– Да, я к свекрови ездила.
– Зачем?
– Помочь ей надо было, – ответила Розалия и нехотя пояснила, поняв, что собеседник ожидает более подробного ответа: – Уголь с ней перекидали, да лук убрали. Ещё помидоры солили.
– А муж ваш не хотел матери родной помочь? Уголь перекидать, например?
– У него здесь дела были: другу надо было помочь машину отремонтировать. И я на него сына оставила.
– А-а… – протянул вампир, понимая, что не имеет права на возмущение, и всё-таки возмущаясь. – А с электрички ночной он вас встретить не мог?
– Я не просила, – был ему короткий ответ.
«Сам он, конечно же, догадаться не мог», – подумалось Максу, но вслух он ничего не сказал, чувствуя, что Розалия и сама всё про своего мужа знает.
– Вам как, лучше? – осведомился вместо этого мужчина. – Идти сможете?
– Да-да, смогу.
Мефистофель наклонился, нашёл бутылку с водой, сунул её в сумку и протянул ту женщине. Она приняла её из его рук и, маясь от неловкости, сообщила:
– Здесь ещё где-то мои пакеты были…
И они стали в этой темноте искать пакеты. Нашла их Розалия сама и известила об этом главу Общества. Он приблизился к ней и предложил:
– Давайте, я понесу ваши пакеты.
– Не надо. Спасибо. Я сама понесу.
Мужчина тяжело вздохнул и, более ни о чём не спрашивая, просто отобрал их у неё. Пакеты для человека были достаточно тяжёлыми, хотя Максимилиану как вампиру особых неудобств не доставляли. Он, конечно, поразился про себя, как она их на себе пёрла, но потом вспомнил про уголь и поражаться перестал.
– Возьмите меня под руку, – скомандовал женщине Ахмедов. – Можете повиснуть на мне, если хотите. По-моему, вам всё ещё грозит обморок.
Розалия подчинилась, и они покинули центр двора, до которого с левой стороны хоть и слабо, но доставал свет фонаря. Там остались четверо несостоявшихся насильников, чьи лица теперь были изрядно изуродованы. Макс же со спутницей шагнул в темноту.
Все его чувства обострились. Он был напряжён и внимателен, пока они не прошли мимо аварийного здания и не оказались на параллельной улице. Здесь он чуть-чуть расслабился, но окончательно успокоился только тогда, когда они вышли на середину гравийной дороги, где было хорошо видно, что вокруг никого нет, и никаких приключений их сегодня больше не ожидает.
Оба выдохнули с облегчением и посмотрели друг на друга. И только тут друг друга увидели по-настоящему.
Мефистофелю захотелось завыть во весь голос: женщина в самом деле была «красотулей», да ещё какой! Ему было бы гораздо легче, если бы эта сильная и приятная женщина, которая ему несказанно понравилась, оказалась бы чуть менее красивой!
Её длинные волосы приглушённого рыжего цвета были заплетены в косу. Глаза её были светло-зелёными и напоминали своим цветом камень под названием хризолит, именуемый иногда вечерним изумрудом. Кольцо с таким камнем имелось у его матери. Губы Розалии были не пухлыми, но и не слишком уж тонкими и при этом какими-то изящными. Лицо её было красивым классической красотой.
Ростом женщина обладала достаточно высоким. Фигура её была тоненькой, и Максимилиана так и тянуло сравнить её с рябиной. В этой тонкости была особая женственность.
Взгляд мужчины скользил вниз с естественной груди среднего размера на тонкую талию, затем узкие бёдра и угадывавшиеся под юбкой до колена красивые и длинные ноги. И как только такую жену можно отпускать на улицу одну, да тем более в такой час? Её муж просто ненормальный!
После осмотра женщины Макс понял, почему её трусливые насильники с таким упорством пытались отбить её и кидались в драку вновь и вновь. Хороша – ничего не скажешь.
Розалия в это время рассмотрела своего спасителя. Голос у него был красивый и очень мужской, как ей показалось, но к красивому голосу вовсе не обязательно прилагается красивая внешность, и она не ожидала. Тем более она никогда бы не подумала, что такой красивый мужчина способен постоять за кого бы то ни было, но тому она была свидетельницей, а потому сомневаться не приходилось.
Ей вспомнились его слова о том, что женщин он себе добывает иным способом. Про себя Розалия усмехнулась. Она была уверена, что ему вообще их добывать не приходится: они сами к нему бегут.
– Господи! – воскликнула женщина, отчего Мефистофель вздрогнул, выйдя из оцепенения. – Какая же я неблагодарная! Я совсем что-то… Простите меня, пожалуйста! Спасибо вам большое! Спасибо! Я так вам благодарна, что и выразить этого не могу…
– Да что вы так всполошились? Я вижу, что вы всё ещё в шоке, – улыбнулся брюнет. – Где вы живёте?
– Да вон в той трёхэтажке, – махнула Розалия рукой на кирпичное здание, находившееся от них в десяти метрах. Глаза её блестели: за свою оплошность она расстроилась до слёз.
– Пойдёмте: сын же вас ждёт.
– Ой, да я сама дойду! Спасибо вам, конечно, но тут недалеко…
– Я вас провожу.
– Это вовсе необязательно! Вы и так со мной сегодня нанянчились. Простите, что причинила столько хлопот…
– Розалия! – окликнул спутницу Ахмедов. В его голосе проскользнула властность. – Я сказал, что провожу вас. Одну я вас не отпущу. Я хочу убедиться, что вы благополучно добрались до своего дома. Если не провожу, то не усну: буду беспокоиться, как бы с вами ещё чего не приключилось. Попросите вы меня об этом ещё там, я бы и то не согласился, а уж теперь, когда рассмотрел вас, – тем более! Ну не с вашей внешностью разгуливать по улицам в одиночестве в такой час! Честное слово! Да и пакеты эти ваши…
– Я донесу! – поспешно вставила женщина.
Вампир вздохнул и тепло посмотрел на неё.
– Розалия, вы устали, вы пережили нервный стресс – что вы донести можете? Да вы еле ноги волочете! Пойдёмте: вам давно пора спать.
Розалия кивнула, бросив с ним спорить: он был абсолютно прав, и убедить его в обратном она бы не смогла. Поэтому они пошли к дому, двигаясь в полнейшем молчании.
«Замужем! – восклицал про себя с досадой Макс. – Она – замужем!».
Эта красивая, но усталая и небогато одетая женщина отчего-то поразила его воображение. Она понравилась ему ещё до того, как он увидел её. С одной стороны он осуждал её поведение, а с другой – восхищался. Возможно, именно эта её самоотверженность и поразила его больше всего. А ещё сила духа: в обморок-то она так и не упала! Держалась до последнего!
Когда они поднимались на второй этаж, Розалия тихо спросила:
– А как вы там оказались? Куда вы шли?
– Да я неподалёку машину бросил – к ней и шёл. Тоже с вокзала, кстати. Знал бы, что вы влипнете в такую историю, непременно проводил бы вас.
– Вас, наверное, дома ждут, – обеспокоилась вдруг спутница.
– Да никто меня не ждёт! – отмахнулся Мефистофель. – В отличие от вас у меня нет ни сына, ни жены.
– А мама?
– Мама живёт в другом городе. Я в Сибирске неместный, хоть и прожил здесь, наверное, лет десять уже.
– А откуда вы приехали?
– Из Абакана.