– Что вы сделали с королевой?! – возопила она громовым басом, вращая выпуклыми глазами.
Этим воплем стражников словно штормом вышвырнуло за дверь. А так как я не успел вовремя среагировать и сбежать, то весь гнев обрушился на меня.
– Что?! Что вы опять натворили?! Подожгли замок?! Разрушили дворцовую стену?!
Жизелла придвинулась так близко, что я разглядел своё бледное отражение в белках её глаз с красными прожилками сосудов. Я подумал, что грешники, наверное, видят перед смертью такие же страшные глаза, когда Дьябол приходит забрать их души.
– Она просто переутомилась. Это нервный срыв, – почему-то голос мой прозвучал тонко и сипло. – Я позову лекаря…
Жизелла разверзла, как мне показалось, врата в царство мёртвых…на самом деле, рот, но я уже бежал к двери, где и столкнулся с Муринасом. Наш врачеватель, хоть и казался древней развалиной, но обладал прекрасной реакцией. Ему почти удалось увернуться… по крайней мере он устоял на ногах, и не сбавляя хода, ринулся к больной. Жизелла ещё стояла посреди комнаты, уперев кулачищи в бока – похожая на кусок скалы, загораживающий путь, но доктор, подобно лёгкому ветерку, обогнул её и устремился дальше.
– А вы…принц, подождите за дверью! – рявкнула «милейшая» дама, и палец её, толщиной с древко копья, указал на выход.
Дважды повторять мне не пришлось. Я выскочил в коридор, захлопнул дверь и привалился к ней спиной, чтобы отдышаться. Моё состояние было ужасным. В голове скакали бешеные мысли. Мне казалось – ещё немного, и сойду с ума. Как же так? Монстры – это бывшие люди! Почему об этом никто не знает? И они повсюду в нашем замке! Вернее, они когда-то были чудовищами. Может быть, и Жизелла раньше ходила в виде великана-людоеда, а гибкий старикашка Муринас был змееподобным нагом? Надо всё узнать у Монстрологии, иначе я не смогу ни есть, ни спать, буду только и думать об этом. Сердце моё билось часто-часто. Я бы прямо сейчас побежал обратно в кабинет отца, но оставить мать в таком состоянии не мог. Я обещал, что буду сидеть у её кровати. Главное сейчас, чтобы она успокоилась.
И тут меня отвлекли звуки шагов. Кто-то поднимался по лестнице башни к покоям королевы. Человек нёс в руке склянку с болотными огоньками, и их яркий свет поблескивал на золотой вышивке, украшавшей его бордовый камзол…и отсвечивал на его гладкой лысине. Это был, конечно же, советник Церкулякас. Бледные губы на вытянутом вперёд лице изображали какое-то подобие улыбки. Он словно был рад увидеть меня здесь. К сожалению, я испытывал к нему совсем даже противоположные чувства. Именно из-за этого коротышки библиотекаря я полез искать книгу и в результате расстроил королеву.
– Так и думал, что вы будете тут, ваше высочество. – радостно известил он своим неприятным писклявым голосом.
– Убирайтесь прочь, – едва сдерживаясь, чтобы не закричать, зашипел я. – Таяне сейчас плохо, к ней нельзя.
– Так я же не к ней, а к вам. Это вы мне нужны, – «обрадовал» Церкулякас. – А с королевой всё будет хорошо. Муринас даст ей снотворное и она проспит дня три-четыре. За это время мы успеем всё сделать.
– Что сделать? – опешил я. – Вы усыпили мою мать, чтобы…что? Вы хотите устроить дворцовый переворот?
– Тихо, тихо…не кричите. – зашептал библиотекарь. – Никакого переворота, дорогой мой принц, наоборот, мы поможем вам совершить подвиг, чтобы вы взошли на трон.
– Подвиг? Какой подвиг? И кто это мы?
Я уже ничего не мог понять. Казалось, голова моя пульсирует и вот-вот взорвётся, и тогда все новости, вопросы и мысли сегодняшнего дня забрызгают тут и стены, и потолок.
Господин Церкулякас взял меня под локоть и шепнул на ухо:
– Мы – это бывшие монстры, что живут в замке Лэгэнд…
4. Туманный вампир и бывший цверг.
… Что-то туманное вслед волочится,
И не сбежать от него, и не скрыться.
