Наследие Зултан. После границы

Глава 9. Представиться

В четверг Ян задержался после школы почти на два часа и никого об этом не предупредил. Сам он не сразу связал одно с другим.

Учитель физики разрешил ему, Марку и ещё двум ребятам из старшего класса пользоваться кабинетом после уроков. В дальнем шкафу обнаружились старый лабораторный блок питания, несколько измерительных приборов и коробка деталей, которые школа собиралась списать. Время исчезло где-то между первой попыткой запустить двигатель и спором о том, почему схема работает совсем не так, как должна по расчётам. Телефон лежал в рюкзаке с выключенным звуком.

Только выйдя из школы, Ян увидел семь сообщений от Джеки и ещё два от Виолетты. Последнее сообщение Джеки состояло всего из трёх слов:

Напиши, что жив.

Ян остановился посреди тротуара. Марк, шедший рядом, оглянулся:

— Что? Ты так посмотрел, будто тебя сейчас убьют.

— Не убьют.

Ян показал экран. Марк прочитал и понимающе кивнул.

— У меня мать такая же.

— Джеки не моя мать.

— Тогда отец?

— Нет.

— Брат?

Ян замолчал.

За всё время их знакомства Марк ни разу не спрашивал об этом. В рассказах Яна Джеки оставался просто Джеки; после знакомства в Доме Марк тоже не стал ничего уточнять.

— Сложно, — сказал Ян.

Марк пожал плечами и пошёл дальше. Ян догнал его.

— И всё?

— А что?

— Тебе не интересно?

— Интересно.

— Тогда почему не спрашиваешь?

Марк посмотрел на него.

— Ты же сам сказал, что сложно.

Ян помолчал, затем открыл сообщения и написал Джеки:

Жив. Задержался в физкабинете. Иду домой.

Ответ пришёл почти мгновенно.

Хорошо.

Ни вопроса, почему не предупредил, ни упрёка, ни требования немедленно позвонить. Ян перечитал короткий ответ. Это почему-то оказалось хуже.

Ян убрал телефон.

— Теперь тебя точно убьют? — спросил Марк.

— Нет.

— Тогда почему лицо такое?

— Потому что он ничего не написал.

Марк посмотрел на него с недоумением.

— Вы очень странные.

— Я знаю.

✦

Джеки действительно ничего больше не написал.

Пока ответа не было, он то ходил по кухне, то выходил в человеческий мир проверить телефон: в Доме обычной связи не было. Во время одного из выходов с ним пошла Виолетта и тоже написала Яну. Вернувшись, Джеки попытался убедить остальных, что совершенно спокоен. Никто не поверил.

Виолетта трижды предложила ему заняться чем-нибудь полезным, Леон предложил чай. Кассиус попросил перестать ходить между окном и дверью: это мешало сосредоточиться. Путь некоторое время наблюдал, затем спросил:

— Почему ты не идёшь искать?

Джеки остановился.

— Потому что он не ребёнок.

— Он ребёнок.

— Не в этом смысле.

Путь нахмурился.

— В каком смысле?

— В сложном.

— Опять.

Леон улыбнулся. Джеки посмотрел на Пути:

— Потому что он должен иметь возможность задержаться после школы и не превращать это в чрезвычайное происшествие.

— Но ты беспокоишься.

— Да.

Джеки провёл рукой по волосам.

— Но моё беспокойство не означает, что Ян должен всё время жить так, чтобы я не беспокоился.

Путь долго смотрел на него.

— Это трудно.

— Очень.

— Тогда зачем?

Джеки так и не ответил. Вскоре снова вышел проверить телефон. Уже в человеческом мире тот завибрировал; Джеки схватил его, прочитал сообщение и закрыл глаза.

Начал печатать ответ, остановился, удалил. Написал снова — и снова стёр. В итоге отправил одно слово:

Хорошо.

Вернувшись на кухню, он сообщил:

— Жив. Задержался в школе.

Леон усмехнулся.

— Поздравляю.

Виолетта посмотрела на часы.

— Значит, скоро будет.

Путь попросил показать ответ.

— И всё?

— Да.

— Но у тебя много вопросов.

— Очень много.

— Почему не задаёшь?

Джеки положил телефон на стол.

— Сначала хочу услышать, что он сам расскажет.

— Ты всегда так делаешь?

— Нет. Пытаюсь не быть собой.

— Получается?

— Нет.

Путь кивнул, словно записал внутри себя ещё одно правило. Леон заметил это.

— Только не превращай всё, что мы делаем, в правила. Завтра Джеки поступит иначе.

— Почему?

— Люди непоследовательны.

— Это плохо?

