Аромат страсти
В принципе, можно было и наплевать на безопасность, но я не хотела из-за этого навлекать на себя гнев хайда. А вдруг у них тут по ночам не так безопасно, как хотелось бы? Нет-нет! Я не собираюсь становиться виновницей возможного правонарушения!
И именно из-за этих мыслей в сторону медпункта я шла бодрее, чем хотелось бы. Если честно, я в принципе не желала возвращаться в эту обитель хлама и неизвестных науке бактерий, но особого выбора у меня не было.
И каково же оказалось мое изумление, когда сначала приемная, а затем и остальные помещения медблока встретили меня первозданной чистотой и непривычным запахом свежести. Я сплю? Даже ущипнула себя, не веря глазам и обонянию, но боль оказалась вполне реальной.
Чудны дела твои, мирозданье!
На всякий случай я еще раз вдумчиво обошла все без исключения комнаты, уже в полную силу порадовавшись чистоте, но под конец обхода счастье омрачилось пропавшим чемоданом. Поискала его везде, даже по скрытым за стеновыми панелями шкафам (обнаружила аж две нычки с алкоголем и просроченными наркотическими медикаментами), но чемодана не было. Вот гады! Если выбросили со всем остальным мусором – найду исполнителя и стребую в тройном размере! У меня же сейчас даже элементарно смены нижнего белья не осталось! А косметичка? Один ночной крем, обещающий мгновенное избавление от сухости и морщин, обошелся мне в сотню кредитов! А влагостойкая тушь, усиливающая объем ресниц в десять раз? А помада? Моя любимая земляничная помада с перламутром?! Точно скандал устрою!
В итоге шел третий час галактической ночи, а я сидела на девственно пустой кухне, где не нашла даже кружек, и строила планы мести. В первую очередь – мистеру Саллину! Он – первопричина всех моих бед! Не зайди он тогда в мою каюту, не предложи это безумство, и я бы уже давно летела с каким-нибудь покладистым рудокопом в сторону ближайшей населенной планетки!
Но нет!
Я без белья, без косметички и без остальных жизненно необходимых вещей сижу на пустой кухне медблока и понятия не имею, как быть дальше!
От нечего делать более вдумчиво обследовала смотровую и операционную, хмурясь и кусая губы каждый раз, когда совала свою любопытный нос в очередное устаревшее оборудование. В целом, дело обстояло куда лучше, чем еще вчера, но… Интересно, господин большой начальник сильно будет ругаться, когда я подам ему заявку на десяток новых аппаратов? Да хотя бы на один МТ-сканер последнего поколения, без которого элементарно невозможно поставить точный диагноз. А еще анализатор необходим. Ну просто кровь из носа! Правда, стоят они…
Уныло вздохнув, последним критичным взглядом осмотрела отмытое, но все же старье времен первых колонизаторов, и вернулась на кухню. Там хотя бы имелся стул, в отличие от спальни, из которой вместе с мусором утащили даже кровать, не успев (или не сообразив?) поставить новую.
Сон не шел, до утра оставалось еще пара часов и их я решила посвятить тщательному изучению своего трудового контракта. Ведь не просто же Эдриш так злился. Что я не увидела в первый раз и чего не учла?
Юридическая составляющая всегда была моей слабой стороной, так что пришлось три раза перечитать весь текст, изучая практически каждую букву, прежде чем меня всерьез насторожил раздел о расторжении. Был упущен (или намеренно пропущен?) пункт о должностном несоответствии, но при этом стояла баснословная цифра штрафа за досрочное увольнение по моей инициативе. Как и за прогулы, и прочее исполнение своих должностных обязанностей спустя рукава. А еще мистер Саллин хитро обезопасил себя, обозначив наименование занимаемой должности общим словом «доктор». А ведь между прочим, я доктор. Полноценный, с дипломом. Так что тут не подкопаться. Ни к нему, ни ко мне.
А еще пункт о должностных обязанностях, которые обычно расписывались на десяток страниц мелким шрифтом и шли приложением к договору, в этом документе был кратким, как никогда: в мои обязанности вменялось всего лишь обеспечивать трудоспособность персонала. Заметьте, не здоровье, а трудоспособность! При этом какими методами и оборудованием – тайна великая.
Интересно, кто составлял это договор?
Впору было начинать думать о том, где взять пять миллионов кредитов на штраф, и это при месячном окладе в пару тысяч, но в мои унылые мысли ворвался сначала писк коммуникатора, а затем и гневный рев Эдриша.
