Оценить:
 Рейтинг: 0

Выпускной бал в чистилище

Год написания книги
2024
Теги
1 2 3 4 5 ... 10 >>
На страницу:
1 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Выпускной бал в чистилище
Эми Хармон

Романы Эми Хармон
Джонни Кинросс – красавчик из 1950-х, парень, застрявший во времени. А Мэгги всего лишь влюбленная в него девушка. Чудом и вопреки всем преградам им дан второй шанс в жизни и в любви. Но сможет ли Джонни найти себя в новом времени? Вырвавшись из чистилища, он оказался в совершенно новой эпохе, в мире, где он никого не знает.

Тайны прошлого бередят его раны. Давно похороненные секреты не дают покоя.

Смогут ли Джонни и Мэгги их разгадать, чтобы спасти свою любовь?

Эми Хармон

Выпускной бал в чистилище

Что было, то и теперь есть,

и что будет, то уже было.

    Книга Екклесиаста, 3:15

Amy Harmon

Prom Night in Purgatory

Перевод с английского Марины Бендет

Оригинальное название: Prom night in Purgatory

Copyright © 2012, 2016 by Amy Harmon

Изображение на обложке использовано по лицензии © Shutterstock

© ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2024

Это выдуманная история. Мы признаем, что торговые знаки, упомянутые в этой книге, защищены авторским правом, которое принадлежит их владельцам, и что эти торговые знаки были использованы без разрешения. Упоминание или использование этих торговых знаков никак не связано с их владельцами, не было с ними согласовано и не спонсировалось ими.

1

Всему свое время[1 - Здесь и далее в названиях глав приведены цитаты из Книги Екклесиаста, гл. 3. – Здесь и далее примечания переводчика.]

Дом был тот же, но какой-то другой. Старые качели не выглядели старыми. Цепи, на которых они держались над широким парадным крыльцом, казались такими чистенькими и блестящими, словно их только повесили. Над цветочной клумбой качались красные и желтые головки тюльпанов – первые вестники весны. Когда она в последний раз видела эту клумбу, цветов на ней не было. Дом будто выкрасили заново, даже некогда облупившиеся блекло-серые ставни теперь ярко чернели. А еще там стояла машина Айрин, брошенная поперек длинной подъездной дорожки, словно ее владелица должна вот-вот вернуться. Хромированные детали кадиллака сверкали, розовая краска блестела так, что Мэгги удивилась, что та не стекает на землю. Мимо дома проехал ретроавтомобиль, потом еще один. Может, сегодня где-то поблизости проходит автошоу? Большой черный бьюик свернул на подъездную дорожку и остановился позади кадиллака Айрин. Из машины, сердито вздохнув, вылез мужчина, которого Мэгги никогда прежде не видела. Он громко хлопнул дверцей бьюика.

– Айрин! – рявкнул он и двинулся к неловко припаркованной машине.

Мужчина был высок и чуть толстоват, но лишний вес ему совсем не мешал. Он выглядел как уверенный в себе человек, привыкший распоряжаться и руководить. На нем был просторный черный костюм. Широкие штанины с небольшими заломами лежали на начищенных ботинках. Белая рубашка была тщательно отглажена, язычок узкого красного галстука прятался под пиджаком. Шляпа как у Фрэнка Синатры придавала ему щеголеватый вид. Мужчинам обычно идут шляпы, отрешенно отметила Мэгги, глядя, как незнакомец подходит к розовому кадиллаку.

– Она никогда не ставит машину как надо, вечно перегораживает дорожку, – пробормотал тот, распахнул дверцу кадиллака и заглянул в просторный салон.

Мэгги заметила, что под рулем болтаются ключи. Мужчина втиснул свое грузное тело на водительское сиденье, потянул дверцу за собой. Мэгги не знала, что делать: то ли попробовать его остановить, то ли позвать на помощь. Этот человек явно решил украсть кадиллак Айрин. Она кинулась вперед, вопя и размахивая руками, и в одно мгновение оказалась у передней дверцы машины, прямо над открытым окном, словно перемещалась со скоростью света. Мужчина не обратил на нее никакого внимания, а она в следующую секунду очутилась на новом месте – рядом с ним, на переднем сиденье. Гладкая кожа дивана обычно мягко липла к ногам, но сейчас Мэгги этого не чувствовала, как не чувствовала и того, что на чем-то сидит. Она провела рукой по приборной панели, но не ощутила под пальцами ничего, кроме воздуха. Она не могла установить связь с окружавшими ее предметами. Наверное, это сон. Да. Так и есть. Это просто сон. Незнакомец завел мотор и, обернувшись на дверь гаража, собрался уже тронуться с места, но тут раздался стук. Кто-то отрывисто постучал в боковое стекло, и Мэгги резко повернула голову влево. Мужчина за рулем сделал то же самое.

