Жестокая судьба

— Я дал вам повод решить, что вы в чём-то провинились? — спросил он с непроницаемым лицом.

Было очевидно, что Кира привыкла дружить с начальством и коллегами. Сэм не мог винить её за мягкость и доброжелательность, но на работе следовало вести себя профессиональнее. Слишком многие сотрудники пользовались добротой прежнего директора.

Пора было это изменить.

— Я… — Кира запнулась, явно растерявшись. — Просто мне показалось, что вы чем-то недовольны.

Последние слова прозвучали почти шёпотом.

Когда она нервничала, щёки становились нежно-розовыми. Сэм невольно задумался, как она выглядит сразу после секса. В прошлый раз он не успел как следует оценить её красоту — слишком сильно потрясло известие о том, что она была девственницей.

— Когда вы увидите меня по-настоящему злым, то сразу почувствуете разницу, мисс Свон. Я позвал вас не для выговора. Хочу сразу прояснить: я никогда не смешиваю работу и личную жизнь. То, что произошло между нами много лет назад, обсуждаться не будет. Я не сплю с подчинёнными. Если бы заранее знал, что вы здесь работаете, то не принял бы предложение мистера Флеминга.

Это звучало резко, но было правдой. Узнай Сэм, кем окажется его помощница, он без колебаний отказался бы даже от столь выгодной должности.

Кира на мгновение широко распахнула глаза, а затем кивнула.

— Разумеется.

Её быстрая покорность вызвала у него внутреннюю усмешку.

— Я не завожу дружеских отношений с сотрудниками, мисс Свон. С вами в том числе. Моя личная жизнь никого не касается. От вас я ожидаю такого же профессионализма. В этой компании пора многое изменить. Слишком семейная атмосфера работе только мешает.

Кира сглотнула, кивнула и опустила глаза. Сэма сразу же порадовало, что она не стала спорить или задавать лишних вопросов. Значит, признавала его право устанавливать правила.

— Это всё. Можете идти, — сказал он и, давая понять, что разговор окончен, перевёл взгляд на монитор и открыл почту.

Кира не двинулась с места.

Сэм нахмурился.

— Вы хотели что-то сказать?

Она моргнула, словно только сейчас пришла в себя, и поспешно поднялась.

— Нет, сэр.

— Тогда чего вы ждёте?

По широко распахнувшимся глазам и плотно сжатым губам он понял, что задел её. Но Кира промолчала. Только выпрямила спину, развернулась и вышла из кабинета, не сказав больше ни слова.

Сэм проводил её взглядом, невольно улыбнувшись.

Ему не нравилось, что она отвлекает его одним своим присутствием, но её внешность и характер он не мог не оценить. Когда-то тихая правильная девочка превратилась в чертовски привлекательную женщину.

И, проклятье, ему это нравилось.

***

Опустившись в кресло, Кира шумно выдохнула. В голове теснилось столько ругательств, что хватило бы на целый словарь.

Да как он смеет?

Сэмюэль Брайант оказался редкостным придурком. Познакомься она с ним сейчас, а не семь лет назад, ни за что не совершила бы ошибку и не легла с ним в постель.

Сначала вызвал её к себе, ничего не объяснив, потом бросил трубку, будто она ему мешала, а в кабинете разговаривал с ней как с человеком второго сорта.

Кем он вообще себя возомнил? И куда делся тот обаятельный мужчина, которого она помнила?

Кира отдала бы немало, чтобы это выяснить.

От неожиданности она совершенно растерялась и позволила ему подавить себя, хотя клялась, что такого не случится. Как она собиралась мешать ему перекраивать компанию, если рядом с ним теряла голос?

Куда делся её характер?

Единственный мужчина, которому ей требовалось противостоять, пугал её сильнее всех остальных.

Повезло так повезло.

Но в одном был плюс: мистер Брайант явно не собирался сближаться с сотрудниками, а значит, в её личную жизнь тоже не полезет.

От облегчения Кира едва не расплакалась. Он не узнает о Коди. Не попытается забрать сына. Именно этого она боялась больше всего.