– Шанни! Где ты находишься?!
– А в чем дело? – вяло огрызнулась я, все еще пребывая в своих мыслях, и даже не думая желать ему доброго утра, так как сам хайд тоже не потрудился выдавить из себя приветствие.
– Ты меня заперла!
– И что? – С настроением у меня было еще не очень, так что я лишь лениво зевнула, наглея не по дням, а по часам. – Вам не терпится снова рвануть на поиски большой и чистой любви? Вы в курсе, что всего шесть часов утра? И между прочим, не Шанни, а доктор О'Нелл. Это, во-первых. – Хайд натужно запыхтел, явно собираясь меня прервать, так что я торопливо и немного злорадно добавила: – А во-вторых, вы первый заперли меня вчера! Так что: один-один, господин Мак-Иш. И не грызите коммуникатор, я сейчас подойду и открою.
И отключилась, не позволяя ему вставить ни словечка. Да, вот такая я злыдня!
Наняли меня без права уволиться, вот и расхлебывайте!
ГЛАВА 4
Пробуждение было… необычным. Впервые почти не ныла шея, да и спина, регулярно дававшая о себе знать, этим утром не спешила напоминать о себе болезненной пульсацией.
Постепенно в памяти восстановились все подробности позднего вечера, и ухмылка сытого зверя прочно поселилась на мужских губах. А она не так плоха, как он боялся. Даже если окажется, что как врач космической станции она полный ноль и комиссия решит уволить ее, даже несмотря на пункт о компенсации, он с радостью предоставит мисс О'Нелл тепленькое местечко поблизости.
Потому что такими массажистками не разбрасываются!
Он не бравировал своим состоянием, когда предложил выплатить за нее компенсацию при досрочном увольнении, и даже сейчас, ранним утром, это не казалось ему глупостью. Эдриш Мак-Иш был обеспеченным хайдом и не только благодаря состоянию семьи. Скорее даже вопреки этому. Но в то же время Эдриш очень хорошо знал цену кредитам, а еще больше знал цену здоровью, которое семь лет назад подвело его настолько, что его безоговорочно списали в запас. Сколько специалистов лечило его в свое время? Больше десятка точно. И ни один! Ни один не посоветовал ему обратиться к мануальщику! Эта же пришла, фыркнула, ущипнула – и о, чудо! Он ощущает себя буквально на десять лет моложе!
Кстати, где эта ворчунья?
Лениво и с наслаждением потянувшись, Эдриш осмотрел спальню сквозь не до конца открытые глаза. Обоняние уже подсказало ему, что в постели Шанни нет. Но где же тогда эта рыжая егоза? В ванной? На кухне? Или вовсе – в гостиной?
Хотя, если здраво рассудить, что ей там делать? Еще даже шести утра нет. Это он за время службы привык вставать рано, так что даже работа управленца глубоко в тылу не истребила эту привычку за неполные семь лет.
Так!
Где она?!
Когда девицы не оказалось ни в одной из комнат, а ее почти развеявшийся запах намекнул, что ушла Шанни не меньше пяти часов назад, Эдриш нахмурился уже всерьез. А отсутствующая чип-карта и красный сигнал замка – тут же вывели из себя.
Да что она о себе возомнила?! Его даже отец не запирал!
Единственное, на что у хайда хватило выдержки, чтобы не разнести запертые двери в клочья, так это сначала позвонить нахалке на коммуникатор, благо ее номер уже был занесен в базу радетельной секретаршей.
– Шанни! Где ты находишься?!
– А в чем дело? – лениво поинтересовалась… док.
Если бы она в эту секунду была рядом и видела его глаза, стремительно наливающиеся кровью, ее ответ вряд ли был таким небрежно хамским.
– Ты меня заперла!
Взрыв был практически уже неминуем, до точечного апокалипсиса оставались считанные мгновения, когда эта рыжая нахалка фыркнула очередной раз и… отключилась.
Что она там сказала напоследок?! Не грызть коммуникатор?! Да он ей голову отгрызет, как только она появится на его пороге!
***
Идти к шефу не хотелось. Вот не хотелось хоть тресни! Это за тремя запертыми дверями можно бравировать нахальством и фыркать, но как только я остановилась перед последними, за которыми отчетливо пахло яростью, решимость вяло дрыгнула ножкой и тихохонько поползла прочь вдоль стеночки.
Ну уж нет! Хайд, говорите? Пф! Да вы еще суккубу в гневе не видели! И плевать, что до чистокровных мне как до соседней галактики пешком, мне тоже есть чем озадачить окружающих!
