Братья

Уже светало, и в скором времени нужно было объявить убийцу, ведь иначе во власти осядет совет, который будет править до разбирательств, а потом не факт, что уступит свое теплое и насиженное место. Действовать нужно было быстро, но кое-что отвлекло Давида и Родрика. По дороге к замку их окликнул незнакомец в черном капюшоне. Жестом он показал, что хочет встречи наедине, и братья, оставив стражу у конвоя, проследовали за неизвестным.

– Чего надобно? – негромко спросил Давид.

– Минутку, – вежливо попросил незнакомец, сняв капюшон. – Я Фрэнк, первый помощник главного библиотекаря. И у меня есть ценная информация по этому делу.

– И какая у тебя информация? И почему ты не назвал фамилию? Из какой ты семьи? – поинтересовался Родрик.

– Прошу прощения, но у меня нет фамилии, я не из известных домов. А информация, как бы сказать? – потупился Фрэнк. – В общем, я убил королевского стража.

От неожиданного Родрик обнажил меч, но Давид остановил его.

– Почему? И, значит, Короля тоже ты? – спросил Давид.

– Нет, поймите, я и гвардейцев-то трогать не хотел. Я хотел убить Питера Харриса, потому что меня переполняла ненависть и жажда справедливости. Поймите, главным библиотекарем он стал только из-за родословной, он даже читать-то не умеет, – начал Фрэнк. – Все свои обязанности он перекладывал на меня и за это получал нехилое жалованье, а я, выполняя работу за двоих, едва концы с концами сводил. Я долго наблюдал, как он богатеет за мой счет, а я загибаюсь, и в один момент меня переклинило. Я пролил яд в бокал недоумку, но из-за недуга короля он в целях осторожности перемешал бокалы. Себе он взял бокал гвардейца, гвардеец взял бокал библиотекаря и умер. А я, зная о яде, поспешно удалился из библиотеки, поэтому меня никто и не видел в момент убийства, а я оказался настолько незначимой фигурой для Королевства, что никто из гвардейцев даже не обратил на меня внимания. Даже этого юношу с вином опознали, и все из-за этих проклятых фамилий, – закончил свою историю Фрэнк.

– Погоди, ни в бокале, ни в организме стража не было найдено яда. Как ты объяснишь это? – с увеличивающимся интересом вел допрос Давид. На это Фрэнк ничего не ответил, а лишь махнул рукой и пошел в указанную сторону. Братья последовали за ним. Путь был долгий, но, дойдя до ветхого домика в середине города, они зашли внутрь. Ловким движением руки Фрэнк отодвинул какой-то ящик и открыл дверцу под ним, которая вела в подвал. Спустившись, братья замерли. Это была самая настоящая алхимическая лаборатория, в углу стояла печь с мехами, а полки вокруг были заставлены травами, банками, прочими емкостями и другим магическим барахлом, запрещенным храмом Света. Пока братья осматривались, Фрэнк старательно рассказывал им про все, что было у него в лаборатории, но братья успешно пропустили это мимо ушей.

– Ближе к делу, – настоял Родрик

– Хорошо. Яд я изобрел сам и очень горжусь им, ведь он абсолютно незаметен и чрезвычайно опасен, он буквально разжижает все внутренности, – с восхищением описывал свое творенье алхимик.

– Ладно, можешь идти. Мы расследуем убийство Короля, а что до гвардейцев, так вряд ли о них когда-нибудь вспомнят, а цареубийство слишком громкая новость. Поэтому уходи в Дикие земли, ведь кроме нас полно людей, которые интересуются именно обстоятельством смерти королевского стража, – братья решили отпустить Фрэнка, так как его дело только задержало их, а время было очень ценным ресурсом. Кроме того, их очень впечатлили его алхимические способности, поэтому они решили дать шанс талантливому зельевару, да и объяснить столь драгоценный кинжал и доступ в закрытый архив арестом простолюдина не было возможности.

Нельзя было терять ни минуты, поэтому братья разделились. Родрик пошел допрашивать семью Харриса, а Давид в свою очередь направился в дом библиотекаря, чтобы выяснить, как прошел обыск. Вновь дойдя до уже знакомого дома, Давид вошел внутрь, что не составило труда, учитывает отсутствие двери. На удивление он пришел как раз вовремя — у городской стражи появилась очень значимая находка, которую должны были в скором времени доставить.

Порасспрашивав стражей, Давид выяснил, что этой вещью была книга, внутри которой были не страницы, а пустое пространство, похожее на кинжал. Один из следопытов принес кинжал, которым и убили короля. Оставалось одно — вложить оружие в книгу. Если пустота в книге и кинжал, которым убили короля, совпадут по размеру, то дело можно смело закрывать.

Спустя несколько минут для Давида все, наконец, прояснилось: они были абсолютно идентичны. Вырезанная полость в книге настолько идеально повторяла форму оружия, что вложенный кинжал не мог сдвинуться даже на дюйм.

У Родрика ситуация сложилась ровно наоборот. Он начал с того, чтобы допросить семью и слуг библиотекаря, но даже после применения пыток ничего полезного не услышал. Опечаленный, он дожидался своего брата. Когда Давид добрался до него, Родрик сообщил, что следопыты при поддержке уважаемых семей Ричардс и Гилберт нашли абсолютное подтверждение вины Питера Харриса в смерти короля Марвина Фалькона II.

Дело было закрыто, глашатай вынес жесткий приговор, как и было положено законом Единого Королевства. «Нет преступления серьезнее, чем цареубийство» – гласил он, а следующим по суровости наказания было укрывание цареубийцы. Глорию Харрис, жену библиотекаря и юного Билла Харриса повесили через час после суда. Эльзу Харрис маленькую дочь Питера отправили в храм Света, где о ней должны были позаботится, но она лишилась своего титула и фамилии. Двоих слуг не судили столь строго, а просто передали в услужение Королям далеко расположенных от столицы королевств. Дело было закрыто, и Давид готовился стать королем.

Глава III Наследство

Следующее утро началось вполне обычно. Давид упражнялся с мечом, когда в сад пришел Родрик в сопровождении двух своих гвардейцев.

– Не время сейчас размахивать мечом, – сказал Родрик. – Собирайся, нам пора в тронный зал. Объявим тебя королем перед знатью и народом. Пусть начинают подготовку к коронации.

– Ну, раз такое дело, то, конечно, пойдем, – согласился Давид.

Будущий король решил одеться более торжественно чем обычно. Его брат Родрик сегодня был облачен в алую кожаную рубаху с золотыми узорами, поверх был накинут ярко-красных плащ. Даже его тренер по фехтованию, а по совместительству страж Геральт, был в парадном одеянии. Его светлые доспехи украшала накидка, белая с голубыми полосками и рисунком сокола, и белый плащ с синей окантовкой понизу, пристегивающийся к доспехам позолоченными креплениями. Давид выбрал наряд, похожий на одежду герольда: белая туника с золотым соколом, украшенная синими полосами, в цветах герба семьи Фалькон.

До объявления коронации они поднялись на курганы, где собрались все знатные люди, чтобы почтить память Мудрого Короля. Курган был отсыпан лишь час назад лучшими мастерами в Королевстве. Снаружи это было похоже на земляную яму, а внутри скрывалась небольшая комната. Вместе с королем по его завещанию были погребены его любимые книги и другие личные вещи. Мудрецы благословил короля в последний поход, а скульптор выточили мраморную табличку с фигурой короля и выгравировал на ней: «Король Марвин Фалькон II по прозвищу Мудрый. 658 – 730 год. Да будет вознесен дух его к Свету».

После проводов старого короля все проследовали в тронный зал, чтобы объявить нового монарха. К удивлению братьев, они встретили там Джека. Он расположился на богато декорированном драгоценными камнями троне, а рядом с ним как ни в чем не бывало стоял Барт Гилберт и что-то шептал ему на ухо. Рядом с троном, справа и слева от Джека находилось по пять гвардейцев Ричардсов, а по бокам тронного зала распределилась еще пара десятков хорошо вооруженных людей, по одному у каждой мраморной колонны. Подле королевского престола стоял лучший воин дома Ричардс — Олоф Болл. У всех стражей кроме Олофа были пики с наконечниками в виде лилий — это была самая элитная гвардия семьи Ричардс. Болл держал в руке не особо длинный боевой меч, но широкий настолько, что смог бы разрезать быка напополам. Родрик сразу смекнул, к чему все идет. Он прекрасно понимал, почему его не оповестили о прибытии лучших воинов его семьи в столицу и зачем Олофу его боевой меч, но Давид либо не осознавал, что происходит, либо не хотел верить в худшее.

– Джек, я, безусловно, рад, что ты прибыл на мою коронацию, но, боюсь, ты больше не в праве сидеть на троне, ведь скоро будет объявлен новый Верховный Король, – заметил Давид, но тут в разговор встрял Барт Гилберт.

– Один момент, господа, мне нужно вам кое-что продемонстрировать, – с этими словами Гилберт развернул свиток с королевской печатью, где подчерком самого Марвина было написано завещание.

– Желаете прочитать лично? – с присущей ему язвительностью спросил Барт.

Давид недоверчиво вырвал свиток из рук Гилберта и начал изучать текст. «Я король Марвин Фалькон II по прозвищу Мудрый завещаю право на трон и нарекаю наследником престола Джека Ричардса. Также я хочу принести извинения от лица дома Фалькон всем представителям дома Ричардс за то, что мой прадед Уильям Фалькон отнял у вас титул Верховного Короля и не вернул в обещанные сроки, а ведь корона красуется именно на вашем гербу. Я намерен исправить это недоразумение, и последним моим указом будет возвращение линии наследования титула Верховного Короля обратно семье Ричардс».

Давид не поверил собственным глазам, а хитрая улыбка Гилберта, которому Давид неоднократно доверял, не предвещала ничего хорошего. Джек решил прервать тишину и обратился к своему, по его мнению, другу.

– Давид, ты мне как брат, и я не хочу, чтобы тебя убили вместе с остальными. Просто склонись передо мной, перед новым Верховным Королем Единого Королевства! После того как мы разберемся со всеми, кто нам мешает, я прикажу провести обряд крови, и мы станем еще ближе, станем братьями по крови, – по тому, как скривилось лицо Давида, Джек сделал вывод, что соперника это предложение явно не устроило.

– То есть ты собираешься послать людей, чтобы убить твоего старшего брата, ради власти и титула, которые никогда тебе и даром не нужны были? И ты хочешь, чтобы я поддержал тебя? Ты даже более сумасшедший, чем говорили лекари! – возмутился Давид. Джек на секунду замешкался, не поверив в то, что ему в коем-то веке кто-то перечит.

– Я всю жизнь ждал удобного момента, чтобы прирезать этого гордого зазнайку, который возомнил, будто может мне приказывать. Теперь влиятельнее меня в мире никого нет, поэтому я могу делать все, что захочу. И первое, чего я желаю это смерть Родрика! – объяснился Джек, но у Давида так и не возникло желания преклонить перед ним колено. Барт Гилберт сообразил, что переговоры ничему не приведут и скомандовал: «Если никто не хочет преклонить колено, тогда придется убить вас всех!»

Услышав приказ, элитная гвардия семейства Ричардс молниеносно окружила братьев вместе с парой их стражей и начала атаковать. Двоих стражей Родрика были убиты мгновенно пиками. Геральт достал меч и оттолкнув одного из гвардейцев, рубящим ударом снизу вверх сразил другого, когда увидел, что он подходит к Давиду. На его счастье, Давид успел отпрыгнуть, но Геральту повезло меньше. Неожиданно в его ногу вошла пика. Он вскрикнул от боли, при этом продолжая бой, и сумел проткнуть еще одного противника. Но через мгновение его пронзила другая пика, проткнув его голову насквозь. На этом гвардейцы не успокоились, и в тело уже мертвого Геральта вошла третья пика. Она попала в спину и сумела сразить отважного воина.

Родрик подобрал меч одного из своих стражников и отбивался как мог с остатками своих людей. Он проткнул одного гвардейца в грудь, разрубил второго, нанес удар по шее третьему. Родрик был мастером сражений, но ему предстояло сразиться со своим учителем, Олофом Боллом.

Гвардейцы окружили братьев. Давид постарался под шумок улизнуть, но все его попытки пропали втуне: его ловили и кидали внутрь круга снова и снова. Почти всех защитников Родрика убили, и круг начал стремительно сужаться. В бой вступил Олоф Болл. Сражение между учеником и учителем началось.

Олоф сделал взмах мечом, Родрик его блокировал и потерял свое оружие: его просто разрубило пополам. Олоф замахнулся второй раз, удар шел вертикально, от головы вниз, но Родрик успел отпрыгнуть. Не заметив мертвого гвардейца, он споткнулся об него и упал. Олоф взмахнул третий раз, и этот удар мог бы добить его ученика, но в дело вступил Давид. Он прыгнул на Олофа, спасая брата, и хотел вырвать меч у него из рук, но тот легким движением руки откинул Давида в стену. Некоронованный король упал и остался лежать там.