Кира ещё не успела окончательно прийти в себя после разговора, когда Меган без стука ворвалась в кабинет. Ничего удивительного: понятие личных границ у подруги почти отсутствовало.

Оставалось надеяться, что рядом с Сэмюэлем она всё-таки научится держать себя в руках. Вряд ли новый директор оценит её дружелюбие.

— Ну? Чего он хотел? — спросила Меган и опустилась в кресло перед столом, уже готовая выслушать все подробности.

Кира тут же пожалела, что утром написала ей о звонке. Закончив разговор с мистером Брайантом, она отправила подруге сообщение, возмущаясь его грубостью. Теперь Меган, разумеется, требовала продолжения.

— Откуда ты вообще узнала, что я уже вернулась? Я вошла через смежную дверь. Ты не могла меня видеть.

— Он только что подошёл к стойке и приказал принести ему эспрессо. Представляешь? Я не разношу кофе, я администратор этажа, — возмутилась Меган.

Влюблённость в мистера Брайанта испарилась сразу, как только он открыл рот. Выглядел он по-прежнему великолепно, но характер оказался отвратительным.

— Ничего особенного, просто рабочий разговор. Он предупредил, что собирается многое изменить и ждёт профессионализма от меня и от всех остальных сотрудников, — ответила Кира, умолчав о требовании забыть ту ночь.

Было очевидно, что Сэмюэль Брайант не желает вспоминать случившееся между ними семь лет назад. Наверное, так даже лучше. Гораздо хуже было бы, реши он, что теперь они могут продолжить знакомство уже вне работы.

— Он придурок. Забудь всё хорошее, что я о нём говорила, — пробормотала Меган, всё ещё злясь из-за того, как он с ней обошёлся.

— Следующие несколько недель обещают быть интересными. Мистер Брайант не похож на человека, который станет терпеть чужие ошибки. Думаю, без увольнений не обойдётся, — предположила Кира.

Она прекрасно знала, что многие сотрудники давно расслабились, работали спустя рукава и регулярно что-нибудь путали. Сэмюэль явно не собирался мириться с некомпетентностью.

— Пока нас с тобой не тронут, мне всё равно. В «Флеминг Инк.» хватает людей, с которыми я с удовольствием попрощалась бы. Например, Дженис Монтгомери идеально подходит на вылет, — заявила Меган.

Кира откинула голову и рассмеялась.

Дженис Монтгомери, креативный директор компании, была самовлюблённой стервой с отвратительным характером. Она вела себя так, будто вся фирма принадлежала ей, и любила при каждом удобном случае напоминать окружающим о своей должности. На секретарей и помощников Дженис смотрела свысока. А привычка бросаться на любого мужчину с влиятельной должностью окончательно лишила её симпатий коллег.

— Не волнуйся. Не думаю, что мистер Брайант оценит её заигрывания. Попытается затащить его в постель — в тот же день получит уведомление об увольнении, — заверила Кира.

Сэмюэль Брайант мог быть кем угодно, но она не верила, что он станет пользоваться своим положением ради женщин. Для подобного он был слишком принципиален.

— Дженис, конечно, стерва, но выглядит неплохо. Вдруг сумеет его соблазнить? Не первый умный мужчина теряет голову из-за большой груди и светлых волос, — возразила Меган.

— Она одевается так, чтобы выставить всё напоказ, и открыто флиртует со всеми мужчинами поблизости. Сомневаюсь, что мистеру Брайанту нравятся такие женщины. По нему видно, что он предпочитает добиваться сам, а Дженис проще некуда.

Меган тихо присвистнула.

— Ничего себе, Кира. Похоже, ты уже прекрасно его изучила, — сказала она, многозначительно поиграв бровями. — Может, он решит поохотиться именно на тебя?

Кира простонала и покачала головой.

— Он профессионал. Сомневаюсь, что станет заводить роман с кем-то из подчинённых.

— Даже самые профессиональные люди иногда теряют контроль, — усмехнулась Меган. — А если ради кого-то он и нарушит свои правила, то ради тебя.

— Я не такая особенная, какой ты меня считаешь, Мэг, — тихо сказала Кира.

