Грехи небожителей
«Всё-таки надо с ним разговаривать…» – она вспомнила о его скромной просьбе и сама предложила сыграть в вэйци.
Ящер оживился. Печаль слетела с него, как пух с одуванчика. Похоже, только и ждал, когда она снизойдёт.
Он нарисовал доску на листе бумаги и тут же превратил в настоящую. Из леденцов, что лежали в коробке на столе, сотворил камушки. Ей подвинул красные, себе взял синие.
— Почту за честь уступить деве первые пять ходов, – сказал он с поклоном.
Инна тупо смотрела на доску. Как играют в вэйци, она видела только в дорамах: ставишь камень на пересечение линий и стараешься не дать себя окружить. Вроде бы.
Она выставила камни буквой «П».
Ящер поставил свой довольно далеко от её построения и едва заметно дёрнул бровью.
В следующие несколько ходов Инна старательно окружала его. Он на её атаки не откликался – просто неспешно расставлял камни, как ей казалось, совершенно бессистемно. Лишь спустя время Инна разглядела узор и поняла: её «П»-форма почти захвачена! Уж поздно было её спасать.
Она услышала, как стукнула балконная дверь, но не отвлеклась.
— О, подруга! Вот это ты попалась! – раздался за её спиной весёлый голос Яна.
— Младший брат, не подсказывай, – Ящер сердито посмотрел поверх её головы.
Ян навис между ними, принеся с собой запах озера и ила.
— Фора в пять камней? Старший брат, да ты великодушен!
Инна отстранилась от доски. Какой смысл продолжать, если её и так одолеют? Пусть лучше сыграет с ретривером – вот будет зрелище.
— У младшего брата важные вести? – нетерпеливо проворчал Ящер и выжидательно посмотрел на Инну.
— Я пас, – она подняла руки.
— Если дева не будет совершенствоваться, никогда не достигнет достойного уровня.
«Да я и не стремлюсь…» – Инна надула щёки и покосилась на Яна. — «Спасай!»
— Да, есть о чём поговорить, – подтвердил тот.
Ящер с раздражением махнул рукой. Доска обратилась в лист бумаги, камни – в леденцы.
Братья ушли в спальню и прикрыли дверь.
Инна закинула леденец в рот и прислушалась. Поначалу слышалось неразборчивое бормотание, будто говорили на другом языке. Она расслабилась, рассеянно глядя на доску, вспоминала свои ходы. В какой-то момент речь за дверью стала понятной.
— …Я обыскал всё озеро. Вдоль берега, на дне. Ничего, – Ян явно оправдывался. — Искал и в других местах, где остались следы небесных молний. Шпильки нигде нет.
Потянулась пауза.
— Прошу старшего брата пойти со мной в Небесные Сферы, – умолял Ян. — Сознаться, что шпилька утеряна.
— Без шпильки я не смогу туда войти, – голос Ящера чуть надломился.
— Старший брат сможет! Отец пожаловал тебе Небесную мантию. Он знает, что со шпилькой что-то случилось, и не винит старшего брата. Он ждёт возвращения.
— Нужно ещё время.
— Для чего?
— Старший брат не до конца оправился после падения.
Ян молчал. Потом спросил тихо, с нажимом:
— Что такого сделал старший брат, что на него снизошла небесная кара?
Тишина. Такая долгая, что Инна задержала дыхание.
— Ничего такого, что не было бы позволено наследнику с нефритовой шпилькой, – сказал наконец Ящер.
Инну как молнией ударило.
«Так это он тот самый Небесный наследник без жемчужины!?»
Она отшатнулась от двери и замерла, медленно переваривая эту мысль.
— Что говорит твоя матушка об отсутствии старшего брата? – вкрадчиво спросил Ящер.
Ян не ответил.
— Полагаю, не все обрадуются моему возвращению. Ни к чему торопиться, – добавил Ящер заносчиво.
Долгое время беседа не возобновлялась.
— Я передам слова старшего брата, – произнёс Ян наконец.
Когда он вышел, Инна уже сидела за столом и остервенело ставила точки на схеме вэйци.
— Ты чего? – ласково спросил Ян. — Это всего лишь игра.
Инна обратила на него ошеломлённый взгляд и, не зная, как теперь себя вести, выпалила: — Ян, неужели я такая глупая?!
— Вовсе нет! Ты уж прости моего старшего брата, если он заставил тебя так думать. — Он нагнулся и шепнул ей на ухо: — Давай-ка сбежим от него!