Но цель Давида была достигнута. Он отвлек Олофа на себя и уже готовился к худшему. Все, что ему оставалось — закрыть глаза руками и думать о чем-то хорошем, чтобы безболезненно принять смерть. Но день его гибели был не сегодня. В тронный зал вбежала Королевская гвардия, и пока Барт Гилберт предъявлял им завещание и растолковывал его, братья успели бежать. Они прыгнули в первую попавшуюся повозку и заплатили 5 соколов за то, чтобы их доставили куда-нибудь дальше от центра. Кучер с удовольствием принял столь немалую для простолюдина сумму, которая едва ли не равнялась его стандартному заработку за луну, и отвез их в самый удаленный от центра район Прайм-тауна.

Глава IV Заговор

Приехав на место, они заснули прямо на улице. Когда братья проснулись, то поняли, что их ограбили. Все золотые одеяния и деньги стащили, осталось всего пара медяков и серые комбинезоны со штанами, что надевали под доспехи. Даже ботинок не было. Это сильно усложняло ситуацию, но для начала нужно было выяснить, где они. Родрик редко ходил по дальним кварталам Прайм-тауна, но о них много знал Давид. Родрик поспешил его разбудить.

— Давид, где мы? — спросил он у брата.

— Чего ты разорался? Кто мы? В смысле, где? А где мы? — пытался сообразить Давид, едва проснувшись.

— А я о чем? Я тут ни разу не был, а ты часто по таким местам шатаешься. Так где мы? — повторно, уже более грубым тоном, спрашивал Родрик.

— Ну, тут подумать надо… К сожалению, у нас таких мест много. Так, ограбили нас ночью, но рубаху со штанами оставили и даже пару медяков. По форме это пустой двор, окруженный домами, с которых сюда, в центр, сливают отходы, если что! — сообразил Давид и подошел ближе к домам.

— То есть мы спали здесь? Фу! — ужаснулся Родрик.

— Значит, это Глухой квартал. Тут полно моих знакомых. Пойдем, там за аркой между домами должна быть таверна «Свирепый вепрь». Название говорит само за себя — тут обитают суровые банды наемников, — Давид узнал этот район Прайм-тауна.

Братьям повезло, ведь именно здесь Давид проводил большую часть своего времени и знал множество местных с неординарными способностями, которые смогут помочь им.

— Солдат так просто можно нанять в таверне? — удивленно спросил Родрик.

Он никогда не задумывался о жизни простолюдинов и о неуклонном росте преступности в последние годы правления Марвина Фалькона.

— Да, и не только, — Давид злобно посмеялся.

Действительно, за углом была таверна. Снаружи ее охранял один человек в кожаной броне с коротким мечом в черных ножнах.

— На них нет знаков ни одной семьи или даже принадлежности к городской страже. Кто эти воины? — спросил Родрик у Давида.

— Это простые разбойники. Им не нужны знамена, — ответил Давид.

— Разбойники?! В городе?! Вот так просто?! — Родрик сказал это достаточно громко, чтобы головорез у таверны засуетился.

— Тише, скоро ты узнаешь много нового для себя, — Давид опять злобно посмеялся.

Он подошел к хозяину таверны и о чем-то его спросил. Родрик не понимал, о чем они там разговаривают, и решил присесть и отдохнуть. Только он сел за пустой стол, как здоровый, мускулистый мужик среднего возраста с множеством шрамов на лысой голове окликнул его.

— Э-э, слышишь? Ты кто вообще такой и по какому праву сел на это место? А чё молчишь, как прокаженный? — головорез начал кричать на него.

— Извините, я увидел, что тут свободно, и присел, чтобы отдохнуть с дороги, — вежливо, в своей благородной манере, сказал Родрик.

— Ты чё мне тут зубы заговариваешь? Я тебе сейчас тогда все твои выбью и на шею себе повешу! Ты понял меня? — разъяренно кричал мужик, по всей видимости, не привыкший к вежливости.

Родрик явно не знал, как общаться с подобными людьми, и уже встал, чтобы пойти к выходу, но двухметровый разбойник схватил его за рубаху и уронил на пол. Родрик потерял сознание, а остальные разбойники начали аплодировать двухметровому великану. Давид, услышав хлопки, прервал разговор с барменом и бросился к Родрику.

— Кабан! Успокойся, это мой брат Родрик Ричардс, — Давид окликнул амбала, и тот сразу же успокоился.