Подруга её любила и поэтому смотрела необъективно. Сама Кира не видела в себе ничего выдающегося: обычная женщина, слишком мягкая и совершенно беспомощная во всём, что касалось мужчин.

— Нет, милая, ты просто себя недооцениваешь. Когда смотришь в зеркало, то не видишь того, что вижу я. И это печально. Не знаю, откуда в тебе столько неуверенности, но она есть. Ты даже не понимаешь, насколько красива, сколько женщин завидуют твоей внешности и сколько мужчин мечтают просыпаться рядом с тобой.

— Мужчинам не нужна женщина с ребёнком, Мэг, — возразила Кира.

После нескольких отказов ей уже не требовались дополнительные доказательства.

— Не позволяй паре придурков, с которыми ты ходила на свидания, испортить тебе мнение обо всех мужчинах. Не все настолько ограниченные. Ты просто ещё не встретила подходящего, — заверила Меган. — Однажды появится мужчина, который перевернёт твою жизнь и заставит снова поверить и в себя, и в любовь.

Кира с улыбкой покачала головой. Она уже давно смирилась с тем, что никогда не выйдет замуж. От мечты о счастливом финале пришлось отказаться в тот день, когда она решила оставить Коди и посвятить себя его будущему.

***

Было уже за девять вечера, когда внезапно зазвонил телефон. Кира нахмурилась, оторвалась от документов и взглянула на экран.

Она только что уложила Коди, прочитав ему перед сном сказку. Сын уверял, что давно вырос из подобных глупостей, но Кира знала: на самом деле ему нравилось, что она по-прежнему каждый вечер сидит рядом и читает.

Номер был незнакомым.

— Кира Свон слушает, — ответила она, гадая, кому понадобилась в такой час.

Близкая подруга у неё была одна — Меган. Родителей Кира не видела уже семь лет и сильно сомневалась, что они вдруг решили выйти на связь.

— Мне нужна папка по «Барнс энд Ноубл», которую вы забрали домой. Привезите её ко мне, — потребовал до боли приветливый голос нового начальника.

Похоже, мистер Брайант в принципе не умел здороваться по телефону. Да и не только по телефону. Кира не могла припомнить, чтобы он хоть раз пожелал кому-то доброго утра или попрощался.

— Боюсь, это невозможно, мистер Брайант. Я не могу сейчас уйти из дома.

Да пошёл он.

Рабочий день давно закончился. Оставить Коди одного она не могла, как и будить его среди ночи. Ребёнку нужен был сон. Сэм не мог всерьёз ожидать, что она бросит всё и помчится выполнять любое его распоряжение, забыв о потребностях сына.

— Что значит «не можете уйти»? Мне нужна эта папка, мисс Свон, — раздражённо произнёс он.

— Это значит ровно то, что я сказала. Я не могу выйти из дома. Вы ведь не предлагаете мне оставить ребёнка одного ради какой-то папки? Я сына не бросаю. Придётся найти другую помощницу, если вам нужен человек, готовый являться по первому требованию в любое время суток. Работа никогда не будет для меня важнее Коди. Он был и останется на первом месте.

К концу фразы голос Киры дрожал от ярости.

Кем он вообще себя возомнил?

— Не нужно на меня набрасываться, мисс Свон. Я задал обычный вопрос. Меня бы вполне устроил простой ответ: «Я не могу оставить сына». Я ожидаю от вас профессионального поведения, помните? А если мне захочется, чтобы кто-то прожужжал мне уши, я позвоню сестре, — проворчал Сэм.

Кира возмущённо ахнула.

В нём вообще было хоть немного человечности? Вместо того чтобы сказать, что всё понимает, он снова поставил под сомнение её профессионализм и отчитал, как провинившуюся школьницу.

Грубость даже близко не описывала его поведение.

Кто его воспитывал — неандертальцы?

Кира уже подбирала ответ, которым можно было поставить этого невыносимого типа на место, когда он заявил:

— Буду у вас через двадцать минут.

И повесил трубку, даже не попрощавшись и не дав ей возразить.

