– Весёлые у тебя соседи.
После того, как кофе в чашках закончился, а вместе с ним и разговоры о последних новостях, Хорхе обратился к Массимо:
– Слушай, мы понимаем и ценим то, что только благодаря тебе мы не в обезьяннике, а ты наоборот из-за нас вляпался в такое дерьмо.
Пабло продолжил:
– Да. Ты уж извиняй. Наш косяк. Надо было уходить с кассой. А нас зачем-то ещё на сейф понесло.
Пабло вытащил из заднего кармана свёрток.
– Мы тут, в общем, решили не делить всё на равные части. Всего было 1 940. Мы с Хорхе оставили себе по 420, сотню передали лечащему врачу тёти Барбары, чтобы они на пару месяцев передвинули очередь на операцию. Сказали, что раньше никак. А это – остальное – сказал Пабло, поставив перед Массимо оставшиеся деньги.
Массимо приложил руку к стопке купюр и оттолкнул её в центр стола.
– Эй-эй… Ты что творишь? – едва ли ни прокричал Хорхе.
– Короче… в общем, я даже не подозревал, что вы как-то помогли с тётей. Так что этот ваш поступок мне дороже денег.
– Да это само-собой. Ты просто забери своё. Ты же без средств.
После долгих убеждений друзей Массимо проронил:
– Слушайте, парни, я возьму только при одном условии. Я не смогу вам помогать, пока испытательный срок не истечёт. Пройдёт годик и можете на меня рассчитывать.
Последнюю фразу Массимо произнёс твёрдо, решительно и с энтузиазмом.
Пабло негодующе заговорил:
– Да нет, нет. Забей ты. Мы сами как-нибудь. Годик протянем. Ты просто возьми. Главное, как только начнут заканчиваться, ты дай знать, и мы поделимся. А вообще, скажешь или нет – всё равно будем подкидывать при первой же возможности. Своих не бросим.
– Спасибо, парни. Я не забуду.
Хорхе возразил:
– А ты забудь. Это приказ!
Кухню заполнил смех.
Они покинули квартиру и весь вечер допоздна провели в баре под названием «Красного бокал». Владельцем был коренастый сорокадвухлетний кубинец по имени Мурильо, с которым у Массимо были особые отношения. Он часто заруливал в заведение и занимал место за барной стойкой, где они с Мурильо разговаривали по душам. Так было с раннего детства. С восьми лет Массимо был особым клиентом в баре. Тут Мурильо постоянно угощал его газировкой или фруктовым коктейлем. Если Массимо брался выполнять какое-то поручение, относил заказ на дом, бегал в бакалею за очередной упаковкой салфеток, помогал собирать пустые бутылки со столов, Мурильо щедро платил ему за это, кормил гамбургером или хот-догом, и вдобавок предлагал бесплатно выбрать любой напиток. Бар находился в полуквартале от дома Массимо. По вечерам и в выходные в заведении всегда отшивалось полно клиентов, а днём это было тихое и спокойное местечко, время, когда можно посидеть за столиком с тарелкой жаренной курочки с картошкой и полным бокалом пива или газировки. А вот вечером в расход идут водка, вино, ром, виски, коньяк и прочий алкоголь, столь активно приближающий момент расставания мозга с остальным телом.
К утру Массимо выспался и для него начался весьма нетипичный день. Первым делом он решил прибраться в квартире. В отсутствии тёти внутри творился бардак вселенского масштаба. Он вымыл полы, протёр пыль везде, где она могла скопиться, собрал и вынес мусор, вымыл посуду, выстирал и разложил всю одежду по местам. Вскоре его настигла мысль, что впредь он ни за что не станет стирать вручную. Такое решение подогревала и сумма, которую передали Хорхе с Пабло.
Массимо отправился к двери соседней квартиры. После первого звонка дверь открыл Лоренцо. В одной руке у него было яблоко, а в другой короткоствольный револьвер.
И всё же он последовал совету Массимо.
– Привет.
Зажав надкусанное несколько раз яблоко в зубах, Лоренцо засунул револьвер за спину в штаны, протянул руку и произнёс, вынув яблоко изо рта:
– Салют.
Без промедлений Массимо перешёл к делу:
– Привет. Слушай, Лоренцо, я знаю, ты уже не торгуешь, но может подскажешь, где можно недорого обзавестись стиралкой? Моя уже месяца полтора как сдохла.
– Пять сек.
Лоренцо отошёл куда-то вглубь квартиры. Он вернулся через полминуты с листочком:
– Вот. Позвони по этому номеру. Спросишь Анхеля. Гнида первостатейная, но со стиралкой поможет.
– Да? А что он сделал?
– В смысле?
– Ну, ты сказал он гнида.
Продолжая стоять в проходе, Лоренцо сказал, махнув рукой:
– Да так. Не заморачивайся. Бывший конкурент.
Из квартиры раздался голос Мануэллы:
– С кем ты там говоришь?
– Ладно – сказал Лоренцо. – Извини, там у меня ЧП.
– Спасибо – сказал на прощание Массимо, после чего услышал громкий голос Лоренцо ещё до того, как тот закрыл дверь:
– Сколько ещё повторять!? Заткнись и снимай трусы!
В течение дня к Массимо в квартиру привезли подержанную стиралку, но в очень хорошем состоянии. Рабочие оказали бесплатную услугу по подключению к канализации и водопроводу. Сам Анхель оказался не такой уж и гнидой. Он предложил Массимо продать неисправную стиралку на запчасти за десять процентов от стоимости той, что он привёз. Массимо согласился не раздумывая. За пару заходов он выстирал всё грязное бельё.
Ближе к вечеру квартира обрела тотальный порядок и чистоту. Массимо посетил бакалейную лавку и затарился на неделю вперёд.
На протяжении недели он ежедневно ездил в больницу. Каждый день он относил тёте Барбаре клубничное мороженное с арахисовой россыпью, которое она любила больше всего.
По вечерам к нему в гости заваливались Хорхе с Пабло. Следуя некоему ритуалу, они неизменно по установленному графику отправлялись куролесить по местным широтам. На выходных Хорхе одалживал отцовский Фольксваген и у них появлялась возможность выбираться за пределы Последнего Порока, чтобы колесить по другим районам города.
На девятый день после суда у Массимо был день рождения. В кондитерской лавке он купил небольшой тортик, с которым отправился навещать тётю. К семи часам на пороге квартиры появились Пабло с Хорхе. С самого начала прогремели фанфары, после чего с поздравительными словами Пабло пожал руку имениннику, протиснув ему в ладонь три бумажки по $100. Хорхе подарил мраморную копилку в форме Иисуса с крышечкой в донышке. Позднее Массимо нашёл под крышкой ещё три сотни.
День рождения прошёл. На утро Массимо приводил себя в порядок, собираясь в больницу. На девять часов у тёти была назначена операция. Он уже планировал уходить, как кто-то позвонил в дверь. Массимо сделал два оборота ключом и оттянул дверь наружу. Перед ним стоял Пабло. Его футболка была запачкана свежей кровью. Это была кровь Хорхе, которого он с трудом держал на себе, придерживая руку на шее. Он волочил его три этажа по лестнице, и неизвестно сколько ещё до дома.
В спешке Массимо помог затащить Хорхе внутрь, после чего захлопнул дверь.
Хорхе лежал на диване, скорчившись от боли в открытом ранении, оставленном от двадцать пятого калибра в левом плече.