Тени за спиной
Эллен Оук
Беззаботный шестнадцатилетний Эйден Картрайт по роковому стечению обстоятельств попадает под колеса авто и приходит в себя в Междумирье, месте переплетения пространства и времени. Вместе с новыми друзьями он отправляется на поиски бункера и его загадочного хранителя, чтобы отыскать способ вернуться в мир живых. Получится ли у него пройти все испытания и сможет ли он вернуться домой, когда на каждом шагу его подстерегают опасность и могущественные силы, желающие заполучить его душу себе?
Тени за спиной
Эллен Оук
© Эллен Оук, 2023
ISBN 978-5-0056-1571-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Меня зовут Эйден Картрайт, и последнее, что я помню перед тем, как меня сбил красный кабриолет восемьдесят седьмого года выпуска, – это облик моего убийцы: взгляд пронзительных чёрных глаз, наполненных хищным блеском, широкая улыбка, обнажившая белоснежные зубки, наманикюренные ярко-алые ногти, впившиеся в рулевое колесо, и отсутствие всяческого намёка на сожаление, испуг или хотя бы желание убрать ногу с педали газа.
Боли от удара я не почувствовал. Не было ни тоннеля со светом, ни сонма ангелов, ни даже девственниц, ожидающих неопытного шестнадцатилетнего подростка у ворот в загробный мир, что особенно расстроило и одновременно рассмешило меня за те секунды, пока я пролетал над дорогой, теряя свои новенькие найки рядом с нашим домом в пригороде Альбукерке.
«Вот чёрт, не успел поздравить ма с днём рождения», – пронеслось в моей голове, перед тем как я шмякнулся об асфальт и отдал концы.
Глава 2
Мутный солнечный свет пробивался сквозь веки, заставляя открыть глаза. С трудом я разлепил окровавленные ресницы и уставился на два размытых пятна надо мной. Сфокусировав взгляд, до меня дошло, что это человеческие лица, хотя человеческими их можно было назвать, только изрядно напившись, как я перед последним бейсбольном матчем «Изотопов». Тогда, на парковке у стадиона, я, Джим Конрой и Дикланд Хоукинз раздавили несколько баночек пива, которые Джим незаметно стащил из запасов отчима. После этого мы почувствовали себя распрекрасно и, воодушевлённые, отправились смотреть матч. Уже во время второго иннинга я почувствовал себя не в своей тарелке: желудок крутило, лоб покрылся испариной, а пол уходил из-под ног. Ещё через пару мгновений я уже опрометью нёсся до ближайшей уборной, после чего, извергнув всё выпитое, отключился на несколько минут, уткнувшись лицом в колени. Как выяснилось позже, я вхожу в один процент счастливчиков с непереносимостью солода.
Вернувшись в действительность, я вновь увидел двух склонившихся надо мной людей, которые с неподдельным интересом и волнением рассматривали меня.
– Смотри-ка, он очнулся! – сказала необъятных размеров женщина с неестественно серым лицом, выпученными глазами и маленькими красноватыми прыщиками, рассыпанными по всему телу. – Только не пугай его, Кристофер, ты же знаешь, какие эти новенькие впечатлительные. Как тебя зовут, милый? – обратилась она ко мне.
Я попробовал разлепить спёкшиеся губы, но ничего лучшего, чем «Э..д..н», у меня не вышло.
– Погоди, парень, не торопись, выпей сначала вот эту противную настойку, и тебе мигом полегчает, – протянув засаленную флягу, обратился ко мне мужчина с сильно обезображенным от ожогов и порезов лицом. – Кстати, я, как ты уже мог понять, Кристофер, а вот эта красотка – моя спутница до гроба, Эстер. – Хихикнув, он покосился на даму и послал ей самый что ни на есть воздушный поцелуй.
С сомнением взглянув на флягу и затем ещё раз на Кристофера, я перевёл взгляд на Эстер. В отличие от своего обезображенного ожогами спутника она вызывала больше доверия. Кроме участия, я не смог прочитать ничего в её карих глазах, поэтому, собравшись с силами, одним глотком опустошил содержимое фляги. Горло неприятно обожгло, но сразу же отпустило, и я понял, что мне и правда стало чуть легче.
