Когда в палату заходят два человека в форме, Линда не понимает, почему эти люди первые, кто решил её навестить. Когда они просят назвать имя и дату рождения, Линде хочется отвернуться и попросить их уйти. Когда они просят рассказать всё, что она помнит о моменте аварии, ей хочется уйти самой, но она не может.
– А что стало с той собакой, которую я сбила? – Линда понимает, что всё-таки задаёт вопрос вслух. Она несколько дней прокручивала этот момент в памяти.
– Не понимаю, о чём вы, – спокойно говорит один из людей в форме.
– Привиделось, наверное, – равнодушно отвечает второй и нервно смеётся.
Линда его уже практически ненавидит. Она опирается на руки, чтобы сесть на кровати ровнее: её привычка быть на высоте не даёт покоя.
– В этот вечер произошло несколько странных случаев. И мы предполагаем, что всё случилось примерно в одно время. – Первый делает серьёзный вид.
– Вы считаете, что я имею отношение к этим случаям? – удивляется Линда.
Она часто видела в кино, как полицейские обвиняют абсолютно невинных людей, чтобы закрыть висяки. Вроде так они называют долгоиграющие дела? Линда боится угодить в ловушку.
– Нет-нет, мы просто собираем информацию по каждому случаю, – второй пытается улыбнуться, но улыбка выходит кривой и неправдоподобной.
У первого звонит телефон и он выходит из палаты.
– Расскажите, что произошло? – Линда тянется здоровой рукой за бутылкой воды, но та всё равно стоит слишком далеко.
Второй помогает ей открыть воду и с минуту раздумывает, словно выбирая, что можно говорить, а что нет.
– Мы не имеем права разглашать информацию, но всё равно увидите по новостям. Вы назвали примерное время аварии, в это же время в психиатрические стационары поступило несколько десятков экстренных пациентов. Все они кричали, что их насильно удерживают в больнице. Им вкололи снотворное, некоторых пытались расспросить, прицепив к кровати ремнями. Это было похоже на массовый психоз или паническую атаку…
Первый заходит в палату, погружённый в телефон. Второй резко замолкает, Линда подносит бутылку воды к губам, чтобы тишина не казалась подозрительной.
– Нам надо ехать, я с вами ещё свяжусь, – говорит первый и трёт лоб, будто у него ничего не укладывается в голове.
Люди в форме покидают её палату так стремительно, словно их здесь никогда и не было. Линда не понимает, как она связана с сумасшедшими в клиниках. Второй явно не успел договорить. У неё тоже не укладывается происходящее в голове: мало ей беспомощности и одиночества, не хватало ещё странных полицейских с их странными вопросами.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: