Рождённый за Пределами

Глава 4

Те, кто не вернулся

Первым Каин услышал капли.

Не дождь.

Слишком ровно.

Кап.

Пауза.

Кап.

Он открыл глаза.

Белый потолок.

Лампа.

Тонкая прозрачная трубка уходила от стойки к его левой руке.

Боль вернулась секундой позже.

Грудь словно стянули металлическими ремнями. Правый бок горел при каждом вдохе, плечо почти не чувствовалось, а во рту стоял привкус железа.

Каин закрыл глаза.

На мгновение ему снова показалось, что перед ним чёрная вода.

Лира лежит возле стены.

Грен пытается пошутить.

Влад поднимает копьё.

Тея улыбается через невидимую преграду.

Каин резко открыл глаза.

Потолок.

Белая лампа.

Капельница.

Он попытался сесть.

— Не рекомендую.

Голос прозвучал сбоку.

Каин повернул голову.

На стуле возле окна сидела женщина в медицинском халате и листала планшет. На вид ей было около сорока. Она даже не подняла глаз.

— Особенно после того, как мы потратили столько времени, чтобы вы снова не развалились.

— Обнадёживает.

— Я врач. Я не обязана обнадёживать. Я обязана не дать вам умереть второй раз.

Каин замер.

— Второй?

Теперь она посмотрела на него.

— Доброе утро, Амаги-сан.

Перед глазами Каина появился полупрозрачный текст.

[Состояние носителя стабилизировано.]

[Уровень: 2.]

[Стабильность существования: 96%.]

[Свободные очки характеристик: 10.]

Каин несколько секунд смотрел на последнюю строку.

Десять очков.

Пять за уровень.

Он мог распределить их прямо сейчас.

После всего, что произошло в подземелье, мысль о том, чтобы нажать неизвестную кнопку внутри собственного тела, показалась ему неожиданно плохой.

Позже.

Надпись исчезла.

Врач подняла бровь.

— Что?

— Ничего.

— Вы только что смотрели в пустой угол комнаты примерно семь секунд.

— Привычка.

— Плохая.

Она встала и подошла к кровати.

— Дышите глубже.

Каин вдохнул.

На половине вдоха грудь пронзила боль.

— Ещё.

— Вы точно врач?

— Пока да.

Она приложила диагностический кристалл к его груди. По поверхности прошёл голубой свет.

Женщина нахмурилась.

— Вот это мне и не нравится.

— Мне тоже много чего не нравится.

— У вас было сквозное повреждение грудной клетки. Разорваны лёгкое, несколько крупных сосудов, повреждено сердце. По всем нормальным медицинским причинам вы не должны были дожить до прибытия спасателей.

Каин ничего не сказал.

— Но вы дожили.

Она перелистнула несколько снимков.

— Более того, часть повреждений выглядит так, словно ткань не зажила, а… вернулась в правильное положение.

Каин посмотрел на неё.

— Это медицинский термин?

— Нет. И меня это раздражает.

Она приблизила изображение.

— Кто вас исцелил?

— Никто.

— Амаги-сан.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Она долго смотрела ему в глаза.

— У нас есть методы пространственной реконструкции тканей. Очень редкие. Очень дорогие. И даже они не выглядят так.

Каин вспомнил сообщение.

[Первичная стабилизация.]

Потом повышение уровня.

Потом то, как тело каким-то образом продолжало двигаться, хотя двигаться уже не должно было.

— Я не знаю, — сказал он.

На этот раз врач, кажется, поверила.

Это было хуже.

Она убрала планшет.

— Тогда второй вопрос.

Каин уже знал какой.

— Остальные?

Женщина остановилась.

Несколько секунд в комнате был слышен только ритм капельницы.

— Все четверо подтверждены погибшими.

Каин смотрел на край одеяла.

Он это знал.

Сам закрыл глаза Лире.

Сам нашёл Влада.

Сам стоял возле тела Теи.

Но услышать официальную фразу оказалось почему-то тяжелее.

Подтверждены погибшими.

Будто теперь этого уже нельзя было отменить даже в воображении.

— Их семьи уведомили?

— Начали процедуру.

— Личные вещи?

— В Ассоциации.

— Я хочу их забрать.

— Вы хотите сначала научиться самостоятельно ходить до туалета.

Каин посмотрел на неё.

— А потом?

Женщина вздохнула.

— Потом будете спорить с Ассоциацией.

Она направилась к двери.

— И ещё.

— Что?

— Ваш меч тоже у них.

Каин сразу поднял голову.

— Белый?

— Значит, других странных мечей у вас нет. Уже хорошо.

Дверь закрылась.

Каин остался один.

Несколько секунд он смотрел в потолок.

Потом мысленно произнёс:

Стабильность существования.

Надпись появилась снова.

[96%.]

— Что это значит?

На этот раз ответ пришёл.

[Показатель закрепления физического носителя в текущем слое реальности.]

Каин перечитал сообщение дважды.

— А если будет ноль?

Пауза.

[Недостаточный уровень доступа.]

— Конечно.

Он прикрыл глаза.

Хотя бы здесь всё снова стало знакомым.

---

Через три часа ему разрешили сидеть.

Через четыре — самостоятельно пройти несколько метров.

Через пять пришёл человек, который сразу испортил весь прогресс.

— Каин Амаги?

Мужчина в тёмном костюме остановился у двери.

Невысокий.

Чёрные волосы с заметной сединой на висках.

Галстук сидел идеально ровно, будто даже ткань боялась нарушить служебный порядок.

В руках — тонкая папка.

— Уже зависит от того, кто спрашивает.

— Хорошо.

Мужчина вошёл.

— Почему?

— Люди, которые сразу отвечают «да», обычно потом слишком долго объясняют, почему зря это сделали.

Он поставил стул напротив кровати.

— Рёдзи Куросаки. Специальный отдел расследования аномальных разломов.

Каин посмотрел на удостоверение.

— Звучит как отдел, куда отправляют дела, которые никому больше не хочется трогать.

— Поразительно точное описание.

Куросаки сел.

Папку не открыл.

— Это допрос?

— Пока беседа.

— А разница?

— Если станет допросом, я сообщу.

— Удобно.

— Для меня — очень.

Несколько секунд они молчали.

Куросаки первым нарушил тишину.

— В восемь часов двадцать семь минут ваша группа зарегистрировалась на входе. В восемь тридцать четыре вошла в разлом. В восемь пятьдесят восемь связь стала нестабильной. В девять ноль одну пропала полностью.

Он говорил без папки.

— В тринадцать сорок две спасательная группа обнаружила вас и тела четырёх участников.

Каин не ответил.

— Расскажите, что произошло между девятью ноль четыре и тринадцатью сорока двумя.

Каин рассказал.

Не всё.

Про странную дверь.

Про коридор, который вёл не туда.

Про зеркало.

Про существо.

Про гибель Лиры.

Грена.

Влада.

Теи.

Он не сказал о системе.

Не сказал о белых линиях.

Не сказал о сообщениях перед глазами.

Не сказал о пяти кольцах.

И совершенно точно не сказал о том, что на несколько секунд увидел место, где само понятие расстояния переставало иметь смысл.

Куросаки слушал молча.

Не перебивал.

Это почему-то нервировало сильнее вопросов.

Когда Каин закончил, мужчина наконец открыл папку.

— Вы назвали существо Зеркальным Архидемоном.

— Да.

— Почему?

— Потому что оно использовало отражения.

— Я спросил не про «Зеркального».

Каин встретился с ним взглядом.

Куросаки продолжил:

— Архидемон — отдельная классификация угрозы. За последние двадцать лет в Японии не подтверждено ни одного такого случая. В мировых архивах — девять.

Он положил на стол фотографию разрушенного зала.

— Вы E-ранг. Не аналитик. Не демонолог. Не сотрудник закрытого отдела.

