– Бе-бе-бе, – передразнил её Ворон себе под нос и вытер пот со лба. – Так, что там с расписанием?!
В кабинете было очень душно и мужчина поднял правую руку и щёлкнул пальцами в направлении окна. Створки распахнулись, но прохладнее не стало, зато стали слышны отдалённые голоса детей на улице.
Директор поднял лист и просмотрел расписание. В целом, всё было неплохо: до обеда дети занимались в общем классе по одному часу, преподаватели сменяли друг друга, затем был обед в полчаса и следом шли индивидуальные занятия, которые проходили за школой либо в месте, угодном преподавателю. Ворон пометил в свой блокнот, что с четырнадцати тридцати ему нужно выделить время для Миллениум. Он закусил карандаш и так увлёкся, что не заметил, как сгрыз половину. Откинув слюнявый огрызок, мужчина встал и подошёл к открытому окну. Внизу, на лужайке, под заходящим красным солнцем, сидели дети в круге и ели сэндвичи. Видимо, они знакомились друг с другом. Ворон мог бы подслушать о чём они болтают, но не стал. Среди них не было Миллы, и он подумал, что девочка, наверное, уже в библиотеке. Мистер Фивз развернулся к открытой створке окна и посмотрел в отражение. Солнечный свет падал так, что хорошо была видна правая сторона тела, именно на неё пришёлся удар Белого Демона. На щеке не хватало куска, и к счастью, её удалось регенерировать, но теперь на правой стороне красовалась шрамированая выемка. Магия распределялась по телу равномерно, при обычных обстоятельствах, как кровь по венам, наполняя тело, но лишившись ноги, тело колдуна перенаправило остатки в правую руку, и она стала сильнее.
«Победа и поражение в одном флаконе!» – подумал он и сел обратно за стол.
В дверь вновь постучали и в щель просунулась голова Миллы.
– Простите, мистер Фивз!
– Входи, Милла. – он махнул, приглашая девочку внутрь.
Некромант тихо закрыла за собой дверь и нерешительно перебирала пальцами край ленточки на поясе старого платья.
– Я…мисс Тай сказала мне о вашем задании, но я не знаю, как прочесть те книги. – её голос был таким тихим, что еле было слышно.
Ворон подался вперёд и это лишь напугало девочку.
– Родители тебя хоть чему-то учили?! – Ворон устало поднялся с места. – Пойдём покажу, раз уж я твой надзиратель!
В левом крыле, где располагались жилые комнаты, обеденная зона и комната отдыха, была ещё и библиотека, на первом этаже. Здесь было прохладнее, чем в правом крыле и директор с шумом вдохнул влажный воздух. Запах книг впился в кожу – Ворон слегка улыбнулся и расслабился. Распахнув тяжёлые двери, мужчина пропустил Миллу вперёд. Девушка вошла, зацепив верхушкой своей шляпы подбородок мистера Фивза.
– Да, сними ты уже её! – он бесцеремонно взялся за полу и скинул головной убор.
– Нет! – девушка стыдливо прикрыла лысую голову. – Верните, прошу.
Ворон уставился на гладкую лысую поверхность. На ней был знак некроманта – скрюченная рука мертвеца, держащая искру в тонких пальцах. Как только шляпа оказалась в руках директора, от метки запахло сыростью и плесенью.
– Прошу, верните шляпу! – девушка рыдала с вытянутой рукой.
Она стыдливо прикрыла рот, то ли страха, то ли защищаясь от своего же запаха.
– Успокойся! – Мистер Фивз подбросил вещь в воздух, и она растворилась. – И перестань плакать по любому поводу!
Миллениум уставилась на директора, и он заметил над её левой бровью зачаток маленького рога, который на смуглой коже девушки был не очень заметен.
– Ты не должна себя стесняться! Тем более в этом месте! – мужчина взял девочку за подбородок и заглянул в её зелёные глаза. – И ты должна научиться за себя постоять! Мир готов проглотить всех и каждого по-отдельности, если ты не откроешь рот и не покажешь зубки!