В книге ответ только можно найти,
Как от чудовища деву спасти…
…За прошедшие триста лет он уже забыл своё имя. Воспоминания о детстве и юности стали размытыми, похожими на дым. Едкий, удушающий дым. Он уже давно не вспоминал, каким был. Прошлое отдавалось в душе болью, страхом, чувством бессильной злобы. Это была не жизнь, а выживание. Раньше. Давным-давно.
Теперь всё по-другому. Он туманный вампир, лемурал. Чудовище из ночных кошмаров. Люди для него всего лишь источник пищи, сосуды, наполненные кровью и жизненной энергией. Суетливые, как муравьи. Живут своей никчёмной жизнью, рождаются, быстро взрослеют, умирают.
Время. Для лемурала время течёт совсем иначе. Ему нет нужды питаться несколько раз в день. Трапеза туманного вампира утоляет его голод на несколько недель, а то и месяцев. Человеческая кровь такая сладкая, тягучая, с примесью ужаса и желания жить. Этот коктейль так пьянит, насыщает энергией и силой, что лемурал потом может находиться в спячке долгие-долгие дни. Времена года мелькают для него словно дни недели. Пробуждается он только от голода. Как сегодня.
Опять ночь. Всегда так. Вампир уже и забыл, как выглядит мир при свете дня. Нет, он не боялся солнечных лучей, просто охота всегда начинается ночью. Так спокойнее и тратится меньше энергии.
Он вылез из-под груды старого и пыльного тряпья, сваленного в углу чердака. Расчихался. Пыль поднялась облачком, заискрилась под светом Силии, выглядывающей из окна. Лемурал прошелся по чердаку, разминая затёкшие конечности. Это было странное создание, уродливое, словно состоящее из частей разных животных: змеиная голова на тонкой шее, кошачье тело, с которого будто содрали шкуру, длинные обезьяньи конечности и тонкий, извивающийся крысиный хвост, похожий на плётку.
Туманный вампир осмотрел заваленное хламом помещение. С прошлого пробуждения здесь прибавилось мусора. Вот этих двух поломанных стульев и напольного надтреснутого зеркала тут раньше не было. Лемурал посмотрел на своё отражение и ухмыльнулся. Его кожа цвета запёкшейся крови блестела от покрывающей её слизи, большие жёлтые глаза с вертикальными зрачками слегка светились в полумраке. Они притягивали к себе взор, манили, гипнотизировали…
Лемурал помотал головой, отгоняя наваждение, отбежал от зеркала и принялся царапать когтями пол. Нащупав металлическое кольцо, потянул за него. Люк бесшумно открылся, за ним оказалась узкая лестница, ведущая вниз. Вампир проскользнул на ступеньки, опустил люк и стал быстро спускаться.
Это был богатый дом: трёхэтажный, каменный. Полы из дорогих пород дерева, стены украшены коврами и ткаными гобеленами. Огни в доме не горели. Стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь равномерным тиканьем больших напольных часов. Но тишина эта только для человеческого уха. Чуткий слух лемурала улавливал и другие тихие звуки, едва различимые за дверями, выходящими в коридор.
Быстро перебирая кривыми тощими лапками, вампир подбежал к одной из дверей и приложил к ней ухо. Там явно находились два человека. Они спали. Мужчина негромко похрапывал, вдыхая воздух через рот, а женщина дышала носом, слегка посапывая.
Под дверью была щель в толщину ладони. Вампиру хватило этого, чтобы просочиться в помещение. Когда требовали обстоятельства, его кости становились гибкими, могли сплющиваться, а потом опять приобретали твёрдость.
Лапы проникли под дверь, острые коготки лемурала зацепились за ковёр в комнате, и его распластанное тело втянулось в спальню. Глаза, отражая слабый свет из окна, прекрасно всё видели в полумраке. Ковёр на полу, стены, задрапированные тяжелыми бархатными тканями, низкий столик со скамейками, огромная кровать.
Лемурал, словно большая кошка, запрыгнул на одеяло, прошёлся по нему, оставляя склизкие следы. Он действовал осторожно, но мужчина почувствовал его, зашевелился, что-то забормотал, приподнялся, пытаясь сесть. Глаза его стали расширяться от ужаса при виде лемурала. Он коротко ругнулся, но больше ничего не успел сделать. Взгляд вампира заставил его оцепенеть. Мужчина так и застыл в неловкой позе, чуть приподнявшись на локтях. Зато проснулась женщина. Она уже хотела завизжать от страха, но лемурал сверкнул на неё глазами и прошипел:
– Ни звука! Лежи, не вставай!