— Я умею читать новости.

— Тогда вы очень уверенный читатель.

— Он убил четырёх охотников почти без усилий.

— Сильный монстр не автоматически Архидемон.

Каин пожал плечом и сразу пожалел об этом.

— Возможно, я ошибся.

Куросаки чуть улыбнулся.

— Нет.

Каин замер.

— Что?

— Возможно, вы совершенно правы.

Он перевернул ещё один лист.

— Мы обнаружили останки существа в центральном зале. Рост около двух метров семидесяти сантиметров. Предварительная оценка — A-класс.

Каин посмотрел на него.

Архидемон исчез.

Полностью.

Он видел это.

Не пепел.

Не тело.

Не остатки.

Пустота.

Куросаки ждал.

Каин медленно сказал:

— Тогда вы нашли не его.

Тишина.

Куросаки откинулся на спинку стула.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Останков нет.

Каин ничего не ответил.

— Вообще, — продолжил Куросаки. — Ни тела. Ни фрагментов. Ни энергетического ядра. Даже кровь, которую мы нашли, принадлежит участникам вашей группы.

— Вы солгали.

— Да.

— На допросе это законно?

— Я же сказал. Пока беседа.

Каин посмотрел на него.

— Хотели увидеть, исправлю ли я вас?

— В том числе.

— И?

— Исправили.

— Потому что я видел, как он исчез.

— Именно.

Куросаки сделал небольшую пометку.

— Большинство людей, которые хотят скрыть информацию, совершают одну ошибку. Они считают, что нужно контролировать ответы.

Он поднял глаза.

— На самом деле нужно контролировать то, какие вопросы заставляют тебя забыть о подготовленных ответах.

Каин на секунду задумался.

— Вы это сейчас специально объяснили, чтобы я начал следить за реакциями и выглядел ещё подозрительнее?

Куросаки впервые улыбнулся нормально.

— Возможно.

— Вы неприятный человек.

— Это входит в требования отдела.

Он перелистнул страницу.

— Ваше зарегистрированное пробуждение: «Пространственная чувствительность», F-класс функции. Верно?

— Верно.

— Благодаря ей вы увидели скрытый проход, который не видел разведчик C-ранга и не регистрировал сканер Ассоциации.

— Видимо.

— Благодаря ей вы определяли появление существа через отражения.

Каин молчал.

— Благодаря ей вы пережили столкновение с тем, кого считаете Архидемоном.

— Последнее звучит особенно неправдоподобно.

— Наконец-то мы в чём-то согласны.

Куросаки закрыл папку.

— Я не думаю, что ваша способность осталась F-классом.

— Я тоже.

Это было правдой.

Технически.

— Когда она изменилась?

Каин посмотрел в окно.

— В подземелье.

— До гибели первого участника или после?

Вот теперь вопрос был опасным.

Каин медленно перевёл взгляд обратно.

— Не знаю.

Куросаки несколько секунд изучал его лицо.

— Хорошо.

— Верите?

— Нет.

— Тогда зачем спрашивали?

— Чтобы узнать, что вы скажете, когда не захотите отвечать.

Каин тихо выдохнул.

— У вас вообще бывают обычные разговоры?

— Иногда заказываю кофе.

— И бариста признаётся в преступлении?

— Один раз было.

Каин не понял, шутит он или нет.

Это раздражало.

Куросаки встал.

— Последний вопрос на сегодня.

— Вы уже говорили что-то похожее минут десять назад.

— Нет. Я сказал «второй вопрос» врачу.

Каин нахмурился.

— Вы здесь были?

— Нет.

Пауза.

— Это была шутка.

Каин посмотрел на него.

— Ужасная.

— Я следователь, не комик.

Куросаки убрал папку под мышку.

— Кто вас исцелил?

Юмор исчез.

— Я не знаю.

— Хорошо.

— Теперь верите?

— Да.

Этот ответ оказался неожиданнее всех предыдущих.

— Почему?

Куросаки посмотрел на медицинские датчики возле кровати.

— Потому что человек, который умеет сделать с телом то, что произошло с вашим, не оставил бы вас потом лежать три часа на полу с внутренним кровотечением.

Он направился к двери.

— Куросаки.

Мужчина остановился.

— Вы верите, что там был Архидемон?

Куросаки немного подумал.

— Я верю, что четыре охотника погибли в подземелье, которое считалось достаточно безопасным для вторичной зачистки.

Он посмотрел на Каина.

— Я верю, что E-ранговый охотник вышел оттуда после ранения, от которого у него не было шансов выжить.

Рука легла на дверную ручку.

— И я верю, что кто-то очень хотел, чтобы именно вы оказались внутри.

Каин почувствовал, как пальцы сами сжались.

— Почему?

— Вот это, Амаги-сан, первый хороший вопрос за сегодняшний день.

Дверь закрылась.

---

На следующий день Каина отвели в лабораторный блок Ассоциации.

Формально — для дополнительного обследования.

Фактически — потому что никто не понимал, что делать с белым мечом.

Куросаки уже ждал возле стеклянной двери.

— Вы опять здесь.

— Работа.

— Сочувствую.

— Взаимно.

Они вошли.

Белый Разлом лежал на металлическом столе за прозрачным защитным экраном.

Каин сразу почувствовал его.

Не как магию.

Скорее как место, которое находилось там, где должно было находиться.

Единственная идеально правильная вещь в комнате.

Сотрудник лаборатории заметил взгляд Каина.

— Ваш?

— Наверное.

— Ненавижу это слово.

— Сегодня у специалистов тяжёлый день.

Мужчина ткнул пальцем в монитор.

— Магическая активность — ноль. Излучение — ноль. Зарегистрированное ядро — отсутствует. Материал определить невозможно. Рентген либо проходит так, будто меча нет, либо показывает обычный металл. Зависит от прибора.

Каин подошёл ближе.

— Звучит недорого.

Лаборант посмотрел на него без улыбки.

— Мы использовали оборудование стоимостью четыреста миллионов иен.

— Тогда звучит дорого.

Куросаки кашлянул, скрывая что-то похожее на смех.

— Но это ещё не лучшая часть, — сказал сотрудник.

Он открыл защитный экран и протянул к мечу руку.

Пальцы остановились возле рукояти.

Не коснулись.

Мужчина нахмурился и попробовал снова.

То же самое.

Рука проходила рядом.

Каждый раз на несколько миллиметров мимо, хотя движение было абсолютно прямым.

— Уже шесть человек пробовали, — сказал Куросаки. — Один использовал промышленный захват.

— И?

— Захват промахнулся.

Каин посмотрел на меч.

Потом протянул руку.

Пальцы спокойно сомкнулись на белой рукояти.

Никакого сопротивления.

Лаборант закрыл глаза.

— Конечно.

Каин поднял оружие.

— Значит, можно забирать?

— Нет, — одновременно ответили оба.

— Стоило попробовать.

Куросаки достал документ.

— Временно он передаётся вам как индивидуально привязанный трофей до завершения классификации.

— То есть можно забирать.

— Юридически это совершенно другая фраза.

— Но меч окажется у меня дома.

Куросаки молча протянул бумагу.

Каин подписал.

— Хорошо, что законы всё упрощают.

— Именно для этого они и существуют, — сухо ответил Куросаки.

На выходе он передал Каину небольшую визитную карточку.

На ней было только имя, номер и символ Ассоциации.

— Если вспомните что-нибудь важное.

— А если неважное?

— Запишите и забудьте.

— Вы точно не комик?

— Уходите, Амаги.

---

Через два дня его выписали.

Врач запретила рейды минимум на три недели.

Каин не стал объяснять, что никакого желания возвращаться в обычное подземелье у него пока не было.

Прежде оставалось другое.

Ассоциация предложила сама передать личные вещи погибших.

Каин отказался.

Не потому что считал это обязанностью.

