– Разве это не запрещено? – возмутилась Гришина.
– Ловля сетями – да. А тут сплошная рвань. Как прошла съемка?
Наташа подключила к телефону видеокамеру Go Pro для подводной съёмки, и они с Абросимовым наблюдали несколько минут биения жизни под водой.
– Была выдвинута версия, что нефтепродукты попали в реку из неё. В результате следственный действий она не подтвердилась, – заключил Андрей Андреевич.
– А что утверждают специалисты? – лениво спросил Неробов, млея под горячим солнцем.
– Не исключают, что выброс мазута произошёл с одной из фабрик в соседней области. Так что мы передаем дело в область, – заключила стажерка.
Неробов начал рассказывать, как он вчера играл в теннис. У него был постоянный партнер, который жил в Наволоках. Раньше он работал адвокатом, поэтому имеет доступ к конфиденциальной информации. Так вот, он сообщил, что из колонии устроили побег киллеру, потому что кто-то в их городе нуждался в его услугах. Так что не исключено, как раз в этот момент заключенный и совершает побег.
– Это Джагаев?
Наташа Черноярова, чья работа сводилась к оформлению хулиганов и пьяниц, сразу заинтересовалась. Она не оставляла надежды заполучить громкое дело.
– Вы поверили, что вам сказал этот болтун? – Инна постоянно всех критиковала.
– Нет, вы его не знаете. Он не из нашего города. Мультипликационный персонаж.
– А почему тогда вы удите рыбу, Николай Ильич?
– Или что? Прикажете ловить киллера? Так еще неизвестно, кому это дело достанется. Понаблюдаем, а там посмотрим. Информация лишней не бывает, а верить или нет, тут мы посмотрим. Понаблюдаем с самого начала. Видите, яхта идет. Отвязалась что ли?
Стажерка с огорчением выдохнула. Она уже решила, что им предстоит громкое дело, связанное с мафией.
После разговора она начала подозрительно относиться к рыбачьим лодкам, которые сновали по реке. В камышах она заметила пустую лодку, набрала номер рыбоохраны и поинтересовалась, не произошло ли чего-нибудь стоящего внимания. Ей отвтеили сказали, что об угоне лодки сведений не поступало. Все тихо.
– Так что там с яхтой? – Инна Гришина вглядывалась в сиреневую даль.
Судно пришвартовалась на причале возле колонии. Почему такое возможно?
– Вероятно, на ней прибыл с проверкой высокий чин ФСИН, – предполагает Абросимов.
– Знаю я этого чина высокого. Генерал Хлебнов, мой однокашник по институту, – говорит Неробов.
Он почуял охотничий азарт и готов был сам бежать на яхту, которая замедлила ход и остановилась у мостков. Рыбалка кончилась. Подарив судачков Инне, он отправляется встречать друга.
Генерал Хлебнов любезно предлагает подобрать Неробова и разворачивает яхту. У руля его друг Иван Акимов, а Хлебнов с ним рядом за капитана, так что Неробову можно вздохнуть спокойно.
От Акимова пахнет речной свежестью, видно, успел пройтись по реке. Что он искал на среди берез?
– Встречался с другом.
– И?
– К чему вам знать подробности? Ведь вы его не знаете, поэтому не следует останавливаться на этом эпизоде.
Что тут ответить? Смотри в оба? Или это самому Неробову надо смотреть в оба.
С некоторым опозданием Митов присоединился к участникам регаты, совершавшим тренировочный проплыв перед берегом. Его приветствовала световым сигналом небольшая яхта, и он несколько раз зажег и погасил огни тоже в знак знакомства.
– Я на реке, – отвечает Митов вместо приветствия. Он дает гудок, который Неробов слышит по телефону. Точно такой же гудок доносится с реки. Водитель катера слышит двойной сигнал и сразу соображает: – А вы тоже тут гуляете? Сейчас за мостом будет пляжик, на нем остановимся, вижу вашу яхту.
Неробов смотрел на катер, который уходил по реке, за ним светло-коричневым шлейфом клубилась водная пыль. Жаль, что разговор не сложился.
Митов не испытывает радости от разговора с ним. Ему еще надо поужинать и готовить катер. Беседа со следователем в его расписание не вписывается. Когда он спрашивает, по какому делу его будут допрашивать. Неробов не знает, что ответить. Просто зашибись!
– Я все понимаю, просто занят очень. Не волнуйтесь, я вам позвоню. Мне и самому интересно. Свяжемся после регаты. – С этими словами Митов садится на катер и направляет его
к другому берегу.
– И кто это был? – удивился генерал Хлебнов.
– Наш чемпион Митов
– В газетах много пишут на этот счет. – Ты его знаешь? – Михаил Иванович не прочь познакомиться с фаворитом гонок.
– Откуда? Предприниматели идут по линии экономической преступности, а я – по уголовке, – отшучивается Неробов.
Катер уходит, не дождавшись их, а они втроем загорают на пляже. А потом прощаются, и Хлебнов отправляется в гостиничный номер спать, у него режим. С ним уходит и Акимов, про которого Николай Ильич слышат первый раз в жизни, ну да мало ли на свете Акимовых.
– Выглядишь ты как-то странно, Николай Ильич. Волосы в траве. На костюме щепки, – недоумевала жена. – Что за рыбалка у вас такая была?
– На яхте плавали, – отвечает Николай Ильич и ложится спать.
«Если у меня катаракта, ещё не значит, что я ничего не вижу», – часто прибавляла жена Неробова Ирина, кокетничая своим слабым зрением (что документально не было подтверждено).
Не говорить же, что он выезжал на труп, а потом пришлось ехать в прокуратуру. В десять вечера Неробов составлял план следственных мероприятий по убийству. Наташа Черноярова рядом писала свой отчет.
– Дату пока не ставь.
Еще неясно, в рамках какого уголовного дела ведется расследование.
После работы Неробов падает от усталости, но у него остается еще одно дело. Он заходит в круглосуточный магазин. Там никого нет, кроме продавца и старика, который просит продать ему бутылку.
– Здорово, Толяныч, – приветствует Неробов своего агента.
– Возьми беленькой, – слышит он шепот. – Это от меня к твоему столу.
Алкоголик прищуривается, не веря своей удачи, да и Неробов не вчера родился, чтобы попасться на крючок. Толяныч протягивает руку, потом опускает. Так он стоит некоторое время, еще не теряя надежды. По его состоянию можно предположить, что он оприходовал не менее литра пшеничной, это заметно по векам, сейчас они полуопущены, и никакая сила не может поднять их вверх. После третьей бутылки один глаз закроется.
– Садись в машину, – командует Неробов.
Он и сам не знает, зачем его зовет. Ирина не заинтересована в подобных гостях, но других желающих приютить Толяныча нет.
Когда Неробов вернулся домой, его уже ждал генерал Хлебнов, и голос Ирины звучал оживленно.