Кира со злостью бросила телефон на диван и простонала. Этот мужчина действовал ей на нервы. Он сам пригласил себя к ней домой. Даже не спросил, удобно ли ей, может ли он заехать за папкой. Типичный самодовольный придурок.

Кира ничего не решала и ничего не контролировала — и ненавидела это чувство. Работа с Самюэлем Брайантом с самого начала превращалась в катастрофу. Её тщательно продуманный план разваливался на глазах.

Как она сможет работать с человеком, который совершенно её не уважает?

Приехав по адресу Киры, Сэм не смог скрыть удивления. Он даже ещё раз сверился с сообщением, чтобы убедиться, что не ошибся. Почему-то ожидал увидеть уютный дом в пригороде, просторный двор и белый деревянный забор — идеальное дополнение к её такой же идеальной жизни.

Реальность оказалась совсем другой.

Сэм стоял перед многоквартирным домом на оживлённой улице почти у самой окраины Чикаго. Дождь лил как из ведра, постепенно промачивая его сшитый на заказ итальянский костюм. Район выглядел вполне прилично, но не был похож на место, где, по его представлениям, обычно селились семьи с детьми.

Что Кира делала в небольшой квартире, если растила сына? Разве мальчику не нужен двор, где он мог бы играть после школы? Сэм не особенно разбирался в детях, но даже ему было понятно, что квартира — не самое подходящее место для ребёнка.

И где её муж?

Он с трудом представлял, как двое взрослых и ребёнок могут уживаться на такой площади.

Сам Сэм жил в просторном лофте в центре Чикаго с видом на город. Две спальни, две ванные, большая кухня, гостиная, столовая, кабинет и отдельная кладовая. Его квартира наверняка была как минимум вдвое больше жилья Киры.

Всё это никак не укладывалось у него в голове.

Постучав в дверь квартиры 2Б, Сэм стал ждать, продолжая осматриваться. Кира оказалась совсем не такой женщиной, какой он её представлял. И ему не нравилось, насколько сильно она пробуждала его любопытство. Раньше ни одной женщине это не удавалось.

Дверь открылась. Увидев Киру, Сэм едва не сглотнул.

Тёмные волосы свободно рассыпались по плечам, на лице не было ни капли косметики, а на носу сидели самые сексуальные очки, какие ему когда-либо доводилось видеть. Сэм не думал, что женщина в легинсах для йоги и простой серой майке способна так его возбудить.

Он ошибался. Член мгновенно затвердел и болезненно упёрся в молнию брюк.

Чёрт.

Кира была запретным плодом, но проклятое желание откусить хотя бы кусочек никуда не исчезало. Женщина, которая все эти годы время от времени появлялась в его мыслях, превратилась в настоящую красавицу.

Похоже, он был проклят.

Разумеется, сильнее всего ему хотелось именно того, чего он не мог получить.

— Ваша папка, — холодно произнесла Кира и почти сунула документы ему в руки.

Сэм мысленно усмехнулся, заметив её раздражение. Характер у его помощницы всё-таки был. И далеко не самый покладистый.

Когда-то он решил, что она больше не сможет ему понравиться. Теперь понимал, насколько ошибался.

Кира уже собиралась захлопнуть дверь у него перед носом, когда Сэм успел поставить ногу на порог.

— Спасибо, мисс Свон, — неожиданно вежливо произнёс он, удивив этим не только её, но и самого себя.

Кира на мгновение застыла. Глаза расширились, губы слегка приоткрылись.

— Пожалуйста, — наконец выговорила она. — Это всё?

Было очевидно, что она хочет поскорее от него избавиться. Не желая больше мешать, Сэм медленно кивнул и отступил от двери.

— Спокойной ночи, мистер Брайант, — тихо сказала Кира и закрыла дверь.

Сэм ещё несколько секунд смотрел на неё, прежде чем услышал, как в замке повернулся ключ.

Его помощница мешала ему сосредоточиться. И ему это совершенно не нравилось.

Глава 4

BANKS – Beggin for Thread

Тяжело вздохнув, Сэм закрыл папку, с которой работал, и рассеянно посмотрел в панорамное окно. Над городом нависли тёмно-серые тучи. Капли дождя ударялись о стекло, медленно стекали вниз и исчезали за краем рамы. День выдался мрачным, и просвета в ближайшее время не предвиделось.

