– Фух, я уж подумал, мож, малец какой выскочил. Вон, похоже, хозяин идет…
Взгляды собеседников устремились за забор, откуда стремительно приближалась фигура в широкой шляпе, белой (если не считать пару, похожих на кровь, пятен, оставленных жимолостью) рубашке и заплатанных шортах, раздувавшихся на ветру, словно паруса. Ругая все на свете, старичок так торопился к месту происшествия, что задел ногой ведро, в связи, с чем оно опрокинулось. Поддав ведру пинка и отправив вдогонку несколько самородков русского языка, пенсионер вышел за двор на тропу, ведущую к дороге. Вышел, так сказать, на тропу войны, бороться со свиноубийцами.
Примерный и законопослушный владелец свиньи, Матвей Варфоломеевич, сегодня был в замечательном расположении духа, ведь именно во вторник должны были доставить новый номер его любимого журнала «Всё для дачи». По этой причине он каждый час бегал за двор, чтобы проверить почтовый ящик, хотя заранее знал, что по их улице почту развозят только после обеда. Но прекрасное настроение уже целую минуту отсутствовало в нем, как и журнал в ящике. Сейчас же ярость, закипавшая в душе пенсионера, могла потягаться в весе с уже знакомой нам свиньей.
Во всей этой ситуации Лимон был единственным не виновным и не пострадавшим. Ему была уготовлена судьба зрителя назревавшего конфликта, но внутренний голос говорил, что сейчас именно его выход на сцену. Не зря же лимона в школе играл.
– Я разберусь, – сообщил покинувший машину авантюрист.
Лучшая защита – нападение. Именно этой тактики решил придерживаться Лимон, поэтому, не став ждать, пока владелец свиньи подойдет поближе, он закричал:
– Вы в своём уме?! Почему это ваша свинья бросается под колеса?!
Такого наезда никто из присутствующих не ожидал. Казалось, даже виновница происшествия на асфальте мертво офигевает, пытаясь понять, в чем же грешен всю жизнь заботящийся о ней Матвей Варфоломеевич. Пенсионер сбавил скорость и к дороге подошел уже спокойным шагом.
– Смотреть надо, ирод, куда едешь! И не гонять, как угарелый, едыть тебя налево!
– Это я тут гоняю?! – активизировался Жека.
– Между прочим, мой брат, – Лимон кивнул на Жеку, – всегда ездит по правилам и никогда их не нарушает. А вот куда вы смотрели?
– Так, если он такой наипупейший водитель, как же тогда, объясните мне, умудрился свинью мою сбить?
– Потому что мы ехали себе, никого не трогали. А вдоль дороги прогуливалось ваше животное. И когда мы поравнялись с ним, оно резко, йююююююрк! – под колёса.
Произнося этот странный звук прыгающей свиньи, Лимон, развернув ладонь к небу, выпрямил ее параллельно земли и стремительно махнул рукой в сторону машины.
–Вот так прям, йююююююрк? – Матвей Варфоломеевич, словно зеркало, повторил движение рукой.
– Да, да, да, прям под колеса, йююююююрк! – и мертва, – Лимон снова показал пируэт животного.
– Что же это, прям так взяла и сама прыгнула под автомобиль? И зачем?
– Мне кажется, это было чистой воды самоубийство.
«Во, заливает!», – подумал Жека.
«Во, заливает!», – подумал Матвей Варфоломеевич.
«Во, заливает!», – подумала свинья. Хотя, нет… она уже ни о чем не думала.
«Во, заливаю!», – удивился своим способностям Лимон.
– Вы хотите сказать, что моя свинья, – старичок на секунду задумался, со стороны казалось, будто бы он пытается нащупать нужное для данной ситуации слово, – самоубийца?
– Именно так.
– Не несите чепухи! Где это слыхано было, что бы свиньи совершали самоубийство?
– Как это? О, деревня! – воскликнул Лимон. Речь его лилась спокойно – эту черту он скопировал у ведущих новостей – телевизор не смотрят, радио не слушают, газет не читают. Поздравляю, товарищи! Вы находитесь в новостной изоляции от окружающего вас мира. Ну, прям, типичный Робинзон Крузо. Даже наряд такой же. Жаль, сегодня не пятница. Между прочим, ученые уже давно выяснили, что животные испытывают такие же чувства, что и мы! Это даже проходят в школе на уроках биологии, правда, учебники еще переписать не успели.
– Ну, ну, заливай старому, – парировал пенсионер, но голос его звучал неуверенно.