Например, неожиданными поступками!
– Шеф, доброе утро! – жизнерадостно завопила я с порога, ловко бросая в полуголого хайда чип-ключом и тут же упирая один кулак в бедро, а палец второй руки наставляя на него. – А теперь признавайтесь, где мое нижнее белье и я, так и быть, не подаю на вас в суд!
Судя по излишне желтым глазам, он явно хотел устроить мне выволочку, но мое шокирующее заявление поставило его в тупик. Господин начальник прищурился, набычился и раздраженно выдал:
– Что за бред?
– Вот и я говорю! – продолжила я наступление по нижнебельевому фронту. – Что?! Что вы устроили в моих апартаментах без спросу?! Старую кровать вынести удосужились, а новую поставить – сообразительности не хватило?! Учтите: аскеза – не моя стезя! И где мой чемодан со всеми вещами?! Я в чем по-вашему должна ходить до первой получки? В одном бюстгальтере?!
– В смысле? – окончательно опешил хайд, не поспевая за моими обвинениями. – Почему в одном?
– А потому что трусики после вчерашней ночи я так и не нашла. Кое-кто скрытый фетишист, да? – прошипела я обвинительно и, гордо задрав нос, чинно проплыла на кухню, не собираясь отказывать себе ни в чем.
Почему бы и нет? Все равно на моей кухне кроме табуреток ничего нет. А у него, если мне не изменяет память, в холодильнике еще оставалось кое-что вкусненькое!
Кажется, мое фривольное заявление окончательно разрушило устойчивый (до моего появления) внутренний мир начальства, потому что на кухне он появился лишь минуты через три, когда я уже поставила вариться кофе и начала кромсать бутерброды из всего, что сумела найти. А он молодец, вчера вечером основательно закупился свежими продуктами! Как чуял, что завтракать будет не один.
С подозрением покосилась на Эдриша, замершего в дверном проеме хмурым изваянием моей падшей нравственности, мысленно облизнулась на чудные утренние виды полуголого начальства и вернулась к приготовлению бутеров, предусмотрительно увеличив их количество вдвое.
– Шеф, вам зеленый чай, насколько я помню? – уточнила невинно, когда закончила с бутербродами. – Вы присаживайтесь, не стесняйтесь. Чувствуйте себя как дома. Кстати, как шея? Получше?
– Значительно, – медленно произнес хайд, еще медленнее занимая свободный табурет. И все это – не сводя с меня хмурого взгляда. – За это – большое спасибо. Но я все-таки хотел бы прояснить момент с вашим бельем и чемоданом, доктор О'Нелл. Что с ними?
– О, с ними все отлично! – ухмыльнулась я, с противным скрежетом двигая к нему тарелку с завтраком. – Их просто нет!
– Доктор О'Нелл, хватит паясничать, – процедил сквозь зубы господин начальник, пока я невозмутимо заваривала ему свежий чай. М-м, вот это ароматы! Интересно, контрабанда или персональные поставки? – Я уже понял, что вы на меня сердитесь. Но, заметьте, не я эту кашу заварил. Так что давайте хотя бы сделаем вид, что нам приятно сотрудничать.
– А мне приятно! – Я коварно усмехнулась, окидывая восхитительно мохнатый торс начальства плотоядным взглядом. – Нет, правда! А если отдадите мне голову мистера Саллина, то приятственность усилится в разы. А когда присовокупите к этому конечности тех, кто украл мой чемодан, то моя благодарность просто не будет знать границ! А если еще и трусики вернете…
Кажется, я немного переборщила с энтузиазмом и кровожадностью, потому что шеф глухо рыкнул, стукнул кулаком по столу, отчего тарелка с бутерами подпрыгнула и глухо звякнула, а затем вперил в меня свои уже абсолютно звериные глаза.
– Шанни, хватит!
– Как скажете, – пожала я небрежно плечами и цапнула ближайший бутер, тут же сунув его в рот, хотя в груди глухо колотилось сердце, а инстинкт самосохранения покрутил пальцем у виска и перебрался ближе к пяткам. – М-м! Какая вкуш-шная ветчина! Вы попробуйте, шеф! Я такой даже на Земле не ела!
