– Спасибо, Нейтан.
– Генри, пойдем нальем себе, – говорит Джей-Джей, похлопывая его по спине.
– Но у меня еще есть, и у тебя тоже.
Джей-Джей со вздохом тащит его к ближайшему подносу, бормоча что-то насчет тактичности.
Я никогда раньше не нервничал, разговаривая с девушками. Знаю, нужно очень постараться, чтобы мы с Анастасией стали друзьями. Я не выдержу, если еще несколько недель, а то и месяцев между нами сохранится эта странная напряженность. Особенно если брать в расчет то, как преуспели в общении с ней мои товарищи по команде.
Кроме того, она ведь сказала, что дала мне испытательный срок. Так что я должен стараться.
– Прекрасно выглядишь. – «Неубедительное начало, Хокинс». – Тебе здесь нравится?
– Да. Жаль, что именно ты все организовал. Приходится отдать тебе должное, и это мой единственный упрек.
Ее ответ только кажется резким. В словах звучит вызов, но ее глаза чертовски блестят, и она прикусывает губу, ожидая, что я скажу.
«Господи, помоги».
– Я думал, у нас перемирие. Я на испытательном сроке, так что ты должна вести себя мило, – усмехаюсь я, видя, что она тоже сдерживает смех.
– Я и веду себя мило!
– Ты так считаешь? У тебя выходит чертовски плохо, Аллен.
– Так это ты на испытательном сроке, а не я.
Я цокаю языком с наигранной досадой.
– Я научу тебя, как себя вести.
– Уверена, Нейтан, ты много чему можешь научить, но только не хорошему поведению. Это я белая и пушистая.
– Хм. Мне кажется, белая и пушистая – это с натяжкой.
Она улыбается. Улыбается по-настоящему, ее лицо озаряется, и я наконец чувствую, что чего-то добился.
– А чему бы ты хотела у меня научиться?
Она кивает на вход в дом.
– Может, начнем с покера?
Не успеваю я ответить, как снова появляется Генри со стаканами в обеих руках.
– Я готов к покеру.
– Великолепно. – Я выдавливаю улыбку, стараясь не гримасничать оттого, что он помешал. – Идемте за стол.
Все рассаживаются в кабинете вокруг стола, сдаются карты. Через рекордно короткий срок – минут двадцать – именинник оставляет нас, чтобы побыть наедине с Лолой.
Я этому рад, потому что он не увидел, как Анастасия вытянула у меня двести баксов. Вот и учи ее играть в покер. Добавлю в список ее умений актерское мастерство, поскольку я правда поверил, что она никогда не играла раньше. Твою ж мать, она назвала трефы клевером и была чертовки убедительна. До тех пор, пока не выложила карты, и я с треском проиграл.
– Ты куда? – спрашиваю я, когда Стейси встает из-за стола.
– В туалет. Я скоро.
Я тоже встаю, отдавая свои фишки Бобби.
– Туда длиннющая очередь. Можешь пойти в мой.
Она без колебаний принимает мою протянутую руку. Знакомое ощущение. Надеюсь, этот вечер закончится не так, как несколько недель назад, и мы станем друзьями.
Видимо, я не учел урок прошлого раза, потому что, когда мы поднимаемся по лестнице, задница Анастасии опять впереди меня. У нее туфли на высоченных шпильках, и она перемещает мои руки себе на талию, чтобы я помог не свалиться со ступенек.
Я чувствую под пальцами мягкий шелк и тепло тела. При каждом шаге ее волосы колышутся передо мной, и меня окутывает густой медово-земляничный аромат ее шампуня.
Есть проблемы посерьезнее.
Наконец мы подходим к комнате, я набираю код и открываю дверь. Надеюсь, удастся побыть со Стейси наедине и поговорить, когда рядом не околачиваются смазливые парни, похожие на щенков золотистого ретривера, которые борются за ее внимание.
Наверное, они ее уже достали. Даже смотреть тошно, тем более что, по ее мнению, я заморыш в этом выводке.
Выйдя из ванной, она замечает, что я сижу на кровати, и упирает руки в бока.
– Я не собиралась шарить в комнате.
– Я подумал, что, наверное, тебе захочется побыть в тишине, отдохнуть от своих поклонников.
Она опускает плечи и расслабляется.
– Они мне нравятся, но общение иногда выматывает.
– Понимаю. Они назойливые. Но ты привыкнешь, а если нет, я всегда помогу сбежать от них.
– А если я пытаюсь сбежать от тебя?
– Тогда моя помощь не нужна. Ты просто эксперт в этом деле.
Она смеется. Боже, как мне нравится ее смех. Приходится из кожи вон лезть, чтобы вызвать у нее смех или улыбку – вот почему я так доволен, когда это удается. Она садится за письменный стол и рассказывает о шоу, в которых участвовала в детстве, и о том, как было утомительно находиться среди сотен других перевозбужденных детей.
Я слушаю Стейси, киваю и смеюсь, загипнотизированный ее уверенностью, преданностью делу и тем, как эта девушка смотрит на мир и как его объясняет.
Когда она заканчивает рассказ, вид у нее такой, будто сама не понимает, что на нее нашло. Она переключает внимание на то, что лежит на столе, и листает какой-то учебник.
– Не возражаю, если ты будешь шарить по комнате. В прошлый раз ты не все проверила.
– Мне не нужно шарить. Я и так знаю о тебе все, что мне нужно.