Девушка кивает:
– У нас тоже такое было. Мы перестали кушать глютеновую кашку, и всё наладилось. Теперь спит по 2 часа, а я в это время статьи строчу.
В это время другой ребёнок смотрит на маму и тянет к ней руки:
– Ма-ма!
Девушка нежно улыбается:
– Хочешь на ручки?
Мамочка улыбается и берёт ребёнка на руки. Алина наблюдает момент нежности: девушка тискает, обнимает его, они улыбаются друг другу.
– И говорит уже? Молодец!
– Да нет, пару слов только: мама, папа… Баба, деда…
– Круто! – Алина пытается шутить, – Может, поменяемся?
Девушка неуверенно улыбается, как будто оценив шутку. Но она как-то быстро засобиралась. И они с малышом уходят с площадки.
***
Алина стоит у полки с кашами в супермаркете и читает состав каждой коробки. Слышно, как Гриша бьёт по коляске ногами, кряхтит.
– Гришенька, потерпи! – говорит Алина, не оборачиваясь.
В это время Гриша достаёт упаковку каши с весёлым тигром с самого низа пирамидки. Из-за этого все остальные упаковки падают на пол.
Алина оборачивается на звук и видит, что на полу в беспорядке лежат не только упаковки с кашей, но и её покупки, которые Гриша успел выкинуть из её корзины.
Девушка судорожно закидывает покупки обратно в корзину. Она видит недовольные взгляды сотрудников магазина.
– Гриша, ты меня сильно подставил! Разве друзья так поступают? Нас с тобой больше сюда не пустят! – говорит Алина, расставляя каши на полке.
А это время Гриша тянется за яркой коробкой с полки. Но Алина пресекает его жест, убирая его ручку на коленку. Грише обидно: он корчит рожицу и открывает рот в беззвучном плаче – и вот он, громкий плач не заставил себя долго ждать.
Алина оглядывается на других посетителей магазина, которые поглядывают на молодую мамашу. Её взгляд выхватывает печенье на развес.
– Печеньку будешь? – спрашивает Алина у Гриши, показывая на печенье рядом.
Мальчик со слёзками, стекающими по щеке, молчит, грызёт пальчик и заинтересованно смотрит туда, куда показывает его мама.
Она подходит к прозрачным коробкам с самым разным печеньем, отрывает прозрачный пакет и кладёт туда несколько печенек. Весы стоят рядом. Алина кладёт пакет – аппарат выдаёт наклейку с ценой. Она шлёпает её на пакет и достаёт одно печенье – отдаёт Грише. Он начинает есть.
К ним почти сразу подходит охранник:
-Вы оплатили товар?
Алина показывает пакет с наклейкой:
– Я заплачу на выходе. Видите, я взвесила печенье?
Охранник тянет руку к её локтю.
– Пройдёмте!
Но Алина вырывает свой локоть из его руки:
– Никуда я с вами не пойду!
К ним спешит женщина неопределённых лет в жилете с надписью "Директор магазина", больше похожая на обычную сотрудницу зала.
– Нельзя есть товар до его оплаты, – говорит она, – Недостачу потом берут с сотрудников магазина!
Алина отвечает ей, впрочем, весьма неуверенно:
– Но я же не отказываюсь его оплачивать…
Раздражённая покупательница лет 50, стоявшая неподалёку всё это время и бросавшая недовольные взгляды на Алину, подходит ближе. Она видит на полу крошки от печенья.
– А нельзя просто не есть в магазине? – говорит она, – Это же не кафе!
Рядом стоит ещё одна женщина – примерно того же возраста. Она говорит ей:
– А что, нигде кроме кафе больше есть нельзя?
Алина благодарно смотрит на эту женщину. Но директриса не унимается:
– А вдруг вы взвесили меньше, чем съели? Как кассир это проверит?
– У меня ребёнок не выдерживает долгие прогулки, – отвечает Алина. – А когда он ест, я могу спокойно выбирать продукты.
Вторая женщина, сочувствующая и как будто защищающая Алину, говорит директору магазина?
– Девушка, ну правда, я тоже иногда с внуками покупаю шкурку от банана. Протру его салфеткой – и даю ребёнку.
– А воспитывать не пробовали? – не унимается раздражённая женщина, – Ну ходите в магазин с мужем – пусть он за детьми смотрит!
Алина хочет что-то ответить, но отвечает её защитница:
– …А если муж всё время на работе, ей что теперь, дома сидеть?
Маленький виновник происходящего доел всё печенье, снял ботиночки и носки, корчит рожицы.
Директор магазина смотрит на него, переводит взгляд на Алину:
– Вы же мать: следите за своим ребёнком!