Слово «обязанность» здесь казалось слишком простым.

Он просто не хотел, чтобы последним человеком из их группы для семей оказался курьер с формой на подпись.

Первой была Лира.

Дверь открыла девушка, удивительно похожая на неё.

Те же глаза.

Только волосы короче.

Она увидела Каина и сразу поняла, кто он.

— Вы из её группы.

Не вопрос.

Каин кивнул.

— Каин.

— Я знаю.

Она отступила, пропуская его внутрь.

На низком столике уже стояла фотография Лиры.

Не охотника.

Обычной девушки в огромной шляпе, смеющейся где-то возле моря.

Каин положил перед фотографией маленький серебряный браслет и телефон.

Сестра долго смотрела на вещи.

— Она мучилась?

Каин почувствовал, как внутри что-то сжалось.

Он вспомнил руку Архидемона.

Кровь.

Лиру, которая не могла вдохнуть.

«Я же говорила… надо было уйти».

— Нет, — сказал Каин.

Ложь прозвучала спокойно.

Иногда правда была просто ещё одной формой жестокости.

Девушка кивнула.

— Она боялась?

Каин задумался.

— Да.

Она подняла глаза.

— Но всё равно осталась с нами.

На лице девушки впервые появилось что-то похожее на улыбку.

— Это уже больше похоже на неё.

Перед уходом она сказала:

— Она про вас рассказывала.

Каин остановился.

— Что именно?

— Что вы ужасно молчаливый.

— Неправда.

— И что на любую помощь сначала говорите «не надо», а потом всё равно берёте.

Каин вспомнил банку кофе возле станции.

Несколько секунд он ничего не говорил.

— Это тоже неправда.

Сестра Лиры тихо рассмеялась.

Каин вышел раньше, чем смех успел закончиться.

---

Семья Грена держала небольшую закусочную в старом квартале.

Каин понял, что пришёл по правильному адресу, ещё до того, как увидел вывеску.

Запах еды чувствовался за половину улицы.

За стойкой стоял мужчина почти таких же размеров, как Грен.

Он посмотрел на Каина.

Потом на сумку в его руке.

— Садись.

— Я только передать…

— Садись.

Каин сел.

Через минуту перед ним появилась огромная миска рамена.

— Я не заказывал.

— Грен тоже постоянно это говорил, а потом съедал две.

Каин посмотрел на еду.

— Похоже на него.

Отец Грена сел напротив.

Каин положил на стол браслет сына и небольшой металлический жетон рейдов.

Мужчина не прикоснулся к ним сразу.

— Он опять полез вперёд?

Каин вспомнил топор, ударивший Архидемона.

— Да.

— Идиот.

— Да.

— Смеялся?

Каин посмотрел на мужчину.

— До конца.

Тот опустил голову.

— Что сказал?

Каин невольно усмехнулся.

— Что я должен ему за рисовые шарики.

Несколько секунд мужчина сидел неподвижно.

Потом неожиданно расхохотался.

Громко.

Так, что женщина на кухне выглянула в зал.

Смех длился недолго.

Когда он закончился, отец Грена вытер лицо ладонью.

— Идиот, — повторил он.

На этот раз голос дрогнул.

Перед уходом он сунул Каину в руки бумажный пакет.

— Нет.

— Что «нет»?

— Не нужно.

Мужчина посмотрел на него.

— Лира была права.

Каин замер.

— Что?

— Грен писал. Ты сначала всегда отказываешься.

Каин посмотрел на пакет.

Внутри лежали рисовые шарики.

— У вас там что, общий чат был против меня?

— Теперь уже не узнаешь.

Это прозвучало без злобы.

Но ударило сильнее, чем должно было.

Каин забрал пакет.

— Спасибо.

— Вот. Учишься.

---

Адрес Влада привёл его к маленькому дому возле старого парка.

Дверь открыла пожилая женщина.

Она посмотрела на Каина и тихо сказала:

— Новая группа.

Каин нахмурился.

— Простите?