Но вместо того, чтобы присоединиться ко мне и познать все прелести мясного деликатеса, Эдриш помрачнел еще больше и потянулся к коммуникатору. Пролистал список сотрудников, набрал кого-то из них и, дождавшись ответа, в довольно грубой и категоричной форме потребовал, чтобы уже через десять минут чемодан из убираемых вчера помещений был у него. Вместе с содержимым. Не прощаясь закончил беседу, насупленно глянул на меня, деловито наливающую ему заварившийся чай, и неласково проворчал:
– Довольны?
– Почти, – мило улыбнулась, чувствуя, что ступаю по тонкому льду. – Как только удостоверюсь, что все на месте – скажу точнее. А голову мистера Саллина…
– Нет уж, – вдруг хищно ухмыльнулся шеф, буквально отбирая у меня кружку, в которую я неторопливо насыпала сахар, прикидывая, сколько ложечек будет достаточно. – Он мой!
– Хм-м…
Я всем своим видом дала понять, что тут мы еще поборемся, но вслух настаивать не стала. И так уже переступила все возможные и невозможные черты. Но… Почему мне кажется, что моя наглость ему импонирует? Только ли потому, что я до сих пор цела? Или виной тому тонкий аромат искреннего интереса, пробивающийся даже через густой запах негодования, окутавшего его тяжелым шлейфом? Хм, надо подумать. И лучше сделать это пораньше, чтобы не наломать дров!
Завтрак прошел в теплой и дружественной атмосфере. По крайней мере кофе был более чем теплым, а бутерброды были встречены изголодавшейся мной на ура.
А вот медвежонок… То есть господин Мак-Иш хмурился. Ел, пил, то и дело косил недовольным взглядом на коммуникатор, явно прислушивался к шорохам за дверью, и лишь раз за все время завтрака глянул на меня.
И скривился.
Это еще что за новость? Согласна, третий день щеголять в одном и том же – моветон, но тут уже не моя вина. Да и не планировала я как-то столь быстро и столь тесно знакомиться с новым начальством. По правде говоря, я вообще не планировала обзаводиться им в ближайшее время.
Но случай… Точнее, мистер Саллин, будь проклят тот час, когда ему в голову пришла эта светлая мысль – искать доктора на чартерном рейсе!
Вот уж кому я с удовольствием проставлю весь курс вакцин, начиная от лихорадки Бола и заканчивая космическим лишаем! И плевать, что эти болезни считаются давно исчезнувшими! Ради него – согласна на все!
– Мисс О'Нелл, о чем вы думаете? – ворвался в мои кровожадные мечты вкрадчивый голос шефа, и я глянула на него исподлобья. – Надеюсь, не об увольнении?
– Не дождетесь, – ухмыльнулась я и деловито покосилась на коммуникатор, отмечая вроде как небрежно: – Пятнадцать минут…
– В курсе, – хайд недовольно поджал губы и снова набрал номер последнего абонента. Поднес коммуникатор к уху, с непроницаемым лицом выслушал сбивчивую, но увы, совершенно неразборчивую тираду, сбросил вызов и снова обратил все свое внимание на меня. – Мисс О'Нелл…
Пауза мне не понравилась. Как и лицо Эдриша. С таким лицом планируют сообщить какую-нибудь гадкую новость, но прежде предлагают присесть и успокоиться.
Так вот! Я успокаиваться не собиралась!
– Доктор О'Нелл, – хмуро поправила я начальство, уже точно зная, что чемодана мне не видать. Как и его содержимого. Слишком уж говорящим был вид господина Мак-Иша. – Итак, чемодан уже в моих апартаментах, верно?
– Увы, нет.
– Тогда где? – я удивленно приподняла брови, словно даже представить не могла иного места.
Прежде чем ответить, хайд помрачнел еще больше. Его явно не радовала перспектива оправдываться передо мной, но я не собиралась облегчать ему задачу. Кто вообще просил его вмешиваться? Разве не говорили ему в детстве, что инициатива наказуема? Вот пусть теперь и расхлебывает!
Эдриш все медлил, и я не упустила случая уязвить его еще больше.
– Господин Мак-Иш? Так где все мои личные вещи?
– Судя по тому, что мне пытался объяснить мистер Присли, их утилизировали вместе с мусором, – наконец разродился на признание шеф.
Ага! Мистер Присли! Запомним, кого пытать первым!
– Но раз уж именно мной инициирована эта уборка в ваше отсутствие, – так же хмуро продолжил Эдриш, при этом ощутимо давя на меня своим зверем, – то мне и компенсировать вам убытки. В том числе моральные. Скажите, вы помните, что лежало в вашем чемодане?