– Меня зовут Эйден Картрайт, – просипел я. – Что со мной случилось? Где я?
Только сейчас, оглядевшись, я понял, что нахожусь не в больнице и даже не в машине скорой. Я сидел на раскалённом асфальте в луже своей крови, но чувствовал себя не так убого, как должен бы, учитывая размер этой самой лужи.
– Меня сбила машина? Вы можете вызвать скорую?
Я вспомнил, как где-то читал, что пострадавшие в аварии могут первое время чувствовать себя вполне хорошо и находиться в сознании, но на самом деле от шока они не чувствуют повреждений и через некоторое время падают замертво. Я потянулся к карману джинсов и достал оттуда телефон, чтобы позвонить матери. На удивление, даже после удара об асфальт телефон продолжал работать. Я начал в спешке набирать знакомый номер, пытаясь не замечать окровавленные руки и взволнованные переглядывания Кристофера и Эстер. В трубке послышались помехи, как будто кто-то настраивал радиостанцию, после чего до меня донеслись голоса сразу нескольких десятков людей, как если бы я случайно прослушивал их телефонные разговоры. Нажав отбой, я уставился на телефон. Возможно, он всё же ударился сильнее, чем я думал. Тут я обратил внимание на своих новых знакомых, которые всё так же молча, с интересом смотрели на меня. Я не заметил, чтобы они суетились и вызывали скорую. Кристофер протянул мне такую же обезображенную, как и его лицо, руку.
– Не старайся, парень, ты вряд ли сможешь дозвониться, сеть здесь плохо ловит. Не ты один пытался, но технологии пока ещё не дошли до нас, – усмехнувшись, он уставился куда-то вдаль. – А теперь дай-ка я помогу тебе подняться, иначе ты совсем прикипишь к асфальту. Да и небезопасно это – рассиживаться на перекрёстке четырёх дорог. Пойдём к нам в дом, – он неопределённо махнул рукой в сторону небольшого ветхого домишки недалеко от дороги, – там ты сможешь привести себя в порядок, а мы подберём тебе что-нибудь из одежды взамен испорченной.
Эстер с усердием закивала головой.
– Эй, я никуда не пойду с вами! Мне нужна медицинская помощь. И наверняка мать с отцом уже хватились меня, я же вышел всего лишь вынести мусор. И вообще, где я нахожусь? Я не узнаю этот район. Я сейчас вызову копов. Если вы не поможете мне, то, думаю, они не откажут в помощи сбитому машиной подростку.
Я старался не выдать охватившей меня паники, но последняя фраза прозвучала на несколько октав выше, чем хотелось бы. Я увидел, как Эстер судорожно сжала подол своей бесформенной юбки. Только сейчас я обратил внимание, что она одета необычно для южного климата Нью-Мексико, да и вообще она больше походила на восточную женщину с небольшим европейским налётом. Учись я в школе прилежнее, сразу бы понял, что Эстер – самая настоящая еврейская мамушка, но в тот момент я не придал этому большого значения, так как паническая атака уже вплотную подступила ко мне и я почувствовал, как сердце бешено застучало, а тело покрылось холодным потом.
– Не глупи, парень, – Кристофер посмотрел на меня чуть строже, явно теряя терпение, – копы и скорая вряд ли быстро доберутся до нашей глуши, а ты расселся посреди дороги, словно ждёшь, чтобы по тебе ещё раз кто-нибудь проехался. Не время расслабляться. День идёт на убыль, а мы не хотим, чтобы ты попался на глаза тем, кто не будет к тебе так же добр.
– Пойдём в дом, Эйден, – подключилась Эстер, – там ты сможешь прийти в себя, умыться и переодеться, а я уж прослежу, чтобы с тобой всё было в порядке.
Я ещё раз с сомнением оглядел этих двоих: на первый взгляд они совсем не внушали доверия, но что-то внутри меня подсказывало, что их не стоит бояться. Они не были похожи на парочку маньяков, которые интересуются мальчиками с целью позаимствовать у них немного внутренних органов, а затем надругаться над холодным телом или сделать то же самое в любом другом порядке.