— А я думал, очередной дурак, заплутавший не туда. Ладно уж, не обижайтесь, паны! Да ты же вроде должен был стать королем? Или я что-то путаю? — уже спокойно говорил здоровяк по кличке Кабан, которая ему очень подходила.

— Должен был… но не срослось, — грустно улыбнулся Давид.

— А чего так? Твой отец воскрес?

Кабан так расхохотался, что Родрик от столь громких звуков пришел в себя. Он уже замахнулся, чтобы отомстить, но их разняли.

— Спокойно, спокойно. Все под контролем. Теперь тебя здесь знают и без причин бить не будут, — сказал Давид.

Родрик с недоверием на лице, но все же успокоился.

— Все гораздо хуже, чем вы можете себе представить, — Давид начал рассказывать всем в таверне про то, как Джек занял трон.

После долгого разговора бармен все-таки решил дать совет, как можно попытаться вернуть трон Давиду или Родрику.

— Давид, слушай, ты ведь знаешь… про… ну, знаешь… ходят слухи… — осторожно начал говорить трактирщик.

— Да не томи ты, говори уже! — Давид подбежал к стойке, за которой стоял хозяин таверны.

Тот схватил Давида за рубашку, потянул к себе и еле слышно шепнул ему на ухо:

— Чарльз может помочь тебе. Говорят, сейчас у него на продажу есть три десятка наемников — отборные головорезы. Скажем, если речь идет об убийстве Короля, то эти ребята смогут провернуть такое дельце.

Давид также шепотом спросил у него:

— Ну, а где мне найти Чарльза?

Хозяин таверны на этот раз уже в полный голос заявил:

— Нет, ну, этого я не знаю!

— А может быть, ты запамятовал? Сколько монет освежат твою память? — намекнул Давид.

Бармен снова потянул Давида к себе и шепнул ему на ухо еще тише, чем в прошлый раз:

— Ну, скажем, за одну золотую корону я бы мог подумать на этот счет.

Давид не смог сдержать свои эмоции и выкрикивал все возможные проклятия и оскорбления:

— Да ты ума лишился, что ли?! Одна корона за адрес вшивого наемника?!

Бармен, похрипывая, громким шепотом попытался успокоить взбешенного Давида:

— Тихо! Тише! Да тише ты! — трактирщик явно не желал получить лишнего внимания.

— Нет, ну чтобы тебя под землю засосало! Я лучше сам его найду! Ты где это видел, чтобы за информацию золотом платили?! — Давид даже не обращал внимания на попытки хозяина таверны его успокоить.

— Так ты посмотри, какая информация! Благодаря моей наводке ты сможешь стать королем всего Единого Королевства! — громким шепотом, через хрип, пробормотал трактирщик.

— Да все равно иди во мрак, я сам найду этого Чарльза!

Перед тем как Давид и Родрик вышли из таверны, бармен крикнул им вдогонку:

— Но учтите, если вы его не найдете, я скажу вам, где он, уже за две короны!

Давид, продолжая возмущаться вслух, хлопнул дверью, да причем так сильно, что та чуть не раскололась. Хотя она и была уже гнилая, как, впрочем, и вся таверна вместе с Глухим кварталом. Ремонта Глухой квартал, как и остальные отдаленные от центра районы, не видел уже более ста лет.

Родрик, не понимая причины возмущений Давида и мало осознавая происходящее, с недоверием оглядывался по сторонам и, опасаясь, поглядывал на брата. Но долго в неведении он оставаться не собирался.

— Что это было? Кого мы ищем? И вообще зачем?! — с явным волнением в голосе спросил Родрик у брата.

— Давай будем измерять время в моментах до твоей отключки и после. Хорошо? — предложил Давид.

— Хорошо, но только расскажи уже как-нибудь! — с еще большим волнением в голосе попросил Родрик.

— До того, как тебя вырубили, я искал своего старого знакомого Говарда.

Родрик перебил брата:

— Зачем?

— Нам нужны наемники, так?

— Так. Ситуация проясняется, но, видимо, что-то пошло не так. Я ведь прав? — успокоившись, Родрик начал постепенно вникать в суть дела.

— А уже после твоей отключки я расспрашивал бармена о том, какие еще есть варианты.

Родрик вновь перебил Давида:

— А что тебя взбесило? Отсутствие вариантов?