– Не верите? Научно доказано, что животным свойственно чувствовать любовь, верность, ревность, зависть, ненависть по отношению к другим особям. Но что более поразительно, так это тот факт, что обычная корова может покончить с собой, если вдруг увидит любимого быка с другой. Ваша свинья, видимо, тоже испытывала жизненные трудности. Вы ничего за ней такого не замечали?
Оратор и не подозревал, как метко он стрелял в цель, говоря о необразованности старика. Ведь только вчера Агафья Петровна, жена Матвея Варфоломеевича, выяснила, что, оказывается, ее супруг все свои шестьдесят пять лет думал, будто бы Луна больше Земли. Вразумив своего старика в обратном, она стала винить его в необразованности и незаинтересованность ко всему, что находится за пределами двора. Слова жены всю ночь не выходили из головы пенсионера, поэтому он решил посвятить свободное время не рыбалке, а расширению своего кругозора.
– Нет…, – судя по голосу, слова Лимона начали действовать на разум деревенского жителя, – Хотя вот недавно был один случай…
– Я вас слушаю.
– Да я дрова колол на прошлой неделе у сарая. Рубил, рубил, а тут раз, топором замахнулся, а эта дура так неслась, что сбила колоду. Так самое главное, что я в этот момент чуть ей голову не снес топором. Думаю, повезло грязнули. А все-таки нашла она свою погибель.
Лимон тайно в душе уже ликовал и праздновал свою победу. Осталось только грамотно свалить обратно в машину. Здесь главное не торопиться.
– Ну вот! А вы мне еще и не верили! Теперь вы поняли, что ваше животное действительно собиралось покончить со своей жизнью. Скажите лучше мне: сколько ей лет?
Рыбка в шляпе клюнула на червя лимоновской лжи.
– Ну, ноябрь, январь, – бормотал старик, загибая пальцы, – март-с, май, год и два месяца, если память мне не изменяет. А почему вы, собственно, спрашиваете?
В голосе Матвея Варфоломеевича не осталось больше былой ярости. Вместо нее там поселилась потерянность. Оказывается, даже касаемо свиней он был невеждой.
– Так это же по человеческим меркам 15 лет! Да она к тому же, так сказать, подросток. Это многое объясняет. В этом возрасте люди склоны к самоубийствам чаще всего. Ну, а животные – это те же самые люди, только вреда от них поменьше.
– Слушайте, так я, когда сейчас по двору шел, краем глаза видел, как хряк с Марусей, другой свиньей, спаривался. Неужели из-за этого?
– Хмм, вполне возможно. На почве ревности. Между прочим, среди самоубийц подросткового возраста – это самая распространенная причина, чтобы отправиться самого себя на тот свет.
– Вот те на! Живешь вот так сто лет, а толком-то ничего о жизни и не знаешь, – задумавшись, Матвей Варфоломеевич припомнил еще один случай, – Слушайте! Может, тогда и корова моя, что пять лет тому назад с обрыва упала, тоже самоубийца?
– Все может быть. И вообще, папаша, я бы на вашем месте радовался, что мы с вас денег не берем.
– Как это? А за что же я должен вам платить? – удивился «папаша».
– За нанесенный моему брату моральный ущерб вашей свиньей. Вы знаете, что если под колеса поезда умышленно бросается человек, то машинисту дают премию и несколько суток отпуска, чтобы восстановить свое психическое здоровье. Это же какой стресс – осознавать, что ты стал орудием чьей-то смерти. Конечно, не специально, но все же, ощущение не из приятных.
– Действительно, что это я … не подумал… а ведь неловко как-то вышло. Еще и грубо так разговор начал. А оно во-но как… Вы уж извините меня.
– Да, конечно, – закивал головой обманщик, – мы понимаем, от этого никто не застрахован. И вам сейчас трудно, такая ведь потеря. А хорошая ведь свинья была. Мы с братом приносим вам свои глубочайшие соболезнования по поводу ее кончины. Но раз конфликт решен, за сим прошу откланяться.
– Да, ты прав, братец, – словил волну лжи Жека, – нам уже пора ехать дальше. Длинный путь впереди.
– А может, я смогу как-то загладить свою вину? Не желаете ли медку? У меня в этом году получился самый вкусный мед! А то неудобно перед вами, ехали себе, никого не трогали, а моя свинья вам под колеса кинулась.
– Мы, конечно, не настаиваем, но раз вы так хотите…
– Я быстро! Одну минуту!