— Иногда. Иногда нет.

Кассиус, не отрываясь от записей, произнёс:

— Чаще плохо.

Виолетта улыбнулась.

— Не слушай его.

— Я всё слышу.

— Понимаю.

✦

Когда Ян вошёл в дом, никто не выбежал ему навстречу, хотя он почему-то этого ожидал. На кухне оказались все. Это тоже показалось подозрительным.

— Привет.

— Привет, — ответил Леон.

Виолетта улыбнулась, Кассиус кивнул. Путь сказал:

— Ты жив.

— Да, — ответил Ян.

— Джеки очень беспокоился.

Джеки закрыл глаза.

— Спасибо.

Путь вопросительно посмотрел на него, но Джеки не стал объяснять. Ян повернулся к Джеки:

— Извини.

Тот явно не ожидал.

— За что?

— Телефон не посмотрел. Надо было написать.

— Да.

Ян нахмурился.

— Ты мог бы сказать «ничего страшного».

— Но я два часа думал, что случилось что-то страшное.

— Джеки, — тихо сказала Виолетта.

— Я не ругаю.

Ян слышал: Джеки действительно не ругал.

— Я понимаю.

— Хорошо.

После небольшой паузы Джеки спросил, что они делали. Теперь это прозвучало просто как вопрос. Ян сел за стол.

— У нас учитель физики разрешил после уроков оставаться в кабинете. Там есть старое оборудование. Мы хотим собрать одну штуку.

— Какую?

— Пока не знаем.

Леон рассмеялся.

— Это заразно.

— Мы знаем примерно.

— Уже лучше.

Ян начал рассказывать: сначала коротко, потом подробнее. Через несколько минут уже рисовал на салфетке схему, объясняя, почему Марк ошибается с блоком питания. Джеки задавал вопросы, половину ответов не понимал, но продолжал слушать. Путь наблюдал за ними.

Когда Ян закончил, Джеки спросил:

— И вы теперь будете оставаться после школы?

— Иногда.

— В какие дни?

Ян напрягся, и Джеки сразу добавил:

— Я не запрещаю. Просто хочу знать, когда примерно тебя ждать.

— Пока не решили.

— Тогда пиши, если задерживаешься.

— Хорошо.

— Одного сообщения достаточно.

Ян кивнул. Салфетка со схемой осталась между ними на столе.

✦

За ужином Ян рассказал о другом.

Учитель предложил им через несколько месяцев показать проект на школьной выставке технических работ.

— Какой проект? — спросила Виолетта.

— Мы ещё не решили.

— А согласились?

— Да.

Джеки поднял голову.

— Ты согласился участвовать?

Ян сразу услышал эту интонацию.

— Да.

— Там надо выступать? Перед людьми?

— Наверное.

— Ян… Ты уверен?

Все остальные молчали. Ян ждал этого вопроса и всё равно мгновенно разозлился.

— Да.

— Я просто спросил.

— Нет. Ты думаешь, что я не смогу.

— Я этого не сказал.

— Но подумал.

Джеки тоже напрягся.

— Я знаю, что тебе тяжело выступать перед незнакомыми людьми. Потому и переживаю.

— Опять.

Ян встал, резко отодвинув стул.

— Если тебе страшно, это не значит, что я не должен этого делать.

Джеки побледнел.

— Я не говорил, что не должен.

— Но каждый раз, когда я хочу что-то сделать, ты сначала думаешь, что у меня не получится.

— Это неправда.

— Правда.

— Ян.

— Я сам согласился.

— Я понял.

— Нет.

Он ушёл. Кухонная дверь закрылась без хлопка, но звук услышали все.

✦

Джеки остался сидеть перед остывающим чаем.

— Ну? — спросил он через некоторое время.

Никто не ответил.

— Вы все сейчас что-то думаете.

Кассиус поднял глаза.

— Хочешь услышать?

— Нет.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Джеки посмотрел на него.

— Ненавижу этот дом.

— Это пройдёт.

Виолетта не улыбнулась.

— Ты действительно испугался, — сказала Виолетта. — Только, кажется, не за нынешнего Яна.

Джеки нахмурился.

— А за кого?

— За того, которого помнишь.

Он отвернулся. Леон вспомнил мальчика, которому был нужен чужой ориентир: ошибка могла означать для него потерю опоры. Нынешний Ян сам согласился участвовать в выставке. Возможно, Джеки всё ещё видел рядом с ним того, кого когда-то приходилось удерживать.

— Он изменился, — сказала Виолетта.

— Я знаю.

— Знать недостаточно.

Джеки посмотрел на закрытую дверь кухни.

— А если он не справится?