Женщина молча, так и не потрудившись закрыть рот, опустилась на постель. Её тёмные волосы разметались по белой подушке, глаза широко выпучились и смотрели в потолок.
Вампир равнодушно рассматривал свои жертвы. Мужчина был не молод: седина в волосах и в бородке, морщины на лице, кожа сухая. Женщина – гораздо моложе, кожа такая розовая. Наверное, её кровь полна жизненной силы и сладкая на вкус.
Лемурал улыбнулся от предвкушения, подполз ближе, уселся ей на грудь и вытянул свой язык, похожий на длинную ленту с двумя гибкими иглами на конце. Язык коснулся шеи женщины, стал опускаться ниже – к подмышечной артерии. Туманный вампир не оставлял следов на своих жертвах. После того, как насыщался кровью, он зализывал ранки языком. Слюна быстро заживляла их.
Больше двух бокалов крови у одного человека он никогда не забирал, предпочитал оставлять жертвы на следующие разы. На утро доноры чувствовали сильную усталость, слабость и головные боли, но через несколько дней всё проходило. Никто и не догадывался, что они стали жертвами паразита.
В этом доме было много людей: господа, слуги, приезжие гости. Вампир любил пробовать каждый раз новую кровь, новую жизненную энергию. Жаль, что бедняги умирали после нескольких кормёжек лемурала. Сегодня он почему-то пришел к ближайшей двери, не стал блуждать по дому. Какое-то неясное беспокойство копошилось внутри. Такое ощущение, что должно произойти что-то неприятное.
Насытившись кровью мужчины и женщины, лемурал сполз с кровати и добрался до двери. Теперь, с раздувшимся животом, он уже не мог пролезть обратно в щель. Пришлось выходить через дверь. В доме было всё так же тихо, но беспокойство становилось всё сильнее.
Вампир тихонько зашипел, из его пасти показалась струйка тёмного дыма. Она стала обволакивать его тело, словно тень. Это подарок Тьмы. Лемурал не зря назывался туманным вампиром, в случае опасности он мог создавать вокруг себя тёмную завесу, которая скрывала его от посторонних глаз. Теперь никто не сможет его увидеть. Казалось, что на полу коридора появилась новая тень.
Он поспешил к чердаку. Ловко и бесшумно поднялся по лестнице, пролез в люк, плотно закрыл его, прислушался. Было тихо. Впрочем, нет… Тишину по-прежнему ничто не нарушало, но на чердаке происходило какое-то движение. Неясные тени предметов словно уплотнились и стали ещё темнее. Казалось, что они текут, двигаются, приближаются друг к другу.
Лемурал, перебирая тонкими лапками, засеменил в угол, забрался на кучу тряпья и замер, поглядывая на игру теней. Они уже сблизились, срослись в одно большое пятно, которое стало подниматься, шевеля в воздухе тёмными многочисленными отростками. Это была Тьма – верный помощник бога Морлода. Тьма, которая когда-то создала самого лемурала. За триста лет, что он был вампиром, это создание являлось несколько раз, заставляя его выполнять разные поручения. Страх и мучения сопровождали каждое появление Тьмы.
Лемурал заметался на куче тряпья, хотел спрятаться, зарыться в ней, хоть и знал, что от Тьмы не уйти. Мгла накрыла его с головой. Он почувствовал нестерпимый холод. Казалось, что даже мозг покрывается инеем, и ледяные иглы с болью вонзаются в него.
В голове возникли какие-то образы: замок, окруженный рвом с перекинутым мостом; стройный светловолосый юноша с голубыми глазами в лиловом камзоле; книга с пришитым человеческим лицом на обложке… Откуда-то появлялись мысли, имена… принц Эндориан ди Лэгэнд… книга Монстрология…
«Убей мальчишку и уничтожь книгу», – эта мысль родилась в голове, словно вампир сам её придумал.
«Я не смогу… это так далеко… уже триста лет я не выбирался из Раптарона.»
«Ты мой раб, – отозвалась Тьма. – Вспомни, кем ты был до меня, от каких мук я тебя избавила…»