бронзовой кожей, исходящая от него мужская энергия сковывала по рукам и ногам. Колено его вжалось в матрас возле моей ноги. Схватив за плечо, он перевернул меня на спину, и я, шумно дыша, посмотрела на него. Что я должна была? Что?! С трудом вспомнив минувший вечер, я коснулась лица Демьяна. Почувствовала его колючую щетину, тепло кожи.
– Сегодня я не настроен на это, – он перехватил мою руку, затем вторую и, рывком подтянув меня вверх, пригвоздил оба запястья к постели.
Я ощутила только, как пушинкой проскользила по гладкой простыне, а следом… Накрыв меня собой, он впился в мой рот. Не давая мне ни секунды, Демьян проник в меня языком – жадно, обжигая собой. Тяжесть его тела была незнакомой, странной. И снова это чувство реальности и нереальности…
Я попыталась высвободить руки, но он только крепче сжал их, вталкивая язык. Глубоко, так, что я даже вдохнуть не могла. Брал меня уже так, словно свою собственность, словно я принадлежала ему, была чем-то, на что он имел право.
На краю сознания мелькнула мысль о том, что, придя сюда, я действительно дала ему подобное право – право на собственное тело, так точно. Хорошая девочка… Я должна быть хорошей девочкой.
Пытаясь отвечать ему, я тронула его язык своим, чуть подалась навстречу.
– Ты мне сразу понравилась, – шумно дыша, просипел Демьян. Хватка на запястьях немного ослабла, и я смогла высвободить одну руку.
Положила её ему на грудь, провела до плеча, обхватила за шею. Глаза его горели, чёрные зрачки поглотили радужку, и мне казалось, что я вижу в этих самых зрачках своё отражение. Непривычное, незнакомое до этого момента чувство охватило меня, вспыхнуло внутри, пугая неведанной силой.
– Я знаю, – шепнула первое, что пришло в голову.
Чувствовала, как напряжены его плечи, чувствовала его горячее дыхание. Он упёрся ладонями по обе стороны от моей головы и склонился так низко, что между нашими лицами осталось не больше сантиметра. Дразня, поддел мои губы. Я подалась навстречу, но он тут же отстранился. С нажимом провёл по моему боку, крепко сжал бедро и отвёл ногу в сторону.
– Ай! – вскрикнула я, чувствуя, как он ворвался в меня пальцами. Глубоко, резко.
С губ слетел болезненный выдох, внутри всё сжалось. Демьян неотрывно смотрел на меня, мне в лицо. Первые резкие движения сменились медленными. Разведя пальцы в стороны, он натянул мою плоть и, нагнувшись, прижался губами к шее.
Я почувствовала, как язык его скользит по коже, быстрые поцелуи к мочке уха. Обхватив губами серёжку, он стал посасывать её, поглаживая меня внутри. Прикосновения его были… другими. Просто другими, не похожими на те, что я знала раньше, и то самое незнакомое вдруг снова встревожило меня. Прислушиваясь к себе, я закрыла глаза.
– М-м-м… – застонала, стоило ему снова вогнать пальцы до упора. К боли примешалось странное удовольствие… Низ живота заныл желанием, которого я не испытывала уже очень давно, и я против воли выдохнула – горячо и протяжно.
Кончиками пальцев провела по шее Демьяна, коснулась его волос и выгнулась, подаваясь навстречу его пальцам. Быть хорошей девочкой… хорошей.
– Шлюха, – шепнул он, целуя меня за ушком. – Вы, бабы, все шлюхи. Но… – я почувствовала его усмешку. – Тебя я действительно хочу.
От слов его я задрожала, и даже дрожь эта была неправильной, непонятной мне. Узел желания, что поначалу был едва ощутимым, свернулся сильнее, из горла моего вырвался тихий, похожий на всхлип выдох. Я приподняла бёдра, подаваясь к пальцам Демьяна, запустила свои в его густые волосы и потянула на себя. Его губы на моих… Пожирающий, наполненный огнём поцелуй. Язык его ворвался в меня, и я опять потеряла право на всё, даже на глоток воздуха. Гладила его волосы и просто подчинялась. Губы болели, я задыхалась, чувствовала только ускоряющиеся движения его руки, его нарастающее напряжение.