— Тогда не справится, — ответил Путь.

Все повернулись к нему. Он сидел совершенно спокойно.

— Что? — спросил Джеки.

— Ян сказал, что если имя окажется неправильным, можно выбрать другое.

— При чём здесь имя?

— При выборе.

Путь помолчал, подбирая слова.

— Вы все объясняете существу, что свобода означает возможность ошибиться. Но когда ошибиться может Ян, тебе это не нравится.

Джеки смотрел на него. Леон медленно улыбнулся.

— Не помогай.

— Почему?

— Потому что слишком хорошо получается.

Джеки закрыл лицо ладонями.

— Прекрасно. Теперь меня воспитывает Путь.

— Я не воспитываю.

— Это было образно.

— А.

Виолетта всё-таки улыбнулась. Джеки опустил руки.

— Я не хочу, чтобы ему было больно.

— Знаю, — сказала она.

— И понимаю, что не могу всё предотвратить. Но мне от этого не легче.

— А никто не обещал, что станет легче.

Джеки долго молчал, затем поднялся.

— Пойду поговорю.

Виолетта покачала головой.

— Опять не сейчас?

— Дай ему немного времени. Он закрылся у себя.

Джеки посмотрел на потолок.

— Я когда-нибудь начну ненавидеть двери.

Путь тихо сказал:

— А я начинаю их любить.

✦

Примерно через час Ян спустился сам. Никто к нему не поднимался. На кухне остались только Джеки и Путь; остальные разошлись. Ян сел напротив Джеки.

— Я не думаю, что ты хочешь мне запретить.

— Хорошо.

— Но ты всегда сначала пугаешься.

— Да.

Ян не ожидал такого простого признания.

— Почему?

Джеки посмотрел на него:

— Потому что я слишком хорошо помню, как тебе было трудно раньше.

— Я не раньше.

— Знаю.

— Тогда почему?

— Потому что память не меняется с той же скоростью, что человек.

Ян задумался. Путь сидел возле окна и отвёл взгляд.

— Я могу провалить выступление, — сказал Ян.

Джеки кивнул.

— Можешь.

— Могу вообще не выйти.

— Можешь.

— Могу забыть всё.

— Да.

— И всё равно хочу попробовать.

Джеки выдохнул.

— Тогда попробуй.

Ян посмотрел на него:

— Даже если будет плохо?

— Даже если будет ужасно.

— Спасибо.

Джеки улыбнулся.

— Только одно условие.

Ян сразу насторожился.

— Какое?

— Если захочешь помощи с подготовкой, скажи.

— Это не условие.

— Знаю. Я хотел проверить, заметишь ли.

Ян рассмеялся.

Напряжение не исчезло, но стало легче. Ян поднялся и у двери остановился.

— Джеки.

— Что?

— Я не хочу, чтобы ты вообще перестал переживать.

Джеки удивлённо посмотрел на него.

— Просто не решай из-за этого за меня.

Он медленно кивнул.

— Постараюсь.

Ян ушёл.

Путь продолжал смотреть в окно.

— Что? — спросил Джеки.

— Ничего.

— Ты уже слишком долго живёшь с нами. Я теперь не верю этому слову.

Путь повернулся.

— Я думаю, что граница между людьми всё время двигается.

— В каком смысле?

— Ян хочет, чтобы ты беспокоился, но не решал за него. Хочет помощи, когда попросит. Хочет рассказывать, но не всё.

— Добро пожаловать в отношения.

Путь задумался.

— Это очень неудобно.

— Наконец-то мы в чём-то полностью согласны.

✦

На следующий вечер существо попросило поговорить со всеми. Список оно не принесло.

Они вышли в сад. Путь открыл соединение у внешней границы, на прежних условиях. Кассиус проверил его и сел рядом с Виолеттой.

— Я хочу попробовать кое-что, — сказало существо.

Леон и Кассиус напряглись.

— Что? — спросил Путь.

— Представиться.

Ян, сидевший на ступеньке, поднял голову.

— Ты выбрало имя?

— Нет.

— Тогда как?

— Не знаю, — ответило существо после паузы. — Поэтому хочу попробовать.

Виолетта улыбнулась.

— Хорошо.

— Что люди говорят, когда представляются?

Ян ответил первым:

— «Привет, я Ян».

— И всё?

— Обычно.

— Это очень мало.

— А ты чего ожидало?

— Не знаю. Что нужно объяснить, кто ты.

Леон покачал головой.

— Обычно нет. Человек узнаёт это потом.

Существо задумалось.

— Тогда имя — обещание?

— Какое? — спросила Виолетта.

— Что потом можно узнать остальное.