– Не считая трех килограмм «травки»? – невинно уточнила я, жалея, что кофе уже закончился и я не могу изысканно отставить пальчик и прикрыться кружкой, чтобы не выдать себя коварной ухмылкой.
– Можете и их посчитать. – Шеф с мрачным видом откинулся спиной на стену и сложил руки на груди. – А кроме этого?
– Ну-у-у…
Эх, гулять, так гулять!
Я жеманно приложила ноготок к губам, подняла глаза к потолку в поисках вдохновения и начала перечисление безвозвратно утерянного добра:
– Три деловых костюма от Джаванни Тиччи, три кружевных комплекта нижнего белья от модельного дома Тори-Кретс, снурковое манто… Три! Клубничная помада фирмы Винши…
И если пять процентов перечисленного еще было правдой, то остальное – из мира моих грез и несбыточных фантазий. В последнее время я весьма неплохо зарабатывала и могла позволить себе даже шубку из натурального меха, но еще каких-то пять лет назад об этом не было и речи. Нет, мы с бабулей никогда не нуждались в деньгах, но и роскошной нашу жизнь назвать было нельзя. Уверенный средний класс с возможностью заказать пиццу на дом и отдохнуть в клубе в выходные. Но ни нижнее белье от Тори-Кретс, ни костюм от Тиччи, ни уж тем более сумочка от Ловато – ничем подобным в юности я похвастать не могла. А в зрелом возрасте просто не хотела. Смысл? Тратить двухмесячный заработок на шмотку, красная цена которой сто кредитов, а остальное понты? Вот еще! Бабуля, мир ее распутному праху, крепко вбила в меня несколько здравых мыслей и одной из них как раз являлась мысль о жизни, согласно достатку.
Вот как начну зарабатывать миллионы, тогда и отправлюсь за покупками на самые легендарные улицы Земли: Арбат, Милан-стрит и Париж-авеню. А пока…
Пока воспользуюсь шансом попортить кровь кое-кому напротив!
– …и гарнитур золотой с розовыми алмазами. Тоже три, – воодушевленно закончила я, преданно пожирая начальство глазами. – Мои любимые, между прочим. В наследство от бабули достались.
По мере того, как я перечисляла безвозвратно утерянное, лицо начальства вытягивалось, а глаза становились больше и выразительнее. А ничего, ему так даже больше идет. По крайней мере всяко лучше, чем гневное пыхтение и желание придушить меня во взгляде.
– Мисс О'Нелл… – смущенно кашлянул шеф, когда я наконец умолкла. – А вы уверены в том, что все это действительно было в вашем чемодане?
– Ну-у-у…
Судя по удрученному виду медвежонка, он уже прикинул возможную сумму компенсаций, и она ясно намекнула на его возможное банкротство. Но я – девушка отходчивая. Мне вполне хватило морального удовлетворения. Хотя нет, не совсем, мистера Присли я все-таки прижму где-нибудь в укромном уголке. А вот с шефом лучше действительно подружиться. К тому же, вроде не слишком дурной… Вон как переживает.
– Знаете, на самом деле мне вполне хватит нескольких тысяч, чтобы восстановить хотя бы гардероб и содержимое косметички, – пошла я на мировую, улыбаясь немного грустно, но вместе с тем и дружелюбно. – И имена тех, кто виновен в хищении.
– А это еще зачем? – тут же напрягся хайд.
– На медосмотр первыми вызову, – пояснила я по возможности ровно, хотя так и хотелось злодейски расхохотаться. – И не смотрите на меня, как на великую галактическую злодейку! Не собираюсь я их убивать!
Бровь хайда недоверчиво взмыла ввысь.
Я изобразила легкое смущение.
– Ну… по крайней мере – не до смерти. И вообще! У меня чемодан с вещами украли! Имею полное право разобраться с виновниками!
– Вообще-то для этого у нас имеется служба безопасности, – резонно заметил Эдриш, тут же кого-то набирая на коммуникаторе. И, почему-то не сводя с меня глаз, куда дружелюбнее, чем в предыдущий раз, поприветствовал очередного подчиненного: – Мистер Бигс, доброе утро. Разбудил? Нет? Прекрасно. А у нас новое ЧП. Да, уже. Уровень? – Очередной пристальный взгляд на меня. – Думаю, оранжевый. Да, настолько все плохо. Помните, я вчера отдавал распоряжение по поводу уборки в медблоке? Чудесно. Так вот: вместе с мусором рабочие вынесли и личные вещи доктора О'Нелл. Согласно предварительным данным ущерб составляет десятки, если не сотни тысяч кредитов.