Милла кивнула.
– Простите! Родители твердили с самого детства, что нужно быть скромнее и дружелюбнее – это накладывает отпечаток.
– Ну, не настолько же скромнее! – он взял её за руку и подвёл к большому зеркалу, став за спиной Миллы. – Могу сделать вот так!
Это зеркало стояло возле входа, «лицом» к дверям, чтобы каждый входящий в библиотеку мог на себя посмотреть.
Ворон провёл над головой некроманта правой рукой и длинные тёмные волосы заструились по плечам. Они выросли быстро и распустились как лепестки у цветка.
Она с восхищением потрогала локоны.
– Они прекрасны. – подбородок девушки предательски дёрнулся, но она нашла в себе силы не заплакать.
Ворон удовлетворённо кивнул.
– Но магия не действует в стенах школы! – вдруг вспомнила Милла и повернулась к мужчине.
– Так это и не магия, а иллюзия! Хотя… я неверно выразился. Понимаешь, магия берётся из существа, из его внутренней силы, я же преображаю пространство, беру частичку чего-то природного… Ты всё ещё лысая, это лишь то, что будут видеть другие! – он пожал плечами, будто это само собой разумеющееся.
– Спасибо, – взвизгнула девочка и бросилась директору на шею. – Спасибо!
Ворон отшатнулся.
– Не надо! Лучшей благодарностью будет, если ты будешь меня слушаться и хорошо учится! Это очень важно!
Миллениум кивнула.
– Могли бы и над костюмом своим поколд… – начала она и наткнулась на молчаливый презрительный взгляд. – Молчу!
Ворон встал посреди комнаты, оглядев шкафы с книгами. Они стояли везде, образуя что-то наподобие лабиринта: маленькие и большие, несуразные и кривые от времени, вдоль стен и просто стоящие посреди комнаты, с наваленными кучами книг, большинство из которых были в пыли; широкие подоконники, на которых хотелось присесть и помечтать, глядя в окно. И всё же в комнате был свой уют, запах родного дома. Стены и пол были украшены красными деревянными панелями. По-видимому, библиотека была сердцем этой школы – на стенах висели портреты существ в золотистых рамах, а между ними карты, с нарисованными отметками тех, кто вернулся из путешествий по большому миру.
– Отсюда даже уходить не хочется! – прошептала Милла. – Тут так спокойно!
Директор кивнул.
– Да, хорошее место. – он повернулся к подопечной. – Что ж, будет болеть голова.
Она вопросительно уставилась на него. Ворон развёл руки и из каждой книги потекли струйки тёмной материи и раздался шёпот, словно кто-то одновременно читал все эти книги вслух. Сначала он был тихим, но становился всё громче и громче, пока не перешёл в гул. Некромант даже сделала шаг вперёд, пытаясь всё рассмотреть лучше, ведь для неё словно открывался новый, запретный до этого момента, мир.
Казалось, тысячи книг, наперебой, хотели рассказать свои истории, как шумные дети в парке. Страницы их, подгоняемые неощутимым ветром, стали переворачиваться и создавать шелест.
Ворон собрал все эти струйки в ладони, сложенные «лодочкой» и поднёс к лицу Миллы.
– Пей! – то, что было струйками света, что шли от книг, теперь превратилось в жижу, напоминающую болотную воду или что-то похожее.
Миллениум посмотрела на непонятную жижу и с отвращением отвернулась.
– Это не предложение, это приказ! – рявкнул он и подтянул руки ближе к лицу некроманта.
Девочка наклонилась, сделала глоток и поморщилась.
– Ничего не чувствую! – сказала она с недоумением и скривилась.
Мистер Фивз засмеялся.
– Сейчас почувствуешь! – он сложил руки на груди и уставился на девочку.
Её глаза расширились, и она согнулась пополам. Ноги подвели её, и девушка упала на колени перед магом. Миллениум схватилась за виски и закричала от раздираемой боли. Ворон присел с ней рядом и зашептал на ухо.