Я нехотя дотронулся до протянутой Кристофером руки. Она оказалась неприятно ледяной, но крепкой. Одним рывком он поднял меня с асфальта и помог не упасть, когда от резкого подъёма голова пошла кругом и я был готов ухнуться обратно. Проморгавшись и отогнав пелену перед глазами, я наконец-то сумел осмотреться. Моя тревога била во все колокола, так как я совершенно не понимал, где нахожусь. Пару минут назад я выходил из нашего дома с мусорным пакетом, который вручил мне отец, а сейчас находился в незнакомом районе так называемой «одноэтажной Америки». Все окна в домах были заколочены, и не чувствовалось даже намёка на ветерок, который всколыхнул бы пожухлый и пожелтевший газон у ближайшего дома. Улица казалась пустынна, лишь неподалёку я заметил одиноко хромающую собаку, блуждающую по округе в поисках чего-нибудь съестного. Будто услышав мои мысли, пёс повернулся, протяжно завыл и потрусил в нашу сторону, переходя на рысь. Приглядевшись, я с ужасом заметил, что это не какой-нибудь домашний ретривер Лаки или мопс Бисквит, приносящие тапочки и газеты по утрам, а самый настоящий Киллер, чья пасть была окровавлена, а половина морды поблёскивала оголённым черепом. К тому моменту, как я осознал это, пёс преодолел половину пути, разделявшего нас, и, судя по его виду, намерения у него были отнюдь не дружелюбными.
– Ну-ка, сынок, прибавим шагу, – с опаской глядя на пса, поторопил меня Кристофер, – нам совершенно не стоит встречаться с ним.
После этих слов он спешно заковылял к ближайшему заброшенному на вид дому. Эстер, несмотря на всю свою тучность, с грацией подняла юбки, почти бегом пересекла газон и скрылась за галантно отворённой Кристофером дверью. Мне ничего не оставалось, как последовать за этой странной парочкой. Так как быть растерзанным бешеным псом мне совсем не хотелось, я собрал все силы на победный рывок к дому. Уже пересекая газон, я услышал за спиной хриплое дыхание пса и, не оборачиваясь, влетел в дом, споткнувшись о предательски торчащий гвоздь. За моей спиной с грохотом захлопнулась дверь; снаружи раздался протяжный низкий вой, и дверь начала сотрясаться от тяжёлых ударов. Несколько мгновений я не был уверен, что она выдержит, но Эстер успокаивающе положила руку мне на плечо и кивнула в сторону Кристофера, который уже успел достать откуда-то из недр повидавшей виды комнаты дробовик. Ободряюще улыбнувшись обгоревшими до корки губами, он передёрнул затвор.
– Не беспокойся, парень, это не впервой, – прошамкал он почти беззубым ртом, отдёргивая дырявую занавеску у окна. Зверюга бесновалась и выла снаружи, но вышибить дверь своим выбеленным черепом уже не пыталась.
– Эсти, проводи Эйдена в уборную и дай ему что-нибудь приличное из одежды, будь душкой, – улыбаясь настолько мило, насколько было возможно, учитывая общий устрашающий вид, попросил свою спутницу Кристофер.
Эстер ободряюще коснулась моего плеча и повела меня вглубь дома.
– Прямо по коридору и налево. Прости, тебе может быть немного неуютно первое время, но ты привыкнешь. Мы стараемся облагородить этот дом, но наши попытки обычно заканчиваются ничем. Такое ощущение, будто по нему прошлось стадо слонов, да и строительные материалы достать здесь практически невозможно.
Я не понял, что имела в виду Эстер, но решил отложить вопросы до того момента, как приведу себя в порядок и смогу дозвониться до родителей, чтобы они забрали меня. Идя по тёмному коридору, я слышал позади себя шаркающие шаги Эстер, каждую секунду ожидая, что на мою голову обрушится что-то тяжёлое и меня потащат в подвал, где мои почки будет поджидать контейнер со льдом. Но реальность оказалась намного хуже.
Когда мы проходили мимо маленькой кладовой, дверь в которую была приоткрыта, я заметил нечто такое, отчего мои волосы встали дыбом и к горлу подступил тошнотворный комок. Из-за двери прямо на меня смотрел человек.
