В первом случае она с удовольствием воспримет от Вас информацию, во втором – может притвориться, что не услышала.
В остальным случаях повышать голос на женщину не следует. Процитирую прекрасные строчки поэтессы, имя которой не сказать, что забыл. Потому что не знал никогда. Стихи запомнились:
Говори со мною тихо.
Я услышу и пойму.
Только сказано тихо
Близко сердцу моему.
В тихом слове радость дышит,
В тихом слове плач печали.
Я трескучих фраз не слышу,
Как бы громко ни кричали.
Теперь вопрос: зачем даны нам уши?
Поговорим о счастливом умении слушать, о большом искусстве промолчать. Да, да, да, Серкидон, сказать что-то вовремя и по делу – весьма похвальное умение, но уметь вовремя промолчать – это великое искусство!
«Если вы не умеете говорить – учитесь слушать», – призывал Секст Помпоний[168 - Секст Помпоний, римский юрист II века,автор трактатов по римскому гражданскому праву.]. Его друг-приятель Цицерон, как мы помним, пошёл другим путём. Он очаровывал красноречием. Но ведь не у каждого мужчины язык подвешен так, как у Цицерона. А промолчать может каждый.
Зигмунд Фрейд часто и подолгу выслушивал своих пациенток. Они говорили, говорили, говорили, а он молчал и молчал. С удивлением психиатр замечал, что, выговорившись, женщина влюблялась в него. Совсем некстати, по мнению отца психоанализа. А вот Карл Юнг[169 - Юнг Карл (1875 – 1961), швейцарский психиатр, философ.] так не считал, он был компанейским психиатром.
Расскажу историю про Шаляпина[170 - Шаляпин Фёдор Иванович (1873 – 1938), оперный певец, бас, киноартист.]. История исключительна тем, что роскошный шаляпинский бас Фёдору Ивановичу на сей раз не понадобился.
Однажды знаменитый русский певец оказался тет-а-тет с англичанином в купе поезда. По-английски Фёдор Иванович знал только два слова: «no» и «yes», но так умело пользовался этим словесным минимумом, что впоследствии его попутчик никак не мог поверить, что этот русский не знал английского. Ведь они так славно поболтали!
Уверяю Вас, Серкидон, гораздо легче добиться расположения девушки или женщины слушая её. Интересно ли ей то, о чём говорите Вы? Это – вопрос. А вот о чём рассказывает она, для неё точно сверхценно. Значит, если попалась болтушка – считайте, что повезло.
Как же Вы её слушаете? Слушаете по-женски: не пряча глаз, напротив, изображая живой интерес, находясь в эмоциональном отклике, где нужно – головой покивать, где нужно – покачать. Поддакивайте почаще. Приветствуются восклицания: «Ну надо же!» – и схватиться за голову. «Не может быть!» – и сделать круглые глаза.
Заметьте, два раза в одном абзаце не хотел, а пришлось упомянуть глаза. О чём это говорит? О том, что давно пора поговорить о глазах. Но рассусоливать не буду – скажу основное. Лёва уже два раза трогал меня лапой, третий раз – цапнет. Перво-наперво, запомните: мужчина с бегающими глазами – жалкое зрелище. Соединитесь с ней взглядами. Это не значит, что Вы уставились на девушку, как удав на кролика, неотрывно. Бывает, что Вы отводите от неё взгляд, но это элемент игры. Вы говорите: «Ты слепишь меня, как солнце…» – и отводите глаза. Или Вы произносите странную по содержанию фразу: «До тебя у меня не было практически ни одной красивой девушки…»
И отводите ненадолго взгляд для того, чтобы после недолгой паузы впиться им в зрачки Вашей ненаглядной с новой силой. Причём смотрите Вы не глазами, а через глаза, подключая силу мозга, Вы говорите, и Ваши слова идут из глубины Вашего существа, из солнечного сплетения, они лучисты. Так же, впрочем, как и Ваши глаза…
Цапнул…всё-таки я не уберёгся. Что-то ему надо… А надо было Лёве на балкон, на солнышко лупать, на травку. Кошечки там опять-таки бегают, птички поют. И я тоже туда хочу. На травку, к птичкам. Грех в такую погоду дома сидеть.
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-31-
Приветствую Вас, Серкидон!
Наше доверительное общение вчера прервал кот Лёва. Исключительно беспардонное животное. Не первый раз на него жалуюсь. Ведёт себя, как царь зверей, не меньше… А цапнул он меня, помнится, когда глаза Ваши, Серкидон, уж совсем было наполнились искрами восхищения представительницами прекрасного пола. И такой чудо-момент прервало бесцеремонное животное, которое ныне разлеглось на балконе и греется, подставив мохнатое пузо солнечным лучам. Так и хочется подойти и… Ладно, не буду…
Что у нас на сегодня? Хочу задать значительную нагрузку Вашему воображению. В полглаза прочесть это письмо Вам не удастся. Ибо оно о женских глазах. Тема богатейшая… Приведу цитату из индийского фольклора «Щукасаптати» – «Семьдесят рассказов попугая»:
«Мужчина лишь до тех пор владеет собой, пока в его сердце не попали разрушающие твёрдость стрелы из больших, простирающихся до висков глаз красавицы, оперённых чёрными ресницами, на луке бровей натянутые и выпущенные».