Веки налились тяжестью, голову сдавливало так, что боль отдавала в виски. Всё это только сильнее портило и без того скверное настроение. Прошлой ночью Сэм почти не спал. Перед глазами снова и снова возникала брюнетка в облегающих домашних брюках, с растрёпанными волосами и очками на аккуратном носу. Стоило ему закрыть глаза, как Кира тут же появлялась в мыслях и вытесняла всё остальное.

Ему это не нравилось. Нет, он это ненавидел.

Он терял контроль, а эта женщина превращала его в идиота, неспособного думать ни о чём другом.

Разозлившись уже на самого себя, Сэм резко отодвинул кресло, поднялся и сильно постучал в дверь Киры. Не дожидаясь ответа, распахнул её.

— Папку по проекту «Харрис» мне на стол. Сейчас, — потребовал он таким тоном, который не предполагал возражений.

Кира вздрогнула и подняла на него глаза. Удивление почти сразу сменилось недовольством.

— Я ещё не закончила, сэр. Нужно минут десять.

От её отказа внутри всё вскипело.

— Сейчас, мисс Свон, — повторил Сэм и, закрыв дверь, вернулся в свой кабинет.

Опускаясь в кресло, он услышал из-за стены приглушённое ругательство. Ни малейшего раскаяния Сэм не испытывал. Кира была его помощницей, и выполнять распоряжения входило в её обязанности.

Через несколько минут она появилась в кабинете и положила папку перед ним.

— Я ещё не успела проверить орфографию и формулировки в материалах рекламной кампании. Отправлять макет клиенту пока нельзя. И миссию компании нужно переработать, но сначала я хотела обсудить её с вами.

Сэм уже просматривал документы.

— Можете идти.

Кира раздражённо выдохнула и покачала головой.

— Вы хотя бы услышали, что я сказала?

Он не ответил. Она тихо фыркнула, развернулась и направилась к двери.

— Одну минуту, — остановил её Сэм.

Ему показалось, что перед тем, как повернуться, Кира закатила глаза.

— Да? — спросила она, уже не скрывая раздражения.

Злость ей шла. Зелёные глаза потемнели и ярко блестели, и Сэм с неожиданным удовольствием отметил, что причиной был именно он.

— Принесите мне эспрессо из «Старбакса» и клаб-сэндвич из кафе напротив.

Её недовольство мгновенно превратилось в убийственный взгляд.

— Простите?

Разъярённые зелёные глаза встретились с его холодными.

— Я ваша помощница, а не прислуга.

— Это простая просьба, мисс Свон. Не думаю, что она окажется для вас непосильной.

Сэм не думал, что её лицо способно покраснеть ещё сильнее, но ошибся. Кира наклонилась над столом и ткнула пальцем в его сторону.

— Покупать вам обед не входит в мои обязанности.

Несмотря на дрожащий от ярости голос, Сэм с трудом удержался от улыбки. Он старался смотреть ей в лицо, не опуская взгляд в вырез блузки. Но всё же успел заметить край красного атласного бюстгальтера.

Значит, под строгими юбками и закрытыми блузками она носила такое бельё.

Чёрт.

Возбуждение стало почти болезненным, мешая сосредоточиться, но Сэм сохранил невозмутимое выражение лица.

— Тогда я добавлю это в список ваших обязанностей. Если вам от этого станет легче, — процедил он сквозь зубы.

Кира зажмурилась, с раздражённым стоном сжала кулаки и процедила:

— Вы самый невыносимый мужчина из всех, кого я встречала.

Ярость чувствовалась в каждом напряжённом движении. На губах Сэма невольно появилась усмешка. Обычно женские вспышки его раздражали, но злость Киры почему-то доставляла странное удовольствие.

Он невольно задумался, какой она бывает в постели, когда выходит из себя. Вонзает ли ногти в мужскую спину, оставляя царапины? Прикусывает ли губу — достаточно сильно, чтобы почувствовать боль, но не до крови?

