– Мне так удоб… – Эбоси осекся на полуслове и уставился на другой берег реки. – Блаж! Эй, Блаж! Можешь не прятаться, я тебя вижу!
Рейме с Кирой тоже уставились на другой берег. Там, за толстой сосной, прятался мальчишка, лет тринадцати. У него были длинные волосы, прямой нос и впалые щеки. Выглядывая из-за ствола, он смотрел на Рейме испуганным взглядом.
– Это Блаж! – воскликнул Эбоси, поворачиваясь к Рейме. – Я про него тебе уже рассказывал, помнишь? Он тоже умеет алхимичить! Давай возьмем его в ученики? У него только отец-пьяница, да и тот, поди-ка, уже умер.
Слушая Эбоси, Рейме подошел к берегу реки и уставился на мальчишку.
– Тебя зовут Блаж? – обратился он к пареньку.
Тот робко кивнул.
– Не хочешь к нам? – продолжил Рейме.
– Не бойся, Блаж! Он хороший! – прибавил Эбоси. – Он тоже колдун, как и мы.
Услышав слова друга, Блаж вышел из своего укрытия. Он был таким худым, что Кира удивился, как он вообще стоит на ногах.
– Хочешь поесть? – тут же спросил Рейме.
Блаж снова кивнул.
Достав из корзинки кусок пирога, Рейме стал прыгать по камням, направляясь на другой берег реки. Пока он это делал, Блаж нервно озирался по сторонам, будто обдумывая, убежать ему или остаться. Но как только он принял решение, и был уже готов рвануть в лес, его схватила рука Рейме.
– Я не причиню вреда. – добрым голосом проговорил Рейме, протянув ему пирог.
Глянув на угощение, мальчишка сразу же впился в него зубами, жадно проглатывая каждый кусок.
– Эбоси сказал, что ты тоже умеешь «колдовать». – проговорил Рейме наблюдая за Блажем.
– Еще как умеет! – крикнул с другого берега Эбоси. Он тоже попытался перебраться к ним, но снова поскользнулся и упал.
– А можешь показать? – спросил Рейме.
Отправив в рот последний кусок, Блаж кивнул. Покопавшись за пазухой, он достал тоненькую дудочку. Подойдя к реке, он приложил ее к губам, но за место звука, с конца дудочки сорвалась капля фиолетовой жидкости. И как только капля коснулась воды в реке, вся рыба тут же всплыла брюхом вверх. Покрывшись белой пеной, рыба стала разлагаться прямо на глазах. Еще секунда, и в десятках метрах от них рухнул медведь, который в это время пил воду.
– Я же говорил! Я же говорил! – запрыгал на другом берегу Эбоси.
– Мда… – проговорил Рейме, осматривая реку. – Похоже, сегодня ухи нам не видать. Ладно, пошли с нами. – весело прибавил он, посадив Блажа себе на плечи.
И снова лес наполнил черный дым. Кира так и не понял, откуда он появился, то ли вылетел из дупла ели, то ли из трупа медведя. Поглотив все вокруг, дым вскоре рассеялся, вновь перенеся Киру в лесную лачугу.
Оказавшись в доме, Кира тут же услышал лязг доспехов и треск ломающихся досок. В комнату, где спали Рейме с Тиси, ворвались пятнадцать воинов, облаченные в громоздкие латы. По мраку и горящим фонарям Кира понял, что ворвались они ночью. Тут же послышались детские крики, и в комнату вошли еще несколько солдат, держа за руки троих детей, с приставленными к их шеям острыми клинками.
– Так-так-так. – протянул мужской голос, и в комнату вошел высокий мужчина с длинной белой бородой, носом-картошкой и залысиной на макушке. Он так же был облачен в тяжелые латы, а его хитрые глаза были направлены на Рейме, который уже успел подняться с кровати. – Кто тут у нас?
За стариком в комнату вошла еще и темноволосая женщина в черных доспехах. У нее были такие же глаза, как и у старика, так что Кира подумал, что она была его дочерью.
– Что вам от нас надо? – злобно проговорил Рейме, загораживая собой Тиси.
– Действительно, что? – наигранно проговорил старик. – Может быть эту… – он снял со стены висевшую там железку. – …подкову? Знаешь, мои лошади потеряли много подков, пока искали тебя, Рейме Ал…
– ВЕРМИЛИОН! – выкрикнул Рейме. – Я Рейме Вермилион.
Такая реакция немного ошарашила старика, и он даже ненадолго утратил весь свой наигранный пафос.
– Нельзя. – вдруг раздался у двери голос Алекто. Совершенно не обращая внимания на кинжал, приставленный к ее горлу, девочка беззаботным голосом проговорила: – Это моя подкова. Я ее нашла на северном тракте. Рейме сказал мне, что если ее повесить в доме, из нее вырастит новая лошадь.
Кира заметил тень улыбки, промелькнувшей на лице темноволосой женщины.
– Какое милое дитя. – проговорил старик, подойдя к девочке, и взяв ее на руки.
– Н-нет, отпустите ее. – послышался испуганный голос Тиси.
– Сколько тебе лет, девочка? – не обращая внимания на Тиси, спросил старик.
– Шесть с половиной. – ответила Алекто, и тут же прибавила: – А у тебя лысина на голове.
– А ты знаешь, кто я такой? – продолжил старик.
– Лысый дедушка. – ответила Алекто.
– Я король. Король Ценебрии, Энлиль ди Гранда-Стелларис. Ты ведь знаешь, кто такой «король»?
Алекто помотала головой.
– Король – это человек, которому принадлежат жизни всех людей, находящихся на его земле. – проговорил старик. – А ты знаешь где мы сейчас находимся.
– У меня дома. – ответила Алекто.
– Нет. Это МОЙ дом. И жизни всех присутствующих тут людей – мои. Поэтому я могу спокойно тебя убить…
– НЕТ! – Рейме метнулся вперед, но его тут же скрутили десятки рук, облаченных в железные перчатки.
– … или сохранить тебе жизнь. – продолжил Энлиль. – Но выбирать не тебе.
Сказав это, он перевел взгляд на Рейме.
– Чего тебе надо? – сквозь зубы проговорил Рейме.
– Твою преданность. – ответил Энлиль. – Поклянись мне в верности, и стань моим генералом. Сделаешь это, и я помилую их.
Старик поднял руку и солдаты еще сильнее прижали клинки к шеям детей.
– Хорошо! – выкрикнул Рейме. – Клянусь! Я клянусь! Только отпусти их!
– Отлично. – проговорил Энлиль, приказывая солдатам отпустить детей. – Но знай – придашь меня, и они тут же умрут. Ты ведь слышал про «Зодиаков»? Уверен, что слышал. Я найму их всех, и они выпотрошат твоих родных, как скот.
Встав, он выкинул подкову в открытое окно.