Фраза по-восточному наворочена, но смысл ясен: женские глаза, скорее, не орган зрения, а оружие поражения. Идущая на свидание девушка следит за бровями и ресницами не менее тщательно, чем охотник следит за луком и стрелами. В обоих случаях имеет место вопрос продолжения жизни или отсутствия такового.
Широко известен вопиющий факт: итальянские куртизанки времён Возрождения закапывали себе в глаза сок белладонны, ядовитого растения из семейства пасленовых, название которого в буквальном переводе означает «красивая женщина». Зрачки глаз расширялись, а они всегда расширяются, когда мы смотрим на радующее нас. В результате мужчина думал, что он любим!
Ваши подружки, Серкидон, конечно, так изгаляться не станут, но бровки, будьте уверены, изогнут. Реснички, даже не сомневайтесь, подкрасят. Зачем? А затем, чтобы Вы поражены были по самое некуда, чтобы Вам, как флоберовскому Фредерику, грезились чёрные глаза «лёгкие, как бабочки, жгучие, как факелы»[171 - Из романа «Воспитание чувств».].
Мужчины, которые поумнее, на свидании обязательно отметят неотразимость женских глаз. Опытный сердцеед, типа моего знакомца Эдика, с возгласом: «Ой, это невозможно!» – прикроется ладонями с восклицанием: «Я этой ночью не засну, меня будут жечь твои глаза…»
Или скажет, уставив взгляд влюблённый: «Хорошо, что у меня первый разряд по плаванью. Иначе – утонул бы в твоих глазах».
Обязательно надо сказать девушке нечто подобное, иначе, зачем она столько времени провела перед зеркалом: возилась с бровками и ресничками?..
Далее, Серкидон, мужчина, многими свиданиями наученный, повышает градус. Не алкогольный, но словесный. А именно, переходит к стихам, мотивируя сей переход тем, что презренная проза не может описать ту красоту, которая сияет ныне перед ним… Это великолепие не силах описать даже стихи… Но попробовать надо…
Ах, Серкидон, если вы знали, сколько прекрасных стихов написали прекрасные поэты о прекрасных женских, о лучистых девичьих глазах! Однако куда конь с копытом, туда и рак с клешнёй… Нет, хотите не хотите, но я Вам это расскажу… В годы молодые посещал я занятия ЛИТО в ДК «Пищевик».
Как сейчас помню, молодой и темпераментный поэт, потрясая буйными кудрями, сладостно нудил: «Кареглазка моя, черноокая,//Мне по нраву твой взгляд голубой…»
Собравшиеся поначалу обалдели, а потом хором уличили поэта в многоцветье. Попросили уточнить, какие же глаза у девушки? Уж не зелёные ли? Но влюблённый в черноокую кареглазку с небесно-голубым взглядом решительно стал на защиту своего лирического героя. Что похвально! Он сказал, что, когда страсть охватывает человека, всё видится ему не так, как видится обычным унылым людям, что всё вокруг становиться «голубым и зелёным», и что не надо тут быть очень придирчивыми. Далее он раскраснелся:
«Скажите мне, а песня: “Эти глаза напротив чайного цвета…”» Она тоже вызывает у вас вопросы, ведь чай бывает и чёрным, и жёлтым, и зелёным? Вы тоже спросите, какого же цвета глаза, которые напротив? А Пушкин в «Бахчисарайском фонтане»: «Твои пленительные очи//Яснее дня, темнее ночи…» Вы бы тоже попросили: “Определитесь, Александр Сергеевич, со временем суток… Или классику можно?”»
Я, новичок, сидел cжавшись, как в окопе, а надо мною блистали доводы, гремел спор. Его разрешил мудрый руководитель Ефим Ефимовский[172 - Ефимовский Ефим Семёнович, р. 1946, поэт, проживает в С-Петербурге.]. Он сказал: «В данном случае всё решает девушка, если стихи ей придутся по сердцу, значит, поэт добился цели, значит, он прав».
На следующем занятии меня ждало новое потрясение, новые строки дерзкого новатора: «Любимая! Твои два глаза//Меня пронзили, словно лазер…»
«Какова точность слова! – отметил Ефим Семёнович. – Именно два глаза у любимой. Она же любимая, а не циклоп…»
Почему же я не запомнил фамилию этого неистового стихотворца? Не он ли автор песенных строк: «Твои глаза, как два тумана,// Как два прыжка из темноты…»[173 - Строчки из песни на слова Леонида Дербенёва.]
Посещения ЛИТО не прошли для меня бесследно, я стал собирать мужские стихи о женских глазах. Причём стихи, не будем говорить – аляповатые, скажем так – необычные. Коллекция моя со временем потерялась, помню только самое вопиющее.
Часто представители сильного пола привносили в стихотворные восторги исконно мужские увлечения. К примеру, как ныне говорят, дайвинг:
На мелководье некоторых глаз
Цвести способна только ряска.
В других же и бывалый водолаз,
Пожалуй, не рискнёт проверить маску.
Или – охоту:
В твои глаза иду я, как в тайгу