– Не интересно рассказывает, – вынесла вердикт Настя, – ты лучше.
– Спасибо Настюша, приятно. Постойте, мне поговорить с вами нужно. Пацана видели? Нельзя так с детьми, – начала я заготовленную речь.
– Видели, – перебил меня Андрей – чего ты издалека, надо что?
– У нас пусть останется, – как в омут с головой кинулась я. На языке куча доводов, в ноги упаду, рыдать буду, а мальчишку оставлю
– Хорошо, мне как раз помощник нужен, Алёшка пока дорастёт.
В смысле хорошо, я речь, зачем готовила, доводов кучу придумывала, рыдать собиралась? Я тут целый спектакль устраивать надумала, а мне без всяких пререканий, хорошо и всё.
– Вот здорово, корову гонять будет – радостно сказала Иринка
– Воду таскать, – перебила её Настя
– Его самого таскать надо, худющий как тень. – Отошла я от шока
– Ничего откормим, – махнул Андрей рукой и зашагал к дому. Обернулся, напомнил, – со странниками иди сама договаривайся, твоя идея.
Я побежала к старцам, может и их уговаривать не надо будет.
Подошла к дедам, люди уже разошлись по домам, старики сидели, кушали. Никто из них по поводу пропажи мальчика не беспокоился.
– Чего тебе тётка? – Наверное, Агафон, ох и голос противный. Сам ты тётка! Возмутилась, я про себя, на лицо налепила улыбку
– Мальчика можно к себе забрать. Тяжело ему…
– Серебряный давай и забирай, бесполезное существо. – Перебил меня ,,слепец". Ну, вот и этих уговаривать не надо.
– Ждите, сейчас принесу. – Я бегом пустилась к дому. Серебряного у меня нет, а вот рубль дам. Кинулась к сундуку, достала из кошелька рубль, побежала назад. Старики сидели на том же месте. Ждали. Сунула Агафону рубль, развернулась идти домой.
– Это где же такие деньги, – удивился старик, пробуя на зуб монету.
–На севере, – не моргнув глазом, соврала я.
– Вот и хорошо, мы как раз туда идём, говорят там мясом и рыбой подносят. – Пряча монету куда-то в лохмотья, проскрипел он.
«Ну, ну, золотом осыпят» зло подумала я.
Теперь у меня ещё один сыночек есть. Растёт семья, ещё недавно одна была, а сейчас малышами обросла. Жизнь непредсказуема. До утра пацана трогать не буду, пусть спит, завтра отмою и начну откармливать. Укладываясь спать, спросила у Андрея, как звать мальчишку будем
– Завтра подумаем, сердобольная ты. Всех тебе жалко. – Андрей прижал меня к себе. О, как я люблю эти моменты. Вот оно счастье.
23
Что-то ночь быстро пролетела, совсем мало времени мне для сна остаётся, не девочка уже, чтобы снова и медовый месяц, и маленькое дитё. Тридцать лет назад ночи длинней были.
Мы уже сидели, завтракали, с сеновала спустился мальчишка. Поздоровался. Ох, и вид у него, домовёнок и только. За столом повисла тишина, затем не выдержала, прыснула Настя, за ней Васелиса и мы все хором рассмеялись, глядя на мальчишку. На его мордашке было написано полное недоумение.
– Ох и захухря(нечёсаный, лохматый) – отсмеявшись сказал Андрей. Зосимой будешь. Рассмешил нас всех. – Пацан кивнул. Зосима, так Зосима, ему всё равно, его глаза не отрывались от стола.
Я встала, подошла к мальцу, взяла его за плечи, о боже скелетом его назвать надо было, такое чувство, что кости сейчас кожу порвут, подтолкнула к столу. Настя вручила ему ложку. Василиса отдала свою кружку с молоком.
– Почему Зосима? – Спросила я
– Не знаю, – пожал плечами Андрей. – Глянул на него, а он Зосима.
Ну и ладно Симкой звать буду. – Симку успеем выкупать? Или идти уже надо
– Кого? – На меня все посмотрели вопросительно, кроме самого Зосимы.
– Симку,– повторила я, – от вашего Зосимы, язык сломаешь.
–Вот и имя дали, ну и как тебе Симка? – Обратился Андрей к мальчику. Тот молча пожал плечами.
– А Симка слушает да, ест, – перефразировала я известную у нас поговорку. Всё опять рассмеялась.
– Никуда мы сегодня не идём, дома весь праздник проведём, – рассказала мне Ира. – Симка выкупается, вместе в огород пойдём. Любыми делами можно заниматься, кроме обработки земли, именины у неё сегодня.
Вот так, именины так именины. Именинницу нельзя заставлять работать.
Для Симки нашла рубаху и штаны, великоваты, размера на три, наверное, ну нестрашно. Его рваньё в печь кинула. Умытый мальчик был похож на сказочного Иванушку. Белые кудрявые волосы, большие синие глаза, курносый нос, аккуратные губки бантиком. Такие губки у девочки должны быть. Красавчик. Шейка, ручки, ножки тонюсенькие, того и гляди переломится. Пошли все в огород расположились на краю, девчонки разложили на земле хлеб, яйца, выплеснули, из кувшина пиво, Андрей лёг на землю, приложил ухо, стал слушать, махнул мне, чтобы я сделала то же самое. Легла, приложила ухо к земле, тишина, что можно услышать? И вдруг шёпот: « живи, люби, удиви, благослови». Я подняла голову, что это было? Видно на моём лице было все написано
– Ты, что-то слышала, – подскочила Настя, я закивала
Да ладно, не может этого быть, приложила ухо к земле опять и этот же шёпот: «живи, люби, удиви, благослови». Завертела головой, что это, не может быть, чтобы земля со мной разговаривала. Шутки Андрея? Вроде нет, он лежит, глаза закрыты. Где Иринка, она может так пошутить, нет, сидит на пеньке с детьми разговаривает. Приложила ухо опять к земле, тот же шёпот, но теперь я не свожу глаз с Иринки, нет не она. Так же сидит с детьми, разговаривает. Андрей сел, посмотрел на меня.
– Слышала? Благословила нас матушка земля, – встал, подошёл ко мне, подал руку, крепко обнял.
– Ну, что? Что ты слышала? – Опять пристала Настя.
– Шёпот слышала, – ответила ей.
–Ух ты, счастливая, можно я подружкам расскажу.
Я взглянула на Андрея, он кивнул, можно.
Андрей продолжил ритуал. Поставил меня рядом с собой, встал лицом на восток заговорил,
Мать-Сыра Земля! Уйми ты всякую нечистую от приворота, оборота и лихого дела
Поклонился, все движения я повторяла за ним.
Повернулся на запад
– Мать-Сыра Земля! Поглоти ты нечистую в бездны кипучие, во смолу горючую.
Поклонились, повернулись к полудню(юг)