Никто сразу не ответил. Леон посмотрел на Виолетту; она чуть улыбнулась.

— Мне нравится.

— Это правда?

— Иногда. Если человек хочет, чтобы его узнавали.

— А если не хочет?

— Тогда имя может быть просто именем.

Помолчав, существо попросило Яна представиться.

— Ты знаешь меня.

— Всё равно.

Ян неловко встал.

— Привет. Я Ян.

— Здравствуй, Ян.

За ним представились Джеки, Виолетта, Кассиус и Леон. Последним остался Путь.

— Привет, — сказал он. — Меня пока называют Путём.

Существо повторило:

— Пока.

— Да.

Теперь все ждали. Пространство за границей стало плотнее, словно существо пыталось собрать себя в точку, из которой можно было говорить.

— Здравствуйте, — произнесло оно и остановилось. — Здравствуйте. Я…

Никто не подсказал имя. Путь слушал затянувшуюся паузу после «я». Прежде это слово означало всё пространство за границей; теперь существо искало продолжение, которое отделило бы его от остального.

— Не получается, — сказало существо.

— Ничего, — ответил Ян. — У меня тоже не сразу получилось.

Существо повернулось к нему.

— Ты боялся?

Ян подумал.

— Да.

— Чего?

— Что если назовусь по-другому, стану кем-то другим.

— Стал?

Ян посмотрел на Джеки, потом снова к границе.

— Нет. Наверное, я просто начал понимать, что уже другой.

Существо долго молчало.

— Тогда имя не меняет?

— Может менять то, как ты себя видишь. Но оно не делает всё вместо тебя.

Виолетта посмотрела на Яна с удивлением.

— Что?

— Ничего.

— Опять.

Она улыбнулась.

Существо попробовало ещё раз:

— Здравствуйте. Я…

Снова остановилось, но на этот раз пауза показалась Пути иной — словно существо примеряло разные слова. Наконец произнесло:

— Пока не знаю.

Ян улыбнулся.

— Тоже представление.

— Правда?

— Конечно. «Привет, я пока не знаю».

— Это странно.

— Ты вообще довольно странное.

Джеки тихо сказал:

— Ян.

— Что? Мы все странные.

Существо неожиданно спросило:

— Это плохо?

Ян пожал плечами.

— Мне нормально.

Сначала Леон решил, что пространство дрогнуло. Потом понял: существо смеялось. Звук был тихим, непривычным и несколько раз прерывался. Такого они прежде не слышали.

Виолетта посмотрела на Пути. Тот стоял неподвижно, Кассиус молчал. Даже Ян перестал улыбаться и слушал. Смех закончился.

— Что это было? — спросило существо.

Леон тоже рассмеялся.

— Кажется, тебе было смешно.

— Я не хотело.

— Обычно так и бывает.

— Это выбор?

— Не всегда.

— Хорошо.

Помолчав, существо призналось:

— Мне понравилось.

И засмеялось снова, на этот раз намеренно. Получилось хуже. Ян фыркнул:

— Вот теперь странно.

— Почему?

— Потому что специально.

— Я учусь.

— Ладно.

✦

После разговора существо попросило Пути остаться. Остальные постепенно разошлись по дому. Когда сад опустел, оно заговорило:

— Я поняло, чего не хватает.

— Для имени?

— Да.

— Чего?

— Я всё время выбираю слово так, будто оно должно объяснить меня.

Путь вспомнил Миру.

— А оно не должно.

— Нет.

— Тогда что должно?

Существо долго молчало.

— Быть тем, на что я захочу обернуться.

— Хорошо сказано.

— Мира сказала?

— Нет.

— Значит, я само.

В голосе прозвучало что-то похожее на гордость.

— Само, — подтвердил Путь.

Существо помолчало.

— А ты оборачиваешься, когда говорят «Путь»?

— Да.

— Значит, это уже твоё имя.

Путь посмотрел на окна дома.

— Возможно.

— Но ты всё равно хочешь другое.

Он не ответил.

— Почему?

Путь думал долго.

— Потому что когда говорят «Путь», я иногда не понимаю, зовут меня или то, что я должен сделать.

Существо словно замерло.

— Тогда тебе тоже нужно слово, которое ничего от тебя не требует.

Путь молчал. В слове «Путь» почти всегда слышалось продолжение: желание куда-то попасть, кого-то найти, что-то открыть. Он уже думал о другом имени, но теперь смог различить, чего именно ему не хватает. Услышать обращение и знать, что от него хотят только одного — чтобы он повернулся.

— Да, — сказал он наконец.

— Тогда мы ищем разное.

— Что ищешь ты?

— Слово, на которое захочу обернуться.