Она приняла предложение с превеликим удовольствием. Они спустились в магазин, купили чипсов и долго не возвращались – бродили по округе, громко хрустели и болтали о земном. Инна так и не решилась расспрашивать о том, что услышала.
Позже, когда она вернулась домой, Ящер уже спал. Церемониться с Его Высочеством не пришлось.
Глава 6. На дне
Утром Инна обновила календарь. Наступил первый день лета. Все её подруги разъехались на стажировки. Она не успела найти себе новый проект и села листать вакансии культурного центра. Добавила в избранное пару запросов на перевод с китайского. Отметила журнал, принимавший статьи по китаеведению.
Она не заметила пробуждения Ящера, и вовсе позабыла приготовить ему поесть. Он подошёл бесшумно. От неожиданности Инна чуть не пролила кофе на ноутбук.
Ящер вскинул острый подбородок и, глядя свысока, произнёс:
— Не окажет ли дева любезность сопроводить меня к Великой Топи?
— К Великой Топи…?
— К озеру на окраине города, по ту сторону реки.
Инна из любопытства открыла карту посмотреть, что это за «Великая Топь» такая. И действительно, в семнадцати километрах от дома было какое-то болото. Полтора часа автобусом и ещё полчаса пешком. Она покосилась на Ящера, размышляя, применит ли Его Высочество к ней какую-нибудь магию, если она оскорбит его отказом?
С другой стороны, эта его Великая Топь – не край света всё-таки… Раз уж его тянет в естественную среду обитания, она вполне готова оказать ему любезность.
— Ладно…– Инна закрутила волосы в пучок и закрепила любимой шпилькой. — Но в таком виде…
Стоило кивнуть на его одеяние, как он обратился в ящерицу и пополз к её сумке.
«Великая Топь» или озеро «Велико Блато» лежало вдали от дороги. В пасмурную погоду его поверхность напоминала жидкую сталь. Вдоль берега тянулись заросли тростника. Лишь на мысу можно было подступиться к воде.
Ящер рвался из сумки. Инна расстегнула молнию, и он выпрыгнул наружу.
У самой кромки воды началось превращение. Туловище и хвост вытянулись. Лапы стали мощными и когтистыми, меж пальцев появились перепонки. Тёмно-синяя чешуя множилась, крепла, приобретая вид плотной брони. Шея удлинилась. Плавники на хребте блеснули серебряным отливом. Крошечная голова с маленькими ушками преобразилась в свирепую морду.
«Святые помидоры! – Инна в ужасе отбежала подальше. – Настоящий дракон!»
Дракон встал на дыбы, вскинул пасть и издал оглушительный рык. Хвост с острым плавником на конце взметнулся, закрутил вихрь и ударил по озёрной глади. Вода расступилась, обнажив илистое дно, усеянное камнями, корягами и мусором.
Инна замерла поодаль, прижав ладони к ушам.
«Если кто-нибудь такое увидит, точно рехнётся!»
Но вокруг не было ни души. Всё живое затаилось.
Дракон двинулся вперёд по обнажившемуся дну: ворошил когтями ил, хвостом вздымал коряги и разбивал камни. Когда он достиг середины озера, Инна осмелилась подойти к берегу. И это тот субтильный аристократ с тонкими пальцами, с которым ещё вчера она играла в вэйци?
У берега вода постепенно сходилась вновь. Только посреди озера оставалась похожая на водоворот воронка – там дракон проводил поиски.
Прошла четверть часа.
Полчаса.
Час.
Инна напряженно следила, куда воронка движется. Когда водоворот откатывался слишком далеко – так, что она едва различала его на поверхности, – становилось не по себе.
Небо над озером хмурилось, воды темнели.
Что-то было не так.
Воронка замерла на одном месте. Долгое время не смещалась.
Вдруг затылок обожгло там, где шпилька соприкасалась с кожей. Инна вытащила шпильку – металл накалился.
Инна опустилась у кромки берега и сунула шпильку в воду – охладить. Отражение расплылось. Вместо себя она увидела бледные тонкие пальцы, сжимающие обломки изящной заколки. На миг заколка стала целой, переливающейся оттенками зелени – от глубокой, насыщенной до светлой, нежной, – и вдруг осыпалась мелким песком.
Из глубин озера донёсся стон. Поверхность зарябила.
Видение исчезло. Озеро снова стало гладким.
Инна вскочила.
— Ящер? – она оглядывала поверхность: нет ли новой воронки?
Ничего.
— Ящер! – крикнула Инна сперва неуверенно, потом громче. — Эй! Ящер! Ты где!?