Вы можете спросить: что в этом такого? Поверьте, в обычной жизни я не прихожу в ужас от того, что на меня могут пристально смотреть люди, так как считаю себя вполне симпатичным, а в моём классе некоторые девчонки даже называют меня привлекательным. Но сейчас на меня из сумрака комнаты смотрел не просто человек, а самый настоящий висельник. Он немного покачивался, так как от пола его отделяли несколько сантиметров, удавка вокруг шеи туго врезалась в кожу. Я заметил, как его зрачки сузились; когда его взгляд сфокусировался на мне, потрескавшиеся губы растянулись в широкой ухмылке.
– А-а-а-а!!! – С криком отскочив от двери, я врезался в стену и начал сползать по ней, не переставая истошно орать. Взгляд мертвяка преследовал меня. Вдруг кто-то резко схватил меня за плечо, отчего я завопил ещё сильнее, предвидя свой скорый конец. В моей голове металась всего одна мысль: «Бежать!». Освободиться от цепких лап Эстер, постараться не попасться на глаза Кристоферу и бежать подальше из этого дома. На мгновение я вспомнил о дробовике, который, наверное, всё ещё был в руках у Кристофера, и моё сердце ушло в пятки.
– Тише, тише, – Эстер поспешила захлопнуть дверь, – это Фред, он не сделает тебе ничего плохого. Здесь ты в безопасности. Меня и Кристофера тоже не стоит бояться, поверь мне.
Задыхаясь от волнения, я помотал головой, не веря своим глазам и тому, что никто не ударит меня по затылку в тёмном коридоре.
– Кто это? – выдохнул я, наконец отойдя от шока. – Ему нужна помощь! Пойдёмте, я помогу вам его снять! – Я попытался вскочить, но страх опоясывал меня, а ноги не слушались. Видимо, от стукнувшего в голову адреналина я перестал соображать и представил себя героем, способным вытаскивать висельников из петли, а ещё не обращать внимания на амнезию, из-за которой, судя по всему, не помнил, что со мной произошло и как я оказался непонятно где с незнакомыми людьми. Голова начала кружиться от мыслей, роившихся в голове, а нехорошее предчувствие комом горечи подступило к горлу.
Эстер помогла мне подняться и мягко подтолкнула в сторону уборной.
– Все вопросы и предложения потом. Сейчас иди прими душ, – голосом, не терпящим возражений, произнесла она, и я вспомнил, как мама в детстве заставляла меня доедать завтрак, прежде чем идти играть с друзьями. – Свою одежду ты можешь бросить на пол, я постараюсь её починить, а взамен дам тебе что-нибудь из вещей Кристофера. Вы оба высокие парни. Сколько в тебе? Шесть футов примерно?
Я утвердительно кивнул, после встречи с Фредом я, видимо, на некоторое время потерял способность здраво рассуждать и складывать слова в простые предложения. Чёрт возьми, не каждый день на тебя из чулана пялится висельник!
Я осторожно зашёл в душевую, ожидая увидеть там кого угодно: утопленника, наркомана с передозом, да, мать его, даже самого Фредди Крюггера, но это оказалась обычная душевая, как и миллионы таких же по всему юго-западу Америки.
– Не стесняйся, можешь взять всё, что тебе потребуется. Чистые вещи я повешу снаружи, – проворковала Эстер и упорхнула в сторону гостиной.
Я проводил её взглядом, плотно закрыл дверь, привалился к ней спиной, чтобы наверняка никто не смог зайти, и попытался ещё раз вызвонить родителей, но телефон молчал. Не было ни гудков, ни даже отдалённых голосов с перехваченных линий.
Всё ещё не теряя надежды дозвониться, я подошёл к мутному зеркалу и взглянул на себя. В отражении я увидел совершенно незнакомого мне парня, который по какой-то неведомой причине был одет в мою одежду, имел такие же карие глаза, и на этом наше сходство заканчивалось. На лице и некогда тёмных, чуть вьющихся волосах толстым слоем запеклись кровь и пыль, футболка была разодрана почти в клочья, а из-под неё проглядывали такие же окровавленные рёбра, на которых тёмно-бордовым пятном расплывалась гематома. Я легонько нажал на неё и тут же отдёрнул руку, всё тело пронзила чудовищная боль. Видимо, легко отделаться не удалось, пара рёбер, скорее всего, сломаны.