– Да… – рыкнул он, чуть ослабив натиск. Подхватил мою нижнюю губу, прикусил и тут же лизнул.
Погладил меня внутри и, убрав руку, провёл по складкам плоти. Нашёл клитор и, поласкав подушечкой большого пальца, надавил.
– О, Боже! – я судорожно втянула воздух. Что-то острое пронзило меня, скрутило низ живота спиралью, отозвалось в груди, ускорило пульс.
Несколько раз я быстро схватила воздух и, подняв веки, наткнулась на взгляд нависающего надо мной мужчины. Другого мужчины, не Эдуарда… Черты лица его были жёсткими, подбородок твёрдым. Острое желание коснуться его скул было безотчётным, и я подчинилась ему. Жёсткая щетина, и снова его пальцы на запястье…
Откинув мою руку, он обхватил мой затылок и приблизил лицо к своему. Пальцами второй провёл по губам, и я почувствовала собственную влагу. Собственный вкус во рту. Смотрела на него, а он трогал мои губы, мой язык.
– Ты же знаешь, что делать, – палец его заскользил меж моих губ, и я, обхватив, стала посасывать. Опустила было веки, но Демьян покачал головой. – Смотри на меня.
Я смотрела. Смотрела и чувствовала себя так, словно босая танцевала на раскалённых углях. Как он делал это со мной, я не знала, но кожа моя стала такой чувствительной, что даже прикосновение постельного белья заставляло меня изнывать.
– Дарина… – Демьян убрал палец, погладил меня по губе и снова вогнал его мне в рот, смотря прямо в глаза. – Красивое имя для красивой шлюхи…
Палец глубже, словно бы он трахал меня им в рот. Словно бы я была портовой девкой, готовой лечь в койку за пару зелёных бумажек…
– Да-ри-на, – сипло, на выдохе. Палец до упора. Кончиком он поддел мой язык и, убрав руку, взял меня за подбородок. Склонился и втянул запах возле моего виска. – Да-ри-на…
Его глухой рык пробрался прямо в сознание, заставив меня задрожать. Я окончательно перестала понимать происходящее, перестала понимать, что со мной за мужчина. Не просто всемогущий, способный подчинить себе любого. Нет… Он был древним божеством. Одним из таких, которым несчастные крестьяне приносили жертву, чтобы заслужить милость.
Крепко держа мою голову, он потёрся носом о щёку и снова припал ко рту. Извиваясь под ним, я раскрыла бёдра, обняла его. Чувствовала, как упирается в меня его член через ткань влажных трусиков, гладила его и смутно понимала, что хочу… Хочу этого. Что, если бы у меня сейчас была возможность уйти, я бы…
Грубо он прихватил мою губу, заставляя меня вскрикнуть. Я ощутила во рту вкус собственной крови, зубы наши стукнулись друг о друга. Поцеловав стремительно, несдержанно, Демьян отшвырнул меня на постель и, приподнявшись, рывком перевернул на живот.
Я приподнялась на локтях, но он грубо толкнул меня обратно.
– Лежать, – ткань трусиков жалобно затрещала под его пальцами, и мне вдруг стало по-настоящему страшно.
Тяжело дыша, я вновь попыталась приподняться, повернуться к нему.
– Лежать, я сказал, – зарычал он мне в ухо и, приподняв за бёдра, сунул под живот подушку. Ягодицы мои приподнялись, тяжёлое, горячее дыхание обожгло затылок.
– А-а-а, – закричала я, чувствуя резкое, глубокое проникновение.
Изогнулась и сжала в пальцах простынь. Он был действительно огромным. Таким огромным, что перед глазами потемнело, вспышка боли обдала нервы. А ведь я была готова… почти готова…