Егор специально пришел пораньше. Он думал, что будет в «Сто…я» одним из первых, но у дверей уже играла музыка и курил народ. Егор подошел к крыльцу. Мужчины расступились, пропуская чужака.
– Здравствуйте, – громко сказал Егор и широко улыбнулся.
Кто-то пробормотал «здорово», кто-то «привет», кто-то просто кивнул. Егор достал из кармана сигарету, засунул в рот и похлопал по карманам. Один парень молча протянул ему спички. Егор взял коробок, чиркнул спичкой, но передумал прикуривать.
– Спасибо, – сказал Егор и вернул коробок. Положив сигарету за ухо, Егор поднялся по ступенькам, открыл дверь и зашел в столовую.
В столовой было многолюдно и шумно. Тут тоже курили. Сизый табачный дым клубился под потолком. Посреди зала стоял большой стол, на котором лежала толстая скатерть. Скатерть была заставлена открытыми пивными бутылками. Все остальные столы были сдвинуты в конец зала. Народ толпился вокруг большого стола.
Егор подошел к прилавку. Он хотел взять бутылку пива «для маскировки». На прилавке стоял ящик с пивными бутылками. Егор заглянул за прилавок. Никого не было. Егор вытащил одну бутылку. Он хотел скрутить крышку руками, но она не скручивалась. Егор стал искать глазами открывашку. Тем временем из подсобного помещения, вытирая руки, вышла продавщица Валерия.
– Эй, притомози, – сказала она, вместо приветствия. – 150 с тебя.
– Добрый вечер, Валерия, – сказал Егор. – Вы же мне должны бутылку и кредит у меня.
– У Валерии и спрашивай. Я – Варя, – ответила продавщица и замерла в ожидании денег.
Егор полез в карман, достал 200 рублей и протянул их продавщице. Продавщица положила деньги в кассу, достала 50 рублей сдачи и бросила на прилавок. Егор смотрел на продавщицу с удивлением. Это однозначно была Валерия, даже татуированная буква «В» на руке была такой же.
– Мы с Валерией близняшки, – ответила, наконец, продавщица на вопросительный взгляд. – Открыть?
– Если не трудно, – сказал Егор и протянул женщине бутылку.
Варя взяла бутылку, ткнула горлышком в глаз, дернула и подняла голову. Вместо глаза торчала пробка. Выглядело это крайне глупо. Продавщица выбросила пробку в мусор, а открытую бутылку поставила на прилавок, после чего снова ушла в подсобку. Егор взял бутылку и пошел к шумной компании.
Это была полностью мужская компания, человек 12-15. На появление Егора никто не отреагировал. Осмотревшись, Егор обнаружил, что заставленная бутылками скатерть на самом деле не скатерть. Это был красный флаг со звездой и золотистыми кисточками по краям.
Егор хлебнул пива и чуть не выплюнул его на пол. Вкус был жуткий. Точно не «Хайникен». Егор посмотрел на этикетку. Пиво называлось «Сливочным». На этикетке была морда суровой коровы в бескозырке. Реализм был пугающим.
Егор стал искать в толпе ремонтников с вчерашнего катера или ковбоя-бомжа или хотя бы аптекаря Феофила. Знакомых не было. Вдруг Егор поймал на себе суровый взгляд. На него не отрываясь смотрел невысокий квадратный мужчина в черном плаще. Взгляд был недружелюбным. Егор широко улыбнулся в ответ. Квадратный мужчина никак не отреагировал на его улыбку. Егор отвел взгляд и стал прислушиваться к разговору.
Солировал мужичок средних лет в синей толстовке. Он стоял в центре круга и размахивая руками рассказывал свою историю. Егор догадался, что мужичок рассказывает про недавно просмотренное кино. Главной проблемой фильма было, что «написали «эротика», а сиськи бабы так и не показали».
