– Эй… ребятишки! – Боже, ну какие нахрен ребятишки. Я даже не могу стыдливо прикрыть лицо, приходится переживать весь этот репутационный кошмар наяву.
Пацаны синхронно обернулись ко мне. Бухие в щи, еле на ногах держатся. Пару секунд у них ушло на осознание: меня три или это у них в глазах все плывет.
А потом самый здоровый из них, с бутылкой в руке и пушком над верхней губой восторженно ткнул в мою сторону пальцем:
– Господа, едрить меня в дышло, взгляните-ка на этого простофилю. Это же… Нищеконт!
– Ха-ха, вы правы сударь, как есть он! – вторили дружки заливаясь безудержным ржачем.
ОТКУДА они узнали?! У меня что, прям на лице написано, что я без гроша в кармане? Знаешь Атари, убей их нафиг. Они меня обидели.
– Проследуйте пожалуйста на хутор отсюда, – вякнул долговязый парень с расстёгнутой на груди рубахой, а потом гаденько хмыкнул, прихватывая за плечо рыжеволосую служанку, – Мамзель предпочитает общество состоятельных господ.
– Ого, люди высокой культуры! – Удивился Атари.
Ага, из Винтербурга. Перед девчонкой красуются, не обращай внимания. Это типично пережратое быдло с напускными манерами. Я знаю о чём говорю, я с ними учусь.
Атари хмыкнул и моими устами, вкрадчиво, но очень четко произнес:
– Знаете, в чем беда, таких мелких засранцев вроде вас. Вы всегда мните себя великими и могучими. Бросаетесь угрозами, обещаниями стереть в порошок кого угодно, красуясь перед дамами. Однако, вы забывают об одном очень важном моменте, – я почувствовал как мой кулак сжимается до хруста под волей Атари, – кровь у вас бежит точно также, как и у любого другого. Поберегите здоровье и сделайте одолжение… свалите. Даме неприятна ваша компания.
– Это какой-то прикол? Прошу прощения, сударь, но за такие приколы, в зубах бывают коридоры, – коренастый, с карими глазами, который молчал всё это время, сделал шаг ко мне, – свали-ка сам, шлында, я тебе ща пня под гузно дам, и ты расстворишься во мраке, усёк?
– Молодой господин – это вы? – Девушка прищурилась, пытаясь разглядеть в тумане мой силуэт.
Коренастый сплюнул на пол, двинулся в мою сторону, принимая боевую стойку.
– Я чемпион академии по боксу, я…
Атари не стал церемониться и, вложив минимум своей силы, прописал ему коленом в пах, а когда тело "животного" начало загибаться от невыносимой боли, с прыжка добавил коленом в переносицу. Неприятный хруст, красные брызги, как от разможженого помидора. И великий чемпион НАДО распластался на земле лицом в грязь.
– Не очень благородно дерешься. Хоть и эффективно. – мысленно признал я.
– Так мы и не на рыцарском турнире, а в уличной драке. Тут нет места чести. К тому же драка, двое на одного.
– Нас вообще-то тоже двое, забыл?
– Хм, твоя правда.
Оставшиеся возвели покров, видимо поняв, что честно со мной драться не выйдет.
– С кем ты там болтаешь, чёрт веревочный? – Дылда с голубой радужкой и пушком над губой ринулся на меня, ускоренный магией.
В один рывок и он оказался подле меня, замахиваясь рукой. Такой прыти от пьяного дуралея я никак не ожидал. Удар, еще удар. Мне казалось, я едва успевал уклониться от каждой атаки. Быстрый, падла.
– Не шибко, – Атари с лёгкостью ударил наотмашь, целясь в челюсть, но промахнулся, достав кулаком только воздух, – Зараза, я привык, что моя рука длинее.
– Ну так отвыкай шустрее! – мысленно огрызнулся я.
– Так вырасти нормально!
Я верил в Атари, но еще больше я верил в регенерацию от его магии. А то мне совсем не хотелось опять валяться с пробитым затылком. Атари перехватил ногу, летящую мне в голову и от души припечатал кулаком в бедро. Щит треснул, "Пушок" ощутил плюху и дико взвыл. А вырвать он никуда уже не мог, рыцарь надежно захватил его, и затем сделал подсечку, роняя нерадивого на землю.
– Склонись перед королём! – Атари занес кулак, вливая в него неимоверную мощь.
Думаю, баронет сейчас видел перед глазами не только проносящуюся жизнь, но и гигантскую надпись: СМЕРТЬ.
– А-а-а-а! – завопил дурниной он.
И его можно понять. Атари, полегче!
На счастье благородного гопника, удар пришелся рядом, оставив внушительную воронку в земле. От удара, тело баронета аж подбросило, щит окончательно рассыпался цветными брызгами. Качели в пяти метрах от меня задрожали, раздался вой машин с придорожной парковки, чья-то цветочная кадка шмякнулась с подоконника. "Пушок" от страха потерял сознание, не забыв при этом обоссаться. Прибил пыль, так сказать.
– Эй, слышь, не двигайся с места, – долговязый барон с голубыми глазами и жидкой бородкой засуетился и трясущимся пальцем тыкал в мою сторону, – не смей ко мне приближаться, псих проклятый!
– Молодой господин! – Алиса конечно, слепая, как крот без очков и немного тормознутая, зато когда понимает, что происходит, действует решительно и без задней мысли. Мало кто мог разглядеть в серых глазах служанки лиловый блеск.
– Только не убей! – Взмолился я, когда девушка с такой силой перекопала зонтиком по долговязому, что его снесло вместе с качелями, которуе вырвало нахер с корнем. Если бы не выставленный щит, она бы оторвала ему голову. На месте остались только туфли. Он полетел без них.
– Поразительно, – восхитился Атари, – впервые вижу такую силу у человека без дара.
– Скажу тебе по секрету, – на моем лице появилась сдержанная ухмылка, – она и не человек.
Глава 6
– Мне не нужна нянька, – смущенно пробурчал я, когда Алиса подшивала мне на рубахе оторванные пуговицы, прямо в трамвае.
– Цени её, – Атари сидел на противоположной скамейке рядом с каким-то дедком залипающим в планшет, – цени каждый момент, ведь никогда не знаешь, который из них станет последним.
– Не нагоняй тоску.
– Простите, молодой господин, я почти закончила, – она лихо откусила нитку и потянулась к моему воротнику.
– Да я не тебе, – и, отвечая на её немой вопрос, добавил, – там долгая история. Тебе понравится.
Но это не точно.
– Рубашку оставите в корзине, её срочно нужно постирать. Где вы так умудрились перепачкаться?
– Это часть той самой долгой истории.
Алиса кивнула и продолжила шитьё. Под ногами у нее шуршали пакеты с едой. Успела притариться в круглосуточном, пока мы ждали трамвая.
Умиротворяющий стук колёс успокоил оставшиеся всполохи адреналина, и я понял, как сильно утомился. Спать не хотелось, но вот полежать минуток пятьсот без движения очень даже.
– Почему ты пошла меня искать? – спросил я у служанки.
– Вы обещали вернуться до двенадцати, как только поговорите с графом Барагозиным, – пояснила она, – когда часы пробили полночь, я подождала еще пару часов. Места себе не находила и пошла на ваши поиски. Так торопилась, что забыла очки, – а нитки с иголкой и зонтик значит не забыла. Спасибо хоть вблизи видит нормально, а то палец бы себе пришила сейчас. – Поплутала, поискала вас в любимых барах и даже в "Орущую глотку" заглянула.