— А я?

Существо ответило:

— Слово, на которое можно обернуться и не открывать дверь.

Связь закрылась. Путь остался один.

✦

Позже он вошёл в дом и нашёл Леона на кухне. Тот спросил, всё ли нормально.

— Да.

Путь сел напротив. Леон ждал, и на этот раз Путь сам начал разговор:

— Если бы я выбрал имя, ты бы привык?

— Думаю, да.

— Быстро?

— Нет. Я очень долго называла тебя Путём и наверняка буду ошибаться.

— А если мне это не понравится?

— Скажешь.

— А если тебе будет трудно?

Леон улыбнулся.

— Это будет моя проблема.

Путь посмотрел на него.

— Люди часто так говорят, а потом делают свою проблему чужой. Ты тоже?

— Конечно.

— Тогда откуда мне знать, что не сделаешь?

Леон задумался.

— Никак. Наверное, доверие не в том, чтобы заранее знать, что человек всё сделает правильно. А в том, чтобы верить, что если он ошибётся, с ним можно будет об этом поговорить.

Путь медленно кивнул.

— Это неудобно.

— Да.

— Опасно.

— Иногда.

— И люди всё равно так живут.

— Другого способа пока не придумали.

Путь посмотрел на него.

— Полезный ответ.

Леон рассмеялся.

— Я учусь.

✦

В ту ночь Путь долго не мог успокоиться. За последние месяцы он начал позволять себе отдых: иногда переставал следить за дорогами и прислушиваться к изменениям пространства, просто оставался в своей комнате. Теперь сидел возле стола, на котором лежал камень. За дверью было тихо.

Он мысленно произнёс несколько имён. Ни одно не подошло.

— Путь.

Слишком привычно. Он действительно оборачивался на это слово, но внутри почти всегда скрывалось продолжение.

Путь, открой.

Путь, покажи.

Путь, отведи.

Путь, найди.

Путь, помоги.

Когда-то он не замечал в этом тяжести. Теперь после каждой просьбы слышал, чего ждут именно от него.

Путь подошёл к двери и положил ладонь на ручку. За ней никто не стоял, никто его не звал.

А он хотел услышать имя. Не просьбу, не направление, не функцию — просто слово, означающее только его.

Он ещё не знал, как оно будет звучать.

Глава 10. Своё имя

Имя пришло утром, когда существо слушало дождь. Не во время большого разговора, не после открытия, которое можно было бы назвать решающим.

Дождя в его пространстве раньше не существовало. Пока это место оставалось остатком прежнего мира, где не было настоящего разделения, оно не нуждалось ни в погоде, ни в смене света, ни в расстоянии между предметами. Всё возникавшее становилось частью целого; незачем было различать, где заканчивается одно и начинается другое.

Теперь пространство медленно менялось вслед за тем, чему существо училось у других. Сначала появилась комната с дверью, которую Путь создал для него, затем расстояние между ней и всем остальным, потом поверхность, напоминавшая землю. Существо попробовало создать дерево и несколько дней наблюдало за ним, пока не поняло, что просто воспроизвести форму недостаточно. Настоящее дерево росло, менялось, теряло листья; его тень двигалась независимо от чужого желания.

С дождём оказалось ещё сложнее.

Существо видело его через чужие воспоминания задолго до того, как научилось понимать, что именно видит. Оно знало ощущение воды, звук капель, тяжесть мокрой одежды и запах земли, но все эти вещи когда-то воспринимались одновременно, без разделения на того, кто чувствует, и то, что чувствуется.

Теперь ему хотелось услышать дождь снаружи себя.

В первую попытку вода появилась сразу повсюду. Во вторую капли остановились в воздухе: существо не понимало, почему они должны падать. В третью возник ветер, которого никто не создавал намеренно.

А сегодня дождь наконец шёл. Неровный, слишком тёплый и почему-то только возле комнаты, но настоящий настолько, насколько здесь вообще могло существовать что-нибудь настоящее.

Существо сидело за закрытой дверью и слушало.

Капли ударяли по поверхности, которую оно создало вместо крыши, стекали вниз, собирались возле порога, а затем исчезали, потому что дальше для них пока не существовало места.

Когда-то исчезновение воды раздражало бы существо. Теперь оно наблюдало: не всё должно было получаться сразу.

Перед ним лежал личный лист с именами. Подборку для друзей оно переписало отдельно; та несколько дней путешествовала между его пространством и кухонным столом Первого Дома. На собственном листе почти все слова были перечёркнуты. Одни не нравились с самого начала, другие нравились слишком сильно и потому казались подозрительными, третьи переставали подходить после нескольких часов размышлений.