– …значит бракованные они. Когда у артистки сиськи красивые, она ими везде машет. Будет кино про хромую собачку, она и там их развесит. Стеснятельность – прошлый век. Сейчас, если девка не хочет раздеваться, значит только, что она дефектная. Написали, гады, «эротический триллер, 18+», а только задницу борова показали. Зачем мне эта задница? Я и на свою могу полюбоваться – спина гибкая. Я девчонку хотел заценить. А то, что она стонала пол фильма, так это и подделать можно. Может это кошку за хвост дергали?
– А как ее звали? – вступил в разговор Егор.
Вся компания, как по команде, уставилась на чужака.
– Я не про кошку, я про актрису, – стал объяснять Егор. – Просто, если порыться, то можно найти откровенные фото практически любой актрисы. А если найдем фото, то можно будет проверить теорию о дефективности скромниц.
Мужичок в толстовке вразвалочку подошел к Егору.
– Татарин, – представился он, протягивая руку.
– Русский… по паспорту, – ответил Егор, пожимая руку. В компании послышались смешки.
– А по имени если? – оскалил зубы Татарин.
– Егор.
Егор поправил свой голубенький шарф.
– Откуда к нам пожаловали? – продолжал скалиться Татарин.
– Из Москвы.
– Значит по делам. Ну и почем брать будем?
– Что брать? – не понял Егор.
– Я откуда знаю. Краб, трепанг, гребешок, шримс, Япония? Или в поисках эксклюзива?
– Нет. У меня совсем другие дела.
Егор сделал несколько глотков помойного пива, что бы чем-то занять затянувшуюся паузу.
– Извини, братан, а что этот красивенький шарфик означает? – спросил Татарин. – Можно потрогать?
– Потрогай, – ответил Егор.
Татарин взял конец шарфа и помял его в руках.
– Мягкий, – сказал Татарин. – Это, наверное, тоже намек? Или, как у вас говорят, призыв. Или у вас так не говорят? Извини, братан, но мы тут народ отсталый. Нам все девчачьи сиськи подавай. Шарфики призывные не носим. Тебе из нас кто-то уже приглянулся? Может, меня просветишь? А то от наших баб ласки не дождешься.
Татарин сложил руки по швам и, зажмурив глаза, подвернулся к Егору задом и нагнулся. Кампания засмеялась.
– Наконец понял о чем ты, – сказал Егор тоже засмеявшись, – но извини, братан, я не прелюбодействую с мужчинами.
– С чего вдруг? Неужели блаженная Таисия опять сотворила чудо? – захохотал Татарин.
Все засмеялись. Смех был достаточно дружелюбным. Егор стал обводить взглядом присутствующих и опять наткнулся на суровый взгляд квадратного мужчины. Мужчина продолжал сверлить глазами чужака…
Татарин отстал от Егора и пошел в туалет. Разговор перескочил на приближающийся тайфун. По прогнозам синоптиков он должен был прийти сюда через неделю. Тайфуны здесь бывали раз в 3-5 лет. Мужики обсудили вероятность того, что тайфун пройдет мимо и сошлись на том, что «пи*дец неизбежен». Паники не было, но и радости тоже не было никакой. Потом стали обсуждать жен, детей. Егор стоял в толпе, смеялся вместе со всеми и даже что-то вставлял в разговор. Правда, его никто не слушал, но Егора это не особо беспокоило…
Егор допил бутылку и купил еще одну, хотя пиво уже не лезло. Сделав пару глотков из новой бутылки, он почувствовал приступ тошноты. Егор поставил бутылку на стол и сделал несколько глубоких вдохов. Приступ отступил. Егор снова взял бутылку и тут же его схватили за руку.
– Что борзеешь! Это мой пузырь! – резко сказал ему длинный сутулый, коротко стриженый, парень в майке без рукавов. Парень хотел вырвать бутылку из рук Егора, но Егор ловко переложил бутылку в другую руку и вытянул ее далеко в сторону.
– Что?! – зло закричал парень и схватил Егора за шарф. – Отдай, сказал. Кто ты вообще такой? Какого сюда приехал?
Парень был сильно пьян и выглядел агрессивно.
– У меня здесь дело, – спокойно ответил Егор.
– Какое у тебя здесь может быть дело?! – продолжал орать парень.
– У меня любовь.