Глупо. Это ведь прозвище.
— Дракон!
«Нет, не то!»
— Ваше Высочество!
Она чувствовала себя полной дурой, но это нисколько не умаляло тревогу, жгущую изнутри.
В сумке звякнул телефон. Инна открыла мессенджер.
Пришло сообщение от Яна: «Вы где?»
«Чёрт…»– руки у неё затряслись.
Она стала набирать ответ, попадая мимо букв. На экране высветилось предупреждение о низком заряде. Инна не успела нажать «отправить» – телефон погас.
«Чёрт! Я же заряжала…»
Не поможет им Ян.
«Этот Ящер – всё-таки дракон, чёрт его подери! Не мог же он утонуть?»
Инна вытянула шею, высматривая, нет ли где движения на поверхности.
«А вдруг…» – она вспомнила руки, державшие сломанную шпильку.
«Вдруг силы кончились, и он снова стал человеком?»
Её обожгло так сильно, что запылало лицо. Она металась вдоль мыса, всматривалась в озеро. Жар внутри нарастал.
«Плыть теперь за ним, что ли?»
Инна бросила сумку на ворох сухого тростника, стянула толстовку.
Зачем…зачем только она ему уступила? Отказала бы – никуда бы не делся! А что она может сделать теперь? Ведь она всего лишь простая смертная.
Инна схватила раскалившуюся шпильку и с досады швырнула.
— Вот же чёрт!
Шпилька вонзилась в песок. Волна теплого воздуха разнеслась вокруг неё. Или Инне так показалось…
Вода задрожала и расступилась, открыв извилистый, устланный тиной коридор, идущий прямо по дну озера. Инна вгляделась в мутную даль. Там, в конце, мелькнул синий чешуйчатый хвост.
Инна рванула вперёд по обнажившейся тропе. Перемахивала через скользкие камни, скакала по корягам словно испуганная цапля. Внутренний жар предавал ей безумную, нечеловеческую резвость, помогая взлетать над препятствиями.
Инна не давала отчёта, что именно с ней происходит. Добравшись до синего хвоста, она не раздумывая вцепилась в него и изо всех сил дёрнула на себя. С мокрым хлюпаньем Ящер вылез из ила. Он снова был маленьким, не больше водяной змеи – таким же, как в их первую встречу.
Инна круто развернулась и понеслась обратно. Водяные стены дрогнули и стали смыкаться. Вода заливалась за шиворот, облизывала голени, спину и затылок. У самого берега Инну накрыло с головой, сминая и утягивая на дно. Но внутри неё словно полыхнула доменная печь – Инна рванула вверх и вынырнула, судорожно откашливаясь и крепко сжимая Ящера под мышкой.
Выбравшись на берег, она растянулась на земле всё ещё не в силах отдышаться. Жар постепенно утихал.
Ящер затрепыхался, изрыгнул комок грязи и затих, вывернувшись в неестественной позе.
«О нет!» – Инна принялась его щупать. Она так грубо его тащила… Неужели сломала ему кости?
Она торопливо огляделась, заметила воткнутую в песок мечевидную шпильку. Выдернув её, Инна потыкала Ящера концом в бок. Тот дёрнул тонкими лапками и вяло свернулся кольцом.
«Живой!» – она выдохнула с облегчением.
Инна переоделась в сухую толстовку. Поискала в карманах сумки влажные салфетки и стёрла с Ящера ил. Вот только в сумку он теперь не помещался. Инна выжала футболку и завернула в неё Ящера. Пришлось взять его на руки.
Она вышла на дорогу, хлюпая кроссовками. Мокрые штаны неприятно липли к ногам. В таком виде её наверняка не подберёт ни один таксист. Хоть бы в автобус пустили!
Инна перехватила Ящера поудобней, но его хвост всё время выскальзывал и болтался, постукивая её по коленям.
На полпути к остановке она услышала оклик.
— Инна! – Ян возник перед ней словно из воздуха.
Он быстро снял кожанку и набросил Инне на плечи, а Ящера забрал себе.
— Как ты догадался? – только и спросила она.
— А то я не знаю своего брата, – буркнул Ян.
— Вы же оба не люди… да?
— Ну…– Ян помолчал. — Я бы сказал, что это не единственное наше обличие.
— Теперь мне понятен выбор темы для гранта…– она ускорила шаг.
— Инна!
Они молча дождались автобуса. Встали у окна так, чтобы народ не глазел, что там у Яна за живность на руках. Ящер отвернул от брата морду и упирался лапками ему в грудь, будто испытывал отвращение.