— Клянусь, я уволилась бы в первый же день вашего появления, если бы не потратила столько лет, чтобы добиться этой должности, — сквозь зубы произнесла Кира и наконец открыла потемневшие от гнева глаза.

К собственному удивлению, Сэм понял, что мысль о её уходе ему не нравится. Он уже привык к тому, что она рядом. С ней рабочие дни становились хотя бы немного интереснее.

Покачав головой, Кира развернулась и направилась к себе, гордо выпрямив спину. О головной боли Сэм уже забыл. Он следил за ней взглядом, пока она не исчезла за дверью, которую тут же захлопнула.

У его помощницы определённо был характер. И если Сэм не возьмёт под контроль собственные гормоны, однажды он на нём обожжётся.

***

Всё ещё кипя от злости, Кира нетерпеливо ждала лифт на десятом этаже. Эспрессо из «Старбакса» и клаб-сэндвич для его величества она всё-таки купила.

Выполнять чужие требования, будто безвольная марионетка, противоречило всему, во что она верила. Но ради работы Кира была готова наступить на собственную гордость. Зарплата позволяла им с Коди держаться на плаву, и рисковать ею она не могла.

Премию, полученную после ухода Джорджа, Кира потратила на небольшую машину, чтобы больше не ездить каждый день на автобусе, как делала последние семь лет. Автомобилю было больше девяти лет, и ничего роскошного в нём не имелось, зато он исправно довозил её из одной точки в другую.

Наконец иметь собственную машину оказалось почти невероятным счастьем.

Для большинства людей покупка автомобиля была обычным делом, но для Киры означала очень многое. Ещё пять лет назад она не могла представить, что когда-нибудь обзаведётся машиной и будет жить в хорошей квартире. Тогда это казалось несбыточной мечтой.

Лифт громко звякнул, сообщая о прибытии на десятый этаж. Кира вышла и мысленно приготовилась к очередной стычке с мистером Брайантом.

В своих фантазиях она всегда представляла отца Коди добрым и порядочным человеком. Реальность оказалась полной противоположностью.

Самюэль не был ни добрым, ни мягким. Он был холодным, бесчувственным и совершенно невыносимым.

Кира постучала в дверь его кабинета и дождалась разрешения войти.

— Войдите, — отозвался Сэм.

Она глубоко вдохнула, нажала на ручку и вошла. Самюэль быстро печатал что-то на ноутбуке, не отрывая взгляда от экрана. Даже не посмотрел на неё, когда Кира подошла и поставила пакет с едой на стеклянную столешницу.

Она уже развернулась, собираясь уйти, когда его голос остановил её:

— Подождите минуту, пожалуйста. Я закончу письмо.

Кира едва не закатила глаза, но сдержалась, услышав неожиданное «пожалуйста». Кажется, впервые за всё время это слово прозвучало из его уст. Она даже удивилась, что оно вообще входило в его словарный запас.

За день ноги устали, поэтому Кира без приглашения опустилась в кресло напротив. Обычно она ждала разрешения, но рядом с этим человеком не испытывала ни малейших угрызений совести.

С облегчённым вздохом она вытянула ступни и почувствовала, как постепенно ослабевает боль. Кира обожала высокие каблуки, хотя к вечеру ноги неизменно напоминали, чем обходится эта красота.

Неожиданный голос Сэма заставил Киру вздрогнуть.

— Спасибо, что подождали, — произнёс он с заметным усилием.

Было видно, что благодарить людей он не привык. Обычно Кира долго не злилась, но сегодня Сэм довёл её до предела. Просто забыть, как по-хамски он с ней разговаривал, она не могла, поэтому вместо вежливого ответа промолчала.

— Я хотел извиниться за своё поведение утром, — продолжил он, явно заставляя себя произнести каждое слово. — Я перегнул палку.

Признание далось ему нелегко. Напряжение в голосе это выдавало.

Гнев Киры начал отступать, и она невольно улыбнулась.

— Ничего страшного. Со всеми бывает.

На несколько секунд в кабинете воцарилась тишина. Они смотрели друг на друга, и Кира первой почувствовала, что пауза затягивается.