И снова пристальный взгляд на меня.
А я что? Я кружкой любуюсь! Вон какая беленькая…
Интересно, что мне будет за эту невинную шутку, если вдруг они узнают, что никаких гарнитуров у меня отродясь не водилось? Ох, не сильна я в юриспруденции… И, кажется, зря!
– Ну вот и все, – довольно подытожил шеф свою беседу с неизвестным мне мистером, пообещав тому чуть позже прислать полный список похищенного. – Уверен, ваши вещи найдутся уже к обеду. Максимум – к вечеру. Но не переживайте, я от своих слов не отказываюсь и пускай эти скромные… пять тысяч кредитов хоть как-то компенсируют ваш моральный ущерб. Если же и к вечеру ничего не прояснится, то будем компенсировать и остальное. – Параллельно с тем, как это все произносилось, Эдриш набирал на своем коммуникаторе банковский запрос. И как только пиликнуло сообщение о доступе, бросил на меня вопросительный взгляд. – Номер вашего счета, доктор О'Нелл?
Озвучила, хотя больше всего в этот момент хотела задать один простой вопрос: все ли в порядке с головой у господина начальника? Потому что такими деньгами не разбрасываются! Тем более с личного счета! Это ведь не запрос в бухгалтерию станции, а именно личный! Или он…
В голове тут же принудительно защелкали цифры, сопоставились факты и сложилось одно с другим. Быть не может! Нет, только не это! Если и Эдриш окажется связан с преступностью, то я…
– Доктор О'Нелл? С вами все в порядке? – В голосе шефа слышалось неподдельное беспокойство, но стоило ему только протянуть ко мне руку, как я дернулась назад и едва не улетела с табурета на пол. – Шанни?
– Нет-нет! Точнее – да! – Я торопливо подскочила, по широкой дуге обогнула начальство, метя к выходу, и уже в дверях закончила: – Засиделись мы с вами, а время-то идет! Не знаю, как у вас, а у меня рабочий день начнется с минуты на минуту. А еще столько дел, столько дел!
Я была уже в гостиной, до заветной двери и спасения оставались считанные метры, когда позади раздался глухой рык и властный приказ:
– Доктор О'Нелл, потрудитесь задержаться! Мы не закончили!
Обычно, когда такое слышишь, тут же хочется прибавить скорости, но в данном случае победило благоразумие. К тому же, помнится, чувство самосохранения покинуло меня еще на входе в берлогу этого зверя.
В общем, я замерла. Медленно обернулась, стараясь выглядеть естественно, и всем своим видом изобразила внимание.
– Вы в таком виде планируете принимать пациентов?
Не знаю, на что он рассчитывал, но завелась я моментально. И так нервы ни к черту, а тут еще он со своими намеками!
– А чем вас мой вид не устраивает, господин Мик-Иш?! – прошипела я уязвлено.
– Меня? – Всем своим поведением хайд пытался изобразить оскорбленную невинность. Получалось плохо. Наверняка, как и моя непринужденность. – Меня ваш вид устраивает целиком и полностью. Останься вы вообще без одежды – только порадовался бы. – Последнее Эдриш произнес слишком ровно, чтобы я сумела на это отреагировать хоть как-то, после чего без паузы продолжил: – Но, насколько мне помнится, по вашим же словам, в медблоке нет даже медицинских халатов, не говоря уже о чем-то большем. Вчера я распорядился о должном оснащении, но первые поставки запланированы лишь на пять вечера. Так что потрудитесь дождаться, пока я оденусь.
– Зачем? – немного заторможенно выдала я, взглядом отслеживая, как хайд скрывается в спальне.
– Проведем полную инвентаризацию имеющегося, – приглушенно донеслось из соседнего помещения. – Не хотелось бы обнаружить, допустим, завтра, что рабочие вынесли что-то еще. К тому же вы сами упоминали, что все медицинское оборудование уже давно морально устарело. Хочу убедиться в этом лично, а затем… – Эдриш вышел из спальни уже в свежих брюках, рубашке и кителе, на ходу застегивая пуговицы. – Предъявить результаты инвентаризации снабженцам и членам комиссии.
Застегнув последнюю пуговку рубашки, господин начальник станции подошел ближе, за мгновение окинул всю мою фигуру оценивающим взглядом и едва уловимо поморщился.
– Доктор О'Нелл, если вам необходима свежая одежда, то, может, начнем с ваших потребностей?