— Да нет, цена на них. Представляешь, одна золотая корона! За жалкий адрес! Да, бесспорно, у него больше людей, у этого Чарльза, но такие расценки на слухи!

— И ты решил искать его самостоятельно?

Вникнув в суть дела, Родрик вытянулся и с поднятой головой приступил к поискам этого загадочного наемника по имени Чарльз.

Начали поиски братья с Глухого квартала. Он был круглый и хорошо проглядывался с любой его части. В Глухом квартале не было закоулков, в которых могли бы прятаться наемники и головорезы, поэтому братья прошли через переднюю арку со стороны таверны в Темный квартал.

Свое название Темный квартал получил за множество переулков и закоулков за домами, где было настолько узко, что даже днем туда не проникал солнечный свет. Также его название могло произойти из-за целого подземного города, в котором скрывались и жили преступники в розыске, а также торговали незаконными товарами.

Давид имел несколько знакомых в Темных тоннелях: именно так называли подземную часть квартала, о которой знали все местные и даже городская стража. Но соваться туда приказа у них не было, а энтузиастов так и не нашли.

Распоряжения не поступало, потому что торговля там шла очень хорошо, и нелегалы вовремя платили стражам и лицам, отвечающим за квартал, их долю. Братья были уверены, что смогут найти тут наемников.

Попасть в Темные тоннели было не так уж и трудно: ходы были повсюду, даже некоторые двери в домах туда вели, но главный вход располагался на рынке. Давид знал это, и поэтому братья сразу отправились туда.

Проходя мимо обычных торговых палаток, они немного отдалились друг от друга. Родрик попытался догнать Давида, но случайно столкнулся с одним из торговцев, который споткнулся и уронил свои товары.

— Смотри, куда идешь! Все кувшины с вином мне перебил! Все вино вылилось, и кто мне теперь заплатит за это? — начал кричать на Родрика торговец.

— Извините, я не хотел, я не специально... — еле-еле пробормотал Родрик.

— Вот из-за таких остолопов как ты люди огромные убытки терпят. Впрочем, неважно. Ты же все равно мне все возместишь! — продолжал выкрикивать торговец.

Родрик явно растерялся.

— Я не могу, у меня нет денег! — испуганно пытался объяснить он.

— Сможешь, а иначе страже поступит донесение на вандализм! — угрожающе сказал торговец.

Не заметив Родрика рядом, Давид начал искать его и обнаружил достаточно быстро, так как торговец кричал уж очень громко.

— Эй, что тут произошло? — спросил Давид. Но, как только увидел разбитые кувшины с вином, схватил брата и направился подальше от торговца.

— Ты куда? Если мы ему не заплатим, он донесет страже за вандализм, и тогда хана всему плану! — пытаясь вырваться, говорил Родрик.

— Эй, а как же деньги? Возместить ущерб! Пятьдесят соколов! А иначе я доложу страже! — крикнул в сторону братьев торговец.

Давид остановился, потом развернулся к торговцу и уверенно зашагал в его направлении.

— Какие пятьдесят соколов? Хватит уже людей разводить! Во-первых, ты сам караулил его полдня, чтобы врезаться в него. Во-вторых, ты это делаешь уже не первый раз. А в-третьих... у тебя в кувшинах вина отродясь не было! Набрал воды и краситель для цвета капнул! Поэтому иди по-хорошему сам отсюда! — пригрозил Давид.

— Так это что, был обман? — с удивлением спросил Родрик.

— Да. И в следующий раз не отставай, — резко ответил младший брат.

Ему явно не нравилось вечно вытаскивать старшего из передряг и все ему объяснять.

И вот они дошли до центра рынка, деревянного двухэтажного здания. По-видимому, это была очередная таверна. На входе два здоровых громилы спросили, куда именно им нужно. Получив ответ, они указали им на вход в тоннели: это была дверь справа. Открыв ее, они увидели неглубокую, но широкую, отделанную древесиной лестницу, и начали спускаться. Освещением в тоннеле служили свечи, которые иногда забывали вовремя менять.

Спустившись, братья увидели перед собой большой тоннель — широкий, но с узкими ответвлениями по бокам.

Без всякой скрытности в голосе Давид заявил:

— А где тут можно нанять бойцов?

Родрик попытался остановить столь явное высказывание их намерений, но брат жестом показал, что все нормально. Без единого звука один из вышибал провел их по узким развилкам в лагерь, где отдыхали вооруженные люди. Давид сразу узнал их лидера.