Дома, пока Инна согревалась чаем и сушила волосы, Ян выкупал брата в тазу и осмотрел со всех сторон.
— Я точно ему ничего не сломала? – спросила она, поглядывая, как там Ящер.
— Нет.
— Почему тогда он не становится человеком?
Ян пожал плечами.
Завернув мелкого дракона в звёздную ткань, он отнёс его в спальню. Затем вернулся к Инне, присел рядом и взял за руку.
— Прости меня, – сказал Ян, подняв на неё бесконечно покорные глаза ретривера. — Я ведь поручился за него, но не распознал его намерений. Я заберу его через три дня, и он больше тебя не потревожит.
Инна сдержанно улыбнулась. Нелегко ему с таким старшим братцем. Она кивнула.
Ян поцеловал её в лоб.
Ему снова нужно было уходить.
Инна проводила его до лифта. Несмотря на признание о своей необычной природе, он всё ещё вёл себя как человек.
— Та шпилька, что он искал… – начала Инна.
— Я видел, что с ней случилось, – торопливо вставил Ян, глядя в сторону, и запустил руки в карманы. — Я был там не один раз. Нашёл её в конце концов – уже сломанной. Не хотел, чтобы он узнал…
— Почему?
— Чтобы он не пал духом…– голос Яна звучал глухо. — Думал, найду способ её починить, или уговорю его вернуться без шпильки. Не учёл, что он сам додумается пойти за ней.
Он помолчал.
Лифт остановился на этаже. Ян зашёл в кабину и задержался в дверях.
— Прошу, сохрани это в секрете. Потом сам скажу. Иначе он не простит.
— Хорошо, – кивнула Инна и махнула рукой.
Лифт поехал вниз. А Инна вдруг спохватилась, что так и не спросила Яна о том, как ей называть его старшего брата.
Она вернулась в квартиру и заперла дверь. Прошла в спальню. Ящер под звёздной тканью не шевелился. Инна присела на край кровати, спиной к нему:
— Мы одни. Превращайся, если хочешь.
Но ничего не произошло.
Инна вздохнула, пожала плечами и ушла заниматься своими делами.
Два дня миновало, а Ящер всё так же лежал, свернувшись кольцом, и прятал морду под хвост. Инна оставляла ему воду, листики от суккулентов – он ничего не тронул. Она осторожно потрогала кисточкой лапки. Ящер слабо дёргал лапами, стараясь отпихнуть раздражитель, но это была его единственная реакция.
Однажды, попытавшись передвинуть его, Инна обнаружила, что простыня под драконьей мордой промокла. Пришлось переложить Ящера на полотенце.
Она прилегла рядом с ним и принялась разглядывать это чудное существо, с которым уже скоро предстояло расстаться.
Чешуйки на его теле имели неповторяющийся узор. Где-то рисунок походил на разветвлённую молнию, где-то – на водоворот, а где-то мерцал, словно мелкая россыпь звёзд в ночном небе. Словно природа отпечатала на них каждое своё проявление.
Инна осторожно коснулась полупрозрачного гребня и погладила вдоль хребта. Палец легко скользил по влажным, холодным чешуйкам. Теперь тот огромный двадцатиметровый дракон, рассёкший озеро пополам, казался чем-то невообразимым по сравнению с этим малышом. Но где же тот человек, что читал её книги, грустил на балконе, стащил шпильку?..
— Ты ведь что-то сделал с моей шпилькой, так? – спросила Инна.
Тишина.
— Не буду врать, я сержусь, – продолжила она и, немного помолчав, добавила. — Зачем ты позвал меня, а не брата? Ян же так о тебе заботится. Поговорил бы с ним. А я… я же самая обычная.
Ящер зашевелился. Заполз под полотенце.
— Тебе холодно?
Инна устроилась на кровати, бережно перенесла Ящера вместе с полотенцем к себе на колени и накрыла сверху одеялом. Он повозился какое-то время, устраиваясь поудобнее, и наконец затих. Подпихнув под поясницу подушку, Инна откинулась на мягкое изголовье и вскоре задремала.
***
Нестерпимо яркий свет бесцеремонно пробудил её ото сна. Утреннее солнце выползло из-за соседней многоэтажки. Инна зажмурилась, потянулась и вдруг замерла – на коленях лежало что-то тёплое и ощутимо тяжёлое. Она разлепила веки и посмотрела вниз – там безмятежно покоилась голова Ящера. Похоже, за ночь он вновь принял человеческий облик.
Чёрные волосы густой волной рассыпались по её бёдрам и струились дальше, прячась под одеялом. Но теперь в этой угольной копне появилась седая прядь. Лицо его по-прежнему выглядело нетронутым временем – безупречное, застывшее в умиротворении. Только на щеке инеем белел тонкий след, похожий на русло замёрзшего ручейка.
Инна скользнула взглядом по его туловищу, скрытому под одеялом: наружу торчали худые белёсые ноги.
«О боги! Он же, наверное, голый!» – Инна мгновенно прекратила таращиться. От внезапного смущения по коже побежали мурашки, а челюсть свело от неловкости.
Осторожно придерживая его голову, Инна подсунула под неё подушку. Ящер, похоже, спал так крепко, что ничего не почувствовал – даже не пошевелился. Инна торопливо поправила одеяло, укрыв его целиком. Соскользнув с кровати, она быстро размяла затёкшие конечности и опустила штору. Назойливое солнце исчезло, и комната погрузилась в мягкий сумрак. На цыпочках Инна выскользнула из спальни и бесшумно прикрыла за собой дверь.
На кухне она поставила чайник. Разбила яйца в миску, вышла на балкон – нащипать травы, которую обычно добавлял Ян, – но остановилась. Она не знала её свойств, так стоит ли бездумно повторять? Инна ограничилась солью.
Миску она тихонько отнесла в спальню и оставила возле кровати. Себе же приготовила омлет с помидорами и сварила свежий кофе.
Завтрак прервал звонок в дверь.
Инна нахмурилась: она никого не ждала в такую рань. Даже Яна.
Она посмотрела в глазок. Это действительно был он.
Инна впустила его.
— Ты рано.
— Я за братом, – Ян скинул кеды.
— Он спит…– она не дала ему пройти в спальню. — Может, кофе сперва выпьешь?
Ян уступчиво кивнул.
Пока она варила кофе, он стащил с её тарелки кусок сыра.
— Он что, человеком обратился? – спросил Ян, вытянув помидор из яичницы и закинув себе в рот.
— Да, – Инна подала ему кружку.
— Когда?
— Сегодня утром.
Ян отпил совсем немного и поставил чашку на стол.
— Посмотрю.
Только он заглянул в спальню, как послышался возглас: — А где он?
— Как где? – не поняла Инна.
Она зашла следом и остолбенела – кровать была пуста. Только сбитое одеяло, сдавленная подушка и след на простыне – вмятина от человеческого тела, ещё не успевшая расправиться.
— Может, под кроватью? – Инна подняла штору и замерла: окно было открыто.
— Нет там никого, – Ян принялся обыскивать все углы, перетряхнул одеяло, заглянул в ящики тумбы, за занавеси. — И небесная мантия пропала.
— Наверняка где-то в квартире прячется…
— Боюсь, надо искать в другом месте, – Ян помрачнел и направился к выходу. — Я ещё зайду позже.
Инна осталась одна. Она осмотрела всю квартиру, заглянула на балкон. Пусто. Открыла шкаф и перевернула вверх дном – ничего.
Вернувшись за миской, Инна только теперь заметила, что та пуста. Ящер всё-таки отведал её стряпни перед уходом.
След на простыне уже остыл.
«Сбежал…» – илом осела мысль на дно её души.
Инна вздохнула: ничего теперь не поделаешь. Она собрала волосы, закрутила пучок…
— А где шпилька?
Она пошарила по простыне, под ней, приподняла матрац, заглянула под кровать и за спинку. Шпильки не было. Инна остановилась и почесала щёку: точно ли пользовалась ею вчера?
Она вновь обыскала всю квартиру – шпилька как сквозь землю провалилась.
«Неужели опять стащил?» – губы Инны тронула улыбка, но тут же погасла.
Шпилька могла потеряться на озёрном мысе – там и нужно поискать.
Глава 7. Дежавю
Автобус катил по дороге, подпрыгивая на колдобинах. При каждой встряске Инна хваталась за поручень. Взгляд её был устремлён в окно, но она не замечала ни мелькавших частных домиков, ни изгородей, ни цветущих кустов жасмина. Она вспоминала озеро, дорогу к мысу, обломки сухого тростника на илистом песке. Где-то среди них её шпилька. В пасмурную погоду отыскать её будет непросто. Вот если бы выглянуло солнце, уронило лучи на металл…
На нужной остановке Инна выскочила из автобуса. Не пошла – побежала по грунтовой дороге, срезала путь по тропе, продираясь через кустарник.
Озеро встретило тишиной – гладкая стальная плита, врезанная в берега. Молодой тростник не шумел. Всё пребывало в покое, безмолвно взирая снизу на мрачные небеса. Следовало поторопиться, пока не начался дождь.
Инна вбежала на мыс – тот самый, откуда наблюдала превращение Ящера и где, как ей казалось, потеряла шпильку. Она осмотрела каждый сантиметр земли, разворошила подошвой тростниковую шелуху, поковыряла палочкой песок у кромки воды.
Ничего.
«Может, я это себе придумала?» – Инна присела на корточки, обреченно всматриваясь в тихие воды.
Она не сразу обратила внимание на голоса. Мужские, поддатые. Оглянулась лишь тогда, когда её окликнули.
— Эй, девушка! Рыбачишь?
На мыс вышли двое мужчин с удочками. В пакете, висевшем у одного на руке, звенели бутылки. Второй тащил щуку в сетке – рыба слабо била хвостом. Глянув на неё, Инна невольно вздрогнула.
— Тебе, может, насадить червячка, а?
Инна вскочила и отшатнулась, ступив пяткой в воду.
«Сам себе насади!»
Вихрь разошёлся по тростнику. Озеро позади будто взорвалось. Брызги дождём обрушились на мыс. Раздался рёв, оглушительный и низкий, пробирающий до костей. Инна зажала уши и зажмурилась. А когда открыла глаза, рыбаков уже как ветром сдуло. Она обернулась, но увидела лишь мощный всплеск и круги, расходящиеся по воде.
Сердце колотилось, однако, убегать Инна не спешила и выжидательно смотрела на рябь.
Тростник зашуршал.
Инна обернулась.
К ней шёл Ящер. Длинное болотно-зелёное одеяние с кисточками, похожими на тростниковые метёлки, плавно колыхалось при ходьбе. Он ступал по земле босыми ногами. Руки держал за спиной, отчего смотрелся статно, почти величественно. Небрежную причёску украшала шпилька…
Та самая шпилька!
Инна подалась вперёд. Порывисто, с дурацким смехом на устах.
Ящер же смотрел так, будто они прежде никогда не встречались.
— Не следует молодой деве гулять одной в подобных местах, – произнёс он с достоинством.
— Я искала шпильку, – пролепетала Инна. — А она у тебя...
Ящер чуть дёрнул губами и склонил голову на бок.
— Так не терпится её вернуть?
Он подошёл к ней, неторопливо, почти нерешительно, как к чужой. Вытянул шпильку из пучка, и черный водопад волос обрушился ему на плечи.
Шпилька блеснула в длинных, нечеловечески бледных пальцах. Но, когда Ящер протянул маленький меч, Инна его остановила.
— Думала, она потерялась. Оставь себе, если хочешь.
— Мне она больше ни к чему.
— Почему? – Инну удивило безразличие в его голосе.
— Человеческое обличие – самое уязвимое. В нём так легко умереть…
— Тогда зачем ты её взял? – её пугала тьма в его глазах.
Он смотрел на неё неотрывно, чуть сощурившись.
Шпилька легла ей в ладони.
— Я, Юань Лун, сын Хуан-ди, брат Яна Цзифэна, приношу извинения за грубость.
Он толкнул Инну в плечо. Так сильно и резко, что буквально вышиб из неё дух.
Инна взмахнула руками и полетела в воду.
Плеска не раздалось. Она падала на дно и в то же время видела себя со спины, всё ещё стоящую на берегу. В панике Инна раскрыла рот, но ни одного пузырька не поднялось к поверхности. Она хваталась за толщу воды, словно за неё можно было удержаться.
На миг вспыхнуло дежавю.
Взгляд женщины, чью величественную красоту отравила жестокость. Женщина взирала на неё брезгливо, потом отбросила так, будто Инна была лишь маленьким камешком. И вот – бульк! Инна уже снова опускалась на дно в какой-то мутной топи.
Время потеряло ход. Повсюду стояла вода. Сначала илистая, грязная, но постепенно тон её светлел. Иногда даже солнечный луч достигал дна. Инне казалось, она провела вечность, глядя снизу на светлое пятно у поверхности. Всё её внимание сосредоточилось на нём, но воли подняться не хватало.
Однажды свет заслонила тень.
Мимо проплывала девочка лицом вниз. Её рот был приоткрыт, распахнутые глаза не двигались.
«Это единственное спасение» – мелькнуло у Инны.