Это был Джонни. Он нагнулся к водителю, склонив набок голову, не отрывая правой руки от стекла. Во впадинке между указательным и средним пальцем чернело пятнышко машинного масла. Мужчина рядом с Мэгги ухватился за ручку и опустил стекло на несколько сантиметров. У края тротуара стоял бирюзовый пикап с выпуклыми фарами и округлыми арками над колесами. Сразу за кабиной, на дверце которой значилось: «Автомастерская “У Джина”», начинался безбортовой кузов. Водитель пикапа коснулся фуражки в знак приветствия и отъехал от тротуара.

– Мистер Ханикатт, надеюсь, я не испугал вас, сэр. Джин прислал меня забрать бьюик.

Сердце Мэгги подпрыгнуло, лицо озарила широкая улыбка. Джонни был в полосатой синей блузе с вышитой на кармане эмблемой автомастерской. Короткие рукава блузы были еще закатаны, словно он никак не хотел примириться с необходимостью ходить в форменной одежде.

– Ах да, действительно. – И мистер Ханикатт провел ладонью по своему широкому лицу. – Я совсем забыл, что и правда просил Джина кого-нибудь прислать.

– Если хотите, сэр, мы заберем бьюик в другой день. – Джонни говорил почтительно и очень по-деловому.

Мэгги уставилась Джонни прямо в лицо, гадая, почему он даже не взглянул в ее сторону. Ради эксперимента она помахала ему рукой. Он не сводил глаз с мистера Ханикатта.

– Нет… нет. Сегодня меня вполне устроит. Ключи в зажигании. Машину чуть ведет вправо, я уже говорил Джину. Вряд ли там что-то серьезное. И заодно поменяйте масло.

Джонни отошел в сторону, а мистер Ханикатт заглушил мотор, распахнул дверцу и выбрался из кадиллака. Мэгги двинулась следом и тут же оказалась внутри большого черного бьюика, что стоял позади автомобиля Айрин. Через несколько секунд за руль бьюика скользнул Джонни. Он захлопнул дверцу, высунулся в открытое окно, правой рукой взялся за руль. Мэгги легко коснулась его бицепса, провела пальцами по напрягшейся мышце, но ощутила лишь слабый намек на тепло – и ничего больше. Джонни даже не повернулся в ее сторону. Он только чуть дернул рукой, словно почувствовал прикосновение, но решил, что это невесомые крылышки или лапки какого-то насекомого.

– Я верну машину вечером, сэр, если с ней нет ничего серьезного. Мы вам позвоним. Ключ оставить в зажигании или вечером здесь будет кому его передать?

– Кто-то будет дома, сынок. Привет Джину. Он всегда обслуживает нас по высшему разряду.

Джонни кивнул и подождал, пока мужчина – Мэгги уже поняла, что это ее прадед, отец тетушки Айрин, – повернулся и направился к дому. Тогда он завел мотор, включил задний ход, выкатил грузный бьюик на улицу и поехал вперед. Потянув носом воздух, Мэгги ощутила аромат одеколона «Олд Спайс», смешанный с запахом сигар, – ровно так и должно было пахнуть от ее прадеда. Забавно… Осязание у нее не работает, зато обоняние в порядке. Разве во сне так бывает? Мэгги придвинулась к Джонни так близко, как только могла, и глубоко вдохнула. Она уловила аромат цитрусов, мыла, а еще солнечного тепла. От его запаха у нее закружилась голова. В порядке очередного эксперимента Мэгги высунула язык и провела им по щеке Джонни, решив проверить, какова на вкус его кожа. Хм-м. Ничего. Вот черт. Она словно лизнула воздух. Тогда она зашептала Джонни прямо в ухо:

– Это чудесный сон, Джонни. И я надеюсь, что никогда не проснусь.

Расплывшись в счастливой улыбке, Мэгги изучала его картинный профиль: прямой нос, длинные черные ресницы. Джонни прикусил нижнюю губу, а потом выставил в окно, под лучи вечернего солнца, левую руку и, пропуская сквозь пальцы воздух, тихо запел чуть хриплым голосом, не попадая в ноты: «Я просто дурак, дурак влюбленный…» Это была та самая песня. Они танцевали под эту песню.

– Ах, Мэгги, – со вздохом произнес он. – Куда же ты делась, крошка?

Он обращался к ней. Он произнес ее имя! Мэгги хотела ответить, сказать ему, что она здесь, рядом с ним, но не смогла. В горле у нее горело жаркое пламя. Она обхватила себя руками за шею, пытаясь унять эту боль. Горло саднило, каждый вдох давался с трудом. Мэгги застонала, а Джонни, сидевший рядом с ней, вдруг замерцал, словно изображение на неисправном экране. Мэгги охнула, почувствовав, как ей под кожу воткнулся какой-то острый предмет. Она вытянула руки перед собой и уставилась на них, не веря своим глазам. В вену на тыльной стороне левой кисти гладко вошла игла. Кто-то назвал ее по имени, что-то холодное из иглы разлилось по венам, а потом Мэгги потянуло прочь. Она изо всех сил пыталась ухватиться за Джонни, но ее уже затащило в узкий черный туннель. В одно мгновение Джонни стал светлой, все уменьшавшейся точкой в далеком конце туннеля. Он даже не повернул голову в ее сторону, даже не взглянул на нее, когда она улетела.

* * *

Жжение в горле у Мэгги прошло, по венам разлились облегчение и прохлада. Она услышала голоса, энергичные, но очень далекие. Голоса тянули ее к себе, но она отбивалась, желая нырнуть обратно в сон, подаривший ей возможность увидеть жизнь, которой жил Джонни до того, как попал в чистилище. Джонни был так реален. Она отказывалась слушать назойливые голоса, и они постепенно стихли, расплылись, стали чем-то вроде чуть слышного шума машин на далеком шоссе.

Когда сознание вернулось, Мэгги обнаружила себя в комнате, которую Айрин отвела под детскую, а позднее, когда стало ясно, что детей у нее не будет, переделала, чтобы та не напоминала ей о несбывшихся мечтах. Айрин не стала перекрашивать ярко-желтые стены, которые, как ей когда-то казалось, подходили для малышей, и лишь поставила у одной из них большой книжный шкаф, а на подоконники – комнатные цветы. К другой стене она придвинула пару одинаковых кресел, а между ними водрузила торшер. Пол покрывал толстый, добротный, но уже сильно вытертый ковер. Мэгги знала, что Айрин любила читать или вышивать в этой комнате. Она говорила, что при жизни Роджера это был ее личный оазис: здесь муж ее не тревожил.

Теперь комнату было не узнать. Если бы не расположение окон, их размер и форма, Мэгги вряд ли сообразила бы, где оказалась. Деревянный пол теплого коричневого оттенка, такой же, каким она его помнила, был покрыт розовым пушистым ковром, которым заменили тяжелый восточный ковер из рабочей комнаты Айрин. Высокие окна прятались за короткими розовыми занавесками в оборках. Под одним из окон стоял маленький белый письменный стол, под другим на белом шкафчике красовался проигрыватель, а на полу вокруг грудой валялись маленькие круглые пластинки. К дальней стене была придвинута кровать, накрытая розовым покрывалом с рюшами и вся заваленная подушечками, куклами и мягкими игрушками. На краю кровати сидела девочка лет девяти-десяти. Она тихонько разговаривала с толстым плюшевым медвежонком, которого сжимала в руках. Мягкие русые волосы, едва доходившие ей до плеч, были аккуратно заколоты над маленькими ушками. На девочке было платье цвета спелого персика; из-под юбки, укрывавшей ее скрещенные ноги, виднелись опрятные белые носочки и черные туфельки на плоской подошве.

– Ну же, Джейми. Ты ведь понимаешь, что мне нужно на ком-то тренироваться. А на ком мне тренироваться, кроме тебя? Я знаю, тебе неловко. Мне тоже неловко, но, если я когда-нибудь выйду замуж за Джеймса Дина, мне нужно уметь целоваться.

Изложив этот неоспоримый аргумент, девочка зажмурилась, забавно оттопырила губы и крепко прижалась ими к пушистой мордочке медвежонка. Потом медленно открыла голубые глаза и нахмурилась.

– Джейми, у тебя не слишком-то здорово получается. Нам с тобой придется много тренироваться.

Услышав это заявление, Мэгги хихикнула. Девочка в ужасе уставилась на нее. Веселье Мэгги мигом рассеялось. Неужели она хихикнула в голос? Неужели девочка ее видит? Но это ведь невозможно. На самом деле ее здесь нет… это все просто сон.

Глаза девочки еще больше расширились, и в них появился испуг. Она отползла подальше от края кровати, тонкими ручками прижала к груди медвежонка и снова зажмурилась, но на этот раз ее лицо исказил страх, а губы уже не тянулись вперед в ожидании поцелуя. Нет, теперь с них срывался быстрый шепот:

– Призраков не существует, призраков не существует, призраков не существует.

1 2 3 4 5 ... 10